Душевные болезни: православный взгляд

Автор этой книги — православный врач-психиатр, психотерапевт, медицинский психолог, кандидат медицинских наук, профессор Института проблем формирования христианского отношения к психическим заболеваниям.

В доступной форме в кгиге повествуется о взаимоотношениях психиатрии и духовности. С православной точки зрения анализируются различные психопатологические состояния: депрессии, неврозы, психозы, алкоголизм, наркомания и др.

Психиатрия: страницы истории

Из истории медицины известно, что становление врачевания на Руси как особой социальной системы попечения о болящих неразрывно связано с проникновением в быт и нравы людей христианства. С момента крещения Руси врачевание находилось под непосредственным покровительством Православной Церкви.

Еще святой равноапостольный князь Владимир в своем Уставе объявлял «лечцов» (врачей) — людьми церковными, подвластными епископу. На Стоглавом соборе 1551 года Иван Грозный потребовал оказания содействия в призрении нищих и больных, к которым относились и «лишенные разума». По постановлению Стоглавого собора монастыри взяли на себя попечение о психически больных, в частности, совершивших преступления. Эти функции монастыри выполняли и раньше, но постановления Стоглавого собора уточнили и расширили их обязанности.

Процесс отделения психиатрии от Церкви начался примерно с конца XVIII века. Психиатрия предпочла стать более «объективной», а ученые и практики — опереться только на факты, данные клинических и лабораторных наблюдений. Не удалось удержаться именитым профессорам от искушения всему найти рациональный ответ и поставить точки над «i».

Вот что об этом пишет известный православный писатель Сергей Нилус в книге «Великое в малом»: «Случайность, известное стечение обстоятельств, психическая реакция, нервы, дряблость разнузданного барича, атавизм и много другого, одинаково мало объясняющего, приведут мудрецы века сего в объяснение психологии данного момента. Но они даже и не дадут себе труда объяснить его: им дорога не истина, а усвоенная ими их псевдонаучная точка зрения. Отказаться от нее — значит признать свою несостоятельность, а у кого из них на это хватит мужества? В жизни аристократизма мысли, в котором они узурпировали себе первое место, им дела нет до погибающего в созданных ими заблуждениях человечества, — сохранено было бы за ними их первенство, их руководящее влияние над легкомысленной толпой.

Внезапную болезнь здорового организма они умеют объяснить заразным началом, находящимся вне организма и извне в него проникающим, но микроба духовной заразы, — открытого давно и известного врачам духовным, великим молитвенникам Церкви, единственным духовным врачевателям мятущейся человеческой души, — не дано открыть вновь современным лжецелителям. Закрыты отступничеством и неверием их духовные очи — и «видя не видят, и слыша не разумеют».

Октябрь 1917 года и коммунистическое учение, краеугольным камнем которого является атеизм, принесли известные миру драматические последствия. Что же произошло в медицине, в психиатрии? Человек был сведен к плотской реальности (мозг, биологические жидкости, нервные узлы, внутренние органы, рефлексы и поведенческие реакции). Личность также стала рассматриваться с физиологически ориентированных точек зрения. Духовное понимание всякой болезни было окончательно низвергнуто. А взамен ему пришло биологическое.

Человек стал восприниматься «винтиком» большой машины (государства). В сталинские времена исследователи и врачи с большой осторожностью произносили такие слова, как душа, внутренний мир, личность, опасаясь преследований. Изгонялось и уничтожалось все, что могло помешать партийцам и их власти. С детских лет людям внушалось, что маленький отрезок времени длиною в 60—70 лет — единственное богатство человека, и, соответственно, карьера, деньги, власть становились критериями благополучия.

От внутренней жизни и искания Бога был сделан решительный поворот к жизни внешней, к порокам, грехам и стяжательству. Коммунистическая философия, провозгласившая основной задачей рост материального благосостояния, зашла в тупик, попутно искалечив судьбы миллионов людей.

Обстановка в зарубежной психиатрии как бы способствовала формированию «обновленческих взглядов». В Европе психиатрия развивалась на основе рационалистических идей. Душевные проблемы и болезни стали составлять исключительно компетенцию психиатрии. Священник и церковные Таинства оказывались как бы и не нужны. Известные профессора наперебой пытались выразить свое негативное отношение к религии.

Вот лишь несколько примеров. Шнайдер: «Проявления религиозной жизни — психическая болезнь»; Рейн: «Религиозные идеи — это навязчивости». Для Фрейда религия была массовым безумием.

Шло время, десятилетие сменяло десятилетие, и к тридцатым-сороковым годам в среде психиатров, да и ученых других специальностей, за редким исключением, складывалась послушная установка на безбожие и атеизм. Но и в то тяжелое время были среди крупных ученых-медиков настоящие подвижники, сумевшие пронести глубокую веру в Бога и христианское благочестие через всю жизнь. Это, к примеру, профессор-психиатр Д. Е. Мелехов, хирурги С. С. Юдин и ныне прославленный в лике святых архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий), академик-офтальмолог В. П. Филатов и другие. Их молитвами и молитвами всех верующих сохранил нас Господь.

В последние годы по милости Божией в психиатрии вновь заговорили о духовности. Так, была открыта молельная комната в НИИ клинической психиатрии, восстановлен храм на территории ММА им. И. М. Сеченова. Освящен храм в институте им. В. П. Сербского. Духовное окормление больных происходит и в больничных церквах клиник им. П. П. Кащенко, им. О. В. Кербикова, Научном Центре Психического Здоровья. Совершаются богослужения в больничном храме во имя св. мученика Вонифатия в Областной психиатрической больнице. Теперь нередко проводятся научные и научно-богословские конференции с участием духовенства и врачей-психиатров. Этой проблеме был посвящен ряд очень полезных встреч в издательском отделе Московской Патриархии. В декабре 1995 года состоялся первый семинар по монастырской медицине с приглашением психиатров. Этой теме был посвящен пастырский семинар, проходивший в Свято-Даниловом монастыре в начале 1997 года.

В психотерапевтической энциклопедии, вышедшей в свет в 1999 году, помещена солидного объема статья под названием «Православная психотерапия».

В 1996 году начал свою деятельность Душепопечительский центр во имя св. праведного Иоанна Кронштадтского. Опубликован ряд книг, брошюр и статей, освещающих проблемы духовности в психиатрии, психотерапии, психологии. Словом, работа в этом важном направлении началась, но многое еще предстоит сделать.

Современный этап психиатрии создается сегодня и зависит от нас, уважаемые коллеги, от нашей веры и духовности. Господь наш Иисус Христос спросит нас за каждый день, за каждого пациента. Во славу ли Божию работаем или нет? Вопрос этот остается пока открытым.

. . .

Личность в христианской антропологии рассматривается в единстве духовных, душевных и телесных проявлений. И это единство достигается только при условии преобладающего влияния сферы духа.

По словам преп. Никодима Святогорца, «Дух твой, ищущий Бога Небесного, да властвует над душою и телом, назначение которых устроить временную жизнь». В этом единстве — здоровье, норма человеческого бытия.

По утверждению святителя Феофана Затворника, духовную сферу в человеке составляют: благоговение и жизнь в страхе Божием, совесть, искание Бога.

«Дух есть, прежде всего, способность человека различать высшие ценности: добро и зло, истину и ложь, красоту и уродство. Если выбор в этой области сделан, то дух стремится подчинить своему решению душу и тело. Через свой дух человек общается с Богом. Без общения с Богом дух человека не способен найти настоящий критерий для определения высших ценностей, так как только Бог, который Сам есть абсолютное благо, истина и красота, может верно указать решение человеку» (Православный Катехизис).

Соответственно указанным сферам личности и всякая болезнь имеет, в первую очередь, духовную, а уже затем психофизиологическую природу.

Духовный подход, а для меня это православный подход к больному человеку, не подменяет медико-биологического взгляда, но обогащает, дополняет и завершает представление о личности.

Причины психических заболеваний

«Церковь рассматривает психические заболевания как одно из проявлений общей греховной поврежденности человеческой природы. Выделяя в личностной структуре духовный, душевный и телесный уровни ее организации, святые отцы различали болезни, развившиеся «от естества», и недуги, вызванные бесовским воздействием либо ставшие следствием поработивших человека страстей. В соответствии с этим различением представляется одинаково неоправданным как сведение всех психических заболеваний к проявлениям одержимости, что влечет за собой необоснованное совершение чина изгнания злых духов, так и попытка лечения любых духовных расстройств исключительно клиническими методами.…

Психическое заболевание не умаляет достоинства человека. Церковь свидетельствует, что и душевнобольной является носителем образа Божия, оставаясь нашим собратом, нуждающимся в сострадании и помощи...…»

Из основ социальной концепции Русской Православной Церкви

Общие сведения

Психическая болезнь представляет собой изменения деятельности головного мозга, при которых психика не соответствует окружающей действительности, отражает ее искаженно. Проявляются психические заболевания в нарушении психики и поведения человека.

Как классифицируются психические заболевания? Принципиально в психиатрии выделяют два уровня патологических изменений. К первому уровню (или группе) относятся психотические состояния. Это обширная группа заболеваний, имеющих непсихогенное (непсихологическое) происхождение и связанных с рядом генетических, обменных и иных нарушений. Среди основных заболеваний этой группы выделяются шизофрения, маниакально-депрессивный психоз, эпилептические и старческие психозы. Болезни могут протекать непрерывно или приступообразно, вяло или ярко, тяжело или умеренно тяжело.

Типичные симптомы психозов: бред, галлюцинации, поведенческие нарушения (чаще при шизофрении); расстройства эмоциональной сферы в виде мании или депрессии (при маниакально-депрессивном психозе) и т. д. Со временем может измениться весь психический «облик» человека.

Другая группа патологических заболеваний включает в себя разнообразные невротические расстройства. Отличительной чертой этих заболеваний является связь их возникновения со стрессами, психотравмирующими обстоятельствами, дефектами воспитания, социальными условиями.

В отличие от психозов, в случае непсихотических расстройств, составляющих так называемую «малую» психиатрию, больные относятся к своему психическому состоянию критически, пытаются бороться с постигшим их недугом.

Психические болезни протекают во многом отлично от соматической (телесной) патологии. Одной из особенностей психических болезней является как бы отсутствие у них видимого повреждающего фактора. Сколько-нибудь существенные анатомические изменения отсутствуют в мозге при шизофрении и маниакально-депрессивном психозе. Неврозы также не проявляют себя видимыми дефектами со стороны центральной нервной системы. При эпилептических и старческих психозах болезненные изменения в головном мозге скорее предшествуют клинике психических расстройств, нежели порождаются ими.

Некоторые симптомы психических расстройств

Расстройства мышления:

разорванность — нарушение логической связи в речи;

бессвязность — речь больного представляет собой набор слов, отсутствуют логическая и грамматическая речевые связи;

обстоятельность — «грузное» мышление; характерны излишняя детализация, застревание на малозначимых деталях, неумение выделить главное;

резонерство — «бесплодное мудрствование», обычно сочетается с многословностью и подменяет собой размышления и ответы по существу;

замедленное мышление — субъективно ощущается трудностью осмысления ситуации, бедностью и однообразием представлений, характеризуется уменьшением числа ассоциаций;

ускоренное мышление — явление противоположное замедленному мышлению, апогей ускоренного мышления представляет собой «скачку идей»;

ментизм — патологический «наплыв мыслей»; в голове буквально поток разнообразных ассоциаций, при этом речь больного по темпу не изменяется;

шперрунг — остановка, внезапная «закупорка» мысли;

бредовые идеи — ложные умозаключения, не имеющие под собой реальных оснований и не поддающиеся логическому разубеждению; часто встречаются в клинике шизофрении; различают множество разновидностей бреда: бред преследования, воздействия, величия, отношения, отравления, ущерба, ревности и др.;

навязчивые идеи — непроизвольно и труднопреодолимо возникающие страхи, сомнения, опасения, действия, представления, которые осознаются больным как болезненные и чуждые; больные сохраняют к ним критическое отношение, пытаются бороться с ними; данный вид расстройства мышления преимущественно встречается при неврозе навязчивых состояний, но может наблюдаться и при других психических заболеваниях;

сверхценные идеи — идеи, первоначальное возникновение которых обусловлено реальной ситуацией или событием, но впоследствии болезненно гипертрофированные; критическое отношение к ним утрачивается; как правило они сопровождаются чувством тревоги, внутреннего напряжения.

Расстройства восприятия:

иллюзии — ошибочное восприятие реально существующих предметов или явлений; наиболее часто возникают на фоне эмоционального напряжения, чувства страха (например: половая тряпка может показаться незнакомым животным и т. п.);

галлюцинации — форма психического нарушения, при которой восприятие возникает без реального раздражителя; человек видит, слышит или ощущает то, чего не воспринимают окружающие; галлюцинации наблюдаются при шизофрении, органическом поражении головного мозга, при алкоголизме, наркомании;

сенестопатии — разнообразные тягостные, болезненные ощущения в разных частях тела, во внутренних органах; эта болезненность не проявляет себя видимыми соматоневрологическими дефектами, инструментальные исследования также не обнаруживают «очага» повреждения;

деперсонализация — расстройство самосознания, субъективное чувство измененности своих психических и физических свойств;

дереализация — болезненно-неадекватное восприятие окружающей действительности, предметов, явлений.

Расстройства эмоций:

депрессия — сниженный фон настроения, сопровождающийся вялостью, утомляемостью, уныло-пессимистической оценкой происходящего; нередко присутствует бессонница; упорная депрессия может приводить к суицидальным мыслям и даже действиям; депрессия диагностируется в клинике многих психопатологических состояний; если депрессивное состояние продолжается более 2–3 недель, имеет суточные (утром — хуже, вечером — лучше) и сезонные (весна, осень — ухудшение) колебания, то в этом случае нужна врачебная помощь;

мания — болезненно повышенное настроение, сопровождающееся двигательным и речевым возбуждением; мания характерна для маниакального состояния в рамках маниакально-депрессивного психоза;

дисфория — злобно-гневливое настроение; часто дисфория обнаруживается у больных эпилепсией;

апатия — эмоциональная опустошенность, безразличие к происходящему, к себе;

аутизм — патологическая замкнутость.

Краткое описание некоторых психических заболеваний

Шизофрения — психическое заболевание, проявляющееся типичными изменениями личности. В клинической картине шизофрении можно выделить: 1) структурные нарушения мышления — разорванность, резонерство, логические «соскальзывания», аутистическое мышление, бред; 2) эмоциональные нарушения; 3) явления деперсонализации и дереализации; 4) обманы восприятия (галлюцинации и др.) и ряд других нарушений. Шизофрения — это скорее не одно заболевание, а объединяющаяся под одним термином группа психозов, которые могут иметь разную силу и продолжительность патологических проявлений и отличаться по типу течения. Больным шизофренией требуется наблюдение и лечение у психиатра.

Маниакально-депрессивный психоз — это психическое заболевание, основными клиническими признаками которого являются маниакальные, де­прессивные или смешанные фазы, которые могут сменять друг друга в разной последовательности. Иногда в клинике маниакально-депрессивного психоза преобладает какая-либо одна фаза. Характерной особенностью данного заболевания является наличие светлых промежутков (состояния практического здоровья). В периоды обострений необходимо лечение, а в межприступный период показаны профилактические мероприятия.

Эпилепсия — или «падучая болезнь» — может проявляться судорожными припадками или могут быть так называемые бессудорожные психические эквиваленты. Они представляют собой периодически повторяющиеся приступы дисфории, агрессии и др. При эпилепсии специфически изменяется личность: мышление становится обстоятельным, тугоподвижным. В характере больных могут обнаруживаться черты чрезмерной педантичности, пунктуальности. Вместе с этим у больных эпилепсией отмечается злопамятность. Эти черты как бы отображают «вязкое» мышление страдающих эпилепсией людей.

Недуги от «естества»

От чего же возникают психические расстройства и болезни? Попытаемся рассмотреть этот вопрос. Существует несколько точек зрения. Одна из причин — естество человека.

Преподобный Антоний Киево-Печерский три года ухаживал за монахом, больным кататонией (одна из форм психозов), рассматривая его состояние как болезненное.

Преподобный Иоанн Лествичник приводит определенные признаки, по которым он советует различать возникающие помимо воли монахов расстройства настроения духовного происхождения от таких же, не уступающих молитве и силе крестного знамения настроений, развитие которых зависит, как он пишет, «от естества»

В книге «Православное пастырское служение», говоря о психиатрии, архимандрит Киприан (Керн) указывает на то, что существуют состояния души, которые трудно определить категориями нравственного богословия и которые не входят в понятия добра и зла. Эти состояния, по мнению автора, принадлежат не к аскетической области, но к психопатологической, и развиваются от природы человека.

Преподобноисповедник, старец-архимандрит Георгий (Лавров), подвизавшийся в свое время в Даниловом монастыре, очень четко различал психические болезни. Одним он говорил: «Ты, деточка, иди ко врачу», — а другим — «Тебе у врачей делать нечего». Бывали случаи, когда старец, наладив духовную жизнь, рекомендовал сходить к психиатру или, наоборот, брал от психиатра людей к себе на духовное окормление.

Подводя некоторый итог вышесказанному, можно предположить, что душевные болезни могут быть, в этой плоскости сравнения, сопоставимы с телесными, и что те и другие, по попущению Божиему, посылаются человеку в целях споспешествования в деле спасения. В данном случае душевный недуг — это Господом возложенный крест.

О естественных, индивидуально-биологических факторах возникновения психической патологии говорят и научно-медицинские данные. Например: возникновение психопатологических симптомов на фоне соматической или неврологической патологии, появление психических нарушений под воздействием разнообразных вредоносных факторов (отравление нейротропными ядами, СВЧ-поле, сильный шум, работа в условиях темноты и т. д.).

Подтверждает выдвинутое положение и то, что психопатологические проявления часто и успешно излечиваются медикаментами. Стоит упомянуть и о том, что проведены генетические исследования на предмет предрасположенности к психическим заболеваниям и выявлены определенные закономерности.

Понятно, что плоть человека не может болезновать изолированно от остальной его природы. Любая болезнь, будь то психопатология, заболевание желудка, костей или глаз, имеет и духовную природу, ибо все болезни человечества — следствие грехопадения. То есть, когда мы говорим, что эта или иная болезнь естественная, это означает, что в ее природе как бы более явственно и зримо проявляются психопатологические или соматические симптомы. В этой связи мне хочется привести пример.

Известно, что шизофрения характеризуется своеобразным расщеплением психической деятельности. Но и у людей, считающих себя здоровыми, есть эта двойственность. О таком «двойничестве» падшего человека писал св. апостол Павел: Не понимаю, что делаю: потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю. Если же делаю то, чего не хочу, то соглашаюсь с законом, что он добр, а потому уже не я делаю то, но живущий во мне грех. Ибо знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе; потому что желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, того не нахожу. Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех (Рим. 7, 15–20).

* * *

Психические нарушения, вызванные бесовским воздействием

Психические расстройства могут появляться и в результате действия злых духов на человека. В Священном Писании злые духи изображаются входящими в людей и выходящими из них (Мф. 4, 24; Мк. 1, 23; Лк. 4, 35 и др.). Особенно замечательным примером является исцеление Господом гадаринского бесноватого. Этот несчастный влачил жизнь свою не в человеческих жилищах, а в гробовых пещерах; бился о камень с пеной на губах, испускал вопли. Пробовали сковать его, но он, как веревки, разрывал оковы. Что это за болезнь?

Неверующие скажут: падучая болезнь, нервное расстройство. Но про гадаринского бесноватого нельзя сказать, что он был только нервно расстроен; это видно вот из чего: изгнанные из несчастного бесы просили у Христа дозволения войти в стадо свиней. Спаситель дозволил, и вот стадо бросилось с крутизны в море (Мф. 8, 28–32). Кто же потопил свиней? Не бесноватый, который сидел у ног Господа, а легион бесов, изгнанных из него.

В результате одержимости злым духом душа делается неестественной, она томится и страдает. В Священном Писании бесноватые прямо и ясно отличаются от людей, одержимых душевными и телесными болезнями. Последние, как указано, развиваются от расстройства душевных сил, воображения, рассудка и т. п.

Когда начинаешь обдумывать некоторые психопатологические проявления, наблюдаемые у больных, то невольно задумываешься о духовной сущности их возникновения. Я не утверждаю, что нижеописанные психические нарушения суть результат исключительно одержимости души злыми духами, но, повторяю, духовные причины, по всей видимости, присутствуют.

Приведу описания отдельных симптомов и синдромов, используемых на практике для описания душевного состояния больных.

Бред одержимости — в больного вселилось животное, насекомое, мифологическое или выдуманное самим больным живое существо, которое постоянно (реже — периодически) пребывает в организме и заставляет совершать движения, поступки вопреки желанию больного, руководит его мыслями и чувствами.

Автоматизмы — возникновение чувств, движений, мыслей, образов, представлений и прочего помимо воли и желания больного.

Бред персекуторный — группа бредовых идей, характеризующихся бредовой убежденностью больного в воздействии извне и с целью причинить ему моральный или физический вред.

Бред Котара — сопровождается уверенностью в предстоящих мучениях, истязаниях, продолжительных и мучительно жестоких, которым будет подвергнут как сам больной, так и его родные и близкие.

Копролалия — систематическое засорение речи душевнобольных бранными, нецензурными словами, циничными выражениями.

Суицидомания — постоянное, неослабевающее стремление во что бы то ни стало покончить жизнь самоубийством.

* * *

Бесоодержимость не забудется тому, кто хотя бы однажды увидел ее проявления. Я впервые наблюдал такого человека в Киево-Печерской Лавре. Это была женщина средних лет. Всякий раз, когда священник совершал каждение храма и приближался к месту, где она стояла, из нее вырывались дикие, нечленораздельные крики и, как бы в бесчувствии, женщина падала навзничь. Затем она вставала, тихо, со слезами на глазах, извинялась перед молящимися.…

Позднее я сталкивался с подобными случаями не единожды. Приведу еще один пример. На прием пришла верующая православная женщина по направлению настоятеля храма, прихожанкой которого она являлась. Выяснилось, что уже некоторое время она находится на инвалидности по психическому заболеванию. Тихая, в платочке, под очками красивые серо-голубые глаза. Она рассказывала мне о своем самочувствии. Как психиатру, мне не сложно было увидеть психические нарушения. Но вот что произошло дальше. Неожиданно она вся как-то изменилась, пришла в движение и громко, очень противным хриплым голосом нецензурно выругалась и сказала как бы самой себе несколько фраз. И мне и ее сопровождавшему, который тоже находился в кабинете, стало совершенно ясно, что в ней говорит бес.

Игумен Михей (Тимофеев), насельник Троице-Сергиевой Лавры, так по этому поводу рассказывал о своем духовном отце архимандрите Серафиме (Тяпочкине).

«На богослужении у отца Серафима присутствовало довольно много людей, одержимых бесом. По молитвам батюшки из многих бес был изгнан. При чтении Евангелия, пении Херувимской, когда батюшка кадил или просто находился в храме, алтаре, они кричали на разные голоса: женщины — по-мужски, басом, многие лаяли по-собачьи, завывали. Сильно кричал и Иван. Особенно когда открывались Царские врата, читалась молитва «Со страхом Божиим и верою приступите» и начинали причащать Святых Христовых Таин. Таким больным без посторонней помощи невозможно подойти к Причастию. Иван несколько раз приезжал в Ракитное и теперь молится и крестится спокойно.

Одну одержимую женщину четверо человек едва могли подвести к Причастию. Такая огромная сила противодействовала Святыне, такая была ненависть к Чаше, что женщина стояла как вкопанная, сопротивлялась, отворачивалась и пятилась назад. Но Господь победил в ней беса. Оказавшись возле отца Серафима, держащего Чашу со святыми Дарами, женщина тихо причастилась и, преобразившись на глазах, смиренная и покорная, благодарила Бога.

Батюшка всегда с любовью относился к таким болящим. Во многих одержимых, приближавшихся к старцу, бес кричал: «Уйду, уйду, сейчас же уйду!» или «Ой, попалюсь огнем!». Многие злобно рычали, но приблизиться к старцу страшились. Одна больная набросила снятую с себя телогрейку на голову идущего из храма батюшки, а он, не обращая внимания, так и шел с ней. Когда сопровождавшие его хотели женщину выпроводить, батюшка сказал: «Оставьте ее, она не виновата». Многим страждущим батюшка помог, многие исцелились».

Подобные примеры встречаются нередко в жизнеописаниях подвижников веры, духоносных старцев.

Пожалуй, два обстоятельства отличают бесоодержимого человека от, если можно так сказать, подлинного психотика. Первое — злые духи знают Бога, трепещут перед силою Креста Христова, молитвы, крещенской воды, Святых Христовых Таин. Второе — психические (в основном поведенческие) расстройства у бесоодержимых людей носят оттенок насильственности. Ибо душе человека противно то, что заставляет делать лукавый.

Архиепископ Иоанн (Шаховской) в книге «Философия православного пастырства» приводит следующие разграничения описываемых состояний. Бесноватостью можно, по мнению владыки, назвать такие состояния, когда человек теряет всякое самосознание. Душа находится под сильнейшим демоническим воздействием. Одержимость же есть частичная плененность души злой силой. В обычной действительности мы становимся одержимы, когда порабощаемся своим страстям и порокам.

На все воля Божия. Иным Господь попускает впасть в немощь одержимости, потому что знает, что ум и волю свою человек использует себе во зло; других, быть может, ограждает тем от тяжких грехов. Мы читаем в послании к Коринфянам у св. апостола Павла: …предать сатане во измождение плоти, чтоб дух был спасен в день Господа нашего Иисуса Христа (1 Кор. 5, 5).

Пастырское душепопечение (а в ряде случаев и деятельность православного психиатра) должно распространяться и на личность страждущего, его психологию.

Владыка Иоанн пишет по этому поводу: «Пастырь вливает в страждущего-одержимого силы бороться с демоническими духами, неподчинение их внушениям, презирание их, святую евангельскую ненависть к ним и ко греху, через который обычно держат демоны людей в подчинении себе.

Пастырь научает людей не верить демоническим внушениям и клеветам как на Бога, так и на людей, не сосредотачиваться на тех злых и темных мыслях, которые демоны внушают, влагают в сердце и разум. Непринятые мысли и чувства останутся «внешними» для человека, останутся в области «пяты» — под человеком. Принятые же и одобренные демонские внушения делаются семенами зла в душе человека и привязывают его органически к власти лукавого».

Из духовных бесед святителя Луки (Войно-Ясенецкого)

«Один из учителей Церкви второго века Тертуллиан сказал удивительно верные и глубокие слова: «Душа человеческая по природе христианка». Она жаждет пищи духовной, чистоты и святости, она жаждет Христа. Душа по природе христианка, и если не питается она пищей духовной, то наступает тяжелое хроническое голодание этой несчастной души.

И как человек голодающий, не имеющий пищи, становится раздражительным, так и эти люди, голодающие духовно, раздражаются: легко брызжут слезы из глаз их. И нет им покоя, и не могут забыться они ни в каких развлечениях, ибо душа их — «по природе христианка», жаждет пищи духовной, а они этой пищи ей не дают.

Это тоже одержимость бесами, в малой, слабой степени, — но все же одержимость, одна из форм бесноватости.

Почему же, отчего люди становятся бесноватыми?

Человек живет в общественной среде. Его мысли, желания, дела, миропонимание определяются в огромной мере воздействием той среды, которая его окружает. Знаете вы, что если здоровый человек будет долгое время находиться возле чахоточного больного и дышать тем же воздухом, то он сам заражается. Так же заражаемся мы и от больных гриппом.

Так бывает и в жизни духовной. Если человек живет в атмосфере множества духов злобы поднебесных, среди соблазнов, среди тяжких примеров нечестия, развращенности, в атмосфере безудержных страстей человеческих, если он живет в атмосфере глупости и пошлости, то не может эта атмосфера не заражать его душу. Изо дня в день вдыхает он этот ядовитый воздух, который кишит духами злобы поднебесными. И заражается несчастная душа, и сама становится жилищем бесов.

Что же делать нам? Куда уйти нам от этой тяжкой, смертельно опасной атмосферы? Где прибежище наше? Где наша защита от бесов, духов злобы поднебесных? На все трудные вопросы всегда ищите ответа в Священном Писании.

Посмотрите псалом 61-й и там найдете ответ:

Только в Боге успокаивается душа моя; от Него спасение мое. Только Он — твердыня моя, спасение мое, убежище мое.

Вот где прибежище наше, вот где противоядие от того яда, который воспринимаем мы из окружающей нас среды».

Болезни души — сокровенная тайна

Анализируя причины возникновения психических заболеваний, понимаешь, что все их многообразие трудно уложить в одну схему. Тот, кто бывал в психиатрической лечебнице, видел, слышал или общался с психически больными людьми, может подтвердить, что «дух» этого учреждения очень тяжелый. Я имею в виду, в данном случае, не столько впечатление об увиденном, сколько внутреннее сердечное чувство. Мы говорили о том, что в случае, так сказать, «естественной» психической патологии симптоматика развивается по биологическим причинам, а не в виду вражеского искушения. Но «атмосфера» в психиатрических клиниках значительно отличается от той, которая бывает, например, в соматическом стационаре.

В чем тут дело? Может быть, иногда встречаются одновременно и одержимость и плотский недуг? Скорее всего, так.

Владыка Лука (Войно-Ясенецкий) говорил по этому поводу: «Причины многих душевных болезней неизвестны ученейшим психиатрам. Не знаем мы и причины буйного помешательства. Но мне представляется несомненным, что в числе буйно помешанных есть известный процент подлинно бесноватых».

К примеру, есть категория психически больных, которые не переносят ничего церковного, будь то молитва, окропление святой водой, запах ладана и т. д. Мне известны случаи, когда больные эпилепсией, находясь в дисфорическом (злобном, агрессивном состоянии сознания) пытались срывать кресты с домочадцев, кощунственно относились к иконам и другим святыням. Это поведение сопровождали брань, крики, угрозы.

Не раз я наблюдал, что дебют психической болезни совпадал по времени с занятиями оккультным «целительством», увлечением магией, колдовством кого-нибудь из членов семьи заболевшего. Наблюдал я и развитие психической патологии у детей, возникшей после самоубийства матери или отца. О том, что между родителями и детьми теснейшая духовная связь, давно и хорошо известно. Известно также, что если родители тяжко согрешают, не каются и не исправляют себя, то дети нередко очень страдают. А порой и заболевают психически. Из своей практической деятельности я сделал и такой вывод: у подавляющего числа детей, родившихся вне брака, имеются те или иные, в том числе психопатологические или личностные, отклонения.

Митрополит Сурожский Антоний (Блум) в статье «Психоболезнь: наказание или крест?» пишет: «Есть место, которое может нас озадачить, но которое нельзя отметать в писаниях святого Иоанна Кронштадтского, где, упоминая о душевных болезнях, он говорит, что есть души настолько хрупкие, что они разбились бы о грубость и жестокость окружающего мира. И Господь допускает, что между ними и миром опускается пелена психической болезни, чтобы отделить эти души от того, что могло бы разорить их цельность. И за этой пеленой душа зреет и меняется, и человек растет. Это место мне запомнилось особенно, потому что я это видел на самом деле.

Много лет тому назад, когда я еще был врачом во Франции, мне поставили вопрос об одном художнике. Был в нашей среде выдающийся иконописец, который начал сходить с ума. Его мать и сестра поступили так, как многие поступают: они не хотели его расстраивать. И когда он говорил, что чувствует запах серы, они делали вид, что принюхиваются, и говорили: «Да-да, на самом деле…» — в то время как ничего этого, конечно, не воспринимали, потому что ничего этого не было!

Когда болезнь стала прогрессировать, ко мне, как к врачу, обратились с вопросом. Как я сказал раньше, я тогда был врачом и меня спрашивали как такового. Мне сказали: «Мы его кропили святой водой, он исповедовался, мы служили молебны, мы совершали помазание над ним, мы его причащали — и исцеления не случилось. Он все равно продолжает болеть… Что делать?» Я тогда ответил: «Просто послать его в больницу, чтобы он получил электротерапию». Я помню, с каким возмущением мне было отвечено тогда: «Ты что — неверующий?! Что, ты думаешь, что силой молитвы нельзя сделать то, что может сделать электрический шок?! А что, если это дьявол в нем действует?!» Тогда я ответил чистосердечно и вызывающе. Я сказал: «Знаете что, если это в нем дьявол действует, то электрический шок дьяволу никакого вреда не принесет, а человека может спасти…» Это было встречено с большим негодованием, но больного все-таки пришлось отдать в больницу. В этой больнице я тогда работал и поэтому видел его каждый Божий день. Пролежал он в больнице около года. Он кощунствовал, он бился, он был совершенно невменяем. Нельзя было войти с ним ни в какой контакт, никому… А потом вдруг он пришел в себя.

Когда он вышел из больницы исцеленным, благодаря медицинской помощи, оказалось, что случилось с ним то, о чем говорил Иоанн Кронштадтский. Еще неопытный, хотя очень одаренный, еще не вполне созревший иконописец вышел из больницы зрелым иконописцем, которым он не был раньше».

В большинстве случаев психических расстройств уместен и духовный «диагноз». Границы здесь очень прозрачные.

И еще. Мне не раз приходилось видеть душевнобольных людей с большим стажем заболевания, у которых по мере воцерковления по милости Божией проходили различные трудноизлечимые и неизлечимые проявления заболеваний. Молитва, св. Таинства в корне изменяли их психическое состояние. Исчезали упорные бредовые идеи, галлюцинации. В глазах появлялась осмысленность, значительно улучшалось самочувствие. Вместо «маски сумасшедшего» на лице отображалась печать духовности.

Профессор Д. Е. Мелехов в своем труде «Психиатрия и проблемы духовной жизни» писал: «Под влиянием греха живая человеческая душа, не потерявшая совесть, испытывает чувство вины, печаль, мучение и потребность освободиться от греха. Верующий человек идет за помощью в церковь, обращается к духовно-опытному человеку. Он испытывает духовную боль и страдание, а иногда несет и физические последствия греха.

Перед духовником, а также и перед психиатром, если он верующий человек, стоит первая задача — поставить «духовный диагноз», т. е. необходимо определить, что в этих страданиях человека имеет непосредственную духовную причину и подлежит лечению духовному. Одновременно надо установить, что в его переживаниях оказывается проявлением душевной болезни, имеющей причину в нарушениях мозговой деятельности или всего организма, а потому требует врачебной компетенции…

Или, наконец, у пришедшего имеются такие психофизические нарушения, которые являются опосредованным следствием личных или семейных грехов и тогда нуждаются в духовных и психиатрических методах лечения одновременно. В таких случаях духовное выздоровление может привести к психиатрическому и физическому выздоровлению».

Укажу на еще одно очень важное духовное наблюдение: «Враг пал гордостью. Гордость — начало греха; в ней заключены все виды зла: тщеславие, славолюбие, властолюбие, холодность, жестокость, безразличие к страданиям ближнего; мечтательность ума, усиленное действие воображения, демоническое выражение глаз, демонический характер всего облика; мрачность, тоска, отчаяние, ненависть; зависть, приниженность, у многих срыв в плотскую похоть; томительное внутреннее беспокойство, непослушание, боязнь смерти или наоборот — искание покончить жизнь и, наконец, что нередко, — полное сумасшествие. Вот признаки демонической духовности. Но, доколе они не проявятся ярко, для многих остаются незамеченными» (архимандрит Софроний (Сахаров). Из книги «Старец Силуан Афонский»).

Безусловно, многое предстоит еще осмыслить, во многом разобраться для того, чтобы лучше помогать (духовно и телесно) психически больным.

* * *

Еще несколько слов о психиатрах. Труд этот нелегок. Государство предоставляет этой категории медицинских работников ряд социальных льгот (оплата за вредность, дополнительные дни к отпуску). С горечью пишу о том, что о духовности в психиатрии (как и повсюду в современной медицине) почти ничего не говорится. Духовных требований к врачам-психиатрам также нет. Отсюда и результат. Причем, отрицательно он сказывается и на лечащихся, и на лечащих. К примеру, по опубликованным данным, среди психиатров в несколько раз чаще, чем среди врачей иных специальностей, встречаются депрессивные состояния. Приходится констатировать и очень печальные факты: случаи суицидального поведения и завершенные суицидальные попытки среди психиатров, к сожалению, не единичны. Выход из этой ситуации один-единственный для всех и каждого — обращение ко Христу, воцерковление, устроение своей жизни по заповедям Божиим.

Пастырская психиатрия

Среди всех медицинских специальностей существует одна, которая вплотную может соприкасаться с пастырством. Название ее — психиатрия. Наверное, не будет преувеличением сказать, что многие священники за годы своего служения встречались у исповедного аналоя или во время иного душепопечительства с ситуациями, когда их духовное чадо обнаруживало некоторые эмоциональные, поведенческие или мыслительные расстройства.

Встречаются и случаи пастырского окормления психически больных. И, наконец, выделяется обширная группа пограничных (на гране здоровья и болезни) психоневрологических нарушений, распространенность которых достаточно велика.

Раньше учащиеся духовных школ знакомились с пастырской психиатрией. В настоящее время предмет этот вновь вводится в учебные программы некоторых духовных школ.

Пастырская психиатрия стремится проникнуть в те сферы душевной жизни, которые не квалифицируются как грех, но «соседствуют» с ним или «подталкивают» болеющего к последнему. Например, тревога (если это симптом) не является грехом, однако может привести к тяжким последствиям ее обладателя. В результате психической болезни душа человека как бы покрывается «дымкой тумана», который нужно рассеять. Такая душа, как правильно заметил один священник, теряет путь к Господу.

Воля человека ослабляется. Пастырские наставления оказываются преждевременными, потому что не могут быть восприняты страждущим адекватно. Лечить такие хвори исключительно аскетическими средствами не всегда оправдано. Здесь будет уместна помощь психиатра. Хорошо, если на приходе окажется православный врач. В таком случае священник может воспользоваться его помощью. Знания по психиатрии самому батюшке тоже сгодятся. Психиатрия в этих ситуациях не противостоит пастырству, но стремится обогатить его некоторыми сведениями. Задача священника — настроить окормляемого на терпение и смирение, помолиться за него. Задача врача — уповая на помощь Божию, лечить душевные расстройства методами современной медицины.

Психиатр-психотерапевт, воздействуя на волю человека, его разум и эмоции, помогает преодолеть болезнь или ее последствия. Он пытается устранить патологические симптомы и синдромы со стороны центральной нервной системы, такие как депрессия, тревога, астения и др., которые возникли не в виду вражеского искушения, но по причинам биологическим и наследственным. По своем выздоровлении (когда это бывает возможно) человек вновь возвращается в обычное состояние. Он может трезво смотреть на окружающую жизнь и на себя, посещать храм Божий, молиться, работать на благо семьи и общества.

По мере выздоровления больного, «удельный вес» психиатрической помощи будет ослабевать, а духовной — напротив, возрастать. Безусловно, вышеописанное лишь эскизно изображает такую сложную область знаний как пастырская психиатрия.

Священнику в деле духовного окормления психически больных прихожан следует помнить, что у верующего человека болезнь тесно переплетается с его религиозностью. Хотя душа и недугует, но она и верует, и стремится к Создателю. Психические нарушения в этих случаях имеют ряд особенностей. Так, например, во время депрессии у больных часто отмечаются следующие признаки: упорные мысли о богооставленности, отчаяние во спасении, глубокое уныние. Если такое настроение держится более полумесяца и не проходит после молитвы и св. Таинств, то это дает основание предполагать наличие психической болезни, и в этих ситуациях помощь психиатра очень уместна. Приведу еще пример. В психиатрии есть диагноз, который именуется «религиозная паранойя». Выставляется он на основании данных, свидетельствующих о специфических расстройствах мышления. Проявления религиозной паранойи разнообразны. В одних случаях это, к примеру, выглядит как отказ от социальных обязанностей. В других — пренебрежение гигиеной, принятие без благословения непомерных подвигов поста, молитвы и др. Эти состояния отличаются от прелести или духовного заблуждения и неопытности и по ряду других проявлений, ставящих их в одну группу с иными душевными недугами.

Священнику важно разбираться, где грех, а где болезнь. От этого будут зависеть многие особенности душепопечения.

К сожалению, у некоторых священнослужителей сложилось мнение о нецелесообразности психиатрической помощи как таковой. Душевные болезни ими воспринимаются либо как результат воздействия злого духа, либо — как следствие греховного повреждения души. И только.

Опыт показывает, что такого рода пастырские умозаключения не улучшают психическое состояние болящих пасомых. Порой приходится видеть, как некоторые из них мучаются, страдают от болезни, но за версту обходят кабинет психиатра, даже православного.

Понимаю, что отношение к психиатрии особенное. Вспоминаются недавние времена, когда правители государства пытались использовать психиатрию как политический инструмент для подавления инакомыслия. Это было, тут уж ничего не скажешь. Скажу лишь следующее. Два факта, на мой взгляд, бесспорны.

Первый — наличие душевных (психических) заболеваний.

Второй — большинство моих коллег пытаются достойно выполнять свои профессиональные обязанности.

Кстати сказать, что закон о психиатрии в настоящее время гарантирует религиозные свободы психически больных. Да и сами психиатры меняются. Сегодня среди них становится все больше верующих людей.

Как-то на прием пришла психически больная женщина, которая долгое время не могла принять решение — обращаться ей к психиатру или нет. Это обстоятельство и побудило ее написать письмо старцу-архимандриту Кириллу (Павлову).

Батюшка, со слов женщины, ответил ей так: «Обратиться к психиатру можно, но надо и помолиться, чтобы Господь, если есть на то святая Его воля, через врача исцелил Ваше заболевание».

Мне известно, что и другие опытные духовники благословляли лечение у психиатра.

В завершение этой главы, в качестве иллюстрации к сказанному о пастырской психиатрии, приведу пример из книги Д. Е. Мелехова «Психиатрия и проблема духовной жизни». Автор в одной из глав описывает болезнь Достоевского и опыт его духовного пути. «Очень поучительным для священника примером врожденной наследственной эпилепсии является болезнь Ф. М. Достоевского: гениальный писатель страдал с 15 лет эпилепсией. Это была относительно благоприятная по течению форма смешанной эпилепсии с редкими припадками и эквивалентами, благодаря чему он до конца жизни сохранил творческие способности, хотя и страдал значительными дефектами памяти. Заболевание дало обострение в студенческие годы, а затем в период суда, смертельного приговора, лет каторги и солдатской службы.

Грубой ошибкой являются наивные попытки объяснить болезнью, выводить из болезни мировоззрение и творчество писателей или общественных деятелей. Ф. М. Достоевский был гениальным писателем «не благодаря, а вопреки» болезни. Будучи писателем автобиографическим, он в своем творчестве показал, в частности, и все многообразие и противоречивость проявлений и переживаний неуравновешенных типов человеческой личности.

В то же время, как верующий человек, вера которого прошла «сквозь все горнила сомнений», он в ряде своих героев отразил и свои попытки осмыслить свою болезнь и опыт борьбы с болезнью… Князь Мышкин и Рогожин в «Идиоте»; ясность, смирение и вера старца Зосимы и бунт Ивана Карамазова; ясность и чистота Алеши Карамазова и глубокое моральное уродство («инфернальность») Федора Карамазова и Смердякова; безудержная власть влечений и аффектов у Димитрия, сменяющаяся глубоким покаянием, жаждой избавления путем страданий и т. д.… Он сознавал себя пленником своей судьбы и болезни и вел с ней борьбу. Двойственность, двойничество — судьба не только его героев, многие из которых гибнут в борьбе со своими двойниками. Двойничество он сознавал и в себе и к концу жизни подводил итоги своего опыта борьбы с ним.…

Но Достоевский до конца своих дней сохранил творческие силы, критическое отношение к болезни, к своему характеру и живое сочувствие к людям. Двойничество было трагедией больного гения и его героев. Но он сохранил, как писал о нем Страхов, «глубокий душевный центр, определяющий все содержание ума и творчества», из которого исходила энергия, оживляющая и преобразующая всю деятельность.…

На этом примере можно кратко суммировать отношение самого верующего больного к проявлениям болезни и наметить основные линии поведения священника-душепопечителя с больными эпилепсией. Можно выделить две основные обязанности священника в отношении больных: 1) побудить больного к врачебному обследованию и, в случае необходимости, к систематическому лечению и 2) помочь больному в борьбе с болезнью, в критическом осознании и преодолении своих аномалий характера и поведения. Врач-психиатр может лечить больного в периоды острых психозов, помочь сделать приступы болезни и припадки более редкими и, по возможности, предупредить их рецидивы. Роль духовника особенно важна для этих больных в периоды между припадками, когда они осознают мучительные противоречия полярных состояний подъема и упадка, озарения и дикого гнева, просветления и помрачения сознания, полярных состояний благостного доброжелательства к миру и людям, и мрачного озлобления, раздражения, подозрительности и морализующих поучений….

Поведение священника определяется общей задачей пастырства помочь человеку найти глубину покаяния, восстановить правильное духовное ощущение жизни в душе человека, правильное отношение к своему греху и к своему бессмертному человеческому достоинству, которое подвергается таким драматическим испытаниям у больных, когда двойничество выражено максимально».

Профессор Д. Е. Мелехов указывает в своих работах (в помощь священнику), что поводом для обращения к медицинской компетенции могут явиться следующие психопатологические состояния:

1. Припадки истерические, эпилептические и смешанные.

2. Нарастающее падение работоспособности, утомляемость, прогрессирующее снижение памяти и интеллектуальных способностей.

3. Резкое и прогрессирующее изменение основных черт характера, немотивированное и независимое от внешних условий развитие возбудимости, холодности, злобности, жестокости, тревожности, эмоциональной неустойчивости.

4. Повторяющиеся обманы зрения, слуха, обоняния, тактильные обманы, патологические ощущения в коже, ощущения воздействия электротоком и т. д.

5. Глубокие и стойкие или часто рецидивирующие состояния депрессии, тоски с безнадежностью, унынием, в особенности с мыслями о самоубийстве, или состояния беспричинной веселости с беспорядочно повышенной активностью, неконтролируемым наплывом мыслей и переоценкой своих возможностей.

6. Неуправляемые насильственные, навязчивые мысли, наплывы беспорядочных мыслей, непроизвольные остановки и обрывы в ходе логического процесса, ощущения искусственных, «сделанных», внушенных мыслей, возникающих под воздействием электротока, гипноза, радиоволн или бесоодержимости.

7. Яркие и повторяющиеся состояния «озарения», «прозрения», видения, голоса, не вытекающие из прежнего опыта и чуждые общей структуре личности.

8. Непреодолимая власть грубых биологических влечений, «хульных» мыслей, чуждых для основного ядра личности, упорное чувство богооставленности с унынием, отчаянием и с мыслями о самоубийстве.

9. Крайняя гордость, уверенность в правильности своих ошибочных суждений, вопреки очевидной реальности и объективному мнению окружающих (бредовые идеи ревности, изобретательства, реформаторства в гражданской и церковной жизни). Или, наоборот, комплекс приниженности, самоуничижения, как проявление тайной гордости и эгоцентризма.

О помощи больным

Помощь психически больным должна быть многообразной. Уповая на милосердие Господне, в ряде случаев надлежит лечиться медикаментозно. Не нужно противопоставлять лечение у врача и духовную помощь. «Дай место врачу, ибо и его создал Господь, и да не удаляется он от тебя, ибо он нужен» (Сир. 38, 12).

Надо и молиться, и лечиться. По возможности, в психиатрических больницах следует формировать православную среду. Крещеных больных с сохранной критикой надо призывать к покаянию. Делать это лучше в периоды между приступами заболевания или во время ремиссии.

Хорошо, если в лечебницах будет больше верующих врачей, медсестер. В таком случае, убежден, те же лекарства будут действовать эффективнее. Страдания больных нужно облегчать не только таблетками и уколами, но и молитвой о здравии сих болящих рабов Божиих. Они очень нуждаются в молитве за них, так как их душевные силы расстроены, ослаблены тяготами болезни. Следует приглашать в клиники священников, служить молебны, распространять православную литературу. Опыт подобной деятельности уже есть.

Приведу еще пример. Вот строки из письма верующего, православного человека, страдающего психическим заболеванием:

«Мне очень помогают молитвы — «Трисвятое», «Отче наш», Иисусова молитва, «Богородице Дево». Когда я читаю молитвы, они как будто сшивают разорванную ткань моего рассудка (между прочим, есть русская сказка про то, как мужик штопал небо). А небо — это разум в человеке. Так что, возможно, мое ощущение, что молитва «сшивает» разум, правильно. Молитва, постоянно повторяемая, восстанавливает здравый рассудок.…

Еще — о бредовых идеях и навязчивых мыслях. Их очень трудно победить «в лоб», но можно в обход. Когда я была в больнице в бредовом состоянии, моя мама исповедовалась и заказала отслужить молебен с водосвятием Божией Матери перед иконою «Скоропослушница», и бред оставил меня.

И опять же, когда находят навязчивые идеи, сколько им ни противоречь, хотя и видно, что они безумны, отогнать их невозможно. В них какая-то сила от диавола, они волнуют сердце, действуют не только на ум, но возбуждают и чувство. Но их также можно победить в обход. Я, например, просила помолиться обо мне, и мысли, постоянно вращавшиеся в уме, покинули меня, а это были вопросы, на которые я тщетно искала ответы. Диавол умеет задавать такие вопросы.…

Еще помогает вот что. Надо убрать из дома греховные, соблазнительные предметы, картины, книги. Как говорил кто-то из святых, борющимся с грехом винопития не надо держать в доме винных бутылок…».

В одном из писем, полученных от больных, было написано следующее: «Я бы назвал душевную болезнь (имеется в виду одна из форм психозов — авт.) спасительной прелестью. Но если «обычная» прелесть губительна, так как является грехом, то психическая болезнь может быть спасительна, ибо не дает возможности совершить сознательных грехов. И если даже людской суд прощает душевно больных, признавая их невменяемыми, что уж тут говорить о Суде Божием».

Еще одно письмо: «Я состою на учете по психическому заболеванию уже 15 лет, но началось все намного раньше, когда мне было 14 лет. Я принимаю свою болезнь, как крест от Господа. Это мой путь к Богу. Как долго я шла к нему, пока не осознала это. Благодарю Бога за все и слава Богу за все. Н., 43 года».

Если попытаться мысленно, условно разделить на две группы всех болящих, которым за годы работы довелось оказывать лечебную помощь, и в одну группу поместить верующих больных, а в другую — отрицающих Бога и Его Церковь, то даже клиническое течение заболеваний в этих группах значительно отличается. Приведу лишь один пример. Как-то я беседовал с одним больным, страдающим весьма тяжелым психическим заболеванием, и когда я было попытался утешить его, то мой подопечный мне спокойно и серьезно ответил: «Доктор! То положение в котором я нахожусь, самое спасительное для меня». Я был тронут таким его ответом до самого сердца. Конечно, бывают разные заболевания и разные больные, но, повторяю, тенденция, на мой взгляд, именно такова. Да и другой не может быть. Господь милостив.

Помоги, Господи, страждущим психическими недугами рабам Твоим!

Памятка для родственников психически больных (психозы)

1. Не ищите психологических причин, оправдывающих поведение и самочувствие больных. Их недуг развивается по другим механизмам и мало связан с ситуационными факторами.

2. Запомните, что бред — это болезненное, ложное умозаключение, не поддающееся переубеждению.

3. Учитесь улавливать предвестники ухудшения психического состояния больных (например: стойкая бессонница, агрессия, усиление замкнутости и др.).

4. Не меняйте без особых причин лечащего врача. Стремитесь к тому, чтобы больной регулярно встречался с психиатром.

5. В периоды возможных ухудшений психического состояния обязательно информируйте духовника (если он есть) или приходского священника и решите с ним вопросы духовного окормления болящего (дома или в стационаре).

6. Усильте молитву за болящего. Подавайте их имена для поминовения на Божественную Литургию, молебны. Окружайте больных святынями.

7.   Помните, что от Господа равную мзду иметь будут — болящий, терпя скорби безропотно, и усердно служащий ему.

Претерпевый же до конца, той спасен будет (Мф. 10, 22)

Передо мной психически больной молодой человек. На прием его привело не ухудшение самочувствия, но желание быть выслушанным, утешенным. Он страдает такой формой психоза, при которой личность остается относительно сохранной. Болезнь как бы проходит на его глазах. Усталым голосом он произнес: «Доктор, мне иногда кажется, что Господь оставил меня, что моя жизнь бесполезна, бесцельна. Я обуза для старенькой мамы, у меня нет работы, пенсии не хватает даже на то, чтобы свести «концы с концами».…

Трудный был у нас разговор. Молодому человеку очень тяжело. Он нуждается в помощи. И, конечно, Господь не забыл о нем. На все воля Божия. Надо только веровать в то, что от Всеблагого Господа нам все подается во спасение. Не надо поддаваться унынию. Пред Богом важны не должности и успехи, а вера, смирение, безропотное несение своего креста.

Протоиерей Владимир Воробьев по этому поводу пишет: «Священник должен объяснить человеку, что болезнь душевная — это не позор. Это вовсе не какое-то вычеркнутое из жизни состояние. Это крест. Такой человек чего-то не может делать так, как делают здоровые люди. Но он может смиряться и должен смиряться. Он многого не понимает, но должен слушаться. И если такому больному удастся объяснить, что он должен смиряться, тогда все в порядке. Он обязательно реабилитируется и сможет жить в Церкви благополучно. Для него не закрыто ни Царство Божие, ни жизнь благодатная…. Часто говорят: «А почему вы благословляете пить таблетки? Разве от душевного заболевания можно лечить таблетками? Я вот пришла в Церковь, прошу благодати Божией, хочу, чтобы Бог исцелил мою больную душу. А почему вы посылаете к врачам? Что, благодать Божия не действует?»

Благодать Божия действует, и любого, даже самого больного человека Бог может в одно мгновение исцелить от любой болезни. Хромого может сделать целым, слепого может сделать зрячим, а психически больного может сделать здоровым. Это безусловно. Но почему же Господь не делает этого? Вот ты хромой и хромай всю жизнь. Почему? А потому, что Господь тебя смиряет таким образом, потому, что Богом положен на тебя такой крест. А может быть, ты сам себе этот крест когда-то выбрал.

Надо смиряться. Вот тебе не дано видеть двумя глазами, а только одним. А ты будешь глухой…. Точно так же с любой другой болезнью, и с психической тоже. Господь может тебя исцелить. Но сегодня или, может быть, всю жизнь Он хочет, чтобы ты обращался за помощью к врачу. Это вовсе не значит, что тебе не надо причащаться и что это тебе вместо Причастия.…

Духовная жизнь только тогда возможна, когда человек согласится признать истинное положение вещей и смирится, согласится жить с тем крестом, который Господь дал ему».

А вот как поучают нас святые отцы. Св. праведный Иоанн Кронштадтский говорил: «Величайшее, постоянное заблуждение нашего сердца, с которым нам нужно бороться непрерывно — во всю жизнь, это — тайный помысл его, будто мы можем быть без Бога и вне Бога где-нибудь, когда-нибудь хотя бы на одно мгновение».

Св. преподобный Никодим Святогорец наставляет нас так: «Больной ли ты или бедный, терпи. Ничего, кроме терпения, Бог от тебя не требует. Терпя благодушно, ты будешь находиться непрерывно в добром деле. Когда ни воззрит на тебя Бог, будет видеть, что ты делаешь добро или пребываешь в добре, если благодушно терпишь, тогда как у здорового дела добрые идут с промежутками. Почему, желая перемены своего положения, ты желаешь променять лучшее на худшее?»

Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал, утешая в скорби по поводу умопомешательства: «О случившемся искушении Вам не должно скорбеть, но отдаваться на волю Божию, которая спасает всех спасаемых многоразличными скорбями. Попущенное умопомешательство Д. попущено ей на пользу, да дух ее спасется. Предоставьте ее Богу. Относительно всего, что она ни говорила и ни делала в своем припадке, Вам не обращать никакого внимания, и не должно принимать к сердцу никаких ее слов и дел, потому что все производилось и делалось ею вне рассудка.…

Бог да утешит Вас в постигшей скорби. Влас главы нашей не падает без воли Его! Иначе взирает мир на приключения с человеками, и иначе Бог. Видим, что св. Нифонт Епископ четыре года страдал умоисступлением, свв. Исаакий и Никита (который был впоследствии святителем Новгорода) долго страдали умоповреждением. Некоторый св. пустынножитель — упоминает об этом событии Сульпиций, писатель 4-го века, в рассказе Пустоминиана, путешествовавшего по монастырям Востока, — творивший множество знамений и заметивший от этого возникшую в себе гордость, молил Бога, чтоб для уничтожения славы человеческой попущено было ему умоповреждение и явное беснование, которые и попустил Господь смиренномудрому рабу Своему. Веруем, что без воли Божией не может к нам приблизиться никакая скорбь; всякую скорбь, как приходящую от руки Божией, приемлем с благоговейною покорностью воле Божией, с благодарением, славословием всеблагого Бога, непостижимого в путях Его, дивного во всех делах Его».

Традиционно принято считать, что большинство психотической патологии малоизлечимо. Особенно это относится к тяжелым психозам, дегенеративно-дистрофическим заболеваниям коры головного мозга, врожденным формам умственной неполноценности и т. д. Но милость Божия по вере людей являет нам чудеса, и законы естества отступают. Приведу лишь один пример.

Воспользуюсь очень ярким примером, который описан в небольшой книжечке с названием «Когда болеют дети». Ее автор — врач и священник о. Алексий Грачев. «Два с половиной года назад ко мне на исповедь пришла больная девочка лет двенадцати из детского дома. Она не могла связать двух слов, крутилась, как волчок, ее ненормальный взгляд, постоянные гримасы, весь вид ее говорил о «неполноценности». И вот она стала исповедоваться и причащаться каждое воскресенье.

Через год у нее появилась потребность откровения помыслов (кто молится и часто исповедуется, тот знает, что это такое). Девочка стала вести такую внимательную духовную жизнь, о которой не подозревают даже те люди, которые считают себя глубоко верующими и церковными. Она стала молиться Иисусовой молитвой («Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешную»), бороться с прилогами, прощать обиды, терпеть все. В течение нескольких месяцев она научилась читать и писать, прошли все признаки дебильности, на лице изобразилась печать духовности. Во всем, что она говорила и делала, было чувство и рассуждение…» Подобные примеры не единичны, их множество.

Выписка из книги протоиерея Илии Четверухина и Евгении Четверухиной «Иеросхимонах Алексий, старец Смоленской Зосимовой пустыни»:

«Интересен рассказ одной толмачевской прихожанки Е. И. Шульгиной, второй сын которой родился глухонемым. Она очень тяжело переживала это горе, временами доходила до отчаяния. По совету Е. Л. Четверухиной она поехала в Зосимову пустынь. Е. И. все рассказала старцу и стала просить его помолиться о сыне, о его исцелении. Батюшка решительно отказался. «Ты должна радоваться, ты счастлива, — говорил ей старец, — что в наше горькое время твой сын не скажет и не услышит ничего дурного. А молиться о сыне твоем надо так: «Господи, если нужно для славы имени Твоего, чтобы сын мой говорил, то дай ему это, если же нет на то Твоей святой воли, то пусть он останется глухонемым».

Этот ответ батюшка произнес таким твердым и решительным голосом, что Е. И. ничего не могла возразить. И даже, наоборот, она не только перестала вдруг печалиться и тосковать, но вышла от старца вполне успокоенной и с тех пор совершенно покорилась воле Божией».

Греховные страсти и невроз

Выше было сказано, что душевные болезни могут быть «от естества», или же их проявления связаны с одержимостью души злыми духами. Вместе с тем, существует большая группа психических расстройств, именующаяся в клинике как «пограничная патология» (функциональная, т. е. принципиально обратимая психическая патология). К этой группе относятся неврозы, неврозоподобные состояния, некоторые типы депрессивных расстройств, психосоматические состояния и др. Страдания этих людей во многом являются следствием их личностно-характерологического склада, который, на мой взгляд, определяется духовными причинами.

Пограничные нервно-психические расстройства, среди которых значительное место занимают неврозы, прочно удерживают лидирующее положение в обширной группе психических заболеваний. По данным Всемирной организации здравоохранения, около 10% населения индустриально развитых стран больны неврозами и за последние 65 лет их число выросло в 24 раза. Заболеваемость неврозами в России составляет 20—25 случаев на 1000 человек. Это только учтенная заболеваемость и, скорее, ее можно рассматривать как вершину айсберга.

           Неврозы, как эпидемия, распространяются повсеместно. Известно, что от 30 до 65% посетителей у общепрактикующих врачей — это люди с выраженной невротической симптоматикой. В среде специалистов, изучающих эту патологию, бытует грустная шутка: вместо вопроса, страдает ли человек неврозом, надо задавать вопрос, каким именно видом невроза он страдает.

           В последнее десятилетие проблемы, связанные с происхождением неврозов, стали подвергаться активному пересмотру. Отношение к этому заболеванию как к легкой психической дисфункции в значительной степени изменяется. Принцип функциональности (легкой обратимости) не подтверждается современной клинической практикой. По опубликованным в печати данным, выздоровление при неврозах наступает менее чем у 40—50% заболевших. Установлено, что в первые три года заболевания выздоравливают лишь 10% больных. Часто страдания длятся годами и даже десятилетиями.

           Согласно определению, принятому в нашей стране, невроз — психогенное (возникающее на нервной почве) нервно-психическое расстройство, которое формируется в результате нарушения особо значимых жизненных отношений человека. Проще говоря, невроз развивается тогда, когда человек в силу различных обстоятельств не может найти подходящего выхода из сложного положения, разрешить психологически значимую ситуацию или перенести какую-то трагедию.

Симптомы невротического срыва общеизвестны: снижение настроения, раздражительность, бессонница, чувство внутреннего дискомфорта, вялость, апатия, ухудшение аппетита. Могут появляться навязчивости, вспышки агрессивности, злобность и т. п. Вся эта симптоматика сопровождается общим недомоганием, неприятными телесными ощущениями, вегетативными нарушениями. Проявления неврозов обобщенно могут быть именованы как устойчивая потеря душевного мира. При неврозе человек сохраняет ясную критику, тяготится своим состоянием, но ничего не может с собой поделать.

           Вместе с тем существуют и состояния, по клинике напоминающие неврозы, но развивающиеся по иному механизму. Они определяются как неврозоподобные и возникают при многих соматических заболеваниях, инфекционных процессах, при атеросклерозе сосудов головного мозга и других патологических процессах. Кроме того, неврозоподобная клиническая картина может часто встречаться у людей с дурным характером или существенными недостатками воспитания.

           Термин «невроз» прочно вошел в нашу жизнь и неизвестен разве что младенцу. Выделяют школьные и пенсионные неврозы, неврозы достижения и одиночества, соматогенные и экологические, а также многие иные разновидности этого недуга. Особую группу составляют так называемые ноогенные неврозы, связанные с утратой или отсутствием у человека смысла жизни, ценностными конфликтами. Существуют данные о том, что примерно каждый пятый невротический случай имеет ноогенную основу, в действительности же представляется, что едва ли не каждый невроз имеет духовные корни. Впрочем, обо всем по порядку.

           Впервые понятие «невроз» было предложено в 1776 году шотландским врачом Кулленом, и с тех пор дискуссии о сущности этого заболевания, корнях его возникновения и механизмах формирования не перестали быть менее животрепещущими. Однако это, конечно, не означает, что до Куллена неврозов вообще не существовало; их появление, как и появление болезней вообще, произошло вследствие грехопадения человека. Описание неврозов встречается уже в древнейших письменных источниках человечества. Так, в папирусах Кахун (ок. 1900 г. до Р. Х.) и Эберса (ок. 1700 г. до Р. Х.) содержатся данные о болезненных состояниях женщин, которые очень напоминают клинику истерического невроза.

Сегодня трудно найти другое понятие в медицине, трактуемое различными научными школами столь многозначно и даже противоречиво. Невротические реакции, которые могут возникать у человека вслед за тяжелыми потрясениями, конфликтами, соматическими заболеваниями или жизненными неурядицами, весьма разнообразны. Симптомы их накладываются на личность человека, особенности его характера — отсюда и полярность взглядов на эту проблему.

Причем на острие научных дискуссий находятся не только вопросы систематики неврозов, а и само существование их как нозологической (болезненной) формы. Крайняя точка зрения некоторых психиатров выглядит примерно так: невроз — это нормальное поведение в ненормальном обществе.

           Другие мнения могут быть представлены следующим образом: мозговая дисфункция; вытеснение в бессознательное внутреннего конфликта; бескомпромиссность установок и догматический строй мышления; неумение прогнозировать конфликт и готовиться к нему; неверные стереотипы поведения; неудовлетворенность потребности в самоактуализации и т. д.

           Одни исследователи относят истоки неврозов к особенностям мышления человека, другие — к патологии эмоций, третьи — к нарушению процесса самопознания, четвертые — к психологической незрелости и инфантильности. Есть и такие авторы, которые склонны думать, что невроз — наследственное заболевание.

           А вот еще одна точка зрения: М. М. Хананашвили говорит о неврозе как о заболевании, обусловленном избытком информации. В своей книге «Информационные неврозы» он приводит следующие подтверждения своим взглядам: «…подсчитано, что в экономически развитых странах к 1970 году каждый человек в среднем совершал в течение одного года поездки на большие расстояния, встречался с большим количеством людей, получал больше информации, чем человек к 1900 году в течение всей его жизни… Около 25% населения земного шара подвержено влиянию резко возросших информационных перегрузок…» Риск развития заболевания этот исследователь видит в длительном выполнении большого объема работ в условиях дефицита времени и высокого уровня мотивации (побуждения).

           Академик П. В. Симонов, напротив, характеризует невроз как болезнь недостатка информации. Так, по мнению этого ученого, утверждения которого представляются также обоснованными и логичными, ярость, к примеру, компенсирует недостаток сведений, необходимых для организации адекватного поведения, страх — недостаток сведений для организации защиты, горе возникает в условиях острейшего дефицита сведений о возможности компенсации утраты и т. д.

           Некоторыми авторами высказывалось мнение о том, что невротики страдают из-за неспособности любить.

           Следует подчеркнуть, что каждое психологическое направление только тогда делалось состоятельным в глазах коллег, когда его представителям удавалось аргументированно и по-новому заявить о взглядах на проблему невроза.

           Итак, точек зрения много, но ясности нет, наука запуталась. Произошло это потому, что невротическая патология помимо всего прочего имеет духовную основу, о которой в отечественной психиатрии не упоминалось на протяжении последних нескольких десятилетий. Безудержный рост неврозов в двадцатом веке порожден не только стрессами и научно-техническим прогрессом с его информационными перегрузками (на что неоднократно указывали исследователи), но, прежде всего, «прогрессом» общечеловеческого грехопадения.

           Во все времена истории человечества были войны, различные природные бедствия, наводнения, засухи, смерчи. И трудно сопоставить, скажем, в какой степени нынешнее время тревожнее и беспокойнее, например, эпохи царствования Ивана Грозного. Почему же проблема неврозов стала столь острой лишь в последнее время? Причина, думается, одна — в нарастающем безверии, в потере человечеством духовного фундамента, а с ним и истинного смысла жизни.

Оказывается, что главное в происхождении невроза не стрессы и неприятности, а личность человека. Причем личность внутренне расстроенная.

           Грех, как корень всякого зла, влечет за собой невротические расстройства. Совершаясь в глубине человеческого духа, он возбуждает страсти, дезорганизует волю, выводит из-под контроля сознания эмоции и воображение. По словам святителя Феофана, «внутренний мир человека-грешника исполнен самоуправства, беспорядка и разрушения». Глубокий невроз — показатель нравственного нездоровья, духовно-душевного разлада.

           Святитель Феофан Затворник указывает и на то, что «естественное отношение составных частей человека должно быть — по закону подчинения меньшего большему, слабейшего сильнейшему; тело должно подчиняться душе, душа духу, а дух же по свойству своему должен быть погружен в Бога. В Боге должен пребывать человек всем своим существом и сознанием. При сем сила духа над душою зависит от соприсущего ему Божества, сила души над телом — от обладающего ею духа. По отпадении от Бога произошло, и должно было произойти, смятение во всем составе человека: дух, отделившись от Бога, потерял свою силу и подчинился душе, душа, не возвышаемая духом, подчинилась телу».

           Профессор Д. Е. Мелехов полагает, что в основе многих психических расстройств лежит несмирение. Невроз в этом смысле не является исключением. Общепризнанно, что заболевание это развивается ввиду конфликта личности с собой (интрапсихический конфликт) или с другими людьми (интерпсихический). Невроз есть столкновение между желаемым и действительным. Чем мощнее это столкновение, тем острее протекает заболевание. «Вера же есть смирение», — говорит святой Варсонофий Великий.

           Как-то во время приема женщина, страдающая одной из форм невроза, эмоционально и многократно повторяла: «Доктор, я устала болеть и хочу вылечиться любой ценой. К тому же я не понимаю, о каком столкновении желаемого и действительного Вы говорили». На эти слова пациентки я ответил ей примерно следующее: «Господь ведает о вашей скорби, и если не спешит поменять имеющееся положение вещей, то, стало быть, и нет пока Его святой воли вот так враз вас исцелить. Когда, к примеру, со святыми случались неприятности, болезни или скорби, то они благодарили за то Бога и говорили: «По грехам своим приемлю». А что получается в нашем случае? «Хочу исцеления любой ценой». Вот в этом и столкновение между желаемым и действительным. Лечиться, конечно, можно и нужно, но очень важно смириться с постигшими вас болезненными обстоятельствами, считать себя достойной их и принять с благодарением. Господь о Вас не забудет и выше сил потерпеть не даст. В этом нас уверяет и святой апостол Павел: «Верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемым сверх сил, но при искушении даст и облегчение». Посему успокойтесь и не отчаивайтесь. Невроз — болезнь духовная. Смиритесь, и все пройдет».

           О том, какую радость приносит человеку смирение, читаем в жизнеописании святителя Игнатия (Брянчанинова): «Беспрекословное послушание и глубокое смирение отличали поведение послушника Брянчанинова в монастыре. Первое послушание было назначено ему при поварне. Поваром был бывший крепостной человек Александра Семеновича Брянчанинова (отца). В самый день вступления в поварню случилось, что нужно было идти в амбар за мукой. Повар сказал ему: «Ну-ка, брат, пойдем за мукой!» — и бросил ему мучной мешок, так что его всего обдало белой пылью. Новый послушник взял мешок и пошел. В амбаре, растянувши мешок обеими руками и по приказанию повара прихватив зубами, чтобы удобнее было всыпать муку, он ощутил в сердце новое, странное духовное движение, какого еще не испытывал никогда: собственное смиренное поведение, полное забвение своего «я» так усладили его тогда, что он во всю жизнь поминал этот случай».

           Большинство современных исследователей сходятся во мнении, что невроз — болезнь личности. Человек заболевает неврозом не вдруг, у этого недуга есть свой период предболезни. Можно нарисовать своеобразный портрет «потенциального» невротика, вернее, это будет целая галерея типов, каждый из которых имеет склонность к переходу потенциальных, скрытых болезненных сил в реальные. Одной из отличительных особенностей таких людей является стиль мышления, носящий характер бескомпромиссности; в их оценках сквозит выраженная категоричность, многое из происходящего не имеет для них оттенков и строится на контрасте: плохо — хорошо.

           Невроз чаще возникает в результате внутренних личностных процессов. Внешние провоцирующие факторы и обстоятельства представляют собой лишь последнюю каплю, пусковой механизм развития невротических нарушений. У человека, склонного к этому недугу, вырабатывается своеобразная «способность» нервозно реагировать на жизнь. Одни причины для переживаний (конфликты, стрессы) со временем уходят, становятся неактуальными, но вскоре их место занимают другие, и недуг возобновляется.

           В течении болезни выделяют невротическую реакцию, острый и затяжной неврозы и невротическое развитие. Предложенная схема позволяет видеть и анализировать возможность перехода одного типа течения в другой (реакция — невроз — развитие). Больные с диагнозом «невротическое развитие» являются практически нетрудоспособными, и их часто переводят на инвалидность.

           Неврозы справедливо называют запущенной формой страстей (имеется в виду страсть в святоотеческом понимании этого слова как греховное расположение души). В глубинной основе разнообразной невротической симптоматики лежит оскудение любви в сердце человека, а там, где нет любви, зреют равнодушие, неприязнь, нетерпимость, раздражительность, гневливость, завистливость, страх и др. Один пациент, страдающий затяжной формой невроза, признался: «Меня губит зависть. Как увижу, что у соседа или знакомого что-нибудь лучшее, так и места себе не могу найти, словно сгораю изнутри».

           Многие невротики говорят о душевном бесчувствии, каком-то внутреннем холоде. Преподобный Серафим Саровский поучал: «Бог есть огнь, согревающий и разжигающий сердца и утробы. Итак, если мы ощущаем в сердцах своих хлад, который от диавола, ибо диавол хладен, то призовем Господа, и Он, пришед, согреет наше сердце совершенною любовию не только к Нему, но и к ближнему. И от лица теплоты изгонится хлад доброненавистника».

           Мощным психотравмирующим и неврогенным фактором выступает тяжелая болезнь. К сожалению, по-христиански болеть умеют далеко не все. Адекватная, мужественная реакция на недуги встречается редко, гораздо чаще у людей в таких ситуациях возникают невротические реакции. Так, профессор В.П. Зайцев выделяет пять типов подобных реакций на инфаркт миокарда:

кардиофобическая реакция: больные боятся за сердце, испытывают страх перед повторным инфарктом миокарда и внезапной смертью; они чрезмерно осторожны, особенно при попытках расширения режима физической активности; усиление страха сопровождается дрожью в теле, слабостью, побледнением кожи, сердцебиением;

депрессивная реакция: в психическом состоянии доминируют угнетенное, подавленное состояние, апатия, безнадежность;

ипохондрическая реакция: главной ее особенностью является постоянная и явная переоценка тяжести своего состояния, чрезмерная фиксация на состоянии собственного здоровья;

истерическая реакция: для нее характерны эгоцентризм, демонстративность, стремление привлечь к себе внимание окружающих, вызвать сочувствие;

анозогнозическая реакция: отмечается отрицание болезни с игнорированием лечебных рекомендаций и грубыми нарушениями режима.

           У всякой болезни есть духовные корни, но распознать их подчас бывает невозможно, невроз же выделяется из числа остальных психических и соматических заболеваний тем, что является своего рода чутким нравственным барометром. Его связь с духовной сферой очевидна, и возникновение этого недуга вследствие душевных терзаний и угрызений совести может быть стремительным. Однако грех лишь создает духовную почву для возникновения невроза, развитие же невротических проявлений зависит от особенностей характера, условий жизни и воспитания, нейрофизиологических предпосылок, а также различных стрессов и других обстоятельств, многие из которых трудно учесть.

           Все в одну схему не уложить, жизнь гораздо сложнее. У одного человека формируется невроз, а у другого реакция ограничивается потрясением, но болезни не возникает. Глубинная сущность неврозов — тайна, известная только Господу.

Сложности, связанные с поиском причин возникновения неврозов, во многом обусловлены тем, что большинство ученых и практиков пытались и пытаются решить эту сложную проблему самостоятельно, без помощи Божией, без веры Христовой. Причем духовность пациента либо подменяется образованностью, эрудицией, либо совсем не принимается во внимание, отрицается, хотя многие последствия духовного повреждения у человека, страдающего неврозом, обнаружены, на мой взгляд, верно. Но, говоря о патологии процесса самопознания, «невротическом» строе мышления и особенностях эмоциональной сферы, необходимо понимать, что прежде эти же качества расстроились на духовном уровне, а уже затем отразились на душевной жизни человека.

           Надо заметить, что клиника невротических расстройств за последние 10—15 лет существенно изменилась. Она стала более сложной, запутанной (как, впрочем, и души обращающихся за помощью людей), а течение недуга — более затяжным. Постоянно растет непонимание между людьми, даже самыми близкими; достучаться до ума и сердца пациента становится все труднее и труднее. И это не только мое наблюдение, но и мнение многих коллег по работе.

           В последние годы стал очень популярным хлесткий, как удар кнута, термин «стресс». Православный врач В.К. Невярович совершенно верно указывает: «В наше время в понятие «стресс» (с психологической точки зрения) вошли чуть ли не все неприятные и тягостные для человека явления: ссора, конфликт, обида, печаль, переутомление, зависть, разочарование и пр. Границы стресса чрезвычайно размыты, не случайно Ганс Селье (автор теории стресса) утверждал, что, пока человек жив он находится в состоянии стресса.

           Греховные страсти остаются неведомыми нехристианским ученым. Зато найден некий новый невидимый универсальный враг человечества по имени «стресс», с которым наука пытается бороться. Какими же способами? Самыми разнообразными — от аутотренинга, массажей, бань, транквилизаторов до путешествий, медитаций и специальной «противострессовой диеты». Сами же люди по старинке прибегают нередко к водке, а в последнее время многие пристрастились и к наркотикам».

           Невроз (особенно некоторые его формы: упорные навязчивые состояния, стойкие страхи) может быть также следствием дьявольского ополчения. Как можно иначе, к примеру, расценить непреодолимое желание мыть руки по нескольку десятков раз перед едой или пересчитывать пуговицы на пальто у встречающихся прохожих и т. п.? При этом больные ужасно страдают, мучаются от своих состояний, тяготятся ими, но ничего с собой поделать не могут. Кстати, медицинский термин «обсессия», обозначающий навязчивые явления, переводится как одержимость. Епископ Варнава (Беляев) пишет: «Мудрецы мира сего, не признающие существования бесов, не могут объяснить происхождение и действие навязчивых идей. Но христианин, сталкивающийся с темными силами непосредственно и постоянно ведущий с ними борьбу, иногда даже видимую, может им дать ясное доказательство бытия бесов. Внезапно появившиеся помыслы, как буря, обрушиваются на спасающегося и не дают ему ни минуты покоя. Но положим, что мы имеем дело с опытным подвижником. Он вооружается сильной и крепкой Иисусовой молитвой. И начинается и идет борьба, которой не предвидится конца.

           Человек ясно сознает, где его собственные мысли, а где всеваемые в него чужие. Но весь эффект впереди. Вражеские помыслы часто уверяют, что если человек не уступит и не соизволит им, то они не отстанут. Он не уступает и продолжает молить Бога о помощи. И вот в тот момент, когда человеку кажется, что действительно, может быть, борьба эта бесконечна, когда он уже перестает верить, что есть же такое состояние, когда люди живут спокойно и без таких мысленных мучений, в это самое время помыслы сразу пропадают — вдруг, внезапно.…Это значит — пришла благодать, и бесы отступили. В душу человека проливаются свет, мир, тишина, ясность, чистота (ср. Мк. 4, 37—40)».

           В заключение хочется подчеркнуть, что человек, страдающий неврозом, не лучше и не хуже остальных; его заболевание — лишь частный случай последствия греха. Человеческая природа повреждена грехом со времен наших прародителей, посему всем нам надлежит, уповая на помощь и милосердие Господне, каяться и исправляться.

Депрессия

Депрессия (от латинского слова depressio, что означает прижимать, угнетать) — сниженное, подавленное настроение, сопровождающееся вялостью, утомляемостью, уныло-пессимистической оценкой происходящего.

Страдание это известно человечеству с незапамятных времен, с того времени как произошло грехопадение человека.

Депрессия — самый распространенный синдром душевных заболеваний. До 7—8% взрослого населения планеты страдают депрессивными расстройствами. В частности, в 1983 году в мире насчитывалось более 100 миллионов больных депрессией. В нынешнее время их стало значительно больше. К примеру, в структуре психических заболеваний позднего возраста 40—60 % — депрессия.

Около 75 % людей, страдающих депрессией, хотя бы единожды помышляли о самоубийстве, а 10—15 % лиц от этого числа совершали его. Поэтому трудно переоценить всю важность и сложность поднимаемой темы.

Депрессия помолодела. Жертвами ее становятся не только люди преклонного и «бальзаковского» возраста, но также молодежь и даже дети. В среде психиатров все чаще и чаще говорят о детской депрессии, особенностях ее происхождения и клинической картины.

Диагноз «депрессия» выставляется настолько часто, что к нему привыкаешь как к чему-то обыденному.

Довольно продолжительное время мне приходилось заниматься реабилитацией лиц, пострадавших от разрушительного, психодеструктивного действия тоталитарных сект и оккультного воздействия. В числе наиболее частых психических осложнений — депрессия, всевозможные фобии (страхи), тревога.

Депрессивные расстройства — спутник пристрастившихся к выпивкам, наркотическим средствам.

Ссоры, разводы, конфликты, болезни и т.п. — это ежедневный депрессивный «груз», с которым мне как врачу-психотерапевту приходится встречаться практически ежедневно и по многу раз. Многие люди при себе постоянно имеют успокоительные таблетки на случай стресса, нервного срыва.

Уныние, безрадостность, хандра, меланхолия, увы, так свойственны нашим современникам. Сегодня многие считают, что депрессия — болезнь цивилизации с ее непосильными требованиями к человеку и психоэмоциональными перегрузками. Во многом, безусловно, эта точка зрения оправданна. Существует даже такой вид депрессивных расстройств, как депрессия истощения.

В специальной литературе все чаще говорят об экзистенциальной, или ноогенной, депрессии, то есть о таком виде депрессивных расстройств, который связан с утратой или отсутствием смысла жизни.

Порой кажется, что даже погода «разучилась» улыбаться (вспомните наши мрачные, серые зимы).

Поговорим о клинических особенностях депрессии. Депрессия — это синдром (совокупность болезненных проявлений), который встречается при многих психических и при части соматических (телесных) заболеваний. В последнем случае депрессия нередко является психологической реакцией личности на угрозу своему здоровью или жизни. Например, установлено, что даже спустя 6—12 месяцев от возникновения инфаркта у 90 % пациентов обнаруживается депрессия. Причины ее стойкости, как показали наблюдения, связаны с утратой смысла жизни, крахом надежд.

Различают депрессивный эпизод, реакцию, состояние и длительную болезнь.

Психиатрами в свое время была описана так называемая депрессивная триада:

пониженное, тоскливое настроение;

замедленное мышление;

двигательная заторможенность.

К другим проявлениям депрессии относят:

нарушенный сон;

сниженную способность к сосредоточению и вниманию;

плохой аппетит;

утрату прежних эмоциональных реакций;

отсутствие интереса к ходу жизненных событий;

мучительную нерешительность;

ощущение собственной неполноценности;

суицидальные идеи (мысли о самоубийстве) или действия.

Если провести систематизацию депрессивных расстройств, то можно выделить депрессии:

невротические — возникают, условно говоря, «на нервной почве» в результате нервных потрясений, конфликтов внешних и внутренних (душевных) у потенциально здорового в психическом отношении человека. Большинство исследователей подчеркивают роль личностных особенностей в формировании невротической депрессии;

соматогенные — психические нарушения в результате соматических заболеваний.

эндогенные — развитие обусловлено конституциональными факторами. Подобного рода депрессии встречаются в клинике шизофрении, маниакально-депрессивного психоза, при инволюционных (возрастных) психозах. Описываемый вид депрессий не связан с ситуационными факторами и обстоятельствами жизни, но развивается «от естества». При эндогенной депрессии, в частности, наблюдаются: грубая дезорганизация личности с отрывом от реального мира; наследственная отягощенность; цикличность в течении; сезонность обострений (весна, осень — ухудшение самочувствия), более выражено ухудшение психического состояния больного в утренние часы; склонность к затяжному течению;

скрытые (маскированные) — проявляются различными телесными недомоганиями (боли в сердце или в желудке, головные боли и т.п. ). В данном случае не депрессия сопровождается телесным недомоганием, а недомогание и является проявлением депрессии. Приведу пример.

«Уважаемый доктор! Мне трудно даже перечислить свои недомогания, но мне очень тяжело. Сильно болею уже три года. Меня мучают щемящие боли в сердце, тошнота, аритмия, головокружение. Я была у многих врачей: терапевта, хирурга, невропатолога… Никто не смог мне помочь, а работать становится все тяжелее. Единственное, что меня поддерживает, — это сочувствие мужа и его помощь: ведь дома я ничего делать не могу. У меня есть еще сопутствующие болезни — язвенная болезнь, мочекислый диатез, остеохондроз. Доктор, прошу Вас, если это возможно, помогите…».

Вот с таким заранее подготовленным письмом пришла на прием молодая женщина с усталым и изможденным лицом. Выяснилось, что язва двенадцатиперстной кишки у нее давно зарубцевалась и терапевты не видят причин для беспокойств. Мочекислый диатез был выражен незначительно. Лечение остеохондроза принесло пациентке лишь незначительное облегчение. Ни один из консультантов не поспешил признать ее заболевание «своим», но практически все рекомендовали обратиться к невропатологу или психиатру.

Прочитанное письмо и обстоятельная беседа с пациенткой не оставляли никаких сомнений в том, что женщина действительно больна. Ее заболевание не было миражом, но больна она была, судя по всему, отнюдь не телесным недугом, а душевным, хотя сама больная психически нездоровой, естественно, себя не считала. Если соматические недуги пациентки в данном случае оказались мнимыми, то боль, которая заставляла упорно обращаться чуть ли не ко всем врачам поликлиники, была вполне реальной и ощутимой. Оказалось, что заболевание женщины есть не что иное, как скрытая или маскированная депрессия.

Название болезни говорит о том, что депрессия, о наличии которой сама пациентка все эти годы и не подозревала, как бы скрывалась за несуществующими телесными недугами, имитируя их симптомы, маскируясь в чужие одежды.

«Маски» депрессии чрезвычайно многообразны, и распространенность скрытой депрессии велика. Заболевание встречается у 10—30 % от общего числа пациентов, посещающих общемедицинскую сеть наших поликлиник. Как правило, поражается самый работоспособный возраст — 21—40 лет. И с контингентом «непонятных» больных могут встретиться врачи различных специальностей.

ЭНДОГЕННАЯ ДЕПРЕССИЯ

(от «естества»)

Рассмотрим этот вид депрессии на примере болезни Н. В. Гоголя. «Его болезнь в то время не была правильно распознана, врачи ее неправильно лечили, духовный его руководитель неверно оценивал состояние больного, хотя он за 12 лет перенес 9 аффективных (болезненное эмоциональное состояние) приступов болезни, которые усложнялись от приступа к приступу, принимали нетипичную форму благодаря включению бредовых симптомов. И больной умер от тяжелого истощения с нарушением обмена веществ, бредом самоуничижения, а на высоте приступа с упорным отказом от пищи, полной двигательной и мыслительной заторможенностью и мутизмом (10 дней не говорил ни слова).

Сожжение 2-го тома «Мертвых душ» было также совершено во время приступа депрессии с болезненным сознанием своей виновности и греховности своего творчества…

Болезнь Гоголя (для нашей задачи не имеющая существенного значения) до сих пор остается предметом дискуссии.

Первый приступ болезни Гоголь переносит в 1840 г. в Риме. Он сознает, что находится в необычайном болезненном состоянии и пишет в письмах о тяжести в груди, давлении дотоле не испытанном, об остановившемся пищеварении (что типично для депрессии), о болезненной тоске. Он пишет: «Солнце, небо — все мне неприятно. Моя бедная душа: ей здесь нет приюта. Я теперь гожусь больше для монастыря, чем для жизни светской». Противоположные состояния: 5/III 1841 г. в письме к Аксакову: «Да, друг мой, я глубоко счастлив, я слышу и знаю дивные минуты, создание чудное творится и совершается в душе моей». 13/III: «Труд мой велик, мой подвиг — спасителен». Данилевскому 7/VII: «О, верь словам моим. Властью высшею облечено отныне мое слово». Языкову 23/X: «У меня на душе хорошо и свежо». Аксаков потом пишет об этих периодах: «Гоголь в эти периоды впадал в противный тон самоуверенного наставника».

Гоголь сам знал эти периоды возбуждения, наступавшие на выходе из депрессии на несколько недель, когда он не вполне владел своими чувствами и волей. В частности о «Переписке с друзьями» он писал о. Матфею и Иванову, что он написал и выпустил эту книгу «слишком скоро после своего болезненного состояния, когда ни нервы, ни голова не пришли еще в нормальный порядок». В 1842 г. — новый приступ депрессии, и он пишет: «Мной овладела моя обыкновенная (уже обыкновенная) периодическая болезнь, во время которой я остаюсь почти в неподвижном состоянии в комнате иногда в продолжение 2–3 недель. Голова моя одеревенела. Разорваны последние узы, связывающие меня со светом. Нет выше звания монаха». (Письмо Прокоповичу). Снова в 1846 г.: состояние настолько тяжелое, что повеситься или утопиться кажется ему единственным выходом, как бы похожим на лекарство. «Молитесь, друг мой, да не оставит меня Бог в минуты невыносимой скорби и уныния» (письмо Языкову).

В 1848 г. перед поездкой в Палестину письма еще отражают сопротивление и борьбу с наступающими приступами болезни. Он рассылает близким и друзьям составленную им молитву с просьбой вспоминать его и молиться о нем по этой записочке сверх того, что находится в обоих молебнах. «Душу же его исполни благодатных мыслей во все время дороги его. Удали от него духа колебания, духа помыслов мятежных и волнуемых, духа суеверия, пустых примет и малодушных предчувствий, ничтожного духа робости и боязни». (Письмо Шереметьевой 22/I из Неаполя.)

Приступы учащаются и становятся тяжелее: 1849 г. — Жуковскому: «Что это со мной? Старость или временное оцепенение сил? Или в самом деле 42 года для меня старость? От чего, зачем на меня нашло такое оцепенение — этого я не могу понять. Если бы Вы знали, какие со мной странные происходят перевороты, как сильно все растерзано внутри меня. Боже, сколько я пережил (биограф Шенрок читает — пережог?), сколько перестрадал».

Последний приступ болезни (XII 1851 — II 1852), в котором Гоголь погиб, протекал злокачественно.

Известно, что 2 суток он провел пред иконами на коленях без пищи и питья. Слуга обращается к друзьям, т. к. опасается за его жизнь. 11–12 февраля он сжигает все рукописи 2-го тома «Мертвых душ». С этой ночи он 10 дней лежит в напряженной позе в постели, ни с кем не говорит до самой смерти.

Итак, даже при отсутствии истории болезни и компетентного врачебного описания из этих потрясающих по наблюдательности и художественной точности самоописаний ясно следующее:

1. Гоголь страдал аффективно-бредовым психозом с приступообразным циркулярным течением.

2. Гоголь знал о своей ставшей обыкновенной периодической болезни и боролся с ней с помощью друзей и духовника о. Матфея.

3. Описание этой болезни в психиатрической литературе не было известным и впервые появилось через два года после смерти Гоголя (в 1854 г.). Поведение врачей и духовника в отношении патологических состояний Гоголя было ошибочным.

4. При таких заболеваниях — обязанность духовника вовремя распознать аффективные корни депрессий и маний, вовремя рекомендовать обратиться за помощью к врачу и помочь бороться во время депрессии с унынием, с греховными мыслями о самоубийстве, с безнадежностью, мирской печалью, с тоской, которая «производит смерть», а во время экзальтации — помочь бороться с горделивыми мыслями, переоценкой своих возможностей, которые непосредственно смыкаются с состоянием прелести.

5. В религиозных переживаниях Гоголя были, особенно в первых приступах и даже до 1848 г., элементы борьбы с болезнью, сопротивления, молитвенного призывания помощи Божией и просьбы к близким и друзьям о помощи в борьбе с мятежными помыслами, суевериями, пустыми приметами и малодушными предчувствиями. В дальнейших приступах и особенно в последнем было уже полное господство бреда, самоуничижения, потери веры в возможность прощения, т. е. все то, что западными психологами религии расценивается как ложная мистика, продиктованная болезнью.…

Духовник не понимал, что имеет дело далеко не с обычным покаянием, печалью о грехах здорового человека, которая в общей диалектике здорового покаяния заканчивается радостью прощения и возвращением в дом Отца. У Гоголя была депрессия витальная, от природных биологических процессов, по естеству, печаль не та, которая от Бога, и которая производит неизменное покаяние ко спасению, а печаль мирская, которая производит смерть (по Ап. Павлу). Поэтому вместо ободрения и призыва к самопроверке, вместо разъяснения больному, что он впал в болезнь, которая имеет естественное биологическое происхождение, что эту болезнь надо принять и с терпением нести, как человек переносит тиф и воспаление легких или туберкулез, духовник советовал бросить все и идти в монастырь, а во время последнего приступа привел Гоголя в ужас угрозами загробной кары, так что Гоголь прервал его словами: «Довольно! Оставьте! Не могу больше слушать! Слишком страшно!», и просил у него извинения за то, что «оскорбил его» (письмо Плетнева Жуковскому). Болезнь и смерть Гоголя — типичный случай, когда врачи еще не умели распознавать это заболевание, которое еще не было описано в медицинской литературе, а духовник — тоже не знал биологических законов развития этого заболевания, толковал его односторонне, духовно-мистически, а не в аспекте широкого горизонта человеческой личности, единства в ней биологического, психологического и духовного в их сложных взаимоотношениях.

Таковы результаты недостаточной компетентности врачебного и (позволим себе сказать) духовного диагноза, которые в наше время уже непростительны: избежать их в таких случаях можно только объединенными усилиями врача и духовника, верующий больной нуждается в помощи их обоих».

Психиатрами описано большое количество разновидностей эндогенной депрессии. Данный пример — лишь частный случай, хотя и очень иллюстративный. В ряде случаев эндогенная депрессия протекает очень выраженно, принося много страданий человеку, а в иных случаях ее течение достаточно умеренное или даже легкое (это так называемая субдепрессия).

* * *

Если говорить о лечении депрессии, то становится понятно, что невротическая депрессия — это проблема личности и лечится такой вид депрессий преимущественно духовными и психологическими средствами. Для православного человека — это борьба со страстями, шествие ко Христу путем терпения, смирения, незлобия, любви.

Наряду с этим, конечно, важны: непродолжительный отдых, физическая активность, разумное и душеполезное общение. Нелишне будет пройти курс общеукрепляющей терапии, показаны свежий воздух, достаточный сон.

Депрессия эндогенная, как правило, не может быть излечима без назначения необходимых медикаментов. Назначает их врач психиатр. В ряде случаев требуются госпитализация и интенсивная терапия в условиях стационара.

Попытки ограничиваться в данном случае лишь наставлениями, увещеваниями практически безрезультатны. Оценивать такого рода уныние как греховную страсть — неверно. Это состояние болезненное, психопатологическое.

Скрытые и соматогенные депрессии также требуют приема лекарственных средств.

Невротическая депрессия

Значительная часть депрессивных состояний — следствие греховного образа жизни, следствие губительного действия греха на душу человека. В первую очередь, эти слова относятся к невротическим депрессиям, которые, как будет показано ниже, сродни греховным страстям печали и уныния.

Невротическая депрессия в духовной своей основе — это психопатологическое состояние, развившееся вследствие «поработивших душу человека страстей» уныния и печали. А всякая страсть еще более «подогревается» бесами, находящими в ее недрах себе прибежище.

Науке многое известно о возникновении депрессивных расстройств, но в среде ученых не принято говорить о грехе, тогда как причиной многих форм депрессии является именно он, о чем свидетельствуют святые отцы и весь аскетический опыт Православия.

Задолго до научных психиатрических наблюдений касательно происхождения невротической депрессии святые отцы очень точно и достоверно описали этот душевный недуг, определив его греховными страстями уныния и печали. Так что в этом случае диагнозу медицинскому соответствует «диагноз» духовный.

Депрессия — своего рода сигнал души о ее неблагополучии, бедственном положении. Но это не плач о грехах, а мучение нераскаянной души, которой демоны нашептывают: «Все плохо, надеяться не на что…».

Депрессивный невроз чаще всего начинается из-за жизненных сложностей. При этом у человека снижается настроение, его ничто не радует, все раздражает, он впадает в уныние, тоску, печаль, окружающее предстает в мрачном свете. Очень часто подобные состояния возникают из-за того, что «жизнь сложилась не так, как хотелось бы»; не осуществилось желаемое, произошел какой-то конфликт, нанесена была та или иная обида.

Но не всякая печаль греховна. Во дни горести и в часы печали человек становится равнодушным ко многим страстным движениям своей души. Честолюбие, деньги, чувственные удовольствия — все это в такие периоды жизни отодвигается на задний план. Как в счастье человек скоро забывается, так и в несчастии он волей-неволей обращает свои мысли к самому себе, глубже и лучше осознает свою греховность.

Но если этого нет, если печаль для печали, а покаяние подменяется невротическим «самоедством», которое, кроме разрушения, ничего не дает душе, то очевидно, что произошла подмена. Такая печаль — греховная страсть.

Конечно, и ложь, и низкая клевета, и обиды не приносят душе радости. Однако если человек, а тем паче христианин, ими совершенно сломлен и длительно пребывает в печальном настроении или, более того, в состоянии отчаяния, полной потери самообладания, надежды на милость Божию и веры в святость Промысла Божия о человеке, то это отнюдь не христианский настрой, это уже грех. В таком случае лукавый так и ждет, что человек оступится и ввергнется в пучину тяжких переживаний и тоски.

Печаль — это всегда сожаление (о потерянном, неосуществившемся и т. п.). Унынию же зачастую предшествуют леность, праздность, чрезмерное любление комфорта, самовлюбленность.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) в числе прочих определяет греховные страсти уныния и печали следующим образом.

ПЕЧАЛЬ — огорчение, тоска, отсечение надежды на Бога, сомнение во обетованиях Божиих, неблагодарение Богу за все случившееся, малодушие, нетерпеливость, несамоукорение, скорбь на ближнего, ропот, отречение от креста, покушение сойти с него.

УНЫНИЕ — леность ко всякому доброму делу, в особенности к молитвенному. Оставление церковного и келейного правил. Небрежение. Неблагоговение. Праздность. Излишнее успокоение сном, лежанием и всякого рода негою. Перехождение с места на место. Празднословие. Шутки. Кощунство. Забвение грехов своих. Забвение заповедей Христовых. Нерадение. Пленение. Лишение страха Божия. Ожесточение. Нечувствие. Отчаяние.

Печаль, по утверждению святых отцов приходит тогда, когда какая-либо страсть не нашла себе удовлетворения. К примеру, человек не получил ту сумму денег, какую хотел, или чувства были отвергнуты его избранницей, а может быть, давно не продвигали по службе и т.п.

Греховные страсти взаимосвязаны и находятся во взаимном влиянии друг на друга. Так, гордость и тщеславие «поддерживаются» чревоугодием и блудом, а все эти страсти связаны со сребролюбием. Результатом этого «содружества» являются гнев, печаль, уныние, образно говоря, синдром «разбитого корыта».

Уныние, печаль подстерегают того, кто не обрел крепкую веру в Бога. Эти страсти зачастую хозяйничают в душе тех, кто отвергая Небесное, накрепко прилепился к земному. В своей глубинной основе невротическая депрессия — следствие неверия в спасительный Промысл Божий. Скорби и страдания в этом случае для человека что-то отвратительное, совершенно ненужное. Собственно говоря, это закономерное следствие философии гедонизма, жизни «в свое удовольствие», к которой стремятся очень многие.

Преосвященный Варнава (Беляев) замечает по этому поводу: «Есть одно делание в науке о спасении, которое приводит человека к Богу кратчайшим путем. Это печаль о грехах, печаль по Богу… опыт и веяние благодати в сердце убеждают, что молитва с теплыми слезами раскаяния в одиночестве есть единственное средство утешения. Правда, вначале слезы горькие льются, едкие, но после чувствуется облегчение, отрада, просвет. Чем дальше он продвигается по пути спасения, тем на душе становится веселее; ты плачешь, слезы градом катятся, а на сердце яснее и теплее становится. Чудное дело! Непостижимое действие благодати!..

Но есть и другой плач, и иная печаль. Модница плачет о том, что у нее нет новой весенней шляпки и вышли из моды ботинки, что такой-то стал ухаживать за такой-то, а та более красива или счастлива, чем она; молодой человек печалится о малом количестве карманных денег, которые он может потратить на удовольствия; жена плачет из-за обиды, что изменяет муж, а муж, в свою очередь, что имеет неудачи по службе; врач, инженер, адвокат — все недовольны, что мало зарабатывают, все им мало; купец приходит в отчаяние от понесенного убытка, и так далее, и тому подобное. Все плачут и печалятся, даже живя в роскоши и богатстве, но сокрушаются о тленных вещах. Не имеют чего-либо или теряют что-то — вот и печалятся. Иногда от такой печали иссыхают, заболевают и даже умирают (2 Кор. 7, 10). Эта печаль бесовская. Враг рода человеческого навевает ее. Мучится, стонет человечество, пытается сделать жизнь беспечальной, но без Бога ничего не может».

При невротической форме депрессивных расстройств определяется ее самая непосредственная связь с морально-нравственным состоянием человека. Как врач я, конечно, облегчаю страдания пациентов медикаментами, беседами да и просто человеческим участием, но удовлетворение при приеме больного наступает лишь тогда, когда заходит разговор о душе, о вере, о покаянии. С согласия пациента и по его желанию мы пытаемся оценивать симптомы болезни с духовных позиций.

Истинная причина депрессивных расстройств, как правило, заключается в совершаемых человеком грехах. Святые отцы считали, что в основе всех душевных страданий лежит гордыня. Поэтому, чтобы избавиться от невротической депрессии, надо стремиться обрести смирение. Завышенный уровень притязаний человека, не осуществившихся в его жизни, конфликт между желаемым и действительным всегда оставляют в душе чувство неудовлетворенности, печали, горечи, досады.

Удержим в сердце своем дивные и великие слова святого апостола Павла: Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе (1 Фес. 5, 16).

Старинная французская пословица гласит: «Каждый стареет так, как он жил». В этих словах заложен глубокий смысл. Тело с каждым годом стареет, но душа...… Душа нематериальна, и если она пребывает с Богом, то к старости приносит обильный плод. Святитель Феофан Затворник, говоря о возрастах добродетельной жизни христианской, так описывает возраст мужеский (то есть зрелый, совершенный): «Это время, когда внутренняя борьба утихает и человек начинает вкушать покой и сладость духовных благ. Земледелец, после жатвы вкушающий плоды трудов, также тесто, заквашенное и вскисшее, вполне образовавшееся — это образы совершенного возраста.

Премудрый Сирах изображает действование премудрости, как она сначала мучит и испытывает любимца своего, потом обращается к нему, возвеселяет его и открывает ему тайны свои (Сир. 4, 18 и далее). Это последнее — характер духовного мужа. Мужу мы приписываем твердость, степенность, непоколебимость, опытность».

Священник и врач о. Валентин Жохов о зрелом христианине пишет: «Перед нами не старик, а старец, вызывающий благочестивые чувства. Таких христиан с иконописным ликом можно встретить именно среди православных. Благообразие не приходит само собой, а является следствием их трудов и терпеливо понесенных болезней».

Один мой давний приятель рассказывал, что он долго искал Истину, размышлял о вечности, но окончательно утвердился в Православии после того, как встретился взглядом с пожилой женщиной, возвращавшейся с церковной службы. «Сколько простоты, скромности, благородства было в ее внешности, походке. А в глазах было столько доброты!» — вспоминал он.

Наверное, многим православным знакомо то волнительно-благоговейное чувство, которое испытываешь, общаясь с опытным старцем, духовником. На сердце после таких встреч сладость, мир, покой. Однако большинство теперешних пожилых людей — дети тридцатых—сороковых годов. Год за годом, десятилетие за десятилетием в их душах наводили атеистический «порядок». Партия, комсомол прививали им свои ценности.

Переосмыслив жизнь с течением времени, особенно в последние годы, кто-то из них пришел в храм, покаялся, обрел Бога, а иные продолжают быть верными идеалам юности, тратят время и увядающие силы на митингах, клеймят последними словами власть, полны обиды и разочарования. Еще бы, по-человечески их можно понять: жизнь прошла, а справедливость так и не найдена. Должности и заслуги — в прошлом, деньги обесценились в ходе реформ. Душа скорбит, тревожится; ощущение надвигающейся немощности, страх и горечь от реального или воображаемого одиночества лишают ее мира. Бывает, что старики накладывают на себя руки, и случаев таких, к великой скорби, становится все больше.

Страдает, мучается человек от печали, тоски, душа его томится. И вот он идет к врачу, который выписывает ему успокаивающие и улучшающие настроение препараты для искусственного облегчения страдания, уменьшения душевной боли. Но при этом, как справедливо замечает православный врач В. К. Невярович, часто совершенно не лечится больная душа и человек лишь уводится в сторону от страданий, имеющих почти всегда врачующий смысл. Подчеркиваем, что здесь речь идет о невротической депрессии. При эндогенной депрессии тактика иная.

При невротической форме депрессивных расстройств определяется ее самая непосредственная связь с морально-нравственным состоянием человека. Как врач, я, конечно, облегчаю страдания пациентов медикаментами, беседами, да и просто человеческим участием, но удовлетворение при приеме больного наступает лишь тогда, когда заходит разговор о душе, о вере, о покаянии. С согласия пациента и по его желанию мы пытаемся оценивать симптомы болезни с духовных позиций.

Самоубийство — тягчайший грех

Суицид есть добровольное лишение себя жизни. Печальная статистика самоубийств в нашей стране долгое время была закрытой. В начале 1989, года впервые за последние 60 лет, были обнародованы ошеломляющие цифры, за каждой из которых — безысходное отчаяние, утрата смысла жизни.

Ежегодно накладывают на себя руки более 60 тысяч россиян — это целый город самоубийц. И что особенно трагично, более всего (в 2,9 раза) выросли самоубийства среди молодых людей в возрасте 20—24 года. В остальных возрастных группах взрослого населения этот прирост составил 1,6—1,8 раза. Вот еще один красноречивый факт: уровень самоубийств в России в 1915 году равнялся 3,4 человека на 100 тысяч населения, в 1985 году он составлял 24,5, в 1991 году — 31, а в 1993 году уже 38,7 человека. 1999 год отмечен еще более высокими суицидальными показателями — 39,3 человека на 100 тысяч человек. 20% общего числа всех самоубийств совершают дети и подростки. Приведем статистику за 1996 год: в возрасте 5—14 лет совершено 2756 самоубийств; в возрасте 14—19 лет — 2358, то есть 5114 детей, юношей и девушек совершили этот страшный, непоправимый шаг, и это только учтенные случаи. В 92% случаев самоубийства совершались детьми из неблагоприятных семей.

В чем причины самоубийств? Точка зрения врачей такова: подавляющее число самоубийц психически здоровы. Суицид — это личностный кризис. Социальные факторы не имеют здесь сколько-нибудь решающего значения, это проблема духовная.

Известный западный психолог и психотерапевт Виктор Франкл при опросе 60 студентов, совершавших в прошлом попытки самоубийства, обнаружил: 85% из них не видели больше в своей жизни никакого смысла; при этом 93% из них были физически и психически здоровы, жили в хороших материальных условиях и активно участвовали в общественной жизни.

Архиепископ Иоанн (Шаховской) пишет: «Бедные страдальцы-самоубийцы!.. Вы не приняли искупления, кратких земных очищающих страданий — сладких для принявшего, — о, гораздо более сладких, чем те призрачные наслаждения, в тоске по которым вы умерли. Да, в вашей власти было сделать это, как подсказала, шепнула вам сила зла, не имевшая над вами тогда никакой власти, но в вашей же власти было не делать этого.

В вашей власти было знать, что есть Бог, что Он есть не только высшее Выражение Правды и Справедливости, недоступных нашему пониманию, но даже гораздо более всех этих слабых человеческих понятий. В вашей власти было понять, что не может Бог дать Крест и не дать сил, — что в вашей власти было обратиться к Богу, спастись призыванием (не ложным) Его Имени...

Самоубийцы пред самоубийством своим совсем не знают, что около них стоит гадкий, (невыразимо) злой дух, понуждая их убить тело, разбить драгоценный «глиняный сосуд», хранящий душу до сроков Божиих. И советует этот дух, и убеждает, и настаивает, и понуждает, и запугивает всякими страхами: только чтобы человек нажал гашетку или перескочил через подоконник, убегая от жизни, от своего нестерпимого томления… Человек и не догадывается, что «нестерпимое томление» не от жизни, а от того, от кого и все мысли, «обосновывающие» убиение себя. Человек думает, что это он сам рассуждает, и приходит к самоубийственному заключению. Но это совсем не он, а его мыслями говорит тот, кого Господь назвал «человекоубийцей искони»...

Человек только безвольно соглашается, невидимо для себя берет грех диавола на себя, сочетается с грехом и с диаволом… Одно покаянное молитвенное слово, одно мысленное хотя бы начертание спасительного Креста и с верою воззрение на него — и паутина зла расторгнута, человек спасен силой Божией от своей гибели… Только малая искра живой веры и преданности Богу — и спасен человек! Но все ли люди, спасшиеся от убиения себя или от какого-либо другого греха, понимают, что около них стоял (а может быть, и еще стоит или иногда к ним приближается) отвратительный злой дух, существо, обнаруживаемое только некоей духовной чуткостью и обостренным духовным вниманием?

Далеко не все (даже христиане) отдают себе отчет в действиях и проявлениях злых духов, о которых с такой удивляющей силой и ясностью говорит слово Божие. 90 % самоубийц делают свой последний шаг под непосредственным влиянием духов «человекоубийц искони» (Ин. 8, 44). И собственно, почти всякое самоубийство есть убийство демоном человека — руками самого человека».

Духовные врачевства

Единственно правильный путь к исцелению от болезненой нервности лежит через истинную Православную веру, покаяние и исправление своей жизни согласно заповедям Божиим. Главное для человека — понять греховные истоки своего заболевания, глубоко осознать свою немощь, возненавидеть демонические грехи гордости, тщеславия, гневливости, уныния, лжи, блуда, захотеть изменить себя, с искренним покаянием обратиться ко Господу.

           Греческое слово «сотериа» означает два понятия: спасение и исцеление. Таким образом, только на пути к спасению душа обретает здравие. Необходимым является посещение православных богослужений, особенно в воскресные и праздничные дни, участие в Таинствах Церкви. В молитве, которую священник читает перед исповедью, есть такие слова: «Пришел еси во врачебницу духовную, да не неисцелен отыдеши» — то есть «Пришел в духовную больницу, да не уйдешь неисцеленным». Прибегать к Святым Таинствам надлежит с сокрушением сердечным, глубокой верой и упованием на милость Божию.

Обязательно надо читать Священное Писание, особенно Евангелие, и исполнять заповеди Христовы, которые в нем содержатся. Неоценимую помощь оказывает святоотеческая литература, в которой даны идеальные образцы для подражания, показано истинное предназначение человека, величие нравственной красоты, терпение и стойкость при встрече с трудностями.

Следует избегать всевозможных «надумок», фантазий, бесплодного воображения, особенно чувственного характера. Мечтательность и склонность к бесплодному воображению есть порок, и далеко не безобидный. Старец Силуан говорил, что он кроется в гордости, отчего действие воображения усиливается, и, напротив, угасает от смирения. Надо стараться с Божией помощью развивать в себе кротость и смирение, искореняя в себе лживость, притворство.

Во всем, что бы ни случилось, следует обвинять только самого себя, тогда в душе установится уравновешенность, душевный мир и спокойствие. «Если бы все укоряли себя, то водворился бы мир, — писал архиепископ Арсений (Жадановский), — самоукорение дает нам спокойно переносить оскорбления, не чувствовать их». Надо считать себя вполне достойным промахов, критики, ошибок, падений, более того, осознавать себя хуже и недостойнее других. В этом случае действительно исчезает всякое желание гневаться на кого-либо из окружающих.

«Господствуй над языком, чтобы не умножить грехов твоих» (преподобный Антоний Великий). «Кто хранит уста свои, тот бережет душу свою…» (Притч. 13, 3). «Воздержание языка показывает человека мудрого» (преподобный Авва Исаия).

В глубинной основе разнообразных душевных недугов (особенно неврозов) лежит оскудение любви в сердце человека, а там, где нет любви, зреют равнодушие, неприязнь, нетерпимость, раздражительность, гневливость, завистливость, страх и др.

«Основная причина бегства многих наших современников в царство алкогольных и наркотических иллюзий — это духовная опустошенность, потеря смысла жизни, размытость нравственных ориентиров».

Из основ социальной концепции Русской Православной Церкви

О грехе пьянства

С точки зрения врача

Миллионы людей в нашей стране да и во всем мире страдают пристрастием к спиртному, принося немало бед себе и ближним. Действительно, алкоголизм — страшное зло, которое «пожирает» и женщин, и престарелых людей, и даже детей. Поначалу те, кто пристрастился к выпивкам, еще могут остановиться, удержаться от соблазна, сказать себе: «Нет». Но со временем это сделать бывает все сложнее и сложнее. В конечном итоге развивается болезнь, разрушающая плоть и душу человека.

По самым скромным подсчетам, около семи миллионов человек в России страдают хроническим алкоголизмом. Это официальная статистика, но, уверен, нереальные данные. На самом деле положение ужасающее! К примеру, вот такой факт. По опубликованным данным, половина 13-летних подростков употребляет алкоголь.

Пьянство — это бедствие. В вине «топят» неудачи, неразделенную любовь, семейное неблагополучие или супружескую измену. Причиной пьянства могут стать разочарование в себе, предательство друзей. Немало и тех, которые снимают подобным образом стрессовую напряженность и высокий темп жизни. Всех причин невозможно и описать.

Спиртное приобретает свойства наркоза, снимающего раздражение, гнев, обиду. Эти обстоятельства и провоцируют многих людей к выпивке. Но рано или поздно возникают проблемы, перерастающие в серьезные жизненные несчастья.

Человек, избирая такой путь «укрытия» от проблем, трудностей или скорбей, начинает жить не в реальном, а в иллюзорном мире. При этом проблемы его не разрешаются, а многократно умножаются. Водка — это не победа, это всегда поражение. Пьянство — путь в тупик, путь к погибели душевной и телесной.

Другим важным обстоятельством, способствующим алкоголизации, является уныние или, выражаясь медицинским термином, депрессия. Особенно это относится к невротической депрессии, формирование которой напрямую связано с внутренними духовными проблемами. Депрессия — это самый распространенный синдром среди душевных заболеваний. 60% в структуре психической патологии — депрессивные расстройства. 5% населения Земли страдают этим душевным недугом.

Поэтому порой более важно прежде всего усмотреть в себе склонность к унынию и с Божией помощью преодолевать ее.

Еще раз напомним о губительных последствиях злоупотребления алкоголем для здоровья. Как показывает практика, значительная часть населения не имеет твердых представлений об этом.

Формирование алкогольной зависимости происходит в три последовательных этапа или стадии, которые именуются как неврастеническая, наркотическая и энцефалопатическая. Рассмотрим эти стадии.

Неврастеническая стадия. Усиливается влечение к алкоголю, и при этом оно носит навязчивый характер. Утрачивается контроль над количеством выпитого. Доминирующими на этом этапе являются симптомы нервной слабости (неврастении). Среди них в первую очередь необходимо отметить следующие: раздражительность, злобность, расстройства внимания, ухудшение памяти, снижение работоспособности, бессонница, кошмарные сновидения, головные боли, истощаемость интеллектуальных процессов и др. В быту начинающие алкоголики становятся конфликтными и неуживчивыми. Окружающий мир им кажется серым, безликим и лишь только водка или вино делают повседневную действительность как-то переносимой. Здоровье пьянствующих день ото дня ухудшается. Таких людей беспокоят сосуды («прыгает» давление, появляется вегетососудистая дистония), нарушаются функции печени, поджелудочной железы, кишечника. А самое главное — страдает и необратимо разрушается головной мозг.

Наркотическая стадия. Патологическое влечение к алкоголю становится непреодолимым. Появляется абстинентный синдром (похмелье), который проявляется дрожанием рук, головокружением, слабостью, отсутствием аппетита, потливостью, повышением артериального давления, сердцебиением, сухостью полости рта.

Пьянство становится практически ежедневным, возникают запои. Личность постепенно деградирует. Мышление становится бедным, однообразным. Круг интересов сужается до минимума. Прогрессивно ослабевает воля. Доминирующая потребность — алкоголь. На этой стадии усиливается вся симптоматика, которая возникала на предыдущей стадии.

Известно, что пьяницы лживы и ненадежны. Верить таким людям нельзя, они бросают слова на ветер. Клятвы и обещания родным и близким оставить свое пагубное пристрастие забываются ими в тот же час.

На этой стадии алкоголизма нередко возникают острые алкогольные психозы.

Энцефалопатическая стадия (в переводе «энцефалон» — мозг, «патия» — значительное ослабление и ухудшение функций). Это исходная стадия алкоголизма и характеризуется она дальнейшим распадом личности и полной потерей здоровья. Для того чтобы напиться, уже достаточно небольшой дозы алкоголя. Абстинентный синдром более продолжительный и тяжелый. Деградация личности явная. Смыслом жизни становится водка. Тяжело страдают внутренние органы.

Цирроз печени, гастрит, миокардит, алкогольный психоз и слабоумие, атрофия половых желез — вот что ждет алкоголика. Любые заболевания на фоне алкоголизма протекают значительно тяжелее, и исход их не всегда благоприятен.

Как правило, на этой стадии алкоголизма уже и не до работы, и не до семьи. Внешне люди очень меняются, приобретая типичный «алкогольный» вид. Они часто попадают в милицию, так как совершают различные правонарушения.

Длительность каждой стадии варьирует индивидуально. У одного человека исходная стадия алкоголизма может наступить за 4—5 лет, у другого — за 7—8. Многие люди, злоупотребляющие спиртным, попадали в «ловушку», полагая, что их эта беда обойдет. И продолжали пить … и спивались.

Несколько слов об алкогольных психозах. Пожалуй, самым известным и распространенным из них можно считать алкогольный делирий (белая горячка). Как правило, развивается он через 1—3 дня после прекращения длительного или интенсивного злоупотребления алкоголем. Начинается делирий с соматических (телесных) проявлений.

Затем появляются страх, тревога, потеря сна. Далее присоединяются различные обманы восприятия: зрительные и слуховые иллюзии, галлюцинации, двигательное возбуждение, дезориентация в окружающем мире. Критика к своему поведению отсутствует.

Среди других алкогольных психозов можно также выделить алкогольный параноид (бредовый психоз) и алкогольный бред ревности.

Женский алкоголизм

Женский алкоголизм имеет ряд особенностей, а именно:

1) развивается более ускоренными темпами (1—2 года);

2) протекает более тяжело;

3) лечится очень трудно, так как психические изменения проявляются стремительно;

4) трудно диагностировать, ввиду того что первое время, по причине неловкости и стеснения перед людьми, женщины пьют в одиночку.

В целом женский алкоголизм имеет злокачественное течение.

Подростковый алкоголизм

Алкоголь чрезвычайно опасен для детей и подростков. Прием алкоголя нарушает процессы созревания нейронов (нервных клеток). Отсюда у подростка будут страдать интеллект, память, мышление и поведение.

Явления опьянения развиваются быстро и могут заканчиваться оглушенностью и комой (бессознательным состоянием).

Организм подростка еще неокрепший, и под действием алкоголя быстро развивается целый «букет» заболеваний.

Пьянка — это и блуд, и драки, и преступления ...

Алкогольная эмбриопатия

Подробно эта патология описана в 1973 году. Выявлены различные дефекты у новорожденных, матери которых регулярно употребляли спиртное во время беременности. У таких детей отмечаются: умственная и физическая отсталость (вплоть до глубокой идиотии), замедление развития центральной нервной системы, нарушения тонкой моторики, судороги, повышенная возбудимость, дефекты органов, пороки сердца, аномалии суставов, дефекты конечностей, фиброз печени, нарушения в половых органах и многие другие тяжелые нарушения.

Истоки «алкогольной» личности

Психологи определили некоторые характерологические черты, свойственные «алкогольным» личностям. Так, по данным В.Т. Кондрашенко, одни из них легкоранимы, плохо приспособлены к практической жизни, слабовольны, другие — излишне самоуверенны, тщеславны, болезненно переживают малейшие жизненные неудачи, настойчиво ищут признания. Если на эти черты характера наслаивается еще и психотравма, то вероятность нервного срыва, запоя очень велика.

Как показывают наблюдения, путь к пьянству начинается с ранних лет. Усвоение алкогольных ритуалов происходит задолго до первого знакомства со спиртным. Маленькие дети, сидя за праздничным столом, «играют во взрослых», разливая фруктовый сок по бокалам, а затем с гримасой на лице выпивают «детское вино» под одобрительный гул родителей и гостей.

Нет сомнения в том, что уже в это время в сознании ребенка начинает формироваться представление об алкоголе как об универсальном спутнике взрослой жизни.

Специалисты утверждают, что к 11—12 годам у подростков формируются вполне устойчивые стереотипы отношения к пьянству.

Нередко избалованный «усилиями» родителей, бабушек и дедушек ребенок со временем трансформируется в претенциозную личность, которая требует непременного удовлетворения всех своих потребностей. Если этого не происходит, то возникают разочарование, гнев, чувство досады… и желание «забыться в вине».

На путь пьянства подростка подталкивает и атмосфера бездуховности, греха, которую он видит во взрослом обществе, и в первую очередь в своей семье. Пьянство родителей уродует душу ребенка. Сердце обливается кровью, когда видишь истерзанных этим горем детей, лишенных внимания, ласки и заботы отца-алкоголика (а теперь нередко и матери).

Как помочь страдающим недугом пьянства

           Поговорим о лечении этой болезни. Что предпринимают медики для помощи лицам, страдающим недугом пьянства? Общепринято использование всевозможных дезинтоксикационных растворов; психотропных средств; препаратов, вызывающих отвращение к алкоголю посредством выработки отрицательного условного рефлекса; общеукрепляющих средств и витаминов, а также многое другое. Это то, что касается тела.

Квалифицированный психолог или психотерапевт пытается вскрыть глубинные психологические корни возникновения пьянства, анализирует характерологические особенности человека, его семью и социально-бытовые условия. Затем специалист дает советы и рекомендации, обучает бороться со стрессами, преодолевать конфликты и т. д. В ряде случаев проводятся различные психотерапевтические процедуры, эффект от которых тем выше, чем ярче осознанное желание самого человека освободиться от этого бремени и вернуться к полноценной жизни. Таким образом, психотерапевт становится как бы попутчиком и помощником пациента на этом сложном пути, который он непременно преодолевает сам.

Алкоголизм и наркомания это болезни. Но болезни более всего духовные. В основе пьянства, употребления наркотиков — духовная опустошенность, неудовлетворенность жизнью, утрата смысла бытия. Святая Православная Церковь считает пьянство тяжким грехом. Отсюда понятно, что только медицинскими методами страждущему не помочь (в данном случае я имею в виду классическую медицину, а не ту оккультную практику, которая «прилепилась» ныне к наркологии и которую по причине сильнейшей опасности и духовной пагубы надо категорически избегать).

Убеждения и медикаменты не всесильны. Для преодоления недуга необходимо искреннее раскаяние пред Богом в таинстве Исповеди, молитвы ко Пресвятой Богородице и Святым угодникам Божиим.

Злостное пьянство может быть следствием влияния злых духов на человека. Спаситель наш пришествием своим не уничтожил совершенно власть дьявола, а только ослабил его влияние на людей и дал нам средства отражать дьявольские козни. Этими душеспасительными средствами являются вера, призывание имени Христа Спасителя, молитва, пост и конечно же святые таинства Исповеди и Причастия. «Противостаньте диаволу, и убежит от вас»,— говорит апостол Иаков.

Кстати сказать, в состоянии алкогольного делирия (белой горячки) люди видят устрашающие образы (яркие зрительные галлюцинации, как трактует эти явления психиатрия). Причем все видят одно и то же — бесов.

Если в сердце больного алкоголизмом есть место вере Христовой, то следует напоминать ему о том, что он опутан узами греха. Нужно знакомить его с началами Православной веры, приводить примеры исцелений, которые Господь дарует раскаявшемуся грешнику. Обо всем этом надлежит говорить православному врачу и смиренно призывать Господа на помощь во исцеление страждущих.

Если родственники больного — верующие люди, то они должны усердно молиться за него дома и в храме, позаботиться об освящении жилища (если оно не освящено). Надо убеждать заблудшего постоянно носить нательный крест, читать молитвы, с верой и благоговением употреблять освященную воду.

Только верой и терпением, только через покаяние и милость Божию можно исцелиться по-настоящему. Другого пути нет.

Святитель Тихон Задонский писал: «Привыкшим к сей пагубной страсти надобно крепко вооружиться против мучительства ее, стоять, не поддаваться, молиться и призывать всесильную Божию помощь!»

Следует сказать, что так и искореняли пьянство в православных обществах трезвости. Условиями исцеления были покаяние, молитва, чтение святого Евангелия, церковные Таинства.

До революции только духовенством на тему трезвого образа жизни издавалось 32(!) журнала. Известно, сколь велик был вклад в это делание ныне прославленного в лике святых Царя-мученика Николая. И сейчас по молитвам к св. Царю Николаю многие страждущие этим недугом получают благодатную помощь и укрепление.

Часто на прием приходят люди, именующие себя православными, с просьбой помочь им избавиться от пьянства. Но когда речь заходит о покаянии, борьбе со страстями и пороками, самопреодолении, стремлении к христианскому благочестию, молитве, то, к сожалению, души некоторых из них остаются глухими и невосприимчивыми. Вместе с тем постоянно звучат пожелания назначить им «сильнодействующие уколы» или прописать «какие-нибудь лекарства от водки»… Но лекарств «от водки» не существует!!!

Как правило, встречи эти заканчиваются безрезультатно и повторных визитов более не отмечается. Конечно, очень жаль, что так происходит.

Читая Священное Писание

Ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы... Царства Божия не наследуют (1 Кор. 6, 10).

Смотрите же за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объедением и пьянством (Лк. 21, 34).

Будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастью и распутству (Рим. 13, 13).

Пьяница и пресыщающиися обеднеют (Притч. 23, 21).

Вино и женщины развратят разумных (Сир. 19, 2).

Большая досада — жена, преданная пьянству, и она не скроет своего срама (Сир. 26, 10).

Против вина не показывай себя храбрым, ибо многих погубило вино (Сир. 31, 29).

Горесть для души вино, когда пьют его много (Сир. 31, 34).

Псевдолечение

И помните: кодирование и иное ему подобное воздействие на душу и тело человека — это бесовщина.

Французское слово «код» происходит от латинского — «начертание». В процессе кодирования через это начертание (ритуальное) к человеку привлекаются бесы, которые отныне и будут «помогать» ему не пить водку, или не курить, или будут «сушить» его — «помогать» худеть.

Святое Евангелие говорит о необходимости в качестве условия исцеления покаяние страждущего для прощения грехов. О покаянии эти «лекари» и не вспоминают.

Пьянство, которое возбуждается бесами при собственном слабоволии и безответственности, не пройдет без молитвы и поста, без сокрушения сердечного, без спасительных Таинств Церкви. Гипнологи и кодировщики не придают этому никакого значения.

Метод кодирования приобрел широкую огласку в средствах массовой информации, а его главные исполнители жаждут признания и славы. Некоторые из них откровенно называют себя «чудотворцами», людьми «особой миссии». Этим псевдоцелителям и неведомо, что дар исцелений Господь подавал подвижникам веры, делателям непрестанной молитвы, смиреннейшим из смиренных.

Известно также, что святые отцы и жены, имевшие этот Небесный дар, проводили жизнь свято. Кодировщики же и не помышляют о святости и благочестии.

Врагу нашего спасения в конечном итоге даже не важно — пьет человек или нет (отчасти этим объясняются некоторые случаи «выздоровлений»). Важно другое: к кому обращается человек за помощью — к Богу или к сатане?

А как страдают эти закодированные люди? Ведь грех так и остался в их душах нераскаянным. Он может лишь поменять свой облик. Отсюда у них частые депрессии, жуткая раздражительность, тревога. Нередко возникают тяжелые соматические заболевания. И удивляться, как видно из сказанного выше, не приходится. Сторонитесь такого «целительства» и отговаривайте от него тех, кто будет с вами советоваться по этому поводу.

И еще. Если взять в руки практически любую светскую газету, то в ней обязательно отыщется реклама или информация по лечению алкоголизма. Основа многих новомодных методик (не говоря об откровенно оккультных) — эффект «плацебо».

Эффект «плацебо» можно объяснить таким образом: когда какому-либо индифферентному веществу (предположим, сахарной пудре) или медицинским процедурам приписываются свойства сильнодействующих лечебных средств. И больной верит в действие этих средств и выздоравливает (или улучшается его самочувствие).

Однако алкоголизм — не та болезнь, при которой уместно злоупотреблять эффектом «плацебо». Ведь если человеку, скажем, запретить пить под угрозой смерти или тяжелой болезни (как это делают кодировщики), то воздержание от алкоголя в данном случае — совсем не исцеление.

Закодированный пребывает в жутком напряжении душевных сил. Такое, с позволения сказать, «лечение» приносит людям явный вред и страдания.

Для исцеления от недуга пьянства нужна не пустышка (перевод термина «плацебо»), но покаяние, душевное преображение, внутренний рост.

По милости Божией многие люди

исцеляются от недуга пьянства

Мне лично известны случаи чудесных исцелений. Один мой знакомый, понимая, что гибнет, взмолился Царице Небесной. Воззвал к Ней из глубины души, от всего сердца, и получил мгновенное избавление от пьянства. Стал устраивать жизнь по-христиански, воцерковился. Он как бы родился вновь.

Недалеко от Москвы, в городе Серпухове расположен Высоцкий мужской монастырь. Одна из главных его святынь — чудотворная икона Пресвятой Богородицы «Неупиваемая Чаша». Сколько людей обрели здесь душевный мир и расстались с коварным зельем, известно лишь Господу и Пречистой Его Матери! Но их множество.

Вот какой случай рассказал о себе пришедший ко мне на прием мужчина: «Я крепко пил. Лечился, пробовал уговаривать себя, но толку не было. Однажды родные посоветовали поехать в монастырь к старцу, принять благословение, попросить молитв. Я как-то воспрянул и с радостью согласился на это. Встреча со старцем глубоко тронула меня. А сказал он на прощание всего три слова: «Ты не пей». И сказал по-доброму, от любви. Я вернулся домой, и тяга к водке у меня исчезла. Месяц я ходил совершенно трезвый. Правда, потом постепенно опять взялся за свое, но в этом я виноват сам. Надо было жить по-другому, а я начал с дружками прежними знаться — и все по новой. Сейчас не пью уже две недели, готовлюсь к исповеди, а потом, если Бог даст, может и измениться моя жизнь к лучшему».

О том, как важна помощь пастыря-духовника для преодоления этой греховной страсти, с убедительностью свидетельствует пример из жития святого праведного Иоанна Кронштадтского.

«Необыкновенно трогательно рассказывает об одном из таких случаев духовного возрождения, благодаря о. Иоанну, один ремесленник: «Мне было тогда годов 22—23. Теперь я старик, а помню хорошо, как видел в первый раз батюшку. У меня была семья, двое детишек. Я работал и пьянствовал. Семья голодала. Жена потихоньку по миру сбирала. Жили в дрянной конурке. Прихожу раз не очень пьяный. Вижу, какой-то молодой батюшка сидит, на руках сынишку держит и что-то ему говорит ласково. Ребенок серьезно слушает. Мне все кажется, батюшка был, как Христос на картинке «Благословение детей». Я было ругаться хотел: вот, мол, шляются… да глаза у батюшки ласковые и серьезные меня остановили: стыдно стало. Опустил я глаза, а он смотрит — прямо в душу смотрит. Начал говорить. Не сумею передать все, что он говорил. Говорил про то, что у меня в каморке рай, потому что, где дети, там тепло и хорошо, и о том, что не нужно этот рай менять на чад кабацкий. Не винил он меня, нет, все оправдывал, только мне было не до оправдания. Ушел он, я сижу и молчу.… Не плачу, хотя на душе так, как перед слезами. Жена смотрит… И вот с тех пор я человеком стал…».

Молитва святого праведного

Иоанна Кронштадтского

Господи, призри милостивно на раба Твоего (имя рек), прельщеннаго лестию чрева и плотскаго веселия; даруй ему познати сладость воздержания в посте и проистекающих от него плодов. Аминь.

Спросите с себя

Помогая ближним преодолеть это пагубное пристрастие, надо взглянуть внутрь себя. Вот как об этом справедливо пишет иеромонах Аристарх (Лоханов): «Не надо ли вам принести покаяние за те страдания, которые испытывает ваш ближний? Нет ли здесь и вашей вины? Родители могут припомнить, что, как бы шутя, давали выпить спиртного сыну или дочери — подросткам. Всегда ли вы сами были образцом трезвости или умеренности в употреблении вина? Не потому ли начал выпивать ваш супруг, что вы долго не желали разрешить семейный конфликт? Нет ли у вас повода для покаяния, если вы, помня лишь о своих делах и заботах, не замечали, что ваше чадо потеряло интерес к учебе, стало изворотливым и хитрым, приходит с дискотеки с расширенными или суженными от употребления наркотиков зрачками? Думается, что всегда есть повод для покаяния. Наложите на себя пост, усильте молитву, поисповедуйтесь и причаститесь Святых Таин».

Берегите душевный мир

Духовно преодолевая страсть к пьянству, следует не упускать из вида и душевные причины ее стойкости. Так как пусковым моментом алкоголизации может явиться какой-либо конфликт (внутриличностный или внешний), затяжной стресс. Пьянство — не единственное следствие душевного кризиса. Схематично последствия конфликта для психического и физического здоровья человека могут выглядеть примерно так:

кофликт:

n наркомания

n курение

n пьянство

n неврозы

n психосоматические заболевания

(болезни, возникающие на нервной почве)

n инфекционная патология (частые простуды).

Вывод: берегите душевный мир, учитесь общаться с собой и другими людьми, умейте прощать обиды, развивайте в себе кротость и смирение. Вот, например, как писал в письме к одному мирянину преподобный Алексий Зосимовский: «Я Вам не желаю ни богатства, ни славы, ни успеха, ни даже здоровья, а лишь мира душевного. Это самое главное. Если у Вас будет мир — Вы будете счастливы».

А вот что писал о причинах раздражительности и потери душевного мира архиепископ Арсений (Жадановский): «Иногда вдруг у тебя появляется какая-то раздражительность, недовольство окружающими тебя людьми, а то и просто дурное, угнетенное состояние духа, тоска, разочарование. Малейший повод — и твое настроение испорчено. Отчего это? Очевидно, ранее душевная твоя почва была подготовлена к такому настроению». Святые отцы особенно обращали внимание на сохранение мира душевного при любых жизненных обстоятельствах.

Что важно предпринять человеку, решившему

искоренить греховный недуг винопития?

Перечислим некоторые положения.

•     Осознать, что пьянство — тяжкий грех.

•     Принять глубокое, твердое решение не пить спиртное.

•     Не поддаваться уговорам, насмешкам со стороны недоброжелателей, «дружков»-собутыльников.

•     Продумать варианты своего поведения:

а) в трудных жизненных обстоятельствах;

б) за праздничной трапезой, если на столе спиртное.

•     Научиться трудиться и с пользой для души и тела отдыхать.

•    Не пребывать в праздности. Стремиться быть полезным людям.

Пособие против страсти пьянства

(по творениям святителя Тихона Задонского)

1. Юным людям не дозволять пить пьянящего питья, ибо юный быстро привыкает.

2. Совершенным мужам без нужды не употреблять вина.

3. Помнить, что от этой страсти привыкшие к ней трудно освобождаются и многие так и умирают.

4. Привыкшим к сей страсти против нее вооружиться и, истрезвившись, милосердному Богу молиться, плакать, чтобы от нее освободил.

5. Помышлять им, что пьяницы многие, уснув пьяными, умирают и от сего века переходят без всякого чувства и без покаяния, что страшно.

6. Приводить им на память случающиеся во время пьянства несчастья: соблазны, ссоры, драки, также приключающиеся мечтания, страхи, недуги и всего тела расслабление — и сравнивать трезвое житие с состоянием пьяных.

Десять горьких гроздов пьянства

(из сочинений святителя Димитрия Ростовского)

Знаменитый у древних еллинов мудрец Анахарсис говорит, что виноградная лоза приносит три грозда: первый грозд услаждения, второй — упоения, а третий — печали. Философ сие толковал так: умеренное употребление вина служит человеку в удовольствие и во здравие, ибо и жажду утоляет, и желудок укрепляет, и сердце веселит; неумеренное же порождает ссоры, возжигает гнев, возбуждает на брань и побои, затем следует обыкновенно немало скорбей. А мы, если захотим внимательно рассмотреть силу пьянства и если назовем его виноградною лозою, то найдем на ней не три нравственных грозда, приносящих человеку вред и печаль, но гораздо более, а именно: десять.

Первый грозд его есть помрачение ума, потемнение рассудка, потеря сознания, ибо от желудка, переполненного вином, винные пары поднимаются в голову, действуют на мозг и возмущают ум. Потому многие в состоянии опьянения не помнят себя, сами не знают, что делают и что говорят, точно безумные, и каково бы ни случилось зло, бесчестие ли, или побои, назавтра они ничего не помнят. Над таковыми исполняется писанное в Притчах: биша мя и не поболех, и поругашася ми, аз же не разумех (Притч. 23, 35).

Второй грозд есть бесстыдство: пьяный никого не стыдится, но, потеряв совесть, произносит скверные, хульные, нелепые, оскорбительные для целомудренного слуха речи; уста его бывают подобны стоялищу скотскому, наполненному смрадною нечистотою, а язык — лопате, которою выбрасывают эту нечистоту… Что же другое сердце этого человека, как не вместилище многих зол, из которых не может ничего выходить, кроме зла, по слову Евангелия: злый человек от злаго сокровища сердца своего износит злое: от избытка бо сердца глаголют уста его (Лук. 6, 45).

Третий грозд с лозы пьянства есть несоблюдение тайны. Пьяный откровенно рассказывает всем и каждому все те тайны, свои и чужие, которые тщательно скрывал в глубине своей души, сохраняя их в молчании, когда был трезв. Этого мало: что давно уже прошло и предано забвению, и то он припоминает. И как обычно пьяному извергать пищу из желудка, так же обычно и тайны открывать: и то, и другое — и пища, и тайны, в пьяном не держатся.

Четвертый грозд содомской лозы пьянства есть возбуждение плотской похоти, почему и увещевает Апостол: не упивайтеся вином, в нем же есть блуд (Еф. 5, 18).

Пятый грозд, полный яда змеиного, есть ярость, гнев, вражда, ссоры, брань и кровопролития. Упившись вином, люди восстают с яростью друг против друга. Вот почему и говорит с укоризною Приточник: кому горе? кому молва? кому судове? кому горести и свары? кому сокрушения вотще? кому сини очи? Не пребывающим ли в вине? и не назирающим ли, где пирове бывают? (Притч. 23, 29—30). И премудрый сын Сирахов увещевает: в вине не мужайся, многих бо погуби вино (Сир. 31, 29).

Шестой, желчный грозд с лозы пьянства есть повреждение здоровья, изнеможение телесных сил, дрожание рук, головная боль, ослабление зрения, страдания желудка, стоны, немощи, преждевременная старость, умаление лет жизни и несчастная смерть.

Седьмой грозд — расточение имущества, потеря богатства, лишение выгод: делатель пьяный, говорит сын Сирахов, не будет богат (19, 1). Как много людей, которые из-за пьянства от большого богатства пришли в последнюю нищету. Пример сему — блудный сын, описанный в Евангельской притче.

Восьмой горький грозд — утрата спасения. Как вещественное богатство, так и духовные сокровища расточаются от пьянства, потому что пьяный имеет дерзость на все грехи. Какого греха трезвый гнушается, боится или стыдится, того самого греха не стыдится делать, не боится, не гнушается, когда бывает пьян.

Есть повесть в книге «Отечник» (или «Патерик») об одном египетском пустынножителе, которому бес обещал, что не будет более тревожить его никакими искушениями, если он однажды сделает который-нибудь из трех грехов, и предлагал на выбор: убийство, блуд и пьянство… «Один какой-нибудь из них сделай,— говорит бес,— или убей человека, или соблуди, или упейся однажды, и будешь после того жить в мире: я уже не буду искушать тебя никакими соблазнами». И рассуждал сам с собой пустынник так: «Человека убить — страшно, ибо это большое зло и за него угрожает казнь смертная и по Божию, и по человеческому суду. Сотворить блуд — стыдно, да и жаль осквернить хранимую дотоле чистоту телесную: мерзко оскверниться человеку, когда он еще не познал этой скверны. А напиться однажды, кажется, небольшой грех: ведь человек скоро сном отрезвляется. Пойду напьюсь, чтобы бес не докучал мне больше и чтоб после спокойно было жить в пустыне». И вот взял он свое рукоделие, пошел в город, продал его, вошел в корчму и стал пить, и напился, по действию сатаны, пришлось ему разговаривать с одной бесстыдною женщиной, и он прельстился и согрешил с нею… Вдруг приходит муж сей женщины и, застав пустынника в греху с нею, стал бить его, а он в свою очередь схватился с ним, одолел его и убил… И сделал пустынник тот все три греха: блуд и убийство, а начал с пьянства! И те грехи, коих боялся и гнушался трезвый, теперь без страха совершил, будучи пьян, и погубил многолетние труды свои… Так пьянство дерзает на все грехи и лишает спасения, погубляя добродетель.

Хорошо о сем говорит св. Златоуст: «Если в ком пьянство найдет и целомудрие, и стыдливость, и благоразумие, и кротость, и смиренномудрие — оно все повергает в пучину законопреступления!» А человек, который чрез пьянство лишился всех добродетелей, разве не лишает себя спасения и не отчуждает себя от небесного наследия? Справедливо говорит Апостол: пьяницы Царствия Божия не наследят (Кор. 6, 10).

Девятый желчный грозд — гнев Божий: пьяница, преступая заповеди Божии, возбуждает на гнев Самого Бога своими грехами. Вот почему вопиет Исаия пророк: горе возстающим заутра, и сикер гонящим, пиющим до вечера: вино бо сожжет я (Ис. 5, 11).

Десятый, самый горький плод пьянства, есть всеконечная погибель души… Другие грешники, когда настанет их смертный час, могут каяться и сожалеть о грехах своих, потому что их ум трезв; а умирающий пьяница как может покаяться, когда он не помнит себя, когда он не сознает, что наступает его смерть, которой он вовсе не ожидал? А для умирающего без покаяния геенна неизбежна. Вот каковы нравственные грозды сего содомского винограда, т. е. пьянства; хотя на вкус они и кажутся вначале сладкими, но потом эта сладость превращается в горечь желчи, в яд змиев и аспидов!

Справедливо св. Златоуст считает пьяниц хуже псов и других бессловесных животных. «Никакое животное,— говорит он,— не ест и не пьет более того, сколько нужно, и никто не может его принудить есть или пить, чем сколько требует его природа. А пьяница и без принуждения все больше и больше наполняет свое чрево, пока не повредит сам себе».

Письмо игумена Никона (Воробьева)

к злоупотребляющему спиртным

«Дорогой С.! Привет тебе!

Как ты живешь? Как здоровье твое? Очень бы мне хотелось повидать тебя и побеседовать. Я слышу, что ты продолжаешь изрядно выпивать в крайний вред себе. Что ожидает человека на этом пути? Я тебе сейчас напишу.

Если ты не будешь бороться с этим недугом, то попадешь под полную власть бесов. Они будут возбуждать тебя пить все больше и больше и через это расстраивать нервную систему. Ты сделаешься раздражительным, гневливым. Легкие сначала ссоры будут все грубее, длительнее. Денег не будет хватать, сгонят со службы — надо будет продавать вещи, выпрашивать в долг унизительным образом, может быть, даже воровать. Гнев усилится до бесовской злобы, до желания убить.

Бесы, действовавшие втайне, станут являться в виде разбойников, диких зверей, змей и проч. Потом могут явиться и в своем безобразном, гнусном виде. Если и тут ты не образумишься, то заставят тебя совершить какое-либо тяжкое преступление, например поджог, убийство, а затем приведут в полное отчаяние и заставят покончить с собой. Если бы со смертью человек совсем исчез, так можно было бы порадоваться, что кончились мучения, но ведь нет уничтожения. Пьяница, самоубийца из малых и временных страданий перейдут окончательно и навеки во власть бесов в ужаснейшую муку, которой не будет конца.

Как люди духовные, борющиеся со грехом и побеждающие грехи, делаются постепенно способными чувствовать сначала духовный мир, а затем видеть Ангелов, точно так же преданные грубым страстям, особенно пьянству и разврату, если не покаются, то будут видеть бесов и сделаются их рабами.

Уже внешний вид человека духовного и раба дьявола говорит ясно, к чему ведет тот и другой путь. «По плодам их узнаете их»,— говорит Господь.

Дорогой, милый, добрый, умный С.! Опомнись: куда ты идешь? Если тебе здесь еще тяжело, то каково будет после смерти? Страсти в тысячи раз более сильные, чем на земле, будут, как огнем, палить тебя без какой-либо возможности утолить их. За потерянную жизнь, за совершенные преступления совесть, как червь неусыпающий, станет грызть твое сердце. А сознание, что сам себя лишил вечного блаженства в обществе святых людей и Ангелов, будет вовеки терзать тебя.

С., если не можешь бросить пить, хоть так сознай, что ты делаешь нехорошо, что губишь себя, обижаешь близких тебе, оскорбляешь Господа. Сознай это и припади к Господу хоть один раз в день и скажи Ему: «Господи, я погибаю, спаси меня, не допусти до окончательной гибели. Господи, будь милостив ко мне, грешному». Если будешь так говорить ежедневно от всего сердца, то Господь простит тебе все грехи твои и спасет от гибели.

Первым вошел в рай разбойник. Это устроил Господь для поощрения и утешения нас, грешных. Все прощает милостивый Господь искренне кающемуся. Не должно отчаиваться никакому грешнику. Не говори, что ты уже погиб, это бесовская мысль. «Радость бывает на небе об одном грешнике кающемся»,— говорит Господь. Он, Спаситель наш, пришел на землю, чтобы «взыскати и спасти погибшего». Не бойся бесов. Если они будут являться в каком-либо виде — то призывай имя Господа Иисуса Христа и крестись сам. Не ножами или иным вещественным оружием обороняйся. Они не боятся этого, а борись именем Божиим. «Обышедше обыдоша мя, и именем Господним противляхся им»,— вот как оборонялись от бесов истинные христиане и нас научают этому.

С., я тебя всегда поминал на молитве. Даю тебе обещание за каждой Литургией вынимать за тебя частицу и просить Господа, чтоб он вразумил тебя и помог избавиться от беды. Только ты сам хоть немного борись, не давай руки бесам. Сам проси, повторяю, хоть один раз в день с земным поклоном Господа, чтобы Он не оставил тебя на погибель, а спас от вечной муки. Пожалей себя, пожалей… Ведь ты когда-то любил ее. Может быть, и теперь любишь. Неужели тебе не жаль ее терзать? Проси у нее прощения, если обидишь когда, чтобы и Господь тебя простил. Если ты сам не будешь в мире с близкими твоими, то как примиришься с Господом?

Не отчаивайся, что бы ты ни наделал. В светлую минуту помолись Господу, и Он поможет тебе и простит. С., опомнись, пожалей себя! Приезжай к нам. Здесь можно исповедаться, причаститься. Походишь в церковь. Почитаешь книг духовных. Возьми отпуск и приезжай, хоть один, хоть с…, как тебе удобней.

С., я человек грешный, а жалею тебя от всего сердца.

Господь же в тысячи раз больше жалеет каждого грешника и ждет только обращения его, чтобы простить все его грехи и мерзости и спасти. Обратись к Господу с молитвой, покайся в своих грехах, отойди от дурных людей и от твоей проклятой службы, и спасет тебя Господь. Лучше нигде не работай, но не пей и не губи себя. Пока… тебя прокормит, а когда несколько укрепишься и овладеешь собой, то Господь устроит тебе невредную работу. Приобретешь ты мир душевный, спокойствие, радость. А теперь ты только страдаешь, и губишь себя, и заставляешь страдать твоих родных.

Если не обратишься с покаянием и смирением ко Господу, то еще здесь ожидает тебя великое страдание, а после смерти — плач, скрежет зубов, мрак, тартар, червь неумирающий и огнь неугасимый, вечная, ужасная, непостижимая и никогда не оканчивающаяся мука.

Как бы тяжело здесь ни было, но всему земному настанет конец. А после смерти вечность без конца, вечность или в неизреченном блаженстве, или в ужасной муке. Выбор в наших руках. Господь хочет всем радости вечной, но насильно никого не влечет к Себе. Не хочешь быть с Господом во свете и блаженстве, пойдешь к дьяволу в вечную тьму и муку.

Все, что здесь написано, — несомненная истина. Пожалей себя, С., будь милостив к себе… Аминь.

Искренне любящий тебя и желающий тебе добра, твой друг и отец о. Никон».

Письмо матери

«…Сын пил, порой пил подряд по нескольку дней, потом делал паузу, чтобы прийти в себя, потом опять все повторялось снова. Четыре раза у него случались приступы с полной потерей сознания, с прикусом языка.

Врачи не доискивались до причин всего этого. В отчаянии я искала способы лечить сына и лечила его в обществе «Оптималист», которое так себя рекламирует, потом у нарколога на дому, дважды в клинике Бехтерева. Слава Богу, мы не ходили к экстрасенсам и не кодировались, не подшивались. Дело дошло до того, что в своем отчаянии что-либо исправить я полностью теряла самообладание и контроль над собой.

У нас стали возникать ссоры и скандалы. Я была очень жестокосердной и не понимала, что болезнь его — духовная. Но Господь не оставил нас, хотя тогда мы не были еще верующими людьми по-настоящему.

С 1991 года я стала ходить в Церковь, носить крест, хотя была я крещена во младенчестве и росла в очень религиозной семье, но действительность того времени, поголовное безбожие сделали свое дело. И опять Господь не оставил нас, а направлял все время и вразумлял. Постепенно, очень медленно я избавлялась от угара прошлого и обращалась к Богу...

Вскоре я и сына своего привела в Храм. И опять Господь и Его Пречистая Матерь не оставили нас. Началось постепенное исцеление нас обоих, потому что мы оба были духовно больны. Сын на исповедях со слезами и раскаянием приносил покаяние.

Мы оба поняли, в каком грехе (и грехах) мы находимся. Постепенно с Божией помощью многое менялось в нас. Сын почти не пьет. Батюшка наш в курсе всех дел и сына, и моих, так как мы постоянно бываем в Храме, исповедуемся и причащаемся.

Батюшка сказал сыну: «Окружай себя святынями, как заслоном от бесов». В комнате сына кроме множества икон всегда стоит Святая вода, просфора, антидор, елей (мы соборовались в Великий Пост), Евангелие, молитвослов. Батюшка еще посоветовал ежедневно заходить в Храм и прикладываться к Кресту, чтобы оградить себя от нечистой силы. Квартиру свою мы освятили. Понимаю, что болезнь сына еще не ушла совсем и понадобится еще много времени и усилий с нашей стороны, но с Божией помощью мы одолеем наши хвори. Самое главное — мы на верном пути».

Исцелила Пресвятая Богородица

(из книги «Икона Божией Матери

«Неупиваемая Чаша»)

«У меня была большая скорбь. Сын мой после Афганской войны пил 14 лет и не был крещен. Я молилась за него, когда поняла, что так только можно его спасти. Но какая я молитвенница!

Два года тому назад прочла в православном календаре, что в Вашем монастыре имеется чудотворная икона Божией Матери «Неупиваемая Чаша». У меня появилась надежда, и я собралась и поехала в Ваш монастырь. Там я подала сорокоуст и поминание на год. Купила икону Божией Матери «Неупиваемая Чаша» и акафист, взяла святой воды. Великий пост по благословению нашего батюшки читала акафист каждый день. По молитвам Божией Матери Бог управил. Сын принял крещение и излечился от недуга — пьянства.

Отслужите благодарственный молебен Божией Матери «Неупиваемая Чаша».

Н. (Эстония)».

«Пить стал часто после службы в армии, пытался пить умеренно, совсем бросить, но ничего не получалось. Когда не пил, то злился на всех и терпел «трезвые» дни, а потом опять напивался «до отключки». А в 1995 году лечился у нарколога г. Чехова методом «торпедо». Год ходил под страхом и считал деньки до окончания действия препарата. Потом, естественно, гигантский запой, опять лечение и «торпедо» на год.

Летом 1996 года посетил Высоцкий монастырь по советам знакомых. Потом подготовился к исповеди и причастился там. Перед этим я полгода ходил с матушкой в городской храм. Потом купил икону Божией Матери «Неупиваемая Чаша» и акафист об исцелении от пьянства. На год заказал молебен в обители. Брал и пил святую воду.

Осенью 1996 года я молился дома на кухне поздно вечером перед образом Божией Матери «Неупиваемая Чаша», читая акафист и вставляя свои слова, просил исцеления от недуга себе и всем страдающим алкоголизмом. Незаметно вообще исчезла тяга к спиртному, как к отраве, погубляющей тело и душу. До настоящего времени вообще не выпил ни грамма спиртного и благодарю Господа, Божию Матерь и всех святых за исцеление от алкоголизма, табакокурения.

В. (Московская обл.)».

Молитва Пресвятой Богородице

и Приснодеве Марии пред Ея иконою

«Неупиваемая чаша»

О, Премилосердая Владычице! К Твоему заступлению ныне прибегаем, молений наших не презри, но милостивно услыши нас: жен, детей, матерей и тяжким недугом пианства одержимых, и того ради от матере своея — Церкви Христовой и спасения отпадающих, братьев и сестер, и сродник наших исцели.

О, Милостивая Мати Божия, коснися сердец их и скоро возстави от падений греховных, ко спасительному воздержанию приведи их.

Умоли Сына Своего, Христа Бога нашего, да простит нам согрешения наша и не отвратит милости Своея от людей Своих, но да укрепит нас в трезвении и целомудрии.

Приими, Пресвятая Богородице, молитвы матерей, о чадех своих слезы проливающих, жен, о мужех своих рыдающих, чад, сирых и убогих, заблудшими оставленных, и всех нас, к иконе Твоей припадающих. И да приидет сей вопль наш, молитвами Твоими, ко Престолу Всевышняго.

Покрый и соблюди нас от лукавого ловления и всех козней вражиих, в страшный час исхода нашего помоги пройти непреткновенно воздушныя мытарства, молитвами Твоими избави нас вечнаго осуждения, да покрыет нас милость Божия в нескончаемые веки веков. Аминь.

Семь нечистых духов

Слово Божие бесконечно велико. И человеческое вглядывание в него, даже не выходящее за пределы разумения Святой Православной Церкви, постоянно обретает и новые оттенки постижения и нераскрытые прежде всего значения вечного и постоянного смысла.

Хорошо известна и обширно применяется притча Спасителя о нечистом духе, вышедшем из человека. Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным местам, ища покоя. И не находит; тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел. И, пришедши, находит его незанятым, выметенным и убранным; тогда идет и берет с собою семь других духов, злейших себя, и, вошедши, живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого (Мф. 12, 43—45). Добавление слов Господа Иисуса Христа: «Так будет и с этим злым родом» ясно показывает, что содержание притчи раскрывает прежде всего социально-историческую судьбу рода лукавого и прелюбодейного, который ищет знамения, ибо притча рассказывается Спасителем с намеком на этот «род».

Но мысль подвижников благочестия обычно останавливается на аскетической экзегетике притчи, и это очень понятно, так как она поучительна, серьезна и душеспасительна. Но исчерпана ли?

Нечистые духи в аскетическом понимании соединяются нередко с различными родами страстей. Таким образом, вышедший из человека нечистый дух — есть вместе с тем некая побежденная страсть. Дальнейший смысл, кажется, в основном понятен. Когда душа, по изгнании страсти, не умеет наполнить себя святым, положительным содержанием, — нечистые духи помогают внедрить в нее гораздо более обильную, насыщенную и интенсивно работающую страстность — семь злейших нечистых духов.

Но почему семь? Случайно ли? А если нет? А если нет, — то есть если число «семь» имеет не просто символический смысл, означающий полноту, но и вполне реалистическое содержание, из него следует, что семь страстей, которые нечистые духи вызывают к действию в душе человека, всегда постоянны, одни и те же (конечно, речь идет только о тех случаях, когда греховные страстные движения, — вполне конкретные, как например, пьянство и блуд, — из души изгоняются, а начать доброе делание она не озабочивается).

Наблюдение за подобными ситуациями (а у человека внимательного они всегда найдутся под рукой), а также логика духовно-нравственной жизни человека доказывают одинаковость действия греха в подобных случаях.

Что бы нужно было сделать человеку, сумевшему победить греховную привычку? Для начала поставить ум свой на страже сердца, чтобы он рассматривал по крайней мере самые грубые греховные помыслы и, как сторож, даже не очень хороший, старался бы не пропускать самые несомненно враждебные.

А когда этого нет?.. Посмотрим, что может получиться...

Итак, грех побежден! Ура! Склонность, положим, к пьянству изгнана из моего сердца. И я торжествую. Увы, недолго. Я не успел дать место Духу Святому в моем вычищенном сердце. И это так понятно! Я так старался сам, так сильно и умиленно просил помощи Божией; так сердечно и долго пытались помочь мне мои близкие — всячески, и прежде всего — соединенной своей молитвой. И теперь я спокойно и безмятежно отдыхаю. Но тут-то нечистый дух пьянства, поскитавшись по безводным местам, ища покоя и не обретя, тихонечко возвращается и, видя горницу души пустой, идет за известной ему семеркой товарищей, которые помогут ему — по опыту знает — вновь вселиться в эту чистенькую и такую лакомую, такую желанную душу. Дело облегчается тем, что, как он видит, сторожа нет.

Первым в дело идет нечистый дух гордости, который в зависимости от характера и настроения чистенького «пациента» раскрывается одним из трех лиц: самодовольство («какой я все же молодец, что сумел сам победить свой грех»), самонадеянность («оказывается, это не так уж трудно; и у меня вполне достаточно сил, чтобы справиться с этим»), самоуверенность («да и вообще эта мерзость не посмеет больше ко мне приблизиться, зная, что я опытный борец с нею и победитель»). И при моей «опытности» в духовно-нравственной жизни он, соблазняя меня тремя своими лицами в любом сочетании и последовательности, проникает и прочно обосновывается в бедной моей душе.

И не просто обосновывается — он дает проход своему товарищу, другому нечистому духу, духу лености. И действительно — что такое? — все прекрасно и навсегда: дух пьянства не возвращается, другие безобразные духи тоже недвижны по отношению ко мне (а дух самодовольства, самоуверенности, самонадеянности проник ласково и незаметно) — можно и отдохнуть. Прежде в моей жизни было много греха, но много и напряженной борьбы. Я устал от этой напряженности; и совесть спокойна; да и что теперь, собственно, нужно делать? — труд духовный, кажется? — ничего, можно и немного погодя. А пока — отдохнем, отдохнем, …отдохнем… Я вполне заслужил отдых своей прежней напряженной работой. И дух лености распространяется неторопливо, но властно.

И вот я, нравственный богатырь, свален и опутан сладкой паутиной духа лености, нежелания напряженности. А сей властитель уступает местечко и следующему своему товарищу, закрепляющему успех. Совесть, порою попискивая, подает сигналы, что все же что-то пора начать и делать. Но леность не дает прохода единственно нужному доброму духу внутреннего делания, зато легко пропускает хитрого и нечистого духа делания внешнего. Всякое внешнее делание имеет обычно то свойство, что им, как правило, душа удовлетворяется. Это опасно и всегда, но особенно опасно тогда, когда внешний, безжизненный характер (или наоборот — слишком чувственный, душевный) приобретает делание по самому существу своему; наиболее внутреннее — молитва. Ехидно вползший дух нечистый или совсем аннулирует молитву, или делает ее бессильной. Я лишаюсь одного из главных оружий.

Чувство удовлетворенности, так присущее внешнему деланию, гонит прочь остатки покаяния (если только они еще сохранились в моей душе), но зато пропускает торжественно и пышно появляющегося четвертого нечистого духа — нераскаянности, нежелания каяться. Он бесстрашно проходит в сопровождении хороших помощников: самооправдания и невнимательности к себе. Многочисленные вседневные погрешности, видя свободу проникновения, беспрепятственно проникали в душу и, оставаясь нераскаянными, производили свое разъедающее действие. Для более крупных погрешностей тут же находились извинительные причины. Шло обширное «непщевание вины о гресех». Даже бывая в церкви на исповеди (в основном на «общей»), я, по существу, оставался нераскаянным. Так я лишился и другого главного оружия.

Нераскаянность уже и сама по себе может привлечь из безводных мест любых нечистых духов; но они — многоопытные — знают, как действовать, где удобнее всего нанести самый больной удар. Его наносит следующий нечистый дух — дух неблагодарности; ему к тому же естественно занять свое срединное место там, где уже обжились самодовольство, лень, безмолитвенность, нераскаянность. Дух сей — очень коварный, лживый и злобный. Тот, кем он овладеет, становится в большей степени чужд действию Святого Духа и не слышит Его внушений. Дух нечистый вселяется в меня, и я качусь в пропасть. Я, неблагодарный, ничего доброго не способен видеть ни в действиях Божиих, ни в действиях людей, жалостливо спешащих мне на помощь, а все приписываю себе.

Тогда-то, вслед за неблагодарностью, скачет шестой нечистый дух. Он приносит с собой равнодушие ко всем людям. Он приносит с собой замкнутость на себе. И мне все люди небезразличны уже лишь по тому, какие они со всех сторон несут мне обиды (обиды, конечно, мнимые, но для меня-то они действительны). Растет озлобленность и недовольство. Между тем сам я в своей ослепленности и равнодушии раздаю обиды направо и налево, но, не видя людей, не вижу и наносимые им обиды. В моей окрестности, по естественному порядку вещей, смыкается круг одиночества. Наиболее разрушительно мое отношение к тем, кто стремится меня спасти...

Сей нечистый дух хорошо поработал. Вкруг меня одни обломки: обломки моей души, обломки прежних добрых отношений. Еще я по укоренившейся привычке во всех моих бедах вижу вину тех, кто суть и были окрест меня, в себе же наблюдаю одно добросердечие, но уже все более и более неладно становится на душе, и от этой неладности возрастает смутность, и самое главное — невесть как освободиться. И тогда-то вползает и распространяется, как кисель, по всему пространству души седьмой страшнейший дух нечистый — дух уныния. О его действии можно написать диссертацию, но — печальную. Посему лучше здесь поставить точку.

Тем более — самая пора запить. Семь нечистых духов сделали все для того, чтобы духу — простенькому, очевидному духу, например, пьянства — вольготно жилось в опустошенной, разрушенной храмине души.

Конечно, это — схема, и схема в реальности, по милости Божией, далеко не всегда доходящая до полного разрушительного предела. И вообще, представляет такие варианты развития бесспорнейших, кажется, схем, что только ахнешь, и ахать часто приходится. К тому же за пределами рассмотрения схемы остается аскетический вопрос — как противостать нечистым духам? Вместе с тем нравственно-психологический опыт рассмотрения такого механизма страстей может оказаться небесполезным для тех, кто порою в недоумении, ничего не понимая, останавливается перед фактами развития страстной природы души человека, незанятой, выметенной и убранной.

Дай нам всем, Господь, духа осторожности, внимательности и разумения.

«Настольная книга для монашествующих и мирян», 1998.

О наркомании

Беда эта страшная и распространяется в России она очень стремительно. Вот лишь некоторые цифры, свидетельствующие о масштабах и глубине поражения наркотиками нашего общества: 2 % населения страны имеют стойкую наркотическую зависимость; за последние 10 лет наркомания среди детей и подростков возросла в 10 раз и сегодня насчитывается более полумиллиона детей-наркоманов.

Добавлю к этому, что один наркоман «заражает» (привлекает к наркотикам) до 60-человек. Связано это с распространением и перепродажей наркотиков. Делает это наркоман в основном для того, чтобы самому стабильно иметь деньги на ежедневные порции зелья.

Скажу также, что нигде в мире наркоманию лечить практически не умеют (процент излечиваемости 2—3 %). Дело в том, что болезнь эта больше не телесная, но духовная. А процесс лечения скорее являет собой не столько употребление медикаментов, сколько перевоспитание, самопреодоление, длительную и кропотливую реабилитацию.

Определение

По определению Всемирной организации здравоохранения, «наркомания является состоянием периодической или хронической интоксикации, вредной для человека и общества, вызванной употреблением наркотика (естественного или синтетического происхождения)». Условия, при которых человека следует считать наркоманом, таковы:

•     непреодолимое влечение к наркотику;

•     нарастающая толерантность (увеличение дозы);

•     психическая и физическая зависимость от наркотиков.

Проблема наркомании многоаспектна. Она и нравственная, и медицинская, и социальная, и юридическая.

Зависимость

Пристрастие к наркотикам уже через 2—3 месяца употребления можно считать состоявшимся. Нередко человек становится рабом наркотиков после первой же инъекции коварного дурмана. Укажу и на то, что в среднем от начала употребления наркотических средств, таких к примеру, как героин, наркоман живет 7—8 лет, иногда 10—12, а затем умирает, но это скорее не жизнь, а бесконечная мука.

К наркотикам развивается физическая и психическая зависимость. Первая определяется тем, что наркояд вкрадывается в глубинные механизмы обмена веществ и биохимические процессы, протекающие в организме, которые требуют регулярной порции наркотика. Каждые 10—12 часов наркоман испытывает непреодолимое желание употребить свою дозу, которая до определенного момента все повышается и повышается.

Если наркотик по каким-то причинам не употребляется, то наркоман тяжко страдает и мучается. У него выступает холодный пот, появляются тошнота и рвота, ломота в суставах, слабость, боли в животе, дрожь во всем теле. Депрессия, внутреннее напряжение, тревога — обычные спутники абстиненции.

Психическая зависимость — еще более тяжелое проявление наркомании. Наркоман, как образно описывают это состояние наркологи, испытывает к наркотикам чувство «любви»: он так же, как и влюбленный, все время думает о предмете своих желаний, постоянно ожидает встречи с ним и стремится к нему, радуется, если эта встреча вот-вот состоится, тоскует и нервничает, если она откладывается; готов на все, чтобы все время быть рядом с наркотиками (С. Белогуров, 1998 г.). Личность человека-наркомана претерпевает тотальные изменения.

Кратко замечу, что употребление наркотиков наносит сильнейший, нередко непоправимый ущерб здоровью человека. Тяжело страдает головной мозг и вся нервная система, снижается иммунитет, разрушается печень, слабеет сердце. Нет такого органа или системы в организме наркомана, которые бы оставались без повреждения. Около 80% наркоманов заражены вирусами гепатита В. Среди наркозависимых примерно с той же частотой встречается ВИЧ-инфекция.

Куда же уходят корни наркомании?

В чем главная причина употребления наркотических средств? Причина эта в бездуховности. Употребление наркотиков — это сознательный грех, который со временем «обрастает» многими другими грехами. «Наслаждение» наркотиками — это иллюзия, обман, внушенный человеку-жертве бесом. Сластолюбие и чревоугодие, любление телесных наслаждений и безволие, помноженные на безверие и маловерие, на непонимание того, для чего и зачем живет человек на Земле, — вот духовные корни наркомании.

Во многом виноваты родители, которые не научили своих детей вере Христовой (так как и сами зачастую находились в безверии), не привили послушания, не следили за тем, как и с кем сын или дочь проводят время. И результат не заставил себя долго ждать.

Приходится с ужасом констатировать, что в молодежной среде наркотики сегодня становятся чем-то вроде «хорошего тона». Принимать их — значит быть взрослым, независимым, современным. Так думают, к сожалению, не единицы. Многие средние и высшие учебные заведения надо бы закрыть на карантин, а при входе повесить объявление «ОСТОРОЖНО, НАРКОМАНИЯ!».

Порой во время врачебного приема хочется крикнуть: «Люди! Опомнитесь!» Вот лишь один пример. На прием пришли мама и дочка 15 лет. В ходе беседы выяснилось, что курит девочка с 11 лет, чуть позже начала блудить, а с 13 лет употребляет героин. Кровь стынет в жилах, когда слушаешь подобные рассказы. Не хочется верить своим ушам, но, увы, это горькая реальность.

Каждый день одни гибнут от наркотиков, а другие делают первую в своей жизни инъекцию смертоносного дурмана.

Итак, будем помнить, что глубинная основа наркомании — грехи и страсти. А рядом с ними и бесы, призывающие взяться за иглу или выпить пригоршню психотропных таблеток. «Безмерна ненависть диавола к роду человеческому,— пишет епископ Варнава (Беляев), — который он ввергает, вместо обещанного рая, в ад еще здесь, на земле, и велики заблуждения и неразумие людей, платящих за этот обман собственными невыразимыми мучениями и добровольным отказом от вечного и истинного блаженства!..»

Приведу другой пример. На приеме женщина средних лет с 19-летним сыном. Состояние ее подавленное, речь перебивается слезами. В семье горе. Сын — наркоман. Стаж употребления наркотиков 2 года. Алексей, так звали этого парня, сообщил, что вначале, «как и все» (!) в его окружении, покуривал анашу, дальше — больше. Как-то после концерта рок-музыкантов знакомые предложили уколоться. Потом втянулся. Вскоре без героина уже не обходился, к игле «привязался» накрепко…

Дальше рассказ Алексея и добавления его мамы почти точь-в-точь повторяли рассказы многих наркоманов, которым за годы работы приходилось оказывать психотерапевтическую помощь. Некоторые детали этого рассказа таковы: бесконечные обманы родителей; тайные телефонные разговоры с последующим исчезновением из дома; продажа личных вещей, а затем и воровство у родителей некоторых ценных предметов, денег; озлобленность; немотивированные депрессии или состояния возбуждения; сужение интересов до минимума; исхудание; приступы слабости; бессонница; невозможность в настоящий момент по своему самочувствию и психическому состоянию где-либо учиться или работать.

Долгое время Алексею удавалось скрывать от родителей свое пагубное пристрастие. О том, что сын наркоман, родители узнали, обнаружив его в комнате в шоковом состоянии, которое явилось следствием передозировки героина. Он был весь желтый, почти не дышал. Если бы не подоспела реанимация, то шансов остаться в живых практически не оставалось. Алексея спасли, вернее сказать, предотвратили смерть.

Попытки вытащить сына из этого омута, к счастью, дали некоторые положительные результаты. Алексей решил порвать с наркотиками, прекрасно осознавая боль, мучения и трудности, с которыми придется встретиться на пути к выздоровлению. Привычные каналы распространения отравы и «друзей-распространителей» победить было нелегко. К примеру, те люди, у которых он еще вчера покупал наркотик, сегодня предлагали его практически даром. «Бери, не робей, — говорили они, — потом рассчитаешься». Эти люди не давали покоя даже в больнице. Родители Алексея были ошеломлены бесцеремонностью и наглостью наркодельцов. Лишь со временем, когда Алешу увезли на квартиру к родственникам в другой конец города, их напор ослаб.

Лечение в наркодиспансере принесло, со слов Алексея, только незначительное улучшение общего самочувствия. Ломку переживал тяжело. Делали капельницы, давали витамины, успокоительные средства. Но тяга к наркотику оставалась непреодолимой, на душе было отвратительно, весь мир казался серым, безликим, ужасным. Через неделю после выписки из стационара он не выдержал и сделал инъекцию героина. Это был тупик.

По объявлению в газете родственники нашли частный наркологический центр. Стоимость недельного пребывания составила более пятисот долларов. Упор в лечении был сделан на использование каких-то «дорогостоящих и очень эффективных лекарств»… После лечения в этом центре без наркотиков он выдержал около трех недель. И опять сорвался. Все были в отчаянии.

И только по прошествии еще некоторого времени и Алексей, и его родители вспомнили о Боге, о том, что они крещены в Православии. Надеяться осталось только на милость Божию. Эти мысли и привели их в Храм. В то же время они обратились к православным специалистам: врачам и психологам.

Я верю в то, что если желание расстаться с наркотиками у Алексея будет твердым, а покаяние — искренним, глубоким, то Господь, конечно же, явит к нему Свою милость. Убежденность моя подкреплена многими случаями исцелений, когда люди, имевшие даже длительный стаж употребления наркотиков, расставались с ними. Спасало их только одно — вера в Бога. А за этим следовала и борьба со грехом, и работа над собой, и молитва, и покаяние, и стремление к благочестию. Необходимо поскорбеть, потерпеть, потрудиться. Это, если хотите, малая жертва Богу за грехи. И Господь эту жертву примет и подаст Свою благодать, которая уврачует всякую страсть и немощь.

Трудно переоценить и участие родных, близких в избавлении страждущего от наркомании. Это и молитва за него, моральная поддержка, любовь и милосердие к нему. Надо найти в душе человека хорошее, доброе и развивать это. Важно, чтобы исцеляющийся не замыкался в себе, чтобы он чувствовал душевное тепло, заботу, участие и заинтересованность в его судьбе со стороны близких и друзей.

Вот еще один совет. Если вы узнали, что ваш ребенок начал употреблять наркотики, — не проявляйте агрессии, дайте понять ему, что он для вас дорог и вы хотите ему помочь.

Во время врачебного приема…

Вопрос: Мой сын наркоман. Есть клиники, в которых за несколько дней снимают с помощью разных лекарств кризисные явления, нормализуют самочувствие. А что делать дальше?

Самое главное — искреннее, глубокое, твердое стремление вашего сына расстаться с наркотиками. Наркомания — это болезнь, в основе которой сознательный грех употребления наркотических веществ. А грехи искренне кающимся прощает Господь.

Врачуются грехи в духовной лечебнице — в Церкви Христовой, в святом Таинстве Исповеди, когда душа обличает себя перед Крестом и Евангелием. Другого пути исцеления нет. В молитве, которую священник произносит перед каждой исповедью, мы слышим, что пришли в лечебницу и неисцеленными не отойдем.

Глубокое раскаяние в содеянных грехах, мольба ко Всемилостивому Врачу душ и телес наших и Пречистой Его Матери, святым угодникам Божиим — первый шаг к исцелению. Это в том случае, если ваш сын крещен и если в его сердце есть искра веры Христовой, упование на милость Господню. А если этого нет, то это цель, к которой с Божией помощью надо стремиться.

Опытные врачи или психологи, лекарственные препараты и психотерапевтические методики (нравственно приемлемые) — все это лишь подспорье, часто необходимое и эффективное. Но не более.

Часто рецидив наркозависимости провоцируют «друзья-товарищи» по шприцу. С этим окружением лучше бы немедля расстаться. Знаю, что это бывает сделать нелегко, но необходимо. Особенно в первое время вы должны почаще бывать вместе с сыном, буквально охранять его.

Огради вас Господи от обращения за «помощью» к оккультным целителям и всевозможным кодировщикам.

Не раз мне приходилось слышать на приеме примерно следующее: «Ну, я лишь изредка покуриваю «травку» (марихуану. — Прим. авт.). Я героин не употребляю и употреблять не буду. Да и наркоманом я себя не считаю. Это другие…» Подобные умозаключения греховны и ошибочны. Душа такого человека в том же плену страстей, только плен этот пока самому человеку, увы, незаметен. Хотя психика и здоровье тяжко страдают, но, может быть, не так, как при героиновой зависимости. Скажу также, что употребляющие марихуану, экстази и другие, как они ошибочно полагают, «легкие» наркотики, образно говоря, встают в очередь за героином. Дело только во времени.

На приеме семья…

Приведу один из примеров внутрисемейных отношений, который нередко встречается на практике. На приеме семья: мать, отец и их сын 22 лет, который употребляет наркотики. Стаж наркозависимости около 2 лет. Во время приема говорила в основном мама. Она рассказывала очень эмоционально, напористо, с дрожью в голосе. При этом она не стеснялась в выражениях, характеризуя своего сына (в его присутствии). Попытки сына вклиниться в беседу жестко пресекались с ее стороны. «Сиди и молчи. Что ты еще можешь сказать?!» — примерно так она обращалась к нему.

Отец сидел в кресле безучастный, периодически поглядывал на часы и всем своим видом показывал, что ему по большому счету все равно. Конечно, хорошо бы было обходиться сыну без наркотиков, но изменить что-нибудь в себе для этого он явно не намеревался. Духовные вопросы также не очень интересовали его. Сказали прийти на прием всей семьей — значит, надо прийти, но не более того.

Я осознанно на некоторое время выпустил инициативу из своих рук. Важно было посмотреть на семью со стороны, дать всем проявить себя.

Упущу ряд обстоятельств нашей встречи, но остановлюсь на одном важном моменте. Когда мы остались с парнем вдвоем, он сказал прямо: «Уколешься и никого не слышишь … И мама «не достает».

В данном случае властное, подавляющее поведение матери, при всем ее желании помочь своему сыну, на деле лишь усугубляло его бедственное положение. А отец практически самоустранился.

Типичные грехи, ошибки и заблуждения,

возникающие в ходе реабилитации

1. Отсутствие реальной борьбы со грехом по лености, нерадению, беспечности и др. Нежелание меняться в лучшую сторону.

2. Самонадеянность. «Я сам», «Я справлюсь без всякой помощи» и тому подобное.

3. Общение с наркозависимыми друзьями, частое пребывание в их среде.

4. Желание мгновенных результатов (духовных, клинических и иных) и разочарование, если они не приходят сразу.

5. Лживость. Попытки казаться лучше, чем есть на самом деле. Сокрытие фактов употребления наркотиков.

6. Упор на медицинские методы лечения, тогда как медицинская помощь в удельном весе реабилитационных мероприятий незначительна и ограничивается лишь купированием явлений абстиненции.

7. «Цель оправдывает средства», или лечение любой ценой. Под этим девизом страждущие наркоманией становятся добычей разных оккультистов, сектантов или попросту меняют одну страсть на другую (блудную, стяжательство, азарт и т. д).

Из переписки с читателями

«Уважаемый Дмитрий Александрович!

Прочитала Вашу книгу «Из дневника православного психиатра». Глава ее «О наркомании и наркоманах» вселила надежду и уверенность в правильности того пути, на который мы встали, спасая жизнь и душу нашего сына. Горе нашей семьи так же велико и неизбывно, как и беда в семье, описанной в этой книге.

Наш сын — наркоман уже 4 года. Неоднократно лечился и в частных наркологических центрах, и в наркологической больнице № 17. Самый большой перерыв в употреблении героина составил 10 месяцев, после которого у него родилась дочь (сын женат). Девочке в настоящее время 8 месяцев.

Сын опять на игле. Брак под угрозой распада. Господь свел меня с женщиной глубоко религиозной, которая посоветовала мне обратиться к помощи Божией.

Я, прожив греховную, страстную жизнь, снова пришла в Храм, причащаюсь, молюсь за сына, взяла благословение у батюшки на пост. У сына появилось осмысление греха, покаянные слезы, но пока духовное выздоровление идет очень медленно и со срывом. Сама я еще в начале духовного пути, не крепка в Вере и многое не могу ему объяснить. Мне хотелось бы обратиться к помощи православных врачей и психологов для укрепления сына в Вере и надежде на Господа.

А. П.»

Это одно из многих писем по поводу наркомании, полученных мною за последние месяцы. Оказывая помощь страждущим наркоманией, я заметил следующую закономерность. Первыми на прием приходят родители. Голоса дрожат, на глазах слезы. В семье горе — сын или дочь употребляют наркотики. «Что нам делать? Как быть? Кто сможет спасти наших детей?» — эти вопросы буквально написаны на их лицах и истерзанных скорбью сердцах.

После непродолжительной беседы, как правило, выясняется, что духовная жизнь у самих родителей закончилась после принятия ими Крещения, так и не успев начаться. Либо родители и вовсе не крещены. Соответственно, и их чада воспитывались в атмосфере бездуховности. Практически никто из них никогда не задумывался о том, что они тяжко грешат. О Боге, о Церкви в их семьях вспомнили тогда, когда вопрос встал остро и определенно: либо — жизнь, либо — скорая смерть.

Во многом виноваты родители, которые не научили своих детей вере Христовой (так как и сами зачастую находились в безверии), не привили послушания, не следили за тем, как и с кем сын или дочь проводят время. И результат не заставил себя долго ждать.

Но вернемся к приему. Чадо-наркоман вместе с родителями почти никогда не приходит. «Он еще не созрел», — говорят они.

Иные заверяют своих родителей, что совсем скоро и сами прекратят колоться без посторонней помощи. Но заверения эти, увы, так и остаются лишь пустым звуком.

После выяснения ряда необходимых для реабилитации подробностей и до того, как произойдет встреча со священником, я рекомендую начать духовное оздоровление среды вокруг наркомана. Советы эти даются родителям, и известны они каждому православному человеку. А именно: принести покаяние, навыкать молиться, поститься, посещать Богослужения, обвенчаться Церковным браком, освятить жилище. Словом, говоришь о том, что надо быть с Богом, молиться Ему, каяться в своих грехах.

Мне запомнились слова одного молодого человека: «Мы пришли сюда (он имел в виду православный реабилитационный центр) получить помощь, а обрели новое мировоззрение, обрели Православие».

Повторю, что недуг наркомании — недуг греховный. Хирургическим скальпелем, лазерным лучом или сильнодействующими таблетками его не одолеть.

Скажу еще следующее: помочь страждущему прекратить употреблять наркотики можно при его желании и помощи Божией довольно быстро. Труднее всего удержаться в трезвости, преодолеть пагубную зависимость. Память еще долго будет хранить в своей кладовой «сладость» этого греха, и греховные желания нет-нет да и помутят рассудок. Но Благодать Божия покроет и уврачует всякую немощь и страсть. Надо только жаждать этой Благодати, не забывать о душе, не оставлять Церкви Христовой.

* * *

Еще одно признание. «Я три раза лечился в больнице, но мне это не помогало, хотя есть и приличные больницы и очень хорошие доктора. Один из них мне сказал: «Я уже бьюсь над этой проблемой шестнадцать лет. Но…» Проходишь сорокадневный медикаментозный курс — и иди на все четыре стороны.

Все мои знакомые считали, что я конченый. Последний раз я лежал в больнице и видел, как многие продолжают колоться и там. Помню, одного увезли в реанимацию и не откачали. По отделению из рук в руки ходили два шприца, и кто хотел пользовался ими. Вы представляете, какое количество венерических болезней и ВИЧ-инфицированных?! Сам видел, как два санитара крутили парню руки со словами: «Извини, но у тебя СПИД».

Я написал заявление на имя заведующего отделением, что не считаю целесообразным лечиться в такой обстановке… И опять начал колоться.

Сейчас у меня девять месяцев воздержания. Я понял, что наркотики — это суть бесовская. Если человек понимает, что он немощен, болен, искренне раскаивается в этом, Господь его услышит.

Н.О.».

А вот другой пример, но пример противоположный.

Родители одного юноши, употребляющего наркотики, отправили его на Камчатку ловить крабов. Условия суровые, дисциплина на судне была железная, наркотиков не было. Трудно поверить, но этот молодой человек продержался без героина четыре года (срок договора), заработал неплохие деньги, вернулся домой и … удвоил дозу наркотиков по сравнению с предыдущей.

Родители и знакомые были буквально в шоке. Им казалось, что вопрос снят с повестки дня. А тут такое! Произошло это, на мой взгляд, потому, что парень ничего не изменил в своей душе, чтобы искоренить недуг. Он просто терпеливо ждал окончания контракта и, все вернулось на круги своя.

О помощи Божией раскаявшимся наркоманам

«Я «просидела» на героине 1,5 года. Это было самое жуткое время в моей жизни. Я потеряла все: родителей, друзей, любимого человека… И самое главное — я потеряла себя, свою ДУШУ!

Мне ничего не было нужно. Вся моя энергия направлялась на поиск очередной дозы. Я обманывала родителей, близких мне людей. Это был кошмар. Мне оставалось только ждать конца всем этим мучениям. Наркотики измучили меня, губили мою душу.

С Божией помощью теперь я живу без наркотиков. Это не иначе как чудо. Спасти из этой бездны может только Господь!

Я счастлива и благодарна Господу за свое избавление.

С., 22 года».

«В 19 лет я «села» на иглу. Кололась психостимуляторами, в основном эфедрином. В Бога не веровала. В течение 2 лет пыталась бросить самостоятельно, но все попытки были безуспешными. Больше сорока дней не выдерживала. В то время наркоман был равен преступнику. Я понимала, что впереди у меня или тюрьма или ЛТП. Мои близкие о том, что я колюсь, не знали. С мужем я развелась. На руках у меня был маленький ребенок…

Пережив клиническую смерть, я поняла, что есть Бог, и осознала, что бросить наркотики я без Его помощи не смогу. Вскоре, не помню как, я захотела зайти в храм. Я пришла в храм и подошла к иконе, которая как бы притянула меня к себе. Это была икона Божией Матери «Феодоровская» (об этом я узнала позже). Я стала просить Богородицу избавить, исцелить меня от пристрастия к наркотикам и молилась так: «Матерь Божия, Ты же Сама Мать, если не ради меня, то ради моего ребенка помоги мне». Одета я была жутко, сильно накрашена. Люди на меня шибко косились, но никто ничего не сказал. Я первый раз в жизни молилась, у меня градом текли слезы. Из храма не хотелось уходить.

Прошло несколько месяцев, но я так и не оставила своего греха. Но вот что со мной произошло. Я стояла на платформе, ждала электричку и в голове у меня прозвучал голос: «Что вы делаете? Вы подобны людям, плывущим по чистой воде и пьющим нечистоты». Я стала мысленно как бы оправдываться: «Я не могу бросить, у меня нет сил», — и слышу в ответ: «Можешь. У тебя есть силы». И я почувствовала, что действительно могу.

М., 29 лет».

Больше эта девушка никогда не употребляла наркотики, стала христианкой, воцерковилась и в настоящее время пытается чем может помогать людям избавиться от этого греховного недуга.

У меня в руках письмо от человека, который употреблял наркотики с перерывами около 11 лет, дважды отбывал заключение в колонии, потерял семью, работу. И вот этот человек приходит к вере, обретает Бога.

Он пишет, что уже регулярно посещал храм, стал приносить покаяние во грехах, но наркотики «душили», хотя дозы были значительно сокращены. Борьба с наркотиками была очень трудной, но Господь явил чудо исцеления. Вот как это было.

«Эта ночь стала для меня незабываемой, как первый день моего избавления. Я большую часть ночи слезно молился, чтобы Господь помиловал меня. И в одно мгновение я почувствовал, что я свободен от наркотиков… ну, о том, что было со мной потом физически, Вы, как врач, знаете, но зато духовно… передать ту радость, которую я испытывал, кажется, невозможно, ее можно только пережить».

Теперь автор этого письма трудится при храме и благодарит Господа за Его великую милость, явленную к нему.

Программа духовной

и медико-психологической

реабилитации лиц, страдающих наркоманией

Программа является религиозно-направленной и рассчитана на людей православного вероисповедания или сочувствующих и стремящихся познать Истину святого Православия и с Божией помощью преодолеть свой греховный недуг.

Цели и задачи программы

Оказание духовной и медико-психологической помощи страждущим недугом наркомании. Основа программы — Православная нравственность, а также отношение к употреблению наркотиков как к тяжкому греху при благоговейном отношении к душе страждущего как к образу и подобию Божиему.

Основная цель терапии наркозависимости — не только избавление от наркотиков, но содействие в нравственном, духовном возрождении личности страждущего.

Основные задачи

1. Устранение физической зависимости от наркотиков.

2. Решение вопроса психической зависимости от наркотических средств путем решения глубинно-личностных, мировоззренческих и нравственных проблем.

3. Профилактика наркомании.

Программа направлена на:

избавление от недуга наркомании;

нравственное возрождение личности;

обретение семьей, обществом полноценных граждан.

Содержательная часть программы

Большинство авторов (ученых-наркологов и практических врачей) выделяют три последовательных этапа в лечении наркомании, а именно:

а) этап дезинтоксикационной и общеукрепляющей терапии;

б) этап целенаправленного воздействия на личность наркомана;

в) этап поддерживающей терапии.

Первый этап лечения — этап дезинтоксикационной и общеукрепляющей терапии — включает в себя назначение в терапевтических дозировках медикаментозных средств, таких, как транквилизаторы, нейролептики, дезинтоксикационные препараты, витамины, симптоматические средства (анальгетики и др.). По показаниям — проведение пиротерапии, гемосорбции. На более поздних этапах назначается физиотерапия. Лечебное воздействие сопровождается рациональной (разъяснительной) психотерапией. Этап медикаментозной терапии проводится в условиях стационара (реже — в амбулаторных условиях) специалистами психиатрами-наркологами.

Этап целенаправленного воздействия на личность наркомана составляют:

психотерапия пограничных расстройств: тревоги, депрессии, раздражительности, внутреннего напряжения, бессонницы и др. Психотерапевтическое сопровождение ремиссии;

семейная психотерапия; анализ обстоятельств, могущих спровоцировать срыв и совместный поиск путей их преодоления; раскрытие позитивных личностных качеств страждущего наркоманией и опора на них в ходе реабилитационных мероприятий;

проведение психологической диагностики и предоставление комплекса рекомендаций, соответствующих психологическому типу личности;

одной из важнейших задач православной психотерапии является содействие человеку (пациенту) в осознании им психологических страстных механизмов болезни или конфликтной ситуации; формирование у страждущих наркоманией отношения к наркомании как к греховному недугу; обсуждение вопросов, касающихся смысла жизни, понятий «грех», «страсть», беседы о христианских добродетелях; духовно-психологическая подготовка к таинству Исповеди. Содействие в воцерковлении.

Основные принципы православной

психотерапии

1. Исповедание Православной веры и привнесение ее спасительной Истины и духовной чистоты в лечебный процесс. Психотерапевты, соприкасаясь с душой своего подопечного, должны иметь чувство благоговения, ибо каждый человек — обладатель величайшего дара Божиего — святыни души, которая есть образ и подобие Творца.

2. Базирование психотерапевтической деятельности на святоотеческом наследии. Обучение пациентов необходимым навыкам в аспектах самопознания, духовного совершенствования и нравственного воспитания. Содействие в воцерковлении больных и страждущих.

3. Исключение из лечебной работы методов, связанных с насилием над личностью, ложью, лицедейством, оккультно-мистических, механистических психотехник (типа программирования, кодирования и прочих) и иных душевредных воздействий.

Пастырское окормление

Пастырские собеседования и проповеди.

Занятия в группе по изучению Св. Писания.

Приобщение к церковной жизни и Таинствам Церкви.

Литургическая жизнь, служение молебнов, паломнические поездки.

Духовная реабилитация и воцерковление в условиях монастыря (выезд на 2—3 месяца в монастырь в качестве послушника).

Этап поддерживающей терапии и духовно-психологической помощи осуществляется в форме пастырского душепопечения, динамического врачебного и психологического наблюдения.

Профилактическая деятельность

Выступления перед разнообразными аудиториями слушателей: в школах, лицеях, институтах, воинских частях и др. Публикация статей, брошюр, книг, освещающих проблему наркомании и ее духовной сущности. Выступления с той же целью на радио и телевидении. Подготовка аудио- и видеоматериалов для распространения их среди населения.

Ответы на вопросы

Эта глава составлена из ответов на вопросы, которые наиболее часто звучат во время врачебного приема и могут представлять интерес для других людей.

Вопрос: Чем отличаются душевные болезни от духовных?

Известный психиатр и глубоковерующий человек, профессор Дмитрий Евгеньевич Мелехов говорил: «Человек может болеть душевной болезнью, но может болеть духовным заболеванием, это совершенно разные заболевания. Люди, больные духовными заболеваниями, - это бесноватые; они одержимы жаждой убийств, непреодолимым желанием совершать зло, пытать, истязать, оскорблять, вся их духовная сущность пропитана злом, они могут покланяться злу – демоническим силам. Вспомните двух бесноватых, живших во гробах (Мф.8,23), их одержимость. Вспомните следователей НКВД, проводивших допросы с применением ужасающих пыток, надругательствами над допрашиваемыми, их превосходящие понимание о человечности издевательства над женщинами. Эти следователи были тяжело духовно больны, силы зла – демонизм захватил их души, но многие из них совершенно не болели душевными заболеваниями, я встречал таких духовно тяжело больных не один раз. Этих людей психиатрия не может лечить, это – одержимость… »

Вопрос: Можно ли пить психотропные средства православному человеку?

Психотропные препараты могут употребляться для лечения различных нервно-психических расстройств только после консультации с врачом. Мнение о том, что верующему человеку эти лекарства употреблять нельзя — ошибочно. Цель приема указанных медикаментозных средств — нормализация расстроенного сна; стабилизация фона настроения, процессов возбуждения и торможения в коре головного мозга, устранение симптомов тревоги и т. п. Описанные болезненные симптомы могут наблюдаться у человека ввиду различных обстоятельств, как изолированно, так и в сочетании с соматическими проявлениями. Профессионально подобранное лечение не повредит здоровью, и, напротив, — улучшит самочувствие.

В случае невротических состояний, когда симптомы постигшего недуга напрямую зависят от психологических причин и обстоятельств жизни, медикаменты играют вспомогательную роль, ослабляя внутреннее напряжение и притупляя остроту жалоб. Их назначают обычно на непродолжительный период. Главным условием выздоровления будет поиск оптимального решения конфликта, а в духовном плане — смирение и покаяние.

Когда речь идет о более тяжелой психической патологии, то, как правило, без лекарств обойтись не удается. Но и в этом случае, конечно же, надо и лечиться и молиться.

Вопрос: Излечимы ли психические заболевания?

Так называемые «пограничные» состояния, а также ряд острых психотических проявлений излечиваются более успешно нежели хронически протекающие психозы (шизофрения, маниакально-депрессивный психоз и др.). В последних случаях целью лечения является достижение наиболее длительной ремиссии (отсутствие явных клинических проявлений) и максимальная адаптация больного к повседневной жизни.

Хочу также указать на то, что понятие «неизлечимость» скорее характеризует длительность заболевания и не всегда говорит о тяжести и степени опасности. Нет на Земле абсолютно здоровых людей. Все мы в той или иной мере больны и всю жизнь несем тяготы, скорби, потери, физические недуги. Таков наш удел. «Многими скорбьми подобает внити в Царствие Божие» (Деян. 14, 22). «Претерпевый же до конца, той спасен будет» (Мф. 10, 22).

Вопрос: Я слышал, что грехи могут как бы переходить в конкретные заболевания. Не могли бы Вы подробнее рассказать об этом.

Святые Отцы говорят, что чем человек грешит, тем он и страждет. Известно как «расплачиваются» блудники за свои грехи — у них возникают венерические заболевания, СПИД, бесплодие, гинекологические заболевания, простатит, импотенция. Наблюдения показывают, что у сребролюбивых и завистливых нередко развиваются нервно-психические заболевания. За сластолюбие мы страдаем болезнями кишечника, зубов, разными формами аллергии. У чревоугодников развиваются ожирение, болезни желудка, поджелудочной железы. За унынием следует депрессия. Гордость может стать духовной сущностью шизофрении. Гнев ускоряет появление болезней сердечно-сосудистой системы. Этот перечень можно продолжать и дальше. Разумеется, эти схемы должны восприниматься с осторожностью и применимы они лишь к части случаев. По воле Господа болезни могут подаваться человеку во испытание веры и даже в награду тем, кто радуется болезненным тяготам, переносимым ради Бога и вечной жизни.

В иных случаях Спаситель вразумляет нас страданиями. Болезнуя телом, человек может подвигнуться к покаянию и исправлению своей жизни. По слову св. апостола Петра: «Страдающий плотию перестает грешить».

Вопрос: Расскажите о христианском отношении к болезням.

Нет человека на Земле, лишенного болезней и скорбей. Грех прародителей изменил то высокое положение, какое Господь даровал людям. И, потеряв Эдем, человек приобрел… тление и смерть. Но милость Божия не оставляет нас, грешных и недостойных. Болезни и скорби — и тяготы нам, и вразумление, и награда от Бога. Ими мы, перенося их безропотно, очищаемся от грехов, возрастаем духовно и приуготовляемся к вечности. Смирение и терпение, упование на Господа и Его благую волю — вот суть истинно христианский настрой.

Если поведение таково, то оно укрепляет болеющего нравственно, вменяется ему за подвиг. В этом случае человек перед лицом скорбей и недугов являет победу духа над плотью, добра над злом. Спаситель наш преподал нам пример величайшего терпения, любви и кротости, перенося крестные страдания и молясь за своих распинателей.

Болезнь — это время самопроверки, время размышлений, время покаяния. Будем же помнить, что все от Бога: и болезнь, и здоровье. А все, что от Бога, то нам во благо. Посему не будем унывать. Милосердный Господь не пошлет каждому из нас искушений паче меры, ибо, по словам апостола, «верен Бог, который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы могли перенести» (1 Кор. 10, 13). Будем хранить в сердце и то, что «многими скорбьми подобает внити в Царствие Божие» (Деян. 14, 22).

Напротив, ропот, протест, озлобленность на всех и вся разоряют внутренний мир, усугубляют страдание, а главное — умаляют или уничтожают тот духовный плод, ради которого оно посылалось. Плод этот — наше спасение. Понять и осознать это нам порой мешают маловерие, беспечное отношение к себе и другое тому подобное.

Годы атеизма не прошли бесследно. Выросло почти два поколения людей, не знавших Бога и Его святую Церковь. В своей практической врачебной деятельности я часто сталкиваюсь с ситуациями, когда болящий или скорбящий человек не понимает духовного смысла страдания (имею в виду крещеных православных), очень тяготится своим самочувствием, полон уныния и печали. Бывает и того хуже: отчаяние, тоска, желание смерти.…

Есть и другая проблема, которая не может оставить равнодушным ни одного верующего врача. Бездуховность, царившая последние семьдесят с лишним лет в обществе, естественно, поразила и медицину со всеми вытекающими отсюда последствиями. Как тут ни вспомнить дореволюционные больницы. Иконы, возженные лампады, сестры милосердия, священник, исповедывающий, причащающий, соборующий. Все это было…. Радует, что ныне по милости Божией эта традиция понемногу возрождается. Пока не повсеместно, но воссоздаются и освящаются больничные храмы, в клиниках служатся молебны. В глазах больных людей появляются искры веры и надежды. В душах водворяются отрада и утешение. Хочется верить, что Господь даст нам время и силы, чтобы покаяться и исправиться.

Вопрос: Вы часто ссылаетесь в своих выступлениях на работы профессора Д. Е. Мелехова. Расскажите о нем.

Авторитетнейший ученый-психиатр, сын священника Рязанской епархии, доктор медицинских наук, профессор Дмитрий Евгеньевич Мелехов (1899–1979) является одним из основателей современной социальной психиатрии, т. е. той области психиатрии, которая вырабатывает принципы возврата душевно больных в жизнь. Крупный ученый, автор более 170 научных работ по различным вопросам клинической и социальной психиатрии, реабилитации психически больных и организации психиатрической помощи, истории психиатрии и общеметодическим вопросам.

Талантливый педагог и тончайший клиницист, Дмитрий Евгеньевич пользовался огромным авторитетом у своих коллег и у тысяч страждущих, душевнобольных и их близких.

Профессор Д. Е. Мелехов остался в памяти как великолепный врач, никогда не отказывающий в помощи. Скольким он помог в трудную минуту! Выписанные из больницы старались встретиться с ним, только чтобы услышать от него ласковое слово. Имело большое значение не только точное понимание болезненных проявлений, но и глубокое уважение, которое он испытывал к каждому человеку, в каком бы искаженном облике тот ни представал перед ним — в каждом человеке заложен образ Божий. Он умел предвидеть и показать самому больному здоровые стороны его личности, на которые надо опереться в борьбе с душевным недугом. В беседах с друзьями Дмитрий Евгеньевич неоднократно приводил примеры, когда, несмотря на психические заболевания, благодаря духовно правильному образу жизни, человек сохранял свою личность, ее красоту и оказывался трудоспособным, и он знал случаи, когда духовное расстройство — прелесть — при упорствовании в нем вело к психическим расстройствам и деградации.

Это был человек деятельной любви к людям, разговор и встречи с которым всегда доставляли радость. Христианство он воспринимал как радостную полноту жизни во Христе. Любимыми молитвами его были молитвы благодарственные. 13 мая 1979 года в восьмидесятилетнем возрасте он почил христианской кончиной. До последних часов своей жизни он сохранял интеллектуальную ясность — светло-радостное восприятие жизни.

Вопрос: Скажите, полезно ли лечить психические расстройства голодом?

Я бы порекомендовал придерживаться установленных Православной Церковью постов, а не прибегать к голоданию. Соблюдая пост, который не только и не столько связан с телесными ограничениями, а прежде всего затрагивает душу, больной человек несомненно получает благодатное укрепление душевных и телесных сил от Господа. Это несомненно.

Уже было сказано, что девиз «здоровье ради здоровья» нравственно неверный, ошибочный. В таком случае, своим кумиром мы делаем собственную плоть. Господь заповедал нам не творить себе кумира.

У голодания же много недостатков. С одной стороны, оно может способствовать исчезновению некоторых психопатологических синдромов, а с другой стороны — могут пострадать внутренние органы, иммунология. К тому же, как правило, после лечения голодом, больной вскоре набирает прежний вес (или еще больший), усиленно питается и все возвращается «на круги своя». Особенно опасно увлекаться таким целительством пожилым людям, тяжелобольным, лицам с обменными нарушениями, детям и подросткам.

Вопрос: Допустимо ли обращаться за помощью к врачу-сексопатологу? Хочу узнать мнение по этому вопросу православного врача.

В каждом конкретном случае все решается индивидуально. Есть некоторые заболевания, при которых помощь такого рода специалиста может быть уместна. Однако обращу Ваше внимание на следующие обстоятельства. Очень часто болезненные проблемы интимного характера развиваются от невоздержанности, пресыщения в супружеских отношениях, либо — от чрезмерной психологической переоценки их значимости. К тому же эта сфера отношений наиболее уязвима к разного рода конфликтам, обидам, недопониманиям. В иных случаях могут негативно сказаться факторы переутомления, усталости. Поэтому режим дня, отдых, душевный покой, свежий воздух приносят заметную пользу. И помните! Взаимная любовь и верность, христианский семейный уклад, соблюдение установленных Святой Церковью постов — залог семейного благополучия, здравия душевного и телесного.

Вопрос: Отмечаются ли у женщин после аборта какие-нибудь психические отклонения?

Аборт — это убийство ребенка во чреве матери. Как Вы думаете, может ли человек, у которого сохранилась хоть капля совести, не испытывать душевных терзаний?

Мне, как врачу, нередко приходится констатировать психические нарушения, возникающие у женщин после аборта. Вот типичные жалобы таких пациенток: опустошенность, тоска, чувство «внутренней боли», кошмарные сновидения (часто женщина видит муки ребенка, убитого во чреве), семейные конфликты и нестроения. Помню одну пациентку, у которой после аборта сформировался стойкий фобический синдром (страхи), который держался более десяти лет.

Как православный христианин и врач, я не считаю возможным начать лечение психических расстройств, не указав женщине на то, что она совершила тяжкий грех и что душевный недуг является прямым его последствием. Этот недуг ни что иное как муки совести. Поэтому главным врачевством будет ПОКАЯНИЕ.

Только покаяние и решимость никогда более не совершать этот тяжкий грех может привлечь благодать Божию и уврачевать душевную рану.

Вопрос: Можно ли привести к больному в психиатрическую больницу священника?

Духовное окормление у священника в условиях больницы вполне возможно. Все зависит от желания больного и его психического состояния.

           Вопрос: Часто и беспричинно испытываю состояние страха. Может ли страх иметь духовное происхождение?

           Страх может быть следствием душевного расстройства, но может иметь и духовное происхождение. К примеру, в 90-м псалме сказано: «Не убоишися от страха нощнаго». Это то, что у святых отцов называется страхованием: неясный, непонятный, страшный, тяжелый ужас, который наводит демон, когда у человека цепенеет тело, когда трудно ему произнести само имя Христа из проповедей архимандрита Рафаила (Карелина). На практике мне нередко приходится встречаться с состояниями немотивированного страха, тревоги. В духовной природе многих указанных состояний я убедился по опыту. Убедился я также и в том, что врачуются эти страхи Благодатию Божией. Примеров тому в святоотеческой литературе немало. Думаю, что Вам следует рассказать обо всем, Вами переживаемом, на исповеди духовнику.

Вопрос: Влияет ли наша социальная действительность на психическое здоровье людей?

Действительность наша отнюдь не способствует психическому здоровью людей. Социальная напряженность в обществе очень высока. С другой стороны — нравственный кризис. Многие люди оказались в состоянии духовного вакуума. Немало и тех, которые, не имея в сердце веры Христовой, становятся на путь греха. А греховная жизнь никогда и никому не давала душевного мира, радости и спокойствия.

В обществе царит дух стяжательства, поклонения доллару.

Изменение пола, генная инженерия, виртуальная реальность и эвтанзия, пропагандируемые в сети Интернет сатанизм, детская порнография, инструкции для самоубийц и террористов — вот некоторые плоды демонического разума и научных достижений.

В психиатрии выделяют так называемые пограничные состояния, которые могут развиваться у потенциально здорового человека в ответ на различные неблагоприятные внешние факторы. Следует сказать, что если человек не имеет твердых нравственных убеждений, если он не огражден от этого демонического «шторма» церковной оградой, то риск психически заболеть повышается многократно, что и подтверждают факты.

Вопрос: Раньше я интересовался экстрасенсорикой и екоторыми другими оккультными методами «целительства». После принятия Крещения я понял, что это грех, и больше не занимаюсь подобными вещами. Что мне делать с книгами по оккультизму?

Книги оккультного содержания следует уничтожить, лучше сжечь их.

Вопрос: В 1992 году был принят закон об оказании психиатрической помощи в России. Расскажите о правах больных.

В качестве ответа на Ваш вопрос, предлагаю Вам несколько подробных выписок из текста Закона Российской Федерации от 2 июля 1992 г. «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании»:

Статья 5. Права лиц, страдающих психическими расстройствами.

(1) Лица, страдающие психическими расстройствами, обладают всеми правами и свободами граждан, предусмотренными Конституцией Российской Федерации, Конституциями республик в составе Российской Федерации, законодательством Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации. Ограничение прав и свобод граждан, связанное с психическим расстройством, допустимо лишь в случаях, предусмотренных законами Российской Федерации.

(2) Все лица, страдающие психическими расстройствами, при оказании им психиатрической помощи имеют право на:

уважительное и гуманное отношение, исключающее унижение человеческого достоинства;

получение информации о своих правах, а также в доступной для них форме и с учетом их психического состояния информации о характере имеющихся у них психических расстройств и применяемых методах лечения;

психиатрическую помощь в наименее ограничительных условиях, по возможности по месту жительства;

содержание в психиатрическом стационаре только в течение срока, необходимого для обследования и лечения;

все виды лечения (в том числе санаторно-курортное) по медицинским показаниям;

оказание психиатрической помощи в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям;

предварительное согласие и отказ на любой стадии от использования в качестве объекта испытаний медицинских средств и методов, научных исследований или учебного процесса, от фото-, видео- или киносъемки;

приглашение по их требованию любого специалиста, участвующего в оказании психиатрической помощи, с согласия последнего, для работы во врачебной комиссии по вопросам, регулируемым настоящим Законом;

помощь адвоката, законного представителя или иного лица в порядке, установленном законом.

(3) Ограничение прав и свобод лиц, страдающих психическими расстройствами, только на основании психиатрического диагноза, фактов нахождения под диспансерным наблюдением, в психиатрическом стационаре либо в психоневрологическом учреждении для социального обеспечения или специального обучения не допускается. Должностные лица, виновные в подобных нарушениях, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации.

Статья 16. Виды психиатрической помощи и социальной защиты, гарантируемые государством.

Государством гарантируются:

неотложная психиатрическая помощь;

консультативно-диагностическая, лечебная, психопрофилактическая, реабилитационная помощь во внебольничных и стационарных условиях;

все виды психиатрической экспертизы, определение временной нетрудоспособности;

социально-бытовая помощь и содействие в трудоустройстве лиц, страдающих психическими расстройствами;

решение вопросов опеки;

консультации по правовым вопросам и другие виды юридической помощи в психиатрических и психоневрологических учреждениях;

социально-бытовое устройство инвалидов и престарелых, страдающих психическими расстройствами, а также уход за ними;

обучение инвалидов и несовершеннолетних, страдающих психическими расстройствами;

психиатрическая помощь при стихийных бедствиях и катастрофах.

(2) Для обеспечения лиц, страдающих психическими расстройствами, психиатрической помощью и их социальной защиты государство:

создает все виды учреждений, оказывающих внебольничную и стационарную психиатрическую помощь, по возможности по месту жительства пациентов;

организует общеобразовательное и профессиональное обучение несовершеннолетних, страдающих психическими расстройствами;

создает лечебно-производственные предприятия для трудовой терапии, обучения новым профессиям и трудоустройства на этих предприятиях лиц, страдающих психическими расстройствами, включая инвалидов, а также специальные производства, цеха или участки с облегченными условиями труда для таких лиц;

устанавливает обязательные квоты рабочих мест на предприятиях, в учреждениях и организациях для трудоустройства лиц, страдающих психическими расстройствами;

применяет методы экономического стимулирования для предприятий, учреждений и организаций, предоставляющих рабочие места для лиц, страдающих психическими расстройствами;

создает общежития для лиц, страдающих психическими расстройствами, утративших социальные связи;

принимает иные меры, необходимые для социальной поддержки лиц, страдающих психическими расстройствами.

Обеспечение всеми видами психиатрической помощи и социальной защиты лиц, страдающих психическими расстройствами, осуществляется федеральными органами государственной власти и управления, органами государственной власти и управления республик в составе Российской Федерации, автономной области, автономных округов, краев, областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга, органами местного самоуправления в соответствии с их компетенцией, определяемой законодательством Российской Федерации.

Статья 37. Права пациентов, находящихся в психиатрических стационарах.

(1) Пациенту должны быть разъяснены основания и цели помещения его в психиатрический стационар, его права и установленные в стационаре правила на языке, которым он владеет, о чем делается запись в медицинской документации.

(2) Все пациенты, находящиеся на лечении или обследовании в психиатрическом стационаре, вправе:

обращаться без цензуры с жалобами и заявлениями в органы представительной и исполнительной власти, прокуратуру, суд и адвокату;

встречаться с адвокатом и священнослужителем наедине;

исполнять религиозные обряды, соблюдать религиозные каноны, в том числе пост, по согласованию с администрацией иметь религиозную атрибутику и литературу;

выписывать газеты и журналы;

получать образование по программе общеобразовательной школы или специальной школы для детей с нарушением интеллектуального развития, если пациент не достиг 18 лет;

получать наравне с другими гражданами вознаграждение за труд в соответствии с его количеством и качеством, если пациент участвует в производительном труде.

(3) Пациенты имеют также следующие права, которые могут быть ограничены по рекомендации лечащего врача заведующим отделением или главным врачом в интересах здоровья или безопасности пациентов, а также в интересах здоровья или безопасности других лиц:

вести переписку без цензуры;

получать и отправлять посылки, бандероли и денежные переводы;

пользоваться телефоном;

принимать посетителей;

иметь и приобретать предметы первой необходимости, пользоваться собственной одеждой.

(4) Платные услуги (индивидуальная подписка на газеты и журналы, услуги связи и так далее) осуществляются за счет пациента, которому они предоставляются.

Статья 38. Служба защиты прав пациентов, находящихся в психиатрических стационарах.

(1) Государством создается независимая от органов здравоохранения служба защиты прав пациентов, находящихся в психиатрических стационарах.

(2) Представители этой службы защищают права пациентов, находящихся в психиатрических стационарах, принимают их жалобы и заявления, которые разрешают с администрацией данного психиатрического учреждения либо направляют в зависимости от их характера в органы представительной и исполнительной власти, прокуратуру или суд.

Приложения

ИЗ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ЮБИЛЕЙНОГО

АРХИЕРЕЙСКОГО СОБОРА 2000г.

Основы Социальной Концепции Русской Православной Церкви (выдержки)

XI. Здоровье личности и народа

XI.1. Попечение о человеческом здоровье — душевном и телесном — искони является заботой Церкви. Однако поддержание физического здоровья в отрыве от здоровья духовного с православной точки зрения не является безусловной ценностью. Господь Иисус Христос, проповедуя словом и делом, врачевал людей, заботясь не только об их теле, но наипаче о душе, а в итоге — о целостном составе личности. По слову Самого Спасителя, он врачевал «всего человека» (Ин. 7. 23). Исцеления сопровождали проповедь Евангелия как знак власти Господа прощать грехи. Были они неотделимы и от апостольского благовестия. Церковь Христова, наделенная своим Божественным Основателем всей полнотой даров Духа Святого, изначально была общиной исцеления и сегодня в чине исповеди напоминает своим чадам о том, что они приходят во врачебницу, дабы отойти исцеленными.

Библейское отношение к медицине наиболее полно выражено в книге Иисуса сына Сирахова: «Почитай врача честью по надобности в нем; ибо Господь создал его, и от Вышняго врачевание… Господь создал из земли врачевства, и благоразумный человек не будет пренебрегать ими. Для того Он и дал людям знание, чтобы прославляли Его в чудных делах Его: ими Он врачует человека и уничтожает болезнь его. Приготовляющий лекарства делает из них смесь, и занятия его не оканчиваются, и чрез него бывает благо на лице земли. Сын мой! В болезни твоей не будь небрежен, но молись Господу и Он исцелит тебя. Оставь греховную жизнь, и исправь руки твои, и от всякого греха очисти сердце… И дай место врачу, ибо и его создал Господь, и да не удаляется он от тебя, ибо он нужен. В иное время и в их руках бывает успех. Ибо и они молятся Господу, чтобы Он помог им подать больному облегчение и исцеление к продолжению жизни» (Cир. 38. 1–2, 4, 6–10, 12–14). Лучшие представители древней медицины, причисленные к лику святых, явили особый образ святости — бессребреников и чудотворцев. Они были прославлены не только потому, что очень часто завершали свою жизнь мученической кончиной, но за принятие врачебного призвания как христианского долга милосердия.

Православная Церковь с неизменно высоким уважением относится к врачебной деятельности, в основе которой лежит служение любви, направленное на предотвращение и облегчение человеческих страданий. Исцеление поврежденного болезнью человеческого естества предстает как исполнение замысла Божия о человеке: «Сам же Бог мира да освятит вас во всей полноте, и ваш дух и душа и тело во всей целости да сохранится без порока в пришествие Господа нашего Иисуса Христа» (1 Фес. 5. 23). Тело, свободное от порабощения греховным страстям и их следствию — болезням, должно служить душе, а душевные силы и способности, преображаясь благодатью Святого Духа, устремляться к конечной цели и предназначению человека — обожению. Всякое истинное врачевание призвано стать причастным этому чуду исцеления, совершаемому в Церкви Христовой. Вместе с тем, необходимо отличать исцеляющую силу благодати Святого Духа, подаваемой по вере в Единого Господа Иисуса Христа через участие в церковных Таинствах и молитвах, от заклинаний, заговоров, иных магических действий и суеверий.

Многие болезни остаются неизлечимыми, становятся причиной страданий и смерти. Сталкиваясь с такими недугами, православный христианин призван положиться на всеблагую волю Божию, помня, что смысл бытия не ограничивается земной жизнью, которая является приготовлением к вечности. Страдания есть следствие не только личных грехов, но также общей поврежденности и ограниченности человеческой природы, а потому должны переноситься с терпением и надеждой. Господь добровольно принимает страдания для спасения человеческого рода: «Ранами Его мы исцелились» (Ис. 53, 5). Это означает, что Богу было угодно страдание соделать средством спасения и очищения, которое может быть действенным для каждого, кто переживает его со смирением и доверием к всеблагой воле Божией. По слову святого Иоанна Златоуста, «кто научился благодарить Бога за свои болезни, тот недалек от святости». Сказанное не означает, что врач или больной не должны прилагать сил для борьбы с недугом. Однако, когда человеческие средства исчерпаны, христианину надлежит вспомнить, что сила Божия совершается в человеческой немощи и что в самых глубинах страданий он способен встретиться со Христом, взявшим на Себя наши немощи и болезни (Ис. 53. 4).

XI.2. Церковь призывает как пастырей, так и своих чад к христианскому свидетельству среди работников здравоохранения. Весьма важно ознакомление преподавателей и учащихся медицинских учебных заведений с основами православного вероучения и православно ориентированной биомедицинской этики (см. XII). Деятельность Церкви, направленная на провозглашение слова Божия и преподание благодати Святого Духа страждущим и тем, кто о них заботится, составляет суть душепопечения в сфере здравоохранения. Главное место в нем занимает участие в спасительных Таинствах, создание в лечебных учреждениях молитвенной атмосферы, оказание их пациентам многоразличной благотворительной помощи. Церковная миссия в медицинской сфере является обязанностью не только священнослужителей, но и православных мирян — работников здравоохранения, призванных создавать все условия для религиозного утешения болящих, которые просят об этом прямо или косвенно. Верующий медик должен понимать, что человек, нуждающийся в помощи, ждет от него не только соответствующего лечения, но и духовной поддержки, особенно когда врач обладает мировоззрением, в котором раскрывается тайна страдания и смерти. Быть для пациента милосердным самарянином из евангельской притчи — долг каждого православного медицинского работника.

Церковь благословляет православным братствам и сестричествам милосердия нести послушание в клиниках и других учреждениях здравоохранения, а также способствует созданию больничных храмов, церковных и монастырских больниц, дабы медицинская помощь на всех этапах лечения и реабилитации сочеталась с пастырским попечением. Церковь призывает мирян оказывать посильную помощь болящим, которая покрывает человеческие страдания милующей любовью и заботой.

XI.3. Проблема здоровья личности и народа не является для Церкви внешней, чисто социальной, ибо напрямую соотносится с ее посланничеством в мире, поврежденном грехом и недугами. Церковь призвана в соработничестве с государственными структурами и заинтересованными общественными кругами участвовать в выработке такого понимания охраны здоровья нации, при котором каждый человек мог бы осуществить свое право на духовное, физическое, психическое здоровье и социальное благополучие при максимальной продолжительности жизни.

Взаимоотношения врача и пациента должны строиться на уважении целостности, свободного выбора и достоинства личности. Недопустима манипуляция человеком даже ради самых благих целей. Нельзя не приветствовать развитие диалога между врачом и больным, происходящее в современной медицине. Такой подход, несомненно, укоренен в христианской традиции, хотя существует соблазн низвести его на уровень чисто договорных отношений. Вместе с тем следует признать, что более традиционная «патерналистская» модель отношений медика и пациента, справедливо критикуемая за многочисленные попытки оправдания врачебного произвола, может являть и подлинно отеческий подход к больному, что определяется нравственным обликом врача.

Не отдавая предпочтения какой-либо модели организации медицинской помощи, Церковь считает, что эта помощь должна быть максимально эффективной и доступной всем членам общества, независимо от их материального достатка и социального положения, в том числе при распределении ограниченных медицинских ресурсов. Дабы такое распределение было подлинно справедливым, критерий «жизненных потребностей» должен превалировать над критерием «рыночных отношений». Врач не должен связывать степень своей ответственности за оказание медицинской помощи исключительно с материальным вознаграждением и его величиной, превращая свою профессию в источник обогащения. В то же время достойная оплата труда медицинских работников представляется важной задачей общества и государства.

Признавая возможные благие последствия того факта, что медицина все более становится прогностической и профилактической, а также приветствуя целостное восприятие здоровья и болезни, Церковь предостерегает от попыток абсолютизации любых медицинских теорий, напоминая о важности сохранения духовных приоритетов в человеческой жизни. Исходя из своего многовекового опыта Церковь предупреждает и об опасности внедрения под прикрытием «альтернативной медицины» оккультно-магической практики, подвергающей волю и сознание людей воздействию демонических сил. Каждый человек должен иметь право и реальную возможность не принимать тех методов воздействия на свой организм, которые противоречат его религиозным убеждениям.

Церковь напоминает, что телесное здоровье не самодостаточно, поскольку является лишь одной из сторон целокупного человеческого бытия. Однако нельзя не признать, что для поддержания здоровья личности и народа весьма важны профилактические мероприятия, создание реальных условий для занятия физической культурой и спортом. В спорте естественна соревновательность. Однако не могут быть одобрены крайние степени его коммерциализации, возникновение связанного с ним культа гордыни, разрушительные для здоровья допинговые манипуляции, а тем более такие состязания, во время которых происходит намеренное нанесение тяжких увечий.

XI.4. Русская Православная Церковь с глубокой тревогой констатирует, что народы, традиционно окормляемые ею, ныне находятся в состоянии демографического кризиса. Резко сократились рождаемость и средняя продолжительность жизни, постоянно уменьшается численность населения. Опасность представляют эпидемии, рост сердечно-сосудистых, психических, венерических и других заболеваний, наркомании и алкоголизма. Возросла детская заболеваемость, включая слабоумие. Демографические проблемы ведут к деформации структуры общества и к снижению творческого потенциала народов, становятся одной из причин ослабления семьи. Главными причинами, приведшими к депопуляции и критическому состоянию здоровья упомянутых народов, в ХХ веке стали войны, революция, голод и массовые репрессии, последствия которых усугубил глубокий общественный кризис конца столетия.

Демографические проблемы находятся в сфере постоянного внимания Церкви. Она призвана следить за законодательным и административным процессами, дабы воспрепятствовать принятию решений, усугубляющих тяжесть ситуации. Необходим постоянный диалог с государственной властью, а также со средствами массовой информации для прояснения позиции Церкви по вопросам демографической политики и охраны здоровья. Борьба с депопуляцией должна включать активную поддержку научно-медицинских и социальных программ по защите материнства и детства, плода и новорожденного. Государство призывается всеми имеющимися у него средствами поддерживать рождение и достойное воспитание детей.

ХI.5. Церковь рассматривает психические заболевания как одно из проявлений общей греховной поврежденности человеческой природы. Выделяя в личностной структуре духовный, душевный и телесный уровни ее организации, святые отцы различали болезни, развившиеся «от естества», и недуги, вызванные бесовским воздействием либо ставшие следствиями поработивших человека страстей. В соответствии с этим различением представляется одинаково неоправданным как сведение всех психических заболеваний к проявлениям одержимости, что влечет за собой необоснованное совершение чина изгнания злых духов, так и попытка лечения любых духовных расстройств исключительно клиническими методами. В области психотерапии оказывается наиболее плодотворным сочетание пастырской и врачебной помощи душевнобольным при надлежащем разграничении сфер компетенции врача и священника.

Психическое заболевание не умаляет достоинства человека. Церковь свидетельствует, что и душевнобольной является носителем образа Божия, оставаясь нашим собратом, нуждающимся в сострадании и помощи. Нравственно недопустимы психотерапевтические подходы, основанные на подавлении личности больного и унижении его достоинства. Оккультные методики воздействия на психику, иногда маскирующиеся под научную психотерапию, категорически неприемлемы для Православия. В особых случаях лечение душевнобольных по необходимости требует применения как изоляции, так и иных форм принуждения. Однако при выборе форм медицинского вмешательства следует исходить из принципа наименьшего ограничения свободы пациента.

ХI.6. В Библии говорится, что «вино веселит сердце человека» (Пс. 103, 15) и «полезно… если будешь пить его умеренно» (Сир. 31, 31). Однако и в Священном Писании, и в творениях святых отцов мы многократно находим строгое осуждение порока пьянства, который, начинаясь незаметно, влечет за собою множество других погибельных грехов. Очень часто пьянство становится причиной распада семьи, принося неисчислимые страдания как жертве этого греховного недуга, так и близким людям, особенно детям.

«Пьянство — вражда на Бога… Пьянство — это добровольно накликаемый бес… Пьянство отгоняет Святого Духа», — писал святитель Василий Великий. «Пьянство — корень всех зол… Пьяница — живой мертвец… Пьянство и само по себе может служить вместо всякого наказания, наполняя души смятением, исполняя ум мраком, делая пьяного пленником, подвергая бесчисленным болезням, внутренним и внешним… Пьянство… — это многообразный и многоглавый зверь… Здесь вырастает у него блуд, там — гнев; здесь — тупость ума и сердца, а там — постыдная любовь… Никто так не исполняет злой воли диавола, как пьяница», — наставлял святой Иоанн Златоуст. «Пьяный человек способен на всякое зло, идет на всякие соблазны… Пьянство делает своего приверженца неспособным ни к какому делу», — свидетельствует святитель Тихон Задонский.

Еще более пагубной является широко распространяющаяся наркомания — страсть, которая делает порабощенного ею человека крайне уязвимым для действия темных сил. С каждым годом этот страшный недуг охватывает все больше людей, унося множество жизней. Наиболее подвержена наркомании молодежь, что представляет особую угрозу для общества. Корыстные интересы наркобизнеса также оказывают влияние на формирование — особенно в молодежных кругах — особой «наркотической» псевдокультуры. Незрелым людям навязываются стереотипы поведения, предлагающие употребление наркотиков в качестве «нормального» и даже непременного атрибута общения.

Основная причина бегства многих наших современников в царство алкогольных или наркотических иллюзий — это духовная опустошенность, потеря смысла жизни, размытость нравственных ориентиров. Наркомания и алкоголизм становятся проявлениями духовной болезни не только отдельного человека, но всего общества. Это расплата за идеологию потребительства, за культ материального преуспевания, за бездуховность и утрату подлинных идеалов. С пастырским состраданием относясь к жертвам пьянства и наркомании, Церковь предлагает им духовную поддержку в преодолении порока. Не отрицая необходимости медицинской помощи на острых стадиях наркомании, Церковь уделяет особое внимание профилактике и реабилитации, наиболее эффективных при сознательном вовлечении страждущих в евхаристическую и общинную жизнь.

XII. Проблемы биоэтики

XII.1. Бурное развитие биомедицинских технологий, активно вторгающихся в жизнь современного человека от рождения до смерти, а также невозможность получить ответ на возникающие при этом нравственные проблемы в рамках традиционной медицинской этики — вызывают серьезную озабоченность общества. Попытки людей поставить себя на место Бога, по своему произволу изменяя и «улучшая» Его творение, могут принести человечеству новые тяготы и страдания. Развитие биомедицинских технологий значительно опережает осмысление возможных духовно-нравственных и социальных последствий их бесконтрольного применения, что не может не вызывать у Церкви глубокой пастырской озабоченности. Формулируя свое отношение к широко обсуждаемым в современном мире проблемам биоэтики, в первую очередь к тем из них, которые связаны с непосредственным воздействием на человека, Церковь исходит из основанных на Божественном Откровении представлений о жизни как бесценном даре Божием, о неотъемлемой свободе и богоподобном достоинстве человеческой личности, призванной «к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе» (Флп. 3. 14), к достижению совершенства Небесного Отца (Мф. 5. 48) и к обожению, то есть причастию Божеского естества (2 Пет. 1. 4).

XII.2. С древнейших времен Церковь рассматривает намеренное прерывание беременности (аборт) как тяжкий грех. Канонические правила приравнивают аборт к убийству. В основе такой оценки лежит убежденность в том, что зарождение человеческого существа является даром Божиим, поэтому с момента зачатия всякое посягательство на жизнь будущей человеческой личности преступно.

Псалмопевец описывает развитие плода в материнской утробе как творческий акт Бога: «Ты устроил внутренности мои и соткал меня во чреве матери моей… Не сокрыты были от Тебя кости мои, когда я созидаем был в тайне, образуем был во глубине утробы. Зародыш мой видели очи Твои» (Пс. 138, 13, 15–16). О том же свидетельствует Иов в словах, обращенных к Богу: «Твои руки трудились надо мною и образовали всего меня кругом… Не Ты ли вылил меня, как молоко, и, как творог, сгустил меня, кожею и плотью одел меня, костями и жилами скрепил меня, жизнь и милость даровал мне, и попечение Твое хранило дух мой… Ты вывел меня из чрева» (Иов 10, 8–12, 18). «Я образовал тебя во чреве… и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя» (Иер. 1. 5–6), — сказал Господь пророку Иеремии. «Не убивай ребенка, причиняя выкидыш», — это повеление помещено среди важнейших заповедей Божиих в «Учении двенадцати апостолов», одном из древнейших памятников христианской письменности. «Женщина, учинившая выкидыш, есть убийца и даст ответ перед Богом. Ибо… зародыш во утробе есть живое существо, о коем печется Господь», — писал апологет II века Афинагор. «Тот, кто будет человеком, уже человек», — утверждал Тертуллиан на рубеже II и III веков. «Умышленно погубившая зачатый во утробе плод подлежит осуждению смертоубийства… Дающие врачевство для извержения зачатого в утробе суть убийцы, равно и приемлющие детоубийственные отравы», — сказано во 2-м и 8-м правилах святителя Василия Великого, включенных в Книгу правил Православной Церкви и подтвержденных 91 правилом VI Вселенского Собора. При этом святой Василий уточняет, что тяжесть вины не зависит от срока беременности: «У нас нет различения плода образовавшегося и еще необразованного». Святитель Иоанн Златоуст называл делающих аборт «худшими, нежели убийцы».

Широкое распространение и оправдание абортов в современном обществе Церковь рассматривает как угрозу будущему человечества и явный признак моральной деградации. Верность библейскому и святоотеческому учению о святости и бесценности человеческой жизни от самых ее истоков несовместима с признанием «свободы выбора» женщины в распоряжении судьбой плода. Помимо этого, аборт представляет собой серьезную угрозу физическому и душевному здоровью матери. Церковь также неизменно почитает своим долгом выступать в защиту наиболее уязвимых и зависимых человеческих существ, коими являются нерожденные дети. Православная Церковь ни при каких обстоятельствах не может дать благословение на производство аборта. Не отвергая женщин, совершивших аборт, Церковь призывает их к покаянию и к преодолению пагубных последствий греха через молитву и несение епитимии с последующим участием в спасительных Таинствах. В случаях, когда существует прямая угроза жизни матери при продолжении беременности, особенно при наличии у нее других детей, в пастырской практике рекомендуется проявлять снисхождение. Женщина, прервавшая беременность в таких обстоятельствах, не отлучается от евхаристического общения с Церковью, но это общение обусловливается исполнением ею личного покаянного молитвенного правила, которое определяется священником, принимающим исповедь. Борьба с абортами, на которые женщины подчас идут вследствие крайней материальной нужды и беспомощности, требует от Церкви и общества выработки действенных мер по защите материнства, а также предоставления условий для усыновления детей, которых мать почему-либо не может самостоятельно воспитывать.

Ответственность за грех убийства нерожденного ребенка, наряду с матерью, несет и отец, в случае его согласия на производство аборта. Если аборт совершен женой без согласия мужа, это может быть основанием для расторжения брака (см. X.3). Грех ложится и на душу врача, производящего аборт. Церковь призывает государство признать право медицинских работников на отказ от совершения аборта по соображениям совести. Нельзя признать нормальным положение, когда юридическая ответственность врача за смерть матери несопоставимо более высока, чем ответственность за погубление плода, что провоцирует медиков, а через них и пациентов на совершение аборта. Врач должен проявлять максимальную ответственность за постановку диагноза, могущего подтолкнуть женщину к прерыванию беременности; при этом верующий медик должен тщательно сопоставлять медицинские показания и веления христианской совести.

XII.3. Религиозно-нравственной оценки требует также проблема контрацепции. Некоторые из противозачаточных средств фактически обладают абортивным действием, искусственно прерывая на самых ранних стадиях жизнь эмбриона, а посему к их употреблению применимы суждения, относящиеся к аборту. Другие же средства, которые не связаны с пресечением уже зачавшейся жизни, к аборту ни в какой степени приравнивать нельзя. Определяя отношение к неабортивным средствам контрацепции, христианским супругам следует помнить, что продолжение человеческого рода является одной из основных целей богоустановленного брачного союза (см. Х.4). Намеренный отказ от рождения детей из эгоистических побуждений обесценивает брак и является несомненным грехом.

Вместе с тем супруги несут ответственность перед Богом за полноценное воспитание детей. Одним из путей реализации ответственного отношения к их рождению является воздержание от половых отношений на определенное время. Впрочем, необходимо памятовать слова апостола Павла, обращенные к христианским супругам: «Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим» (1 Кор. 7, 5). Очевидно, что решения в этой области супруги должны принимать по обоюдному согласию, прибегая к совету духовника. Последнему же надлежит с пастырской осмотрительностью принимать во внимание конкретные условия жизни супружеской пары, их возраст, здоровье, степень духовной зрелости и многие другие обстоятельства, различая тех, кто может «вместить» высокие требования воздержания, от тех, кому это не «дано» (Мф. 19, 11), и заботясь прежде всего о сохранении и укреплении семьи.

Священный Синод Русской Православной Церкви в определении от 28 декабря 1998 года указал священникам, несущим духовническое служение, на «недопустимость принуждения или склонения пасомых, вопреки их воле, к… отказу от супружеской жизни в браке», а также напомнил пастырям о необходимости «соблюдения особого целомудрия и особой пастырской осторожности при обсуждении с пасомыми вопросов, связанных с теми или иными аспектами их семейной жизни».

XII.4. Применение новых биомедицинских методов во многих случаях позволяет преодолеть недуг бесплодия. В то же время расширяющееся технологическое вмешательство в процесс зарождения человеческой жизни представляет угрозу для духовной целостности и физического здоровья личности. Под угрозой оказываются и отношения между людьми, издревле лежащие в основании общества. С развитием упомянутых технологий связано также распространение идеологии так называемых репродуктивных прав, пропагандируемой ныне на национальном и международном уровнях. Данная система взглядов предполагает приоритет половой и социальной реализации личности над заботой о будущем ребенка, о духовном и физическом здоровье общества, о его нравственной устойчивости. В мире постепенно вырабатывается отношение к человеческой жизни как к продукту, который можно выбирать согласно собственным склонностям и которым можно распоряжаться наравне с материальными ценностями.

В молитвах чина венчания Православная Церковь выражает веру в то, что чадородие есть желанный плод законного супружества, но вместе с тем не единственная его цель. Наряду с «плодом чрева на пользу» супругам испрашиваются дары непреходящей взаимной любви, целомудрия, «единомыслия душ и телес». Поэтому пути к деторождению, не согласные с замыслом Творца жизни, Церковь не может считать нравственно оправданными. Если муж или жена неспособны к зачатию ребенка, а терапевтические и хирургические методы лечения бесплодия не помогают супругам, им следует со смирением принять свое бесчадие как особое жизненное призвание. Пастырские рекомендации в подобных случаях должны учитывать возможность усыновления ребенка по обоюдному согласию супругов. К допустимым средствам медицинской помощи может быть отнесено искусственное оплодотворение половыми клетками мужа, поскольку оно не нарушает целостности брачного союза, не отличается принципиальным образом от естественного зачатия и происходит в контексте супружеских отношений.

Манипуляции же, связанные с донорством половых клеток, нарушают целостность личности и исключительность брачных отношений, допуская вторжение в них третьей стороны. Кроме того, такая практика поощряет безответственное отцовство или материнство, заведомо освобожденное от всяких обязательств по отношению к тем, кто является «плотью от плоти» анонимных доноров. Использование донорского материала подрывает основы семейных взаимосвязей, поскольку предполагает наличие у ребенка, помимо «социальных», еще и так называемых биологических родителей. «Суррогатное материнство», то есть вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка «заказчикам», противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе. Эта методика предполагает разрушение глубокой эмоциональной и духовной близости, устанавливающейсяся между матерью и младенцем уже во время беременности. «Суррогатное материнство» травмирует как вынашивающую женщину, материнские чувства которой попираются, так и дитя, которое впоследствии может испытывать кризис самосознания. Нравственно недопустимыми с православной точки зрения являются также все разновидности экстракорпорального (внетелесного) оплодотворения, предполагающие заготовление, консервацию и намеренное разрушение «избыточных» эмбрионов. Именно на признании человеческого достоинства даже за эмбрионом основана моральная оценка аборта, осуждаемого Церковью (см. ХII.2).

Оплодотворение одиноких женщин с использованием донорских половых клеток или реализация «репродуктивных прав» одиноких мужчин, а также лиц с так называемой нестандартной сексуальной ориентацией, лишает будущего ребенка права иметь мать и отца. Употребление репродуктивных методов вне контекста благословенной Богом семьи становится формой богоборчества, осуществляемого под прикрытием защиты автономии человека и превратно понимаемой свободы личности.

XII.5. Значительную часть общего числа недугов человека составляют наследственные заболевания. Развитие медико-генетических методов диагностики и лечения может способствовать предотвращению таких болезней и облегчению страданий многих людей. Однако важно помнить, что генетические нарушения нередко становятся следствием забвения нравственных начал, итогом порочного образа жизни, в результате коего страдают и потомки. Греховная поврежденность человеческой природы побеждается духовным усилием; если же из поколения в поколение порок властвует в жизни потомства с нарастающей силой, сбываются слова Священного Писания: «Ужасен конец неправедного рода» (Прем. 3. 19). И наоборот: «Блажен муж, боящийся Господа и крепко любящий заповеди Его. Сильно будет на земле семя его; род правых благословится» (Пс. 111, 1–2). Таким образом, исследования в области генетики лишь подтверждают духовные закономерности, много веков назад открытые человечеству в слове Божием.

Привлекая внимание людей к нравственным причинам недугов, Церковь вместе с тем приветствует усилия медиков, направленные на врачевание наследственных болезней. Однако, целью генетического вмешательства не должно быть искусственное «усовершенствование» человеческого рода и вторжение в Божий план о человеке. Поэтому генная терапия может осуществляться только с согласия пациента или его законных представителей и исключительно по медицинским показаниям. Генная терапия половых клеток является крайне опасной, ибо связана с изменением генома (совокупности наследственных особенностей) в ряду поколений, что может повлечь непредсказуемые последствия в виде новых мутаций и дестабилизации равновесия между человеческим сообществом и окружающей средой.

Успехи в расшифровке генетического кода создают реальные предпосылки для широкого генетического тестирования с целью выявления информации о природной уникальности каждого человека, а также его предрасположенности к определенным заболеваниям. Создание «генетического паспорта» при разумном использовании полученных сведений помогло бы своевременно корректировать развитие возможных для конкретного человека заболеваний. Однако имеется реальная опасность злоупотребления генетическими сведениями, при котором они могут послужить различным формам дискриминации. Кроме того, обладание информацией о наследственной предрасположенности к тяжким заболеваниям может стать непосильным душевным грузом. Поэтому генетическая идентификация и генетическое тестирование могут осуществляться лишь на основе уважения свободы личности.

Двойственный характер имеют также методы пренатальной (дородовой) диагностики, позволяющие определить наследственный недуг на ранних стадиях внутриутробного развития. Некоторые из этих методов могут представлять угрозу для жизни и целостности тестируемого эмбриона или плода. Выявление неизлечимого или трудноизлечимого генетического заболевания нередко становится побуждением к прерыванию зародившейся жизни; известны случаи, когда на родителей оказывалось соответствующее давление. Пренатальная диагностика может считаться нравственно оправданной, если она нацелена на лечение выявленных недугов на возможно ранних стадиях, а также на подготовку родителей к особому попечению о больном ребенке. Правом на жизнь, любовь и заботу обладает каждый человек, независимо от наличия у него тех или иных заболеваний. Согласно Священному Писанию, Сам Бог является «заступником немощных» (Иудифь 9, 11). Апостол Павел учит «поддерживать слабых» (Деян. 20. 35; 1 Фес. 5. 14); уподобляя Церковь человеческому телу, он указывает, что «члены… которые кажутся слабейшими, гораздо нужнее», а менее совершенные нуждаются в «большем попечении» (1 Кор. 12, 22, 24). Совершенно недопустимо применение методов пренатальной диагностики с целью выбора желательного для родителей пола будущего ребенка.

XII.6. Осуществленное учеными клонирование (получение генетических копий) животных ставит вопрос о допустимости и возможных последствиях клонирования человека. Реализация этой идеи, встречающей протест со стороны множества людей во всем мире, способна стать разрушительной для общества. Клонирование в еще большей степени, чем иные репродуктивные технологии, открывает возможность манипуляции с генетической составляющей личности и способствует ее дальнейшему обесцениванию. Человек не вправе претендовать на роль творца себе подобных существ или подбирать для них генетические прототипы, определяя их личностные характеристики по своему усмотрению. Замысел клонирования является несомненным вызовом самой природе человека, заложенному в нем образу Божию, неотъемлемой частью которого являются свобода и уникальность личности. «Тиражирование» людей с заданными параметрами может представляться желательным лишь для приверженцев тоталитарных идеологий.

Клонирование человека способно извратить естественные основы деторождения, кровного родства, материнства и отцовства. Ребенок может стать сестрой своей матери, братом отца или дочерью деда. Крайне опасными являются и психологические последствия клонирования. Человек, появившийся на свет в результате такой процедуры, может ощущать себя не самостоятельной личностью, а всего лишь «копией» кого-то из живущих или ранее живших людей. Необходимо также учитывать, что «побочными результатами» экспериментов с клонированием человека неизбежно стали бы многочисленные несостоявшиеся жизни и, вероятнее всего, рождение большого количества нежизнеспособного потомства. Вместе с тем, клонирование изолированных клеток и тканей организма не является посягательством на достоинство личности и в ряде случаев оказывается полезным в биологической и медицинской практике.

XII.7. Современная трансплантология (теория и практика пересадки органов и тканей) позволяет оказать действенную помощь многим больным, которые прежде были бы обречены на неизбежную смерть или тяжелую инвалидность. Вместе с тем развитие данной области медицины, увеличивая потребность в необходимых органах, порождает определенные нравственные проблемы и может представлять опасность для общества. Так, недобросовестная пропаганда донорства и коммерциализация трансплантационной деятельности создают предпосылки для торговли частями человеческого тела, угрожая жизни и здоровью людей. Церковь считает, что органы человека не могут рассматриваться как объект купли и продажи. Пересадка органов от живого донора может основываться только на добровольном самопожертвовании ради спасения жизни другого человека. В этом случае согласие на эксплантацию (изъятие органа) становится проявлением любви и сострадания. Однако потенциальный донор должен быть полностью информирован о возможных последствиях эксплантации органа для его здоровья. Морально недопустима эксплантация, прямо угрожающая жизни донора. Наиболее распространенной является практика изъятия органов у только что скончавшихся людей. В таких случаях должна быть исключена неясность в определении момента смерти. Неприемлемо сокращение жизни одного человека, в том числе через отказ от жизнеподдерживающих процедур, с целью продления жизни другого.

На основании Божественного Откровения Церковь исповедует веру в телесное воскресение умерших (Ис. 26. 19; Рим. 8, 11; 1 Кор. 15, 42–44, 52–54; Флп. 3, 21). В обряде христианского погребения Церковь выражает почитание, подобающее телу скончавшегося человека. Однако посмертное донорство органов и тканей может стать проявлением любви, простирающейся и по ту сторону смерти. Такого рода дарение или завещание не может считаться обязанностью человека. Поэтому добровольное прижизненное согласие донора является условием правомерности и нравственной приемлемости эксплантации. В случае, если волеизъявление потенциального донора неизвестно врачам, они должны выяснить волю умирающего или умершего человека, обратившись при необходимости к его родственникам. Так называемую презумпцию согласия потенциального донора на изъятие органов и тканей его тела, закрепленную в законодательстве ряда стран, Церковь считает недопустимым нарушением свободы человека.

Донорские органы и ткани усвояются воспринимающему их человеку (реципиенту), включаясь в сферу его личностного душевно-телесного единства. Поэтому ни при каких обстоятельствах не может быть нравственно оправдана такая трансплантация, которая способна повлечь за собой угрозу для идентичности реципиента, затрагивая его уникальность как личности и как представителя рода. Об этом условии особенно важно помнить при решении вопросов, связанных с пересадкой тканей и органов животного происхождения.

Безусловно недопустимым Церковь считает употребление методов так называемой фетальной терапии, в основе которой лежат изъятие и использование тканей и органов человеческих зародышей, абортированных на разных стадиях развития, для попыток лечения различных заболеваний и «омоложения» организма. Осуждая аборт как смертный грех, Церковь не может найти ему оправдания и в том случае, если от уничтожения зачатой человеческой жизни некто, возможно, будет получать пользу для здоровья. Неизбежно способствуя еще более широкому распространению и коммерциализации абортов, такая практика (даже если ее эффективность, в настоящее время гипотетическая, была бы научно доказана) являет пример вопиющей безнравственности и носит преступный характер.

ХII.8. Практика изъятия человеческих органов, пригодных для трансплантации, а также развитие реанимации порождают проблему правильной констатации момента смерти. Ранее критерием ее наступления считалась необратимая остановка дыхания и кровообращения. Однако благодаря совершенствованию реанимационных технологий эти жизненно важные функции могут искусственно поддерживаться в течение длительного времени. Акт смерти превращается таким образом в процесс умирания, зависимый от решения врача, что налагает на современную медицину качественно новую ответственность.

В Священном Писании смерть представляется как разлучение души от тела (Пс. 145, 4; Лк. 12, 20). Таким образом, можно говорить о продолжении жизни до тех пор, пока осуществляется деятельность организма как целого. Продление жизни искусственными средствами, при котором фактически действуют лишь отдельные органы, не может рассматриваться как обязательная и во всех случаях желательная задача медицины. Оттягивание смертного часа порой только продлевает мучения больного, лишая человека права на достойную, «непостыдную и мирную» кончину, которую православные христиане испрашивают у Господа за богослужением. Когда активная терапия становится невозможной, ее место должна занять паллиативная помощь (обезболивание, уход, социальная и психологическая поддержка), а также пастырское попечение. Все это имеет целью обеспечить подлинно человеческое завершение жизни, согретое милосердием и любовью.

Православное понимание непостыдной кончины включает подготовку к смертному исходу, который рассматривается как духовно значимый этап жизни человека. Больной, окруженный христианской заботой, в последние дни земного бытия способен пережить благодатное изменение, связанное с новым осмыслением пройденного пути и покаянным предстоянием перед вечностью. А для родственников умирающего и медицинских работников терпеливый уход за больным становится возможностью служения Самому Господу, по слову Спасителя: «Так как вы сделали это одному из братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Мф. 25. 40). Сокрытие от пациента информации о тяжелом состоянии под предлогом сохранения его душевного комфорта нередко лишает умирающего возможности сознательного приуготовления к кончине и духовного утешения, обретаемого через участие в Таинствах Церкви, а также омрачает недоверием его отношения с близкими и врачами.

Предсмертные физические страдания не всегда эффективно устраняются применением обезболивающих средств. Зная это, Церковь в таких случаях обращает к Богу молитву: «Разреши раба Твоего нестерпимыя сея болезни и содержащия его горькия немощи и упокой его, идеже праведных дуси» (Требник. Молитва о долгостраждущем). Один Господь является Владыкой жизни и смерти (1 Цар. 2, 6). «В Его руке душа всего живущего и дух всякой человеческой плоти» (Иов. 12, 10). Поэтому Церковь, оставаясь верной соблюдению заповеди Божией «не убивай» (Исх. 20, 13), не может признать нравственно приемлемыми распространенные ныне в светском обществе попытки легализации так называемой эвтаназии, то есть намеренного умерщвления безнадежно больных (в том числе по их желанию). Просьба больного об ускорении смерти подчас обусловлена состоянием депрессии, лишающим его возможности правильно оценивать свое положение. Признание законности эвтаназии привело бы к умалению достоинства и извращению профессионального долга врача, призванного к сохранению, а не к пресечению жизни. «Право на смерть» легко может обернуться угрозой для жизни пациентов, на лечение которых недостает денежных средств.

Таким образом, эвтаназия является формой убийства или самоубийства, в зависимости от того, принимает ли в ней участие пациент. В последнем случае к эвтаназии применимы соответствующие канонические правила, согласно которым намеренное самоубийство, как и оказание помощи в его совершении, расцениваются как тяжкий грех. Умышленный самоубийца, который «соделал сие от обиды человеческой или по иному какому случаю от малодушия», не удостаивается христианского погребения и литургического поминовения (Тимофея Алекс. прав. 14). Если самоубийца бессознательно лишил себя жизни «вне ума», то есть в припадке душевной болезни, церковная молитва о нем дозволяется по исследовании дела правящим архиереем. Вместе с тем необходимо помнить, что вину самоубийцы нередко разделяют окружающие его люди, оказавшиеся неспособными к действенному состраданию и проявлению милосердия. Вместе с апостолом Павлом Церковь призывает: «Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов» (Гал. 6, 2).

ХII.9. Священное Писание и учение Церкви недвусмысленно осуждают гомосексуальные половые связи, усматривая в них порочное искажение богозданной природы человека.

"Если кто ляжет с мужчиною, как с женщиною, то оба они сделали мерзость» (Лев. 20, 13). Библия повествует о тяжком наказании, которому Бог подверг жителей Содома (Быт. 19, 1–29), по толкованию святых отцов, именно за грех мужеложства. Апостол Павел, характеризуя нравственное состояние языческого мира, называет гомосексуальные отношения в числе наиболее «постыдных страстей» и «непотребств», оскверняющих человеческое тело: «Женщины их заменили естественное употребление противоестественным; подобно и мужчины, оставив естественное употребление женского пола, разжигались похотью друг на друга, мужчины на мужчинах делая срам и получая в самих себе должное возмездие за свое заблуждение» (Рим. 1, 26–27). «Не обманывайтесь… ни малакии, ни мужеложники… Царства Божия не наследуют», — писал апостол жителям развращенного Коринфа (1 Кор. 6, 9–10). Святоотеческое предание столь же ясно и определенно осуждает любые проявления гомосексуализма. «Учение двенадцати апостолов», творения святителей Василия Великого, Иоанна Златоуста, Григория Нисского, блаженного Августина, каноны святого Иоанна Постника выражают неизменное учение Церкви: гомосексуальные связи греховны и подлежат осуждению. Вовлеченные в них люди не имеют права состоять в церковном клире (Василия Вел. пр. 7, Григория Нис. пр. 4, Иоанна Постн. пр. 30). Обращаясь к запятнавшим себя грехом содомии, преподобный Максим Грек взывал: «Познайте себя, окаянные, какому скверному наслаждению вы предались!.. Постарайтесь скорее отстать от этого сквернейшего вашего и смраднейшего наслаждения, возненавидеть его, а кто утверждает, что оно невинно, того предайте вечной анафеме, как противника Евангелия Христа Спасителя и развращающего учение оного. Очистите себя искренним покаянием, теплыми слезами и посильною милостынею и чистою молитвою… Возненавидьте от всей души вашей это нечестие, чтобы не быть вам сынами проклятия и вечной пагубы».

Дискуссии о положении так называемых сексуальных меньшинств в современном обществе клонятся к признанию гомосексуализма не половым извращением, но лишь одной из «сексуальных ориентаций», имеющих равное право на публичное проявление и уважение. Утверждается также, что гомосексуальное влечение обусловлено индивидуальной природной предрасположенностью. Православная Церковь исходит из неизменного убеждения, что богоустановленный брачный союз мужчины и женщины не может быть сопоставлен с извращенными проявлениями сексуальности. Она считает гомосексуализм греховным повреждением человеческой природы, которое преодолевается в духовном усилии, ведущем к исцелению и личностному возрастанию человека. Гомосексуальные устремления, как и другие страсти, терзающие падшего человека, врачуются Таинствами, молитвой, постом, покаянием, чтением Священного Писания и святоотеческих творений, а также христианским общением с верующими людьми, готовыми оказать духовную поддержку.

Относясь с пастырской ответственностью к людям, имеющим гомосексуальные наклонности, Церковь в то же время решительно противостоит попыткам представить греховную тенденцию как «норму», а тем более как предмет гордости и пример для подражания. Именно поэтому Церковь осуждает всякую пропаганду гомосексуализма. Не отказывая никому в основных правах на жизнь, уважение личного достоинства и участие в общественных делах, Церковь, однако, полагает, что лица, пропагандирующие гомосексуальный образ жизни, не должны допускаться к преподавательской, воспитательной и иной работе среди детей и молодежи, а также занимать начальственное положение в армии и исправительных учреждениях.

Порой извращения человеческой сексуальности проявляются в форме болезненного чувства принадлежности к противоположному полу, результатом чего становится попытка изменения пола (транссексуализм). Стремление отказаться от принадлежности к тому полу, который дарован человеку Создателем, может иметь лишь пагубные последствия для дальнейшего развития личности. «Смена пола» посредством гормонального воздействия и проведения хирургической операции во многих случаях приводит не к разрешению психологических проблем, а к их усугублению, порождая глубокий внутренний кризис. Церковь не может одобрить такого рода «бунт против Творца» и признать действительной искусственно измененную половую принадлежность. Если «смена пола» произошла с человеком до Крещения, он может быть допущен к этому Таинству, как и любой грешник, но Церковь крестит его как принадлежащего к тому полу, в котором он рожден. Рукоположение такого человека в священный сан и вступление его в церковный брак недопустимо.

От транссексуализма надлежит отличать неправильную идентификацию половой принадлежности в раннем детстве в результате врачебной ошибки, связанной с патологией развития половых признаков. Хирургическая коррекция в данном случае не носит характер изменения пола.

ИНСТИТУТ ПРОБЛЕМ ФОРМИРОВАНИЯ ХРИСТИАНСКОГО ОТНОШЕНИЯ К ПСИХИЧЕСКИМ ЗАБОЛЕВАНИЯМ

Номер гос.регистрации 1057747301985

Осуществляет свою деятельность в соответствии с основами Социальной концепции Русской Православной Церкви, а именно параграфа о психических заболеваниях.

Основная цель организации института — формирование в обществе христианского отношения к происхождению, течению и лечению психических заболеваний.

С этой целью осуществляются: духовно-просветительская, издательская, лекционная и консультативная виды деятельности.

Основные положения:

1. В основах социальной концепции Русской Православной Церкви в частности сказано: «Церковь рассматривает психические заболевания как одно из проявлений общей греховной поврежденности человеческой природы. Выделяя в личностной структуре духовный, душевный и телесный уровни ее организации, святые отцы различали болезни, развившиеся «от естества», и недуги, вызванные бесовским воздействием либо ставшие следствиями поработивших человека страстей». Эти положения полностью подтверждаются и данными клинических наблюдений.

2. Многие формы так называемых «пограничных» психических расстройств, а также алкоголизм, наркомания имеют прежде всего духовные причины возникновения и без преувеличения могут быть названы греховными недугами.

3. Терапия психических расстройств должна соответствовать причинам их возникновения. Как указано в Основах социальной концепции: «В соответствии с этим различением представляется одинаково неоправданным как сведение всех психических заболеваний к проявлениям одержимости, что влечет за собой необоснованное совершение чина изгнания злых духов, так и попытка лечения любых духовных расстройств исключительно клиническими методами».

4. Можно выделить две основные обязанности священника в отношении больных: 1) побудить больного к врачебному обследованию и, в случае необходимости, к систематическому лечению и 2) помочь больному в борьбе с болезнью, в критическом осознании и преодолении своих аномалий характера и поведения. В этой связи становится совершенно понятной необходимость приобретения священнослужителем соответствующих знаний и подготовки в области психологии и психиатрии. Нередко именно пастырь может оказаться первым человеком, который сталкивается с проявлением тех или иных психических расстройств.

5. «В области психотерапии, — как сказано в Основах — оказывается наиболее плодотворным сочетание пастырской и врачебной помощи душевнобольным при надлежащем разграничении сфер компетенции врача и священника.». Основные принципы православной психотерапии: Исповедание Православной веры и привнесение ее спасительной Истины и духовной чистоты в лечебный процесс. Психотерапевты, соприкасаясь с душой своего подопечного, должны иметь чувство благоговения, ибо каждый человек — обладатель величайшего дара Божиего — святыни души, которая есть образ и подобие Творца.. Базирование психотерапевтической деятельности на святоотеческом наследии. Обучение пациентов необходимым навыкам в аспектах самопознания, духовного совершенствования и нравственного воспитания. Содействие в воцерковлении больных и страждущих. Неприятие методов, связанных с насилием над личностью, ложью, лицедейством, оккультно-мистических, механистических психотехник (типа программирования, кодирования и прочих) и иных душевредных воздействий.

6. Психическое заболевание не умаляет достоинства человека. Церковь свидетельствует, что и душевнобольной является носителем образа Божия, оставаясь нашим собратом, нуждающимся в сострадании и помощи. В 1992 году был принят закон об оказании психиатрической помощи в России. В Статье 37 «Права пациентов, находящихся в психиатрических стационарах» в частности сказано: «Все пациенты, находящиеся на лечении или обследовании в психиатрическом стационаре, вправе: обращаться без цензуры с жалобами и заявлениями в органы представительной и исполнительной власти, прокуратуру, суд и адвокату; встречаться с адвокатом и священнослужителем наедине; исполнять религиозные обряды, соблюдать религиозные каноны, в том числе пост, по согласованию с администрацией иметь религиозную атрибутику и литературу; выписывать газеты и журналы».

7. Пастырское душепопечение следует осуществлять в соответствии с особенностями нозологической формы, характера течения и тяжести психических расстройств. Следует повсеместно распространять опыт организации молитвенных комнат, строительства часовен и больничных храмов при психиатрических лечебницах.

8. Алкоголизм, наркоманию можно с уверенностью отнести к греховным недугам. Наряду с медико-психологическими мероприятиями, которые обычно составляют начало лечения, совершенно необходимы духовные усилия для преодоления этих греховных страстей. Вера в Бога, покаяние во грехах, молитва, пост, устроение жизни по заповедям Христовым в купе с трезвением, самоконтролем и воздержанием — слагаемые истинного, а не мнимого исцеления.