"Шестоднев против эволюции" В зашиту святоотеческого учения о творении (сборник статей).

 

Содержание сборника

  • От авторов. Предисловие.
  • Священник Олег Петренко. Верую, чтобы понять.
  • Священник Константин Буфеев. Ересь эволюционизма.
  • Священник Андрей Лоргус. Методологические проблемы идеи развития.
  • Священник Даниил Сысоев. Эволюционизм в свете православного учения.
  • Буфеев С.В. Почему православный не может быть эволюционистом.
  • Максимов Ю.В. Богословские аспекты проблемы согласования православного и эволюционного учений о происхождении человека.
  • Александр Хоменков. Эволюционный миф и современная наука.
  • Сергей Шубин. Ложь "православного эволюционизма".

От авторов. Предисловие.

"И свет во тме светится, и тма его не объят"
(Ин.1,5)

Православное церковное мировоззрение, опираясь на пророческую, апостольскую и святоотеческую традицию, всегда имело четкое отношение к вопросам о происхождении вселенной - неба и земли, а также жизни и человека. Необходимость публикации настоящего издания связанна с тем, что под видом православного учения все чаще и настойчивее стали предлагаться разными авторами антихристианские идеи эволюционизма. Эти ядовитые семена проникли уже в систему православного образования и воспринимаются порой людьми неискушенными как "прогрессивное" христианство. На самом деле "христианский эволюционизм" является одной из разновидностей обновленчества, модернизмом в богословии.

Ряд вошедших в этот сборник материалов был вынесен на всеобщее обозрение на проходившем 29-30 октября в Российском Православном Университете им. Св. ап. Иоанна Богослова совещании "Преподавание в православных школах вопросов творения мира, жизни и человека", проводимом Отделом религиозного образования и катехизации Московского Патриархата. Со стороны присутствовавших эволюционистов представленные сообщения вызвали бурную эмоциональную реакцию (однако совершенно не подкрепленную какими-либо богословскими или научными аргументами).

Когда наша книга была уже в наборе, стало известно о выходе в свет очередного издания, пропагандирующего идеи "христианского" эволюционизма - книги "Той повеле, и создашася" (Фонд "Христианская жизнь", Клин. 1999). Книжка эта с прекрасным православным названием, но не содержанием. В ней авторы, якобы с целью защиты науки и примирения ее с верой, с одной стороны, подрывают авторитет Православия, а с другой прямо нападают на православных креационистов. Вот пафос книжки: "в последнее время стали появляться книги вполне креационистского толка, написанные православными священнослужителями ( последние два слова нарочито выделены жирным шрифтом - Авт.), что помимо недоумения вызывает уже и серьезное беспокойство, ибо заведомо ложные, антинаучные идеи поддерживаются в данном случае авторитетом священного сана..."(стр.4-5)

На самом деле по нашему убеждению, ревность мирян и авторитет священного сана как раз и призваны защищать именно святоотеческое учение о библейском Шестодневе, а вовсе не новомодные мифологические гипотезы "научного" эволюционизма.

Наш смиренный труд, по замыслу авторов, служит ответом на некоторые несостоятельные утверждения эволюционистов - модернистов.

Прежде всего, эволюционисты пытаются убедить всех, будто креационисты представляют собой порождение позднего протестантизма, а потому, дескать, чужд Православию. Однако при этом им не удается привести в подтверждение своей мысли ни одной святоотеческой цитаты. В нашем сборнике читатель найдет немало чисто креационистских высказываний древних и поздних Отцов Церкви, свидетельствующих о том, что напротив, именно идеология эволюционизма есть в христианство нововведение, появившееся в эпоху европейского просвещения. И связанное с возрождением язычества. Протестанты лишь постольку оказались близки к исконному в христианстве креационизму, поскольку они стоят на библейском основании. (Поэтому, кстати, большинство тех сект в протестантизме, которые приняли либеральное богословие, отвергающее Писание, придерживаются и эволюционизма; тоже верно в отношении модернизированного католицизма после 2 Ватиканского собора. Так что на самом деле на Западе в еретических церквах эта ересь как раз и процветает, а креационизм отстаивают лишь фундаменталисты, которые как раз чаще всего и переходят в Православие). Во любом случае учителя креационизма для православных христиан являются не лютеране и баптисты, а Христовы Апостолы и святые Отцы. Говоря кратко, креационизм, в нашем понимании, тождественен православному учению о мироздании.

Другая недобросовестная попытка "телеологистов" очернить креационизм связана с желанием объявить его антинаучным и антикультурным явлением. Один диакон, работающий научным сотрудником в системе РАН, так позволяет себе дискредитировать книги ученых авторов - креационистов: "Покажите любую из них какому-нибудь из ученых, занимающихся естествознанием, и вы сами увидите, как глаза специалиста начнут вылезать из орбит, а вставшие дыбом волосы сделают прическу существенно пышнее без помощи всяких импортных средств" (стр.118). Но это лишь опереточная прелюдия к настоящей травле: "Но вот приходят креационисты и объявляют, что все современные науки - это лженауки, что все естествознание - это ложное знание, что наука губит христианство и уже почти погубила его. Почему? Да потому, что все современная наука в значительной мере построена на идее эволюции" (стр.124). так в полемическом угаре авторы валят с больной головы на здоровую. Похоже, антихристианская псевдонаучная мифология желает сегодня взять реванш у Церкви за средневековую римскую инквизицию. Наш сборник дает ответ на подобные огульные и несправедливые обвинения.

Церковные модернисты навязывают весьма странную трактовку Библии. Они предлагают увидеть эволюцию материи там, где в Священном Писании явно говориться о свободном действии Живого Бога. Один из авторов цитируемой книжки пишет: "Для всякого читателя книги Бытия, однако, очевидно, что в этих главах речь идет как раз о становлении, изменении, то есть об эволюции (намочевидно как раз противоположное!!! - авт.) Космоса (с заглавной буквы!-авт.), и в том числе органического мира Земли, вплоть до появления человека" (стр.174). Предлагаемая читателю книга отвечает на этот вопрос иначе не в духе научного критицизма, когда человек рассматривается как продукт эволюции Космоса (с заглавной буквы), а соответствии с Преданием Вселенской Церкви.

Мы разделяем мнение иеромонаха Серафима (Роуза): "Шесть дней творения - не естественный процесс; они суть то, что произошло прежде, чем начались все мировые естественные процессы. Они суть дело Божие; по своему определению они чудесны и не вписываются в естественные законы, управляющие тем миром, что мы видим сегодня".

Не обошли мы вниманием оценку оценку встречающейся попытки примирительства, типа: "для богословия принципиально допустимы и креационная, и эволюционная гипотеза, при условии, что в обоих случаях Законодателем и Устроителем всего миробытия является Бог" (стр.89-90), или "признание бытия Бога не исключает и эволюционного развития мира" (стр.116). В нашей книге обстоятельно показанно, что вопрос об отношении христианина к эволюции имеет существенно догматическое значение, и потому позволяет ставить вопрос не о релятивизме и компромиссах, но о ереси эволюционизма. Несмотря на то, что часто эволюционизм прикрывается слащавыми лозунгами о примирении науки и религии, он агрессивен по отношению к Православию, ниспровергает самые основы спасительной евангельской веры, имеет явный или скрытый дух антихриста.

Противопоставить этому натиску на Церковь серых полчищ богословствующих модернистов можно лишь свет апостольского учения. Этот арсенал и взяли на вооружение авторы настоящего сборника в защиту библейского Шестоднева от посяганий со стороны эволюционистов, просящие у благосклонного читателя его святых молитв.

Верую, чтобы понять

Священник Олег Петренко

Кандидат физико-математических наук

Cодержание

Верую, чтобы понять. — Проблема деградации. — Промысел Божий. — Время жизни. — Существо дела. — Сredo ut intelligam. — Новая парадигма. — Выбор приоритетов. — Первые результаты. — Добрый совет. — Литература

Верую, чтобы понять

Последняя четверть уходящего века ознаменовалась появлением в фундаментальной науке целого ряда научных открытий и теоретических концепций, которые недвусмысленно указывают на невозможность появления окружающего нас мира и его обитателей вследствие действия случайных и слепых сил. Наиболее выдающимися примерами из них, пожалуй, могут служить антропный принцип и инфляционная теория расширения Вселенной.

Как и все в этом мире, неодушевленная материя является непрестанным манифестом воли Творца. На определенном этапе развития средств наблюдения этого становится невозможным не замечать. Однако, несмотря на появление многих убедительных свидетельств в пользу Божественного происхождения мира следует признать, что, в основном, научное мировоззрение все еще покоится на фундаменте атеизма, одним из основных постулатов которого всегда являлась концепция постепенного эволюционного развития.

Эволюционная теория родилась в биологии. Согласно провозглашенному ею принципу, она сама не стояла на месте, но довольно быстро и целенаправленно видоизменялась от уклонившегося от истины ламаркизма к законченному в своем безбожии дарвинизму.

В начале двадцатого века идеология эволюционизма из области животного мира перекинулась и на неодушевленную материю, очень скоро захватив всю "Вселенную". В лоне нарождающегося секулярного мировоззрения новая идеология быстро нашла свое применение в гипотезе Большого Взрыва - научного сценария развития Вселенной, обусловленного лишь физическими законами, и теории эволюции звезд.

Идея эволюции черпает свое правдоподобие из окружающей нас действительности. Поскольку ныне нигде не возникает принципиально новых явлений, то из этого делается вывод, что они рождаются незаметно для глаз, постепенно в течение многих сотен миллионов лет согласно законам природы, а творение принципиально невозможно, ибо нарушается привычная цепь причин и следствий. Таким образом, идея эволюционного развития являет собой определенный ответ на вопрос о происхождении всего того, что нас окружает.

Священное Писание, отвечая на этот вопрос, свидетельствует о творении, под которым подразумевается появление из небытия принципиально новой сущности в силу Первопричины, именуемой Богом. Причем эта Первопричина может пребывать только вовне возникающей к бытию сущности, поскольку о какой - либо внутренней причине нового творения невозможно говорить, если его самого еще нет.

Существует также некая концепция, пытающаяся найти компромисс между креационизмом и эволюционизмом, получившая название телеологической эволюции. Согласно ей, порядок, в силу которого развитие жизни совершается от низших форм жизни к высшим, создан Волей Божией. То есть, эволюционный процесс был инициирован Творцом для становления и развития окружающего нас Мира 1 .

В своем стремлении, во что бы то ни стало, согласовать современные научные теории со Священным Писанием сторонники телеологической эволюции допускают возможность иносказательной интерпретации библейских текстов. Многие из них даже искренне полагают, что для религиозного сознания совершенно безразлично была ли совершавшаяся в силу "счастливых случайностей и происходившего отбора" постепенная эволюция или это были "какие-то скачки, прыжки из одного вида в другой в силу неизвестных нам причин" [2].

Однако, весьма сомнительно, чтобы религиозное сознание было так индифферентно к этой проблеме. Поскольку символическое восприятие Священного Писания в конечном итоге приводит и к аллегорическому толкованию заповедей Божиих.

Проблема деградации

Все Богом созданное было "хорошо весьма". В этом Мире не было места ни страданию, ни тем более смерти. Священное Писание об этом говорит недвусмысленно: "Бог не сотворил смерти и не радуется погибели живущих: Бог создал человека для нетления" (Прем., 2 : 23).

Смерть "вошла" в Мир только с первородным грехом человека. В "геноме" Вселенной появился "ген" смерти, приводящий в действие механизм разрушения живых клеток при определенных условиях.

Следует уточнить, что само понятие "смерти" относится лишь к объектам, обладающим жизнью, дыханием. К миру неодушевленной материи его применять неправомерно. Если, к примеру, камень рассыпался в песок, то это еще не означает, что он подвергся смерти.

Поэтому все физические законы нашей Вселенной и до, и после грехопадения первых людей остаются неизменными и справедливыми от начала существования Вселенной. Об этом убедительно свидетельствует антропный принцип, который указывает на удивительно точную "подогнанность" всех законов природы друг к другу. Можно сказать, что эти законы имеют единственно возможную форму, так как значения констант взаимодействий, входящих в них, принимают совершенно определенные числовые значения с такой фантастической точностью, что здесь уместнее употребить термин точности абсолютной. Будь эти законы "чуть-чуть" иными, и весь мир не смог бы удержаться в своем стройном порядке, но тотчас бы развалился, превратившись в хаос [3].

Также и действие Второго Начала Термодинамики нельзя отнести к следствиям первородного греха людей. Оно гласит о том, что в системе, в которой нет постоянного притока энергии, все идущие в ней процессы постепенно прекращают свое действие. При этом сложная организация материи теряет свою иерархическую структуру, стремится к равномерному распределению всех своих составных элементов. Как следствие, в системе, в которой действует Второе Начало Термодинамики происходит выравнивание температуры и прекращается всякий энергообмен. С точки зрения статистической физики, сама система переходит в наиболее вероятное для себя состояние - полностью деструктурируется и вырождается.

Применяя физические законы для объяснения явлений звездного Мира, мы неизбежно распространяем на всю Вселенную и все следствия Второго Начала Термодинамики. Согласно ему, Вселенную когда-нибудь должна постигнуть "тепловая смерть", то есть она в конечном итоге должна прийти к тепловому равновесию и остыть до абсолютного нуля температуры. Согласно научной космологической концепции возникновения Вселенной, в природе нет ничего, что могло бы противостоять этому неумолимому разрушительному процессу. Звезды постепенно выгорают и остывают, постепенно сжимаясь под влиянием силы тяжести. Все вещество во Вселенной постепенно охлаждается.

Научные принципы, на которых основан сценарий развития Вселенной, радикально отличаются от представлений эволюционной теории происхождения биологических видов, утверждающей, что развитие Мира должно автоматически приводить все к более совершенному его виду.

Однако во Вселенной мы не только не наблюдаем какого-либо эволюционного развития, приводящего все к более сложной организации материи, но и не видим существенных признаков деградации, которая вытекает из Второго Начала. Мир сверкает неисчерпаемым разнообразием, мы не находим в нем явных следов приближения тепловой и радиационной смерти. Если Вселенной многие миллиарды лет, то очень странно почему их не видно.

Даже ссылка на огромные размеры Вселенной не может помочь. Дело в том, что не только отдельные астрономические объекты, но даже целые системы в такой степени изолированы друг от друга, что их можно рассматривать как системы замкнутые. Для них "тепловая смерть" должна заметно приблизиться прежде, чем этому что-нибудь успеет помешать со "стороны". Такие деградированные состояния систем должны бы быть преимущественными, а вместе с тем они почти незаметны (или, если точнее, их просто нет). Следовательно, оставаясь в рамках обычных законов физики и господствующей мировоззренческой концепции о достаточно продолжительном времени существования Вселенной, остается считать, что в Мире действуют какие - то неизвестные науке процессы, его постоянно обновляющие. Но логически эти странные процессы следует считать беспричинными, так как их действие должно происходить вопреки законам природы.

Как же мог просуществовать Мир так долго, если в нем действует Второе Начало Термодинамики? Быть может, отсутствие во Вселенной видимой деградации обусловлено просто недостаточным количеством прошедшего времени со дня ее возникновения?

Промысел Божий

Прежде чем попытаться ответить на заданный выше вопрос необходимо сказать о невидимом присутствии Бога в Мире в Своих энергиях, которые удерживают Мир в бытии и сохраняют его порядок. Такое сохранение материального Мира в догматическом Богословии получило название естественного Божественного промышления о Мире. Оно заключается в поддержании в бытии творений посредством дарованных сил и законов. Судьбы Божии приходят в исполнение по естественному течению вещей, которое само от Бога установлено. Законы Мира имеют свою Первопричину и более глубокую, нежели они сами, иначе она и не могла бы стать для них причиной [3]. Можно сказать, что законы природы являются неким промежуточным звеном между высшей творческой Волей и процессами, которые осуществляются в мире через сотворенные этой Волей законы.

Из того, что все в Мире протекает согласно законам не следует, что законы являются причиной движения Мира и направляют его развитие. Как из того, что поезд едет по рельсам, не означает, что последние являются причиной его движения. "Бог неизъяснимым образом простирает на все Свою силу, - писал свт. Кирилл Александрийский, - иначе все, что произошло из несущего, не могло бы держаться и сохранить свое бытие, тотчас бы все вернулось к своему состоянию, к ничтожеству" (Толкование на Евангелие от Иоанна, кн. 9).

Законы природы незыблемы. Их сохранение в таковом качестве и есть одно из основных следствий промышления Бога о Мире. Вместе с ними сохраняется и Второе Начало Термодинамики. Но если это так, остается лишь предположить, что отсутствие в Мире следов его действия свидетельствует о юности Мира - эти следы просто не успели проявиться.

Время жизни

Раз было создано время, следовательно, это Мир временный во всех смыслах этого слова. Причем это время ограничено и предопределено заранее на предвечном Совете Божием. Бессмысленно создавать что-либо с бесконечным "запасом прочности", если оно должно исчезнуть через определенный срок. Таким образом, следует признать, что отпущенное время на земную человеческую историю заведомо меньше того времени, через которое начнется "видимое глазом" проявление Второго Начала Термодинамики в космологическом масштабе.

Проблема "тепловой смерти" Вселенной увязывается с проблемой происхождения излучения Солнца и звезд. Решив задачу о природе звездной энергии, можно найти ключ к пониманию важнейших явлений звездного Мира.

Работы известного астрофизика Н.А.Козырева убедительно показали несостоятельность объяснения звездной энергии ядерными реакциями и соответствующих расчетов процентного содержания в звездах водорода и гелия. На основе анализа многочисленных астрономических наблюдений выяснилось обстоятельство фундаментального значения: светимость звезд оказывается однозначной функцией их масс и радиусов. Следовательно, выходящая из звезд энергия является функцией физических условий в некоторой области возможных состояний звезд [5]. Значит, источник энергии в звезде может быть связан лишь с работой сил тяготения в процессе ее сжатия. При этом часть гравитационной энергии высвобождается в виде энергии других форм, например, в виде излучения и теплоты.

В конце прошлого века независимо друг от друга об этом высказались два физика: лорд Кельвин в Англии и Герман Гельмгольц в Германии 2 . Согласно их работам, срок жизни такой звезды оказывается "слишком" коротким: для Солнца всего около 20 млн. лет [6]. Теоретический расчет Кельвина и Гельмгольца не рассматривают всерьез лишь на том основании, что он приходит в непримиримое противоречие с эволюционной идеологией, предполагающей, что процесс развития Вселенной должен охватывать многие миллиарды лет.

Священное же Писание говорит всего о шести днях творения и о том, что каждому новому такому дню предшествовал глагол Божий независимо от того, касалось ли это отделения света от тьмы в первый день или сотворения человека в шестой: "И сказал Бог: и стало так".

Если бы каждый последующий творческий день был просто очередным этапом усовершенствования составных элементов Вселенной, согласно гипотетическому эволюционному принципу, то не было бы необходимости упоминать в тексте Священного Писания о "звучавших" каждодневно созидающих глаголах Божиих.

О длительности дней творения однозначно указано в самом тексте первой главы Книги Бытия. И был вечер, и было утро: день:такой-то. Не сказано и были вечера, и были утра, но был вечер один, и было утро одно, а не много. Про первый же день творения прямо говорится, что прошел день един 3 .

Боговидец пророк Моисей как будто предвидел, что впоследствии на этом столь простом и ясном вопросе будет так много преткновений, и потому всякий раз уточняет это важное обстоятельство.

К чему бы не обращалось действие Божие: к животному миру или растительному, к Солнцу или Луне, - все происходит как бы мгновенно - начинается и заканчивается в один и тот же день. Бог не обращается в последующем к тому, что уже создано, поскольку сотворенное уже не требует дальнейшего улучшения. В результате Шестоднева Господь создал весь мир в своем законченном и совершенном виде, не требующим какой бы то ни было дальнейшей прогрессивной эволюции.

Таким образом, эволюционный принцип развития принципиально несовместим с содержанием первой главы Книги Бытия. Этот вывод в полной мере относится и к концепции телеологической эволюции.

Существо дела

Современная научная теория развития Вселенной утверждает, что окружающий нас Мир пришел в свое нынешнее состояние согласно действию законов природы без вмешательства какой-либо трансцендентной Миру силы. Все же законы природы обусловлены четырьмя фундаментальными физическими взаимодействиями. Последние были приведены в действие задолго до начала образования звездных систем. Затруднения в таком миропонимании возникают лишь при попытке объяснения первоначального толчка, побудившего Мир к бытию, и необъяснимая, с точки зрения формальной логики, необычайная согласованность всех законов природы, их сверхтонкая "юстировка" под возможность появления в Мире жизни вообще и человека в частности. Если какая-либо константа одного из фундаментальных взаимодействий совсем немного отличалась бы от своего нынешнего значения, то сразу нарушился бы весь строй мира, он попросту не смог бы существовать.

Современные научные представления, основанные на квантовой теории, утверждают, что весь наш материальный Мир следует рассматривать как нечто единое целое, отдельные части которого не могут существовать самостоятельно. Каждый элемент Вселенной приобретает смысл лишь тогда, когда рассматривается как составная часть всего мироздания. Не имея всего целиком, ничего нельзя получить и в отдельности.

Все, что есть в Мире, выражаясь языком науки, суть призванные к бытию "решения одного гигантского волнового уравнения Вселенной", процесс становления которой скорее носит характер номогенеза.

О чем-то очень близком к этому писали и святые Отцы еще в начале первого тысячелетия по Р.Х. Святой Григорий Нисский писал о творении: "С первого творческого импульса все вещи существовали в своей заданности как бы некоторой оплодотворяющей силой, внедренной в мироздание для рождения всех вещей; но ни одна не имела еще отдельного и действительного бытия" [7].

Согласен с ним и святой блаженный Августин: "Я думаю, что Бог вначале сотворил сразу все существа, одних действительно, других в их первоосновах: подобно тому, как в зерне невидимо содержится все, что должно со временем развиваться в дерево, так следует нам представлять себе, что и мир в момент, когда Бог одновременно сотворил все вещи, содержал в себе все вещи, которая земля произвела, как возможности и как причины, прежде чем они развились во времени такими, какими их знаем мы" [7].

Как будто вначале всего был начертан грандиозный план мироздания, который во дни творения был полностью проявлен и воплощен в действительность. Вначале Мир был создан в своих первоосновах и, следовательно, созданы были и все его законы. Затем все формы Мира начинают материализоваться в результате творческих актов Шестоднева.

Принцип же постепенного и последовательного эволюционного развития противоречит такому пониманию развития Вселенной. Призванный согласовать науку и религию, он оказался в оппозиции тому и другому. Следовательно, сохранить одновременно приверженность Священному Писанию, фундаментальной науке и концепции эволюционного развития не представляется возможным.

К тому же время от времени наука отказывается от своих устаревших интерпретаций. Можно ли с такой же легкостью перетолковывать Священное Писание? В конце концов, это может породить недоверие к самому библейскому тексту.

Сredo ut intelligam 4

Если эволюционное учение противоречит прямому пониманию текста первой главы книги Бытия, не следует ли принять аллегорическое толкование последней?

Отвечая на этот вопрос, святитель Иоанн Златоуст предупреждает: "Не верить содержащемуся в Божественном Писании, но вводить другое из своего ума, это, думаю, подвергает всякой опасности отваживающихся на такое дело" [8].

Святой преподобный Ефрем Сирин в своем "Толковании на книгу Бытия" писал, что в первые три дня смена дня и ночи происходила за счет пульсации первозданного света [9, с. 263]. Он писал также о том, что первозданный свет был сотворен в середине первого дня, так что "темная" и "светлая" части первых суток насчитывали по 12 часов [9, с. 254].

Следует отметить, что творение мыслится в Священном Писании как мгновенное возникновение вещей способом, выходящим за пределы, поддающиеся научному анализу. Святитель Афанасий Великий писал: "Все роды сотворены сразу, вместе, одним и тем же повелением" (Против ариан, Творения, т. 2, 2, с. 60).

Святой преподобный Ефрем Сирин отмечает, что, например, растения, "во время сотворения своего были порождения одного мгновения, но по виду казались порождениями месяцев и годов" [9, с. 264]. Также и "животные, птицы и человек были вместе и стары и молоды, стары - по виду членов и составов их, молоды - по времени своего сотворения" [9, с. 266].

Таким образом, святоотеческое учение свидетельствует о неправомерности иносказательного толкования Книги Бытия. Может быть святых Отцов тоже следует понимать в переносном смысле? Конечно, у них есть и аллегорическое восприятие текстов Библии. Но святые Отцы Церкви никогда не отрицали их буквального значения.

"В сущности, в богословии, которое прибегает к аналогиям и намеревается возвышать нас, предметы, имеющие собственное бытие, становятся сами, фактически и на словах, символами по омонимии", писал известный церковный писатель иеромонах Серафим (Роуз) [10].

Следует отметить, что по поводу дней творения мира святые Отцы были на редкость единодушны в своем понимании библейского текста в самом буквальном смысле. "Я слыша о траве, траву и разумею; также растения, рыбу, зверя и скот - все, чем оно названо, за то и принимаю. Не стыжуся бо благовествованием (Рим., 1:16)", - писал святитель Василий Великий [11].

Новая парадигма

Непреодолимые трудности возникают при попытке согласовать современное научное представление о происхождении небесных тел со свидетельством пророка Моисея о том, что Земля появилась на третий день, а Солнце и Луна, и звезды лишь на четвертый, то есть они "моложе" Земли, и возраст всех небесных тел совсем "юный" - около 7500 лет.

Согласно принятой в астрофизике концепции, происхождение подавляющего большинства изотопов тяжелых химических элементов, начиная с углерода и кончая долгоживущими трансактиниевыми нуклидами, из которых состоят планеты и, в частности, наша Земля, обязано термоядерному синтезу ядер в звездах и во взрывах звезд. Следовательно, планеты образовались из обломков прошедших свою "эволюцию" и взорвавшихся звезд, поэтому, согласно современным научным взглядам, они вряд ли могут быть старше последних.

Фундаментальная физика утверждает: при образовании звезд действуют те же законы природы, что и при образовании планет. Но, в таком случае, при переходе между 3 и 4 днями творения в созидающем Божием слове нет никакой необходимости, ибо ничего принципиально нового, с точки зрения научных представлений, в том уставе законов, по которому существует Мир, не появляется.

Это противоречие можно избежать, вспомнив толкование св. прп. Ефрема Сирина о мгновенном порождении всего царства животного и растительного мира, которые были "стары - по виду членов и составов их, но молоды - по времени". Продолжая мысль преподобного на мир неживой материи, мы можем предположить, что хотя звезды по виду и кажутся порождениями сотен миллионов лет, однако во время сотворения своего были порождениями одного мгновения. Мгновенно они "выстроились" по своим категориям на так называемой диаграмме Герцшпрунга - Рессела [12, с. 443], являя собой сразу весь набор возможных звездных состояний.

Когда был создан Адам, ему было на вид лет тридцать, хотя фактически он был "продуктом" шестого дня творения. Так и Вселенная имеет лишь вид долговременного существования, как и кажущийся возраст нашей планеты, оцениваемый с помощью радиоизотопных методов в 4.5 млрд. лет [13].

В каком - то смысле древний философский парадокс о том, что было раньше курица или яйцо, теряет свою загадочность. Курица была сотворена вместе со способностью нести яйца. Весь жизненный цикл и растений (от семени до взрослого экземпляра), и звезд - от красных гигантов до белых карликов, как бы был задан сразу, минуя все "эволюционные ступени". И затем эти составные части мира начали функционировать самостоятельно, как часовой механизм с заведенной пружиной.

Библейское повествование о творении мира - это рассказ об увиденном в Божественном созерцании Боговидцем Моисеем. Увиденное же им подтверждается и духовным опытом позже живших святых Отцов. Конфликта между Откровением о творении, содержащимся в Книге Бытия, его толкованием святыми Отцами, и положительными знаниями, приобретаемыми современной наукой через наблюдательные данные, не может быть. Существующее определенное несогласие между Библией и современными неокончательными представлениями ученых рано или поздно должно разрешиться и тому уже сегодня есть обнадеживающие предпосылки.

Выбор приоритетов

Следующим логически правильным шагом будет признание за Священным Писанием безоговорочного приоритета, поскольку оно является Божественным Откровением. Богом откровенное знание выше естественного. Сама же последовательность приоритетов может выглядеть следующим образом:

Священное Писание и толкование его святыми Отцами.

Научные наблюдательные данные.

Теоретические построения.

В прошлом неоднократно делались попытки связать Шестоднев с последними достижениями научной мысли. Следует признать их все неудовлетворительными. Когда речь идет как бы в общих чертах - какие-то параллели находятся. Когда же дело доходит до конкретной увязки событий какого-либо библейского дня творения с "научной" эволюционной картиной - начинаются неизбежные противоречия.

Таким образом, встает закономерный вопрос о смене всего фундамента, на который должна опираться христианская наука. Должна измениться система ценностей: не религию следует рассматривать с точки зрения науки, но науку - с точки зрения религии. Через "призму" Священного Писания следует внимательно рассмотреть и современную эволюционную теорию развития Вселенной. При этом со многими вещами придется распроститься. Но расставание грозит не с научными знаниями, а с пластом чисто умозрительных соображений. Так, например, Шестоднев свидетельствует о несостоятельности модели Большого Взрыва и теории горячей Вселенной. Поскольку эти теории предполагают нахождение вещества в определенное время во Вселенной в сверхплотном состоянии энергии и длительный, постепенный его переход к современному состоянию.

Современный мир очень сильно заражен суетной философией, выдающей себя за науку. И не все православные христиане могут бесстрастно отнестись к тому, на что в действительности указывает Священное Писание и святоотеческое учение, поскольку это представляется невероятным рационалистическому мышлению.

Первые результаты

Вселенная - это уникальный объект, характеризуемый единственностью и неповторимостью. Поэтому опытным путем проверить что-либо чрезвычайно трудно. Однако, уже сегодня можно назвать некоторые достижения научной мысли, вплотную приближающиеся к библейскому пониманию возникновения Мира. И, в первую очередь, это инфляционная теория расширения Вселенной.

Эта модель была предложена совсем недавно - в начале 80-х годов нынешнего века. Согласно ей, космос начал свое существование из абсолютной пустоты - так называемого состояния ложного квантового вакуума, в котором нет ни вещества, ни излучения [14]. В обычной жизни мы опираемся на здравый смысл, который всегда подсказывает - ничто не может возникнуть из ничего. Современной фундаментальной физике пришлось сделать революционный переворот в традиционном мышлении, чтобы прийти к идее сотворения Вселенной в буквальном смысле ни из чего.

Человечество затратило огромные интеллектуальные усилия, чтобы прийти к столь удивительному выводу, который однако не является чем-то неожиданным для христиан. Задолго до появления научного метода познания природы истина о сотворении мира ex nihilo была указана в Библии (2 Мак. 7, 28) и подтверждена специальным постановлением IV Латеранского собора.

Для удивительного события - рождения Вселенной, нужна была гигантская сила отталкивания. Но единственное взаимодействие из четырех основных, которое проявляется в космологическом масштабе: гравитация, - наоборот характеризуется силами притяжения между массами.

Эта проблема в инфляционной теории решена. Согласно ей, первоначальное состояние квантового вакуума обладало парадоксальным свойством - отрицательным давлением, что и привело к огромной силе отталкивания. Под действием последнего и стало стремительно разрастаться все ускоряющимися темпами изначально пустое пространство. Но на этом поистине чудесные свойства квантового вакуума не заканчиваются - в отличие от плотности обычного вещества, плотность энергии такого вакуума не меняется при расширении.

Инфляционная стадия продолжалась совсем недолго - всего около 10-35 секунды, начиная с того момента, как "заработали" мировые часы. Однако за это время раздувающаяся Вселенная успела увеличить свой размер до 1010100 раз [15]. После распада ложного вакуума отталкивание исчезло, а энергия вакуума мгновенно высвободилась в виде излучения. С этого момента началось обычное расширение с положительным давлением благодаря первоначальному импульсу, приобретенному в период инфляции. Но теперь энергия Вселенной стала уменьшаться, расходуя свой потенциал на расширение мира, которое фиксируется ныне научными приборами.

Инфляционная теория разрешила многие темные места современной космологии. В частности, эта модель предусматривает возможность преодоления Вселенной собственной гравитации; легко объясняет однородность Вселенной в больших масштабах и ту скорость расширения, которая наблюдается ныне.

Следует отметить, что инфляционная теория никак не объясняет каким образом Вселенная первоначально оказалась в состоянии ложного вакуума, наделенного такими сверхъестественными свойствами, или как вообще возникло пространство-время, которое затем подверглось инфляции.

Успех в теории достигается с помощью искусственного конструирования эффективного потенциала скалярного поля с чрезвычайно специфическим видом, чтобы удовлетворить выполнению всех многочисленные условий, необходимых для реализации экспоненциального расширения Вселенной. При этом обращение к антропному принципу для обоснования инфляционной модели становится неизбежным.

Добрый совет

Логика вещей и здравый смысл подсказывают принять буквальное истолкование творения за шесть дней, и тогда мы не погрешим ни против Священного Писания и его толкования святыми Отцами, ни против наблюдательных научных данных.

Шесть дней - это этапы осуществления предвечного творческого замысла, его постепенного развертывания в реальность бытия. В течение этих дней безвидная и пустая материя преобразуется творческим глаголом Божиим. Мир наполняется множеством форм и воистину становится великолепным Космосом, что в переводе с греческого означает красоту.

Литература

Тыщенко В.П., Введение в теорию эволюции. Курс лекций, СПб., изд-во СПб. университета, 1992.

Прот. Николай Иванов, "И сказал Бог:". Библейская онтология и библейская антропология. Опыт истолкования Книги Бытия (гл. 1 - 5), Фонд "Христианская жизнь", Клин, 1997.

Barrow J.D., Tipler F.J., Anthropic cosmological principle. New York, Clarendon Press, Oxford, Oxford University Press, 1986.

Иерей Олег Давыденков, Догматическое Богословие, курс лекций, ч. 3, Москва, ПСТБИ, 1997.

Козырев Н.А., Избранные труды, Ленинград, изд-во Ленинградского университета, 1991, стр. 238.

Дж. Нарликар, "Неистовая Вселенная", Москва, Мир, 1985.

Лелотт Ф., Решение проблемы жизни, Брюссель, 1959.

Иже во святых отца нашего Иоанна Златоустого, архиепископа Константинопольского, Избранные творения, Беседы на Книгу Бытия, т. 1, Москва, издательский отдел Московского Патриархата, 1993, стр. 106.

Св. Ефрем Сирин, Толкования на Книгу Бытия, - Святой Ефрем Сирин, Творения, т. 6, Москва, репринт, "Отчий дом", 1995.

 Иеромонах Серафим (Роуз), "Православный взгляд на эволюцию", ОАО "Санкт - Петербургская типография № 6", 1997.

 Св. Василий Великий, Беседы на Шестоднев, - Творения иже во святых отца нашего Василия Великого, Архиепископа Кесарии Каппадокийской, ч.1, Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1900.

Физическая энциклопедия, Москва, "Советская энциклопедия", т. 1, 1988.

G.B. Dalrymple, "The age of the Earth", Stanford University Press, 1991.

Гут А., Стейнхардт П., В мире науки, № 7, 56, 1984.

Линде А.Д., "Физика элементарных частиц и инфляционная космология", Москва, Наука, 1990.

Комментарии

1. Эта идея не нова, ее высказал еще в свое время Ж.Б.Ламарк, который по праву может называться ее настоящим автором [1].

2. Считается, что за все время сжатия Солнца, от весьма разреженного состояния до нынешнего, в общей сложности выделилось приблизительно 2.4 x 1041  Дж энергии. Сегодня светимость Солнца (т.е. энергия излучаемая Солнцем в единицу времени) составляет 4 x 1026 Вт. Отсюда легко подсчитать, что если в прошлом светимость Солнца была примерно такой же, то Солнце не может существовать более 20 млн. лет [6].

3. Церковно-славянский перевод с греческой Септуагинты.

4. Полностью известный афоризм Ансельма Кентерберийского звучит следующим образом: "Я не стремлюсь понять, чтобы уверовать, но верую, чтобы понять"

Ересь эволюционизма

Священник Константин Буфеев

Кандидат геолого-минералогических наук

Если вы сможете объяснить мне, каким образом можно принимать святоотеческое истолкование Книги Бытия и при этом верить в эволюцию, буду рад выслушать Вас; но Вам также придется представить мне более веские научные доказательства, чем те, какие существуют, ибо для объективного и беспристрастного наблюдателя "научные доказательства" эволюции крайне слабы.
Иеромонах Серафим (Роуз), "Православный взгляд на эволюцию".

Содержание

1. Вместо предисловия. Апология заглавия
2. Эволюционизм как вероучение или вера в эволюцию
3. Может ли православный не быть креационистом?
4. Эволюционизм - вера не православная
5. Эволюционизм - мировоззрение языческое
6. Примеры подмены православного вероучения еретическими эволюционистскими представлениями
7. Один неудачный пример построения теории "православного эволюционизма"
8. Один пример неудачный защиты "православного эволюционизма"
9. Вместо заключения. Притча о снежке
Литература

1. Вместо предисловия. Апология заглавия

В трактате "Православный взгляд на эволюцию" иеромонах Серафим /Роуз/ написал следующее: "Изощренные в мирском мудровании смеются над теми, кто называет эволюционизм "ересью". Действительно, эволюционизм, строго говоря, не ересь; как индуизм, строго говоря, не ересь, но, как и индуизм (к которому он имеет отношение: и который, вероятно, повлиял на его развитие), эволюционизм - это идеология, глубоко чуждая православному христианскому учению, и она втягивает в такое множество неверных учений и мнений, что было бы намного лучше, если бы это была просто ересь, которую легко было бы опознать или поразить" (I). Мысль блаженной памяти о. Серафима о том, что "эволюционизм, строго говоря, не ересь", представляется нам совершенно справедливой, поскольку эволюционизм вовсе никакого отношения не имеет к церковной традиции (в точности как индуизм или гностицизм).

Значение о. Серафима /Роуза/ в деле разоблачения антихристианской сущности эволюционизма может быть сравнима с тем значением, которое в разоблачении арианства имел в древности свт. Афанасий Великий. После неопровержимых слов православного американца писать на эту тему имеет смысл лишь постольку, поскольку эволюционизм еще продолжает существовать и нападать на церковное вероучение - подобно тому, как критика арианства отцами каппадокийцами и последующими святыми мужами по существу лишь повторяла разоблачение этой ереси святым Афанасием Александрийским.

Новейшее модернистское богословие полно неуклюжих попыток запрячь в одну повозку коня и трепетную лань - грубый языческий (как мы покажем ниже) по своей природе эволюционизм и изящное святоотеческое учение о шестидневном творении мира как деле рук Божиих. Если бы в наше время не предлагалось бы масса разновидностей "православного эволюционизма", Церкви было бы легко откреститься от этой ложной философской концепции. Но вся беда в том, что сегодня многие христиане готовы признать за справедливое учение об эволюции вселенной, а эволюционисты весьма склонны объявлять себя смиренными христианами.

Сложившаяся ситуация вполне аналогична отношению гностицизма к древней Церкви. Школы гностиков не имели к апостольскому христианству никакого отношения, поэтому они, строго говоря, не должны бы называться еретическими. Профессор В.В. Болото справедливо называл одну из своих лекций "борьба христианства с языческой мыслью в форме гносиса". Однако называть некое явление "языческой мыслью" можно в спокойной академической обстановке, когда эта "языческая мысль" уже давно мертва, разоблачена Святыми отцами и не нападает на Церковь. А когда многочисленные гностические школы этой "языческой мысли" выступали от имени Церкви и пытались, как это делают сегодня эволюционисты, выдать свое лжеучение за церковное, Святые отцы, очищая Церковь от чуждого вторжения, обличали гностицизм именно как ересь. Так поступал, в частности, св. Ириней Лионский, когда писал: "Есть между сими еретиками некто по имени Марк, хвалящийся быть исправителем своего учителя (Валентина) - свящ. К.Б.)" (2). В других местах своего трактата св. Ириней выражался столь же определенно: "Валентин, который приспособил начало так называемой гностической ереси к особенному характеру своей школы" (3) и т.д.

В свете сказанного, когда сегодня мы слышим о теориях эволюции, мы спокойно можем не замечать их, покуда эти языческие мудрования не имеют к Церкви никакого отношения. Но когда христианин встречается с учением, которое преподносит себя как "православный эволюционизм", он обязан облегчить его как проявление ереси, а всех приверженцев "христианского эволюционизма", соответственно, считать еретиками. Посему, тема нашего труда, вынесенная в заглавие - "ересь эволюционизма" - будет актуальна до тех пор, пока не прекратятся попытки примерить и соединить чуждые и не совместимые между собой мировоззрения: веру в Божественное Откровение и веру в эволюционизм.

2. Эволюционизм как вероучение или вера в эволюцию

Прежде всего постараемся определить, какому типу мировоззрения соответствует известная теория эволюции.

Под "эволюционизмом" мы будем понимать не вообще наличие в мире какого-либо развития и изменения, но то учение, которое принято так именовать в научных и богословских кругах как противопоставление "креационизму", т.е., учению о тварности вселенной в строгом соответствии с библейским описанием дней творения.

Согласно концепции эволюционизма, мир существует миллионы и миллионы лет, и постепенно претерпевает развитие от простых форм организации материи к более сложным и высшим. Вектор эволюции пронизывает бытие от элементарных частиц через все промежуточные формы неживой и живой природы до Человека Разумного (и может быть выше?). "Эволюцию" пытаются находить в своих объектах исследования астрономы (в звездах и галактиках), геологи (в динамике напластования горных пород), палеонтологи и биологи (в появлении и развитии новых видов), антропологи и археологи (в так называемом "прогрессе" от обезьяны к человеку). В своих модификациях теория эволюции допускает скачкообразные переходы количественных изменений в качественные (см. об этом подробнее в 4). При этом всем возможным изменениям и бифуркациям приписывается объективная природа. Развитие вселенной и ее частей уподобляется запрограммированному развитию почки растения от цветочной завязи до плода. Одни формы жизни при таковом видении мира служат лишь ступенью для появления других, более совершенных.

Важно осознавать то, о чем писал иеромонах Серафим (Роуз). "Те ученые, которые говорят, что эволюция - это "факт", на самом деле толкуют научные данные в соответствии с некоей философской теорией. Одной чистой наукой нельзя ни доказать, ни опровергнуть окончательно "факты" эволюции (5).

Исследователь, желающий принять "теорию эволюции" как рабочую гипотезу, должен осознавать, что, принимая ее, он совершает акт веры, а не проводит логическое научное умозаключение. Причем вера здесь, как мы намерены показать, вполне языческая, а отнюдь не христианская (по крайней мере уж точно не православная).

Дело в том, что эволюции как таковой мы в мире не видим и никогда не видели. Ни один вид из другого на памяти человечества произведен не был. Равно как никто не наблюдал, чтобы живое произошло из неживого или разумное из неразумного. Все описательные науки имеют дело лишь с набором разнообразных фактов. Астрономия - с различными типами звездных систем. Геология - со сложной структурой напластования горных пород. Биология и палеонтология - с разнообразием существующих и вымерших видов флоры и фауны. Антропология и археология - с материальными останками древних и современных человеческих культур. При этом ни одна из научных дисциплин, имеющих в своем распоряжении разработанные специальные классификации, не может баз логического скачка утверждать о наличии в своей области исследования явления эволюции. Этот логический скачок и есть акт веры. Вера в эволюцию. Без всякого насилия над фактами (ежели они собраны добросовестно) всегда можно утверждать об отсутствии наблюдаемой эволюции. Это тоже будет выражением веры исследователя.

Вполне корректно говорить о наличии у человека веры ( или неверия) в эволюцию. Если бы эволюция была опытным фактом и наблюдалась в природе, было бы неправильно говорить об эволюционном учении как о религиозном. Но именно из-за того, что эволюция представляет собой явление невидимое и недоказуемое, она вполне подходит под классическое апостольское определение веры - "уверенность в невидимом", или по-церковнославянски "вещей обличение невидимое" (Евр.2, 1).

Верную оценку эволюционного учения как теории о происхождении мира дал блаженный .Серафим (Роуз). "Этот род теории эволюции занимает такое же место для современных исследователей книги Бытия, как древние спекуляции и происхождении мира для ранних Отцов Церкви. Есть те, конечно, кто желает настаивать на том, что даже сей род эволюционизма есть совершенно научный; действительно, некоторые из них вполне "догматизируют" его. Но любой обоснованный объективный взгляд должен будет признать, что эволюционистская космогония, если она не претендует быть боготворенной, есть лишь такая же спекулятивная, как и любая теория происхождения мира, и может быть обсуждаема на одном уровне с ними. Несмотря на то, что она может иметь свои основания в научных фактах, сама принадлежит в к области философии и даже затрагивает богословие в той мере, в какой не может избежать вопроса о Боге как Творце мира, все равно принимает она Его или отрицает" (6).

Отметим, что вера в эволюцию ничуть не более научна и обоснована, чем вера с библейское повествование о шести днях творения. Разница имеет место лишь в отношении многих людей к этим двум разным вероучениям. Про эволюционизм стало привычным думать, что это - позиция современных ученых (хотя существует и всегда было немало ученых креационистов). Про церковное учение многие слышали с детства, что оно "не научно" (опровержением такому досужему суждению может быть тот факт, что многие выдающиеся ученые были ревностными христианами). Во всяком случае, за последние 150 лет, когда появилась "теория эволюции" далеко не все ученые мужи поспешили записаться в эволюционисты. С этим надо считаться.

Поскольку эволюционизм в самом деле не наука, а вера, он целиком соответствует, и не может не соответствовать, принципам построения всех остальных религиозных вероучений. Это имеет место не зависимо от того, признают или не признают отдельные эволюционисты религиозного характера своего учения. Христианство, как мировоззрение, не скрывающее своих религиозных корней, может кое-что раскрыть эволюционистам. В толковании не первый стих книги Бытия святитель Иоанн Златоуст писал: "Прошу вас, будем внимать этим словам так, как будто бы мы слушали не Моисея, но самого Господа вселенной, говорящего устами Моисея, и распростимся надолго с собственными рассуждениями" (7). Довериться авторитету выбранного учения и распроститься с собственным рассуждением - удел любого верующего, как христианина, так и эволюциониста. Так что, если кому-то со стороны кажется, что православный человек ограничен рамками догматов церковного Предания, пусть имеет в виду, что всякий ученый, избравший себе верой эволюционизм, вполне становится рабом этой безбожной философии.

Любопытно, что в литературе появился даже "символ веры" эволюциониста. Составлен он по форме резковато, но по сути своей весьма четко передает духовное содержание учения:

"Верую в то, что нет Бога Творца и Промыслителя, а есть вечная и слепая эволюция; что вселенная сама но себе выпрыгнула из ничего и сама себя стала развивать, несмотря не увеличивающийся хаос. Верую, что в результате случайно из хаоса возник космос, из смерти - жизнь, из безумия - разум. Твердо убежден, что если какие0либо факты или законы природы противоречат эволюции, то они должны быть отброшены: Также я твердо знаю, что самая великая сила эволюции это госпожа Смерть, которая творит миры, и которой я (эволюционист) принадлежу без остатка и ради нее готов уничтожить всех ее противников. Я не верю в существование нравственности и хочу жить так, как мне хочется, ибо я умру и стану опять мертвой материей, из которой смерть и эволюция меня же и воззвали" (8). Эволюционисты на это должны сказать: "Аминь!" Христианин не может не ужаснуться.

3. Может ли православный не быть креационистом?

Эволюционисты пытаются трактовать тексты Священного Писания так, чтобы его смысл не противоречил бы данным науки. Поставив такую цель, эволюционисты всегда с удовлетворением могут констатировать, что "данные современной науки никак не противоречат Библии". Такой вывод неудивителен, если иметь в виду, что он предрешен, поскольку все "трудные" места Св. Писания переосмыслены и искажаются так вольно, как это кажется угодным "примирителям". Наиболее известный пример такого "примирения" науки и веры - попытка трактовать слово "день" в библейском Шестодневе неким произвольным образом, как это удобно исследователю, например, как эпоха в миллионы или миллиарды лет. Такой эволюционистский подход ставит науку сегодняшнего дня в качестве объективного и незыблемого мерила истины Божественного Откровения. На Западе эту точку зрения официально принял Ватикан. Приведем любопытное свидетельство епископа Василия (Родзянко).

"Католическая церковь еще в 1952 г. приняла идею "биг бэнга" (большого взрыва - свящ. К.Б.) как "согласную с Библией". По словам Хокинга, Папа Иоанн Павел II сказал присутствовавшим на ватиканской конференции космологам, в 1981 г., что они могут изучать эволюцию мира после "биг бэнга", но им не следует вдаваться в самый "биг бэнг", потому что это "момент творения", а потом дело Божие: Так или иначе, но официальная реакция церкви на теорию "большого взрыва" в науке известна. Они по-видимому, недалека от сказанного Хокингом, и поэтому мы можем объединить их вместе, отвечая на общее мнение о том, что "биг бэнг", если говорить о Божием участии в нем, и есть творение мира соответственно Библии и по учению Католической церкви" (9).

На это можно ответить одно. Слава Богу, папский авторитет никак не связывает совесть верующих православных христиан, и мы не обязаны вслед за Ватиканом принимать ересь эволюционизма.

Креационизм представляет собой другой подход, во всем противоположный. Последователи научного креационизма, будучи православными христианами, не считают возможным в своей вере отступать от святоотеческого Предания, которое библейский Шестоднев трактует вполне буквально. Креационисты пытаются примирить веру и науку путем пересмотра научных гипотез и осмысления экспериментальных фактов таким образом, чтобы они не противоречили Божественному Откровению. "Примирение" в данном случае достигается с сохранением приоритета веры, в соответствии со словами святителя Феофана Затворника: "Всем ведомо, то что неверы всегда духа гордого и что вера более всего требует покорности ума под свое иго" (10)

В западном христианском мире такую позицию заняли преимущественно протестанты - фундаменталисты.

Как же допустимо и как недопустимо относиться к этим вопросам людям православным? Чего следует остерегаться и кого можно в этом противостоянии поддерживать без ущерба для своей веры?

Слабости позиции креационизма достаточно известны. Их две. Первая заключается в том, что иногда желание отдельных ученых примирить данные науки со словом Божиим приводило не слишком искушенных авторов (преимущественно из числа протестантов) к явным натяжкам, и труд их казался специалистам недобросовестным. Вторая - в том, что не все научные факты удалось убедительно и безупречно объяснить в библейской шкале времени. Такого рода упреки раздаются из лагеря эволюционистов в адрес креационистов.

Упреки справедливы. Однако, первый из них снимается тем, что отдельные неудачные попытки достичь безупречного согласования свидетельств Св. Писания в данными науки не могут опорочить само стремление достичь такого "примирения", тем более, что немало в этом отношении уже сделано и делается.

Относительно же другой слабости креационизма следует заметить следующее. Научные теории, как хорошо известно, не являются абсолютом, ибо постоянно меняются, диалектически отрицая одна другую. Так что отсутствие объективного согласования данных науки и Божественного Откровения ложится виной отнюдь не на незыблемые основы Христовой веры. Но даже если предположить, что человеческое знание могло бы достичь объективного и совершенного уровня достоверности, все равно можно ожидать необъяснимых нашему разуму противоречий между человеческим взглядом на мир изнутри самого мира и взглядом Творца на Свое творение. Все проявления в нашем мире Бога чудесны, то есть научно неописуемы, поскольку противоречат естественным законам. Тайна творения Богом мира и человека, несомненно, также непостижима для человеческого ума. Однако, в том следует видеть не столько слабость креационизма, а сколько слабость нашего разума.

Между прочим, в концепциях эволюционистов подобных несоответствий, недоумений и противоречий содержится ничуть не меньше. Например, вопрос: как из "большого взрыва" получились порядок и красота?..

Кроме двух отмеченных нами, других серьезных претензий к креационизму у эволюционистов, по видимому, нет. И оба упрека, как мы показали, несостоятельны. Первый - поскольку обличает отдельных неудачливых и недобросовестных креационистов, или точнее шарлатанов от креационизма. Второй - поскольку относится не к креационизму как таковому, а к человеческой природе вообще.

Прочие упреки к креационизму несправедливы. Иные утверждают, будто креационизм - учение молодое и возникшее в недрах протестантизма. Однако это мнение несостоятельно. Мысль о творении мира в шесть дней принадлежит не лютеранам и кальвинистам, а коренится в Библии, освящена пророческой, апостольской и святоотеческой традицией Церкви. Христианство, в отличии от язычества, всегда принципиально исповедывало именно креационизм, а не эволюционизм. Хотя протестанты, в целом, действительно разделяют позиции креационизма, хотя бы было великой несправедливостью сводить святоотеческое учение о Шестодневе к протестантизму. Симпатии протестантов к креационизму никак не могут опорочить последнего, как не оскверняет Библию известная их любовь к слову Божию.

Скоре можно заметить, что современный эволюционизм под внешней личиной церковного благочестия опирается на ту науку, которая появилась в Европе в эпоху Возрождения - возрождения языческих принципов в искусстве, науке и философии. Так что не креационизм есть детище протестантизма, а эволюционизм есть плод возрождения языческого мировоззрения в расцерковленном западном мире.

Современный эволюционизм, рядящийся в церковное обличие, сродни модернизму, обмирщению, обновленчеству. При этом он прикрывается авторитетом науки и потому вызывает большое доверие у современных людей.

В свете сказанного справедливо теперь будет не креационистам принимать упреки эволюционистов, но самим устыдить последних: если они хотят быть православными христианами, то как могут допускать модернистские обновленческие идеи, подстраивая вероучение Церкви под скоромимоходящие мудрования века сего? Эволюционисты, вольно или невольно отрекаясь от догматов православного учения являются пятой колонкой, открывают ворота, впуская дух века сего в церковную ограду. Упрек ко всем эволюционистам заключается в измене Священному Писанию и догматическому апостольскому Преданию, содержимому Православной Церковью. Иными словами, эволюционизм есть ересь, и всякий исповедующий себя эволюционистом, должен знать, что тем самым отсекает себя от единой святой соборной и апостольской Церкви, как еретик.

Представим основания, которые вынуждают видеть в учении эволюционизма догматическую ересь.

Главный догматический вопрос - Был ли Адам исторической личностью?

От ответа на этот вопрос зависит вся антропология и христология, все церковное учение о спасении.

Поясним нашу постановку вопроса известным примером. В 20-е - 30-е годы XX века марксистская наука "доказала", что Господа Иисуса Христа как исторической личности "не было". Утверждали, что Спаситель - всего лишь собирательный образ, мифологема, продукт синтеза верований различных восточных культов, вымысел реакционного поповства и т.п. Экспозиции многочисленных музеев атеизма неопровержимо "доказывали" подобную ахинею. Из литературных героев увековечены в этом убеждении, в частности, персонажи романа М.А. Булгакова "Мастер и Маргарита", ( одному из которых отрезало голову, а другой попал в психиатрическую больницу). Не желая пересказывать содержание на эту тему мерзких книг крывелевых и губерманов, дадим оценку этой воинствующей атеистической науке. Следует четко сказать, что эта наука имела своей целью сознательное богоубийство и христоубийство.

Эволюционизм практически во всех своих проявлениях совершает нечто подобное. Только он посягает не на Второго Адама - Христа, а на Адама первозданного. Он лишает Адама права быть исторической личностью, иметь свою биографию, родословие своих потомков, свое время жизни, свою личную ответственность за совершенные деяния. Эволюционизм убивает Адама, размазывает его по сумеркам "палеолита", утопает в глубине тысячелетий. Эволюционизм учит о том, что был Адам не как первозданная человеческая личность, а некий появившийся и прогрессирующий биологический вид с множеством переходных форм, а если и был Адам индивид, то мы о нем ничего не можем знать. Отринув библейское свидетельство, эволюционизму весьма трудно говорить об Адаме как о реальном человеке. Если научный атеизм богоубийственен, то эволюционизм - человекоубийственен.

Если признавать удачным данное прот. Всеволодом Шпиллером определение христианства как "вера в Бога и вера в человека", то убивающий Адама эволюционизм должен говорить и более определенно, вспомнив того, кто "человекоубийца искони" (Ин.8.44).

Некоторые эволюционисты "православного" или "телеологического" толка, быть может, готовы будут возразить, что непричастны к духовному убийству Адама, но признают его сотворение Богом, понимая Бога как Законодателя и Промыслителя о мире и человеке. Но такое понимание менее всего соответствует православному толкованию книги Бытия.

Бог эволюционистов не Бог Библии, а другой бог. Он в иной последовательности, в другие сроки, другими средствами, и видимо с другой целью творит мир. Точнее даже не "творит", а управляет механизмом эволюции. Поэтому если теория эволюции пользуется понятием "Адам" - это ни в коем случае не Адам библейский. Единого значения термину "Адам" в разных эволюционистских теориях нет. Одни понимают некоего коллективного "Адама", размазанного в нескольких поколениях или племенах, другие - совокупного "Адама" как всечеловека, третьи - принимают Адама с атрибутами современной естественнонаучной теории описывают иного небиблейского Адама с иными качествами.

Наукообразные рассуждения эволюционистов подобны псевдонаучным концепциям "научных атеистов". Те говорили о Христе: "Кто-то, конечно, был, но не тот, в Кого верят христиане". Эти говорят об Адаме: " Какое-то начало человеческому роду Бог, конечно, положил, но не тот Адам, который описан в Библии и в которого верят креационисты". Научный атеизм убивает или подменяет исторического Иисуса Христа. Эволюционизм убивает или подменяет Адама.

Иудеи по отношению к Иисусу Христу имеют две вины. Первая - грех христоубийства, когда они кричали перед Пилатом: "Возьми, возьми, распни Его! (Ин.19.14). Вторая вина иудеев заключается в не менее богоубийственной клевете, когда они за мзду подговорили стражу у гроба Спасителя: "глаголюще: рцыте, яко ученицы Его нощию украдоша Его нам спящим:И промчеся слово сие во иудеех даже до сего дне" (Мф.28.13,15). Эволюционисты точно такое же действо пытаются совершить с первозданным Адамом. Они либо убивают его, говоря, что его "не было" , либо выкрадывают, когда подменяют, говоря, что "был, но не тот". Любопытно заметить, что сами иудеи оценили второй грех более тяжким, чем первый. Вспомним, что когда они пришли к Пилату с просьбой поставить стажу у гробу умершего Господа, мотивировали свою просьбу так: "Да не како пришедше ученицы Его нощию, украдут Его и рекут людем: воста от мертвых, и будет последняя лесть горше первыя" (Мф.27.64). Так же точно можно, по-видимому, оценить и грех эволюционистов в отношении Адама.

Адам первозданный имеет вполне определенные признаки которые отличают его от всех вымышленных псевдо-адамов. Адам был сотворен Богом из праха земного на шестой день от начала мироздания. От Адама до Иисуса Христа родословие насчитывает ровно 77 поколений. Между прочим, те кто отвергают этот исторический факт, засвидетельствованный в Св. Писании, посягают не только на две первые "туманные" главы книги Бытия, но ниспровергают Евангелие, в частности от Луки 3 глава ст. 23-38. Адам библейский был сотворен великовозрастным, не переживал грудного и младенческого состояния. Он не имел далеких и близких предков, ни папы не мамы (а значит не имел ни отчества, не пупка). Прожил Адам 930 лет. Биографию его мы знаем не слишком подробно, но знаем главное: обстоятельства грехопадения и изгнания из райского сада.

Факт грехопадения, заключавшийся во вкушении запретного плода, является для Адама ключевым поступком в его жизни, так как он привел к качественному изменению природы и , как следствие, к изменению всего тварного мира. И Библия и все Святые Отцы воспринимают первородный грех как личный и ответственный поступок Адама. Любая другая трактовка книги Бытия, при которой не указывается на виновника, на конкретного человека, ответственного за нарушения Божьей заповеди, - любая такая трактовка делает Бога ответственным за зла, грех и смерть, царящие в этом мире. Согласно Библии, Бог ко греху не причастен никак, Он лишь выносит Свой приговор змею, жене и Адаму. Христианин не может ответственность за грех приписывать Всеблагому Творцу либо природе Им созданной.

Этот вопрос о первородном грехе, грехе Адама, имеет несомненно догматическое значение. Это центральный вопрос православного богословия. В самом деле, если согласно концепции эволюционизма конкретный Адам не согрешил, то Иисус из Назарета не может быть назван ни Спасителем, ни Искупителем. Спасать-то и искупать окажется некого! Более того, окажется, что сомнительным станет евангельское наименование Иисуса Христа Сыном Человеческим - по-еврейски "бен га-адам". Убивая или подменяя ветхого Адама, эволюционисты обесценивают жертву Христа.

Исходя из этих догматических вероучительных положений, православный христианин не может разделять человекоубийственную философию эволюционизма, но должен в соответствии с Никео-Цареградским Символом исповедовать себя креационистом, верующим в Бога - Креатора, Творца неба и земли.

4. Эволюционизм - вера не православная

4.1. Творение или эволюция?

Православное мировоззрение имеет библейское основание и заключается в признании того, что весь видимый и невидимый мир имеет свое начало и конец в Боге. "Аз есмь Альфа и Омега, начаток и конец, глаголет Господь" (Откр.1.8.). Книга Бытия, как и все остальные книги Библии, ничего не говорит об эволюции. Священное Писание не допускает возможности трансформации от одних видов к другим. Напротив, вполне определенно говорится о создании всей живой твари "по роду их". Так было с растениями: "И рече Бог: да прорастит земля былие травное сеющее семя по роду и по подобию, и древо плодовитое, творящее плод, ему же семя его в нем, по роду на земли. И бысть тако" (Быт.1.11). Так распорядился Творец и с выходцами из воды: "И сотвори Бог киты великия, и всяку душу животных гадов, яже изведоша воды по родом их, и всяку птицу пернату по роду" (Быт.1.21). Так же точно "сотвори Бог звери земли по роду, и скоти по роду их, и вся гады земли по роду их" (Быт.1.25). Ни один вид не появился из другого путем "эволюции". Хотя жизнь появилась сперва в воде, а потом на суше, но рыба не мутировала ни в лягушку, ни в зверя.

Такая библейская вера в творение Всемогущим Богом мира содержится в творении Святых Отцов, причем как древних, так и живших недавно. Вот что писал в "Беседах на шестоднев" святитель Василий Великий. "Природа существ, подвигнутая одним повелением, равномерно проходит и рождающуюся и разрушающуюся тварь, сохраняя последовательность родов посредством уподобления, пока не достигнет самого конца; ибо коня делает она преемником коню, льва - льву, орла - орлу, и каждое животное, сохраняемое в следующих одно за другим преемствах, продолжает до окончания вселенной. Никакое время не повреждает и не истребляет свойств животных" [11].

В том же духе писал о стабильности видов живого мира святой праведный Иоанн Кронштадтский. "Творец в начале создал только начатки рыб и птиц, роды их, а размножение их предоставил им самим, под охранением Своим, подобно тому, как и размножение рода человеческого. И до ныне все роды рыб и птиц, размножившись до бесконечности, сохраняют в точности вид, нравы и обычаи своих родов, ни мало не смешиваясь с другими. Всякая рыба и птица и всякий гад, какими были за несколько тысяч лет назад, такими и остаются и ныне с теми свойствами, какие получили они от Творца в начале" [12]. Отметим, между прочим, что святой отец Иоанн Кронштадтский упоминает не "миллионы", а "тысячи" лет, ничуть не смущаясь тем, что эволюционистские идеи Лайеля и Дарвина уже весьма сильно прельстили умы современников.

Главная идея эволюционизма заключается в полном противоположении церковному учению. Эволюционисты признают, будто одни виды, сменяясь, порождают возникновение других видов. Это мнения взаимоисключающие.

4.2. Виды появились мгновенно или формировались постепенно?

В Библии написано о повелении Творца и немедленном исполнении каждого его замысла. "Яко Той рече, и быша; Той повеле, и создашася" (Пс.32.9). Творения возникали вмиг, а не высиживались, подобно птенцам в яйцах. Мгновенность каждого творческого Божьего акта подчеркивает свт. Василий Великий. "Творец всяческих, изрекши слово Свое, мгновенно вложил в мир благодать света. Да будет свет. И повеление стало делом." [13].

"Да произрастит земля. Представь себе, что по малому речению и по столь краткому повелению холодная и бесплодная земля вдруг приближается ко времени рождения, подвигнута к плодородию, и, как бы сбросив с себя печальную и горестную одежду, облекается в светлую ризу, веселится своим убранством, и производит на свет тысячи родов растений" [14].

"Вышло повеление; и тотчас реки производят и озера рождают свойственные себе и естественные породы; и море чревоболезнует всякого рода плавающими животными. Где только ни была вода, в болотах и тенистых местах, - она не остается бездейственною и не участвующей в размножении тварей. Ибо нет сомнения, что из воды воскипели жабы, мошки и комары" [15].

Подобным образом о мгновенности творения высказывались и другие Святые Отцы. Первые представители всех видов флоры и фауны не имели предков, и появились сразу как совершеннолетние и великовозрастные. Курица появилась прежде яйца.

Совершенно бессмысленно определять возраст первых сотворенных существ ко дню их сотворения, поскольку еще вчера их не было, а сегодня они уже выглядят как совершенновозрастные. Первых представителей растительного и животного мира не возможно в принципе оценивать, как их потомков, по известным науке признакам (деревья - по годичным кольцам, зверей - по отросткам на рогах или по особенностям зубов и т. д.). Сказанное в полной мере относится и к первому представителю вида Homo sapiens - к Адаму. Он, как и Ева, из него произведенная, был сотворен совершеннолетним. Преподобный Ефрем Сирин писал: "Заповедь, данная прародителям, свидетельствует о зрелом их возрасте". Не мальчик, но муж способен нарекать имена животным. Адам не переживал грудного возраста. Не младенцу было поручено в райском саду "делати его и хранити" (Быт. 2, 15).

Эволюционизм не может допустить этого. Он предполагает для формирования каждого вида определенного, достаточно долгого, времени, что необходимо для появления и закрепления новых качественных признаков. Не вмиг же рыба потеряла жабры, выйдя на берег и "превратившись" в сухопутное животное!

4.3. Отношение к смерти

Для теории эволюции движущим механизмом является так называемый естественный отбор, в результате которого сильнейшие особи и виды побеждают менее приспособленных и защищенных. При этом считается априори принятым, что все индивидуумы - и животные и человек - смертны. Это состояние смертности считается неотъемлемой частью нашей природы, поскольку такие наблюдения подтверждаются повседневным опытом. Другими словами, смерть провозглашается изначальной и первичной.

Но православное мировоззрение совершенно иное. "Бог не сотворил смерти и не радуется погибели живущих, ибо Он создал все для бытия" (Прем.1.13-14). Бессмертным был создан Адам. Ему было дано предупреждение: "От древа же еже разумети доброе и лукавое, не снести от него, а в онь же аще день снесте от него, смертию умрете" (Быт.2.17). Это подтверждает и святой апостол Павел: "Единем человеком грех в мир вниде, и грехом смерть, и тако смерть во вся человеки вниде" (Рим.5.12). У Святых отцов эти мысли определяются столь же четко. Вот что пишет св. Григорий Синаит: "Человек создан нетленным, каковым и воскреснет, но не непревратным, ни опять превратным, а имеющим силу по желательному расположению превратиться или нет". [16]. "Тление - плоти порождение". [17].

У Отцов Церкви развиты мысли о нетлении всей твари до падения первого человека. Тот же преподобный Григорий Синаит писал: "Текучая ныне тварь не создана первоначально тленною, но после подпала тлению, повинувшись суете, по писанию, не волею, но не хотя, за повинувшаго ее, на уповании обновления подвергшегося тлению Адама (Рим.8.20). Обновивший Адама и освятивший обновил и тварь, но от тления еще не избавил их". [18]. Так же точно писал свт. Иоанн Златоуст. "Что значит - суете тварь повинуся? Сделалась тленною. Для чего же и по какой причине? По твоей вине, человек. Так как ты получил смертное и подверженное страданиям тело, то и земля подверглась проклятию, произрастила терния и волчцы" [19]. И далее: "Как тварь сделалась тленною, когда тело твое стало тленным, так и когда тело твое будет нетленным и тварь последует за ним и сделается соответственною ему" [20].

Внимательный читатель в самой Библии найдет строгое указание не то, что хищников Бог изначально не сотворил, но плотоядение появилось лишь после грехопадения Адама: "И рече Бог: се, дах вам всякую траву семенную сеющую семя, еже есть верху земли всея; и всякое древо, еже имать в себе плод семени семеннаго, вам будет в снедь; и всем зверем земным и всем птицам небесным и всякому гаду, пресмыкающемуся на земли, иже имать в себе душу живота, и всяку траву зелену в снедь. И бысть тако" (Быт.1.29-30).

Кто готов проявить веру библейскому свидетельству о благом начале божьего творения, тот не усомнится услышать и пророческое слово о благом конце его в царстве Христа Примирителя. "И пастися будут вкупе волк со агнцем, и рысь почиет со козлищем, и телец и жнец и лев вкупе пастися будут, и отроча мало поведет я; и вол и медведь вкупе пастися будут, и вкупе дети их будут, и лев аки вол ясти будет плевы" (Ис.11.6-7).

Библия и вся святоотеческая мысль напрочь исключает возможность существования хищничества, пожирание одними животными других, как вообще болезней и смерти в мире - от его сотворения до грехопадения Адама, равно как в грядущем веке Христовом, "егоже царствию не будет конца". Грехопадение как начало смерти и общее воскресение как конец смерти - вот те границы, за которые естественнонаучный ум человеческий не должен простилаться. Закон джунглей, смертность, кровопролитие, борьба за выживание и прочие проявления жестокости царят в нашем мире по Божьему попущению. Это видят все. Но эволюционисты считают, что так было всегда и по другому быть не может и не будет, а христиане, напротив, верят в то, что это зло не изначально и не вечно.

Если бы православный христианин захотел воспользоваться теорией эволюции, от должен был бы ограничить применение этой теории в прошлом - моментом грехопадения Адама, а в будущем - Вторым пришествием Христовым. Но для эволюционистов такое ограничение недопустимо, оно убийственно. Эволюционизм не мыслим без смерти как своего движущего механизма. Поэтому когда "пожерта бысть смерть победою" (1Кор.15.54), с нею вместе пожерта бысть и теория эволюции.

4.4. Появление новых видов - необходимая ступень в эволюционной лестнице, или проявление свободы творчества Божьей Премудрости?

Эволюционизм предполагает механизм естественного отбора и другие подобные принципы в качестве законов развития и появления новых видов. Таким образом, само возникновение новых видов за счет старых "неконкурентоспособных" объявляется объективной необходимостью, выводится из самих свойств природы. Если в этом видеть "прогресс", то покуда эволюция продолжается вершина этого "прогресса" еще не достигнута. Одни виды объявляются средством для других, неким перегноем, который призван удобрить иные жизни. Существование тварей оказывается не самоценно, а утилитарно.

Мир при таком взгляде не призван славить Творца в Его неизреченном разуме, величии и красоте, а каждая особь и вид становятся лишь ступенью в некоем неумолимом движении эволюции, буквально приносится ей в жертву. Некоторые виды животных объявлены "тупиковой" ветвью эволюции. Эволюционисты считают, что если бы в свое время не сформировались определенные предки, то не появились бы и их потомки: так если бы рыба не захотела бы выйти на сушу, то не появилось бы не зверя, ни птицы.

Православная точка зрения в корне противоположная. Мир сотворен актами Живого Бога. Не по законам природы, а по сверхъестественному Господнему Речению, по всемогущему слову Создателя сперва мир из небытия пришел "во еже быти", а потом последовательностью непостижимых нашему разуму премудрых повелений образовалось многообразие форм творения. При этом одно Божье слово никак логической необходимостью не связано с другим. Из того, что в пятый день прозвучало поселение: "Да изведут воды:" (Быт.1.21), никакой научный прогноз не смог бы предугадать повеление шестого дня: "Да произведет земля душу живу:" (Быт.1.24). Появление морской черепахи из воды и сухопутной черепахи из земли обусловлено не свойствами воды и земли, и вовсе не "законами природы", а лишь тем, что таков был замысел и повеление Премудрого Художника. В крещенском чине освящения воды Церковь возглашает: "Ты бо хотением от не сущих во еже быти приведый всяческая (т.е. привел всё по своему хотению из состояния несуществования в состояние бытия - свящ. К.Б.). Твоею державою содержиши тварь и Твоим промыслом строиши мир, Ты от четырех стихий тварь сочинивый, четырьми времены круг лета венчал еси" [21]. Примечательно выражение "тварь сочинивый". Перекликаясь со стихом 1.20 из Послания к Римлянам св. апостола Павла, оно выражает убеждение Церкви в том, что мир есть Божья поэма, одухотворенная симфония Изящного Художника. Все, что есть в мире сочинено замыслом и исполнением Творца. Бог не сторонний наблюдатель Вселенной, но активный ее Созидатель. Христианин не может унизить Господа и честь новых видов представить эволюции с ее законом естественного отбора.

При этом всякая тварь, от невидимой былинки до могучих деревьев, зверей и птиц отражает красоту Всеблагого Бога и славит Его. Церковь поет с пророком Давидом: "Хвалите Господа от земли змиеве и вся бездны; огнь, град, снег, голоть, дух бурен, творящая слово Его; горы и вси холми, древа плодоносны и вси кедри; зверие и вси скоти, гади и птицы пернаты; царие земстии и вси людие, князи и вси судии земстии:" (Пс.148.7-12).

4.5. Человек - венец творения или продукт эволюции?

С особой принципиальной важностью церковная традиция акцентирует на создании Богом человека. Согласно Библии, Адам никак не продукт эволюции и не родственник преждесотворенных тварей. Он замышлялся по особому Божьему совету: "Сотворим человека по образу нашему и по подобию, и да обладает рыбами морскими и птицами небесными и зверьми и скотами и всею землею и всеми гады пресмыкающимися на земли" (Быт.1.26). Адам создается как царь, а не как один из подчиненных. Святитель Иоанн Златоуст так отвечает на вопрос, почему человек создан последним, хотя превосходнее прочих тварей? - "Когда царь намеревается вступить в город, то нужно оруженосцам и всем прочим идти вперед, чтобы царю войти в чертоги уже по приготовлении их; так точно и теперь Бог, намереваясь поставить как бы царя и владыку над всем земным, сперва устроил все это украшение, а потом уже создал и владыку" [22].

Бог творит человека по Своему образу и подобию, а не от более примитивных видов. По слову святителя Григория Нисского, "Он творит человеческую жизнь не почему-нибудь другому, но только потому, что благ. А будучи таковым и из-за этого стремясь к созданию человеческой природы, Он показал силу своей Благости не наполовину - дав что-нибудь из присущего Ему, но завистливо отказав в причастности Себе. Напротив, совершенный вид благости состоит в том, чтобы привести человека из небытия в бытие и сделать его нескудным в благах" [23].

Иеромонах Серафим Роуз писал: "Учение о том, что Адам был создан не из праха, а путем развития из какой-то другой твари, - это новое учение, совершенно чуждое Православию"[26]. Такой честный и четкий диагноз представляется нам очень важным при определении духовного здоровья и веры современных христиан. Ересь эволюционизма под видом наукообразия с самого детства из школы и телевизора внедряется в умы всех людей, и даже тот, кто хочет быть сегодня добрым христианином, невольно несет в себе следы такого антихристова воздействия.

В качестве примера приведем мнение благочестивого христианина и талантливого английского писателя К.С. Льюиса, который самому себе дал в "Размышлениях о псалмах" неплохую рекомендацию. "Меня считают приверженцем полного, безоговорочного принятия всех текстов как исторических. Мнением этим я обязан тому, что не отвергаю того или иного текста, если в нем речь идет о чудесах"[25]. Так вот этот искренний и ревностный христианин признается. "Человек и вправду сделан "из чего-то". Он животное, призванное или - если хотите - обреченное быть больше, чем животным. Мысли мои об эволюции не имеют религиозного значения /к сожалению, мысли об эволюции всегда имеют религиозное значение - свящ. К.Б./, и здесь я говорю лишь о том, что с биологической точки зрения один из приматов изменился, стал человеком, но остался при этом приматом, животным. Он обрел новый вид жизни, не оставляя старого"[26]. Мы видим, как тонкий мыслитель Льюис сходит с библейского основания и поддается соблазну философии века сего. Это происходит потому, что для него, как и для многих других современных людей, эволюционизм не представляется опасным вероучением, отрицающим основы апостольской веры. Так могут мыслить лишь люди, воспитанные в не святоотеческой церковной традиции.

Пусть ответом всем колеблющимся в этом важнейшем мировоззренческом вопросе будет мнение святителя Григория Нисского. Святой муж разоблачает две еретические теории - предсуществования душ и предсуществования тел. Тем самым он, с одной стороны, не допускает возможности "эволюции" души Адама до его создания (равно как и души любого из нас до момента зачатия), а с другой стороны святитель исключает возможность "эволюции" тела Адама (равно как и любого из нас) до обретения им души. "В обоих предположениях смысл предосудителен: у баснословящих, будто души преджительствуют в каком-то особом состоянии, и у полагающих, будто раньше были устроены тела: Мне не кажется, что выдвигающие первое предположение и учащие, что государство душ старше, чем жизнь в плоти, очистились от эллинских учений, на говоривших им басен о перевоплощении" [27]. Относительно второго предположения св. Григорий Нисский указывает, что нелепо утверждать "будто человек был предварительно создан Словом, как будто статуя из брения, и для этого изваяния появилась душа (ведь тогда умная природа окажется менее ценной, чем статуя из брения)" [28].

Эту же мысль в "Точном изложении православной веры" выразил преп. Иоанн Дамаскин: "Тело и душа сотворены в одно время; а не так, как пустословил Ориген, что одна прежде, а другое после" [29].

Свидетельство о том, что Адам по природе своей не подобен всем прочим животным, содержится в Библии: "Адаму же не обретеся помощник подобный ему"(Быт. 2.20). Никто из предшествовавших Человеку творений не смог бы по справедливости сказать об Адаме, как тот сказал о Еве: "Се ныне кость от костей моих и плоть от плоти моея"(Быт. 2.23).

Так Священное Писание свидетельствует против эволюции и опровергает доводы модернистского богословия, готового допустить, что Адам прошел все "стадии развития" от простейших до приматов.

4.6. Отношение к Шестодневу.

Святоотеческое церковное предание однозначно стоит на принятии библейского повествования о творении мира в шесть дней.

Преподобный Ефрем Сирин: "Никто не должен думать, что шестидневное творение есть иносказание; непозволительно также говорить, будто бы, что по писанию сотворено в продолжении шести дней, то сотворено в одно мгновение, а также будто бы в описании сем представлены одни наименования, или ничего не значащие, или означающие нечто иное. Напротив того, должно знать, что как небо и земля, а не что-либо иное разумеется под именем неба и земли, так и сказанное о всем прочем, что сотворено и приведено в устройство по сотворении неба и земли, заключает в себе не пустые наименования, но силе сих наименований соответствует самая сущность сотворенных естеств" [30].

Святитель Афанасий Великий: "Вся видимая тварь создана в шесть дней; и в первый создан свет, который и нарече Бог день; во второй создана твердь; в третий Бог, собирая воедино воды, явил сушу и произвел на ней различные плоды; в четвертый сотворил Солнце и Луну и весь звездный сонм; в пятый создал животных в море и птиц в воздухе, в шестой сотворил четвероногих, живущих на земле, и наконец человека" [31].

Святитель Василий Великий: "И бысть вечер, и бысть утро, день един. Почему назван не первым, но единым?.. Определяет сим меру дня и ночи, и совокупляет в одно суточное время, потому что двадцать четыре часа наполняют продолжение одного дня, если под ним подразумевать и ночь" [32].

Святитель Иоанн Златоуст: "Когда кончил Бог украшение неба, усеяв его звездами и сотворив два светила великия, то положил конец дню и говорит: бысть вечер, бысть утро, день четвертый. Смотри, как он говорит это о каждом дне, чтобы частым повторением учения укрепить в нашем уме божественные догматы" [33].

Со времен ветхозаветных первый день творения отождествлялся с воскресеньем, а седьмой - с субботой. Также буквально воспринимала дни творения литургическая традиция Церкви. В стихирах на "Господи, воззвах" службы Великой Субботы возглашается: "Днешний день тайно великий Моисей прообразоваше, глаголя; и благослови Бог день седьмый. Сия бо есть благословенная суббота, се есть упокоения день, вонь же почи от всех дел Своих единородный Сын Божий, смотрением еже на смерть, плотию субботствовав; и во еже бе, паки возвращься воскресением, дарова нам живот вечный, яко един благ и человеколюбец".

В полном соответствии с представлениями всей Православной Церкви писал святитель Димитрий Ростовский. "Когда воссиял свет во тьме безденной, Бог разделил свет и тьму и назвал свет днем, а тьму - ночью; и это был первый день, который мы называем неделею (воскресеньем), и первый месяц, впоследствии названный мартом, и число этого месяца первое... И во второй день, называемый нами ныне понедельником, произвел всесильным Своим словом небеса из вод бездных: В третий день, называемый нами вторником, собрав воды во едино место, Он явил сушу и назвал ее землею; и создал ее способной произрастать семена и всякую траву и расти деревья. В четвертый день, который мы называем средой, сотворил на небе два великих светила - солнце и луну, а также и звезды. В пятый день, называемый нами четвергом, создал рыб и гад водных и произвел птиц. В шестой, соответствующий нашей пятнице, Он создал зверей, скотов и гады земные по роду их; после же всех тварей создал Адама и Еву и ввел их в рай. В седьмой же день Бог почил от всех дел Своих, и назван был день этот субботой, то есть покоем, ибо почил в этот день Создатель от всех дел Своих и освятил его, как об этом пишется в книге Исхода во II главе" [34].

Совершенно очевидно, что эволюционизм не может ужиться с таким определенным и строгим учением Православия.

4.7. Возраст Вселенной: хронология библейская или естественнонаучная.

Церковный взгляд на хронологию основан на библейском Откровении. Адам сотворен в шестой день существования мира, приблизительно 7,5 тысяч лет назад. Для христианина без нарушения догматов веры сроки эти нельзя ни удлинить, ни укоротить.

Православная Церковь содержит учение о Христе Спасителе, который согласно Никео--цареградскому Символу веры воплотился и вочеловечился в конкретную историческую эпоху: был распят "при Понтийстем Пилате". При этом святые евангелисты возводят родословие Иисусово к первому человеку Адаму, сотворенному Богом (см. Лк. 3.23-38). Христианин, имеющий веру откровению Священного Писания не может сомневаться в том, что ровно 77 поколений прошло от Адама первозданного до Христа - второго Адама. " Бысть первый человек Адам в душу живу, последний Адам в дух животворящ : Первый человек от земли перстен, вторый Человек Господь с небесе"(1Кор.15.45.47).

Четкая библейская хронология не позволяет, как это хотелось бы эволюционистам, "размазать" Адама по временной оси, и утопив его в сумерках "палеолита". Адам был личностью, и все его потомки в вполне историчны. Так учит Церковь. Если же предположить, что Адам не был исторической личностью, а является лишь символом или собирательным названием древнего человечества, то придется вместе с эволюционистами отрицать и совершение первородного греха. Но в таком допущении Иисус Христос уже не может быть назван ни Спасителем ни Искупителем рода человеческого. Таким образом, предположение об эволюционирующем Адаме оказывается с христианской точки зрения кощунственным.

Не менее кощунственным представляется эволюционистское учение о том, что будто бы Адам "эволюционировал" из животного мира, имея предками обезьян, земноводных и другие низшие организмы. "Честь" побывать в разных воплощениях то рыбой, то зверем пусть, если так хотят предоставляют Кришне и другим своим божествам язычники-индусы. Эволюционистам следует отдавать себе отчет в том, что выискивая среди животных предков Адаму, они вторгаются в догматическое учение Церкви, разрушая христианскую сотериологию и антропологию (положение о том, что человек сотворен по образу и подобию Божию). Действительно, они, во-первых, должны приписывать этих же "предков" Сыну Человеческому, и, во-вторых, веровать, что всю доадамовскую "родню" Господь также искупил Своею кровью на Голгофе. Такой сотериологии Церковь не знает. Такое удлинение родословия Адама вглубь веков и тысячелетий (а то и миллионов лет) иначе как хулой названо быть не может.

Библейскую хронологию православные христиане принимают по вере как составную часть церковного вероучения. Порукой тому неложные слова Самого Сына Божия, сказанные святым апостолам: "Несть ваше разумети времена и сроки лета, яже положи Отец во Своей власти" (Деян.1.7). В соответствии с этим наставлением писал благомыслящим читателям святитель Димитрий Ростовский: "Всякий пусть читает историю божественную, написанную в Библиях, и богоугодному житию праведных мужей подражает, чтобы сподобиться их части, а за злыми не следует, чтобы избежать их погибели; что же касается лет, положенных Отцом Небесным в Своей власти, то особенно их не исследуй, чтобы не явиться скорее любопытцем, нежели чтецом книг" [35].

Эволюционизм нарушает эту святоотеческую заповедь, когда пытается устанавливать времена и сроки, как будто они могут зависеть от человеческого разума, а не находятся целиком во власти Отца Небесного.

"О летех и временех, братие, не требе есть вам писати!" (1Сол.5.1)

4.8. Эволюция или деградация?

Если под эволюцией понимать развитие и совершенствование от простых форм к сложным, то такого явления мы в природе практически не наблюдаем, но наблюдаем как раз противоположное. В соответствии со вторым началом термодинамики все природные системы лишь ветшают, вырождаются, подвергаются старению и болезням. Ни один новый вид животных или растений не появился, в то время как Красная книга исчезающих и исчезнувших видов вопиющим образом ставит вопрос о вырождении окружающей природы. Мутации и дурная наследственность у человека и животных скорее позволяют говорить не о восходящей линии прогресса, но о явной деградации в нашем мире.

На это обращали внимание многие исследователи - креационисты. "Подчиняясь своим современным законам, природа не способна улучшать себя или развиваться в сторону усложнения своей организации, поскольку энергия и информация в ней самопроизвольно не сохраняется, а портятся, качественно ухудшаются. Иными словами, это означает, что восходящее самопроизвольное развитие (эволюция) невозможно" [36].

Вера в эволюцию предполагает ожидание в будущем все большей гармонии и совершенства. Православная вера противоположна: мир идет к своему концу и общему упадку. Учение эволюционизма говорит, что прежде были лишь хаос и примитивные формы организации материи. Христианство исповедует библейскую веру в то, что совершенным было творение в самом начале: "И виде Бог вся елика сотвори, и се добра зело"(Быт.1.31).

Подводя итог всему сказанному, можно сделать вывод, что по всем основным положениям взгляды христианства и эволюционизма противоположны.

5. Эволюционизм - мировоззрение языческое

Убедившись в том, что эволюционизм представляет собой вероучение, причем вероучение не православное, постараемся определить, каковы духовные корни этого учения.

Согласно Л.Н. Тихомирову, все многообразие религиозно-философских построений удается свести к простой схеме: язычеству и принятию Откровения Сверхтварного Создателя. Божественное Откровение изложено в книгах Ветхого и Нового Заветов, а также в священном церковном Предании.

Поскольку ни в Библии ни в церковном Предании идей эволюционизма не содержится, истоки этого учения коренятся в язычестве.

Собственно говоря, идея эволюции видимой и невидимой природы и составляет главную сущность язычества. Согласно классификации Тихомирова, язычество может быть разделено на следующие пять разновидностей: многобожие (политеизм), всебожие (пантеизм), безбожие (атеизм), человекобожие (гуманизм), сатанобожие [37]. Нетрудно удостовериться в том, что все эти мировоззрения имеют эволюционный принцип в своем основании.

Политеизм, выражающийся как правило в форме мифологических сказаний, представляет собой более или менее разветвленную цепочку родословий богов. Излагается последовательность историй кто кого и как родил, и что из этого получилось. Всегда можно указать божества относительно более древние и производные, вторичные. К примеру, Зевс есть сын Крона и отец Аполлона. Поскольку языческие боги персонифицируют стихии и явления мира, сама мифология является живым повествованием становления мира от хаоса до разнообразных и совершенных форм. Таким образом, эволюция мира описывается в политеизме последовательностью отношений между богами и их родственными связями.

Пантеистическое и атеистическое мировоззрение общим то, что предполагают некоторое естественное самопроизвольное развитие форм материи, то есть содержат идею эволюции материи в чистом виде. В нашу задачу не входит критический анализ этих религиозно-философских концепций. Достаточно сказать о них кратко. По воззрениям пантеистов, эволюция имеет место в силу того, что предполагается, будто вселенная вся одухотворена, а развитие, как считают, есть существенное свойство духа. Атеисты же, отрицая одухотворенность природы, полагают, будто способность к эволюции есть существенное свойство самой материи, а при этом явления жизни и разума представляют собой всего-навсего качественные ступени эволюции.

Выделенные Тихомировым такие разновидности язычества, как гуманизм и сатанизм, являются производными от трех предыдущих, и поэтому идея прогресса, эволюции в них выражена, как правило, с неменьшей силой, чем в вышеназванных. Снизить в мировоззренческом представлении значение эволюции может лишь Единый Господь, который по всемогуществу Своему в ней не нуждается. Эволюционизм выглядит незыблемым фундаментальным принципом лишь до тех пор, пока не заходит речь о Живом Боге Творце. Но человекобожие и сатанобожие предельно снижают значение Бога, чем делают неизбежным в своем мировоззрении принцип эволюционизма. Вот основа гуманизма: "Преувеличенное понятие о значении человека рождается при всяком принижении понятия о Божестве и доходит до максимума, если значение Бога доходит до нуля"[38].

Основа сатанизма подобна. "Люди-язычники представляют себе, что всегда был хаос, первобытная "вода" и т.п., из которой каким-то образом самостоятельным процессом самозарождения развились центры концентрации, давшие в результате эволюцию мира с его крупными и мелкими "богами" и с самим человеком. Люди представляют себе это первобытное "бытие" в материальных формах. Сатанинская психология может такую же концепцию воды иметь о бытии духовном, с конкретными духовными силами, то есть предполагать вечное существование такого "духовного хаоса", духовной "первобытной воды", среди которой самостоятельно зародились ангелы как личная концентрация этой безличной духовной первобытности. В таком случае мыслимо себе представить, что Падший Ангел, хотя и не знает о существовании Бога, но верит в Его предсушествование "духовному" бытию. Падший Ангел мог видеть, что Господь Бог необычайно могущественен, но смотрит на Него все-таки как лишь на первого из равных" [39].

Из проведенного краткого анализа язычества вытекает следующий двоякий вывод. С одной стороны, язычество во всех своих разновидностях немыслимо без принципа эволюционизма. С другой стороны, идея эволюции всегда коренится в языческом мировоззрении и является его неотъемлемым признаком.

Соединить вполне языческую веру в эволюцию и христианскую веру в Божественное Откровение невозможно. Окажется синкретическое уродство, неизбежно родится гностицизм. Творец уравняется с творением и будет или оставлен за ненадобностью или подчинен законам тварного мира. "Бог же наш на небеси и на земли вся елика восхоте сотвори"(Пс.113.11). И Ему-то, Всемогущему Творцу, предлагается лакейская роль охранника "закона эволюции"! Ему достается сомнительная честь быть в лучшем случае Первопричиной бытия, либо просто диспетчером эволюции. Но такой безвольный и немощный бог не имеет ничего общего с исповедуемым Церковью Христовою Всемогущим Господом. А язычники при описании эволюции как-то всегда спокойно обходились без Истинного Бога. Политеистам, пантеистам и атеистам Он оказался вовсе ненужным, лишним, а гуманистам и сатанистам Бог христиан служит лишь объектом нападок, соперничества и брани.

Из сказанного становится понятным, что все попытки создать так называемые "православные" теории эволюции представляют собой сознательные или неосознанные посягания на церковное вероучение. Эволюционизм может быть последователен и даже изящен в построениях языческих, где он гармонирует с остальными частями мировоззрения. Но с библейским и святоотеческим мировосприятием эволюционизм совместим быть не может. Всякий "православный эволюционизм" представляет собой искажающую редукцию Откровения, либо синкретическую смесь язычества со знанием, исходящем из Божественного источника.

"Православный эволюционизм" еретичен по самой своей сути, во всех своих многочисленных проявлениях. Эволюционизм, прикрывающий свое языческое происхождение христианской фразеологией и библейскими цитатами, определенно представляет собой разновидность гностицизма. В самом деле, гностицизм первых веков нашей эры представлял собой попытку синтезировать Божественное Откровение и языческое суемудрие. Ровно тем же самым занимаются и современные "православные эволюционисты" (в чем они, между прочим оказываются сродными эзотерическим сектам). Подтвердим наше суждение мнением известного богослова 19 века проф. В.В. Болотова. В своих "Лекциях по истории древней Церкви" он заметил, что гностики ввели в круг своего аппарата христианские воззрения. "Но при этом положительное содержание христианской религии представлялось им узким. Оно давало ответы на вопросы религиозно-нравственные, но оставляло в стороне вопросы чисто космологические, или, по крайней мере, решало их не в той формуле, в какой привыкла решать их наука этой эпохи" [40]. Наука нашей эпохи, поднявшая знамя веры в эволюцию, также чувствует, что Церковь традиционно решает космологические вопросы "не в той формуле".

"На исконный и существенный вопрос философии, каким образом из бесконечного произошло конечное, материальный мир от духовного, христианство предлагало идею свободного творения из ничего и притом в форме настолько простой, что здесь религия и по самому содержанию и по изложению расходилась с философскою постановкою этого вопроса, так как философия плохо мирилась с идеею творения, представлявшеюся ей логическим противоречием, потому что из ничего ничего не бывает" [41].

Дальнейшее изложение мысли В.В. Болотова, кажется, более соответствует оценке модерниствующих богословов XX века, чем его современников в минувшем столетии. "Положение философствующих умов I и II вв. в подобных вопросах, несмотря на резкое различие в форме, в сущности было то же, что современное нам положение так называемого посредствующего богословия, которое хочет установить полное соответствие между чисто богословским воззрением и естественнонаучным или всякими другими научными гипотезами. Как гностики, так и современные посредствующие богословы не желают жертвовать ни религиозною верою, ни философски-научным убеждением" [42]. Желающие иметь репутацию и передовых ученых и одновременно с тем верующих православных христиан во все века, как и сегодня, пытались найти несуществующее согласование противоречивых убеждений.

"Этого можно было достигнуть двумя путями: или в самом положительном вероучении, в книгах Св. Писания, найти тот философско-научный смысл, какой для гностиков или посредствующих богословов стал дорог, или же в крайнем случае поискать такого принципа, который освобождал бы человека от авторитета буквы Св. Писания. Известно, как в данном случае поступают современные посредствующие богословы. Если шестидневное творение представляется не научным с геологической точки зрения, то можно слово jom попытаться понимать не в буквальном смысле, и тогда мы будем иметь дело с целыми геологическими периодами, которые можно растянуть в целые миллионы лет. Можно в известных местах подметить благоприятные фразы, отвечающие, по-видимому, дарвинской теории происхождения видов (Быт. 1.20,24), а в конце концов всегда остается возможность признать, что Св. Писание в данном случае говорит только языком человеческим, что Моисей писал не для астрономов и геологов, а для современных ему евреев. Тогда первая глава Бытия не будет иметь того значения, чтобы из нее становилась неизбежною борьба с современным естествоведением. Метод богословов посредствующего направления , насколько возможно, строго научный. Во всех своих приемах, в филологии, критике и экзегезе, они хотят стоять на уровне современной науки" [43].

Сказано убедительно и метко. Самое примечательное то, что практически ничего нового модернисты-эволюционисты за последние сто лет ни в методике, ни в средствах аргументации не добавили. Сегодня царят те же бездарные повторы и типологические ошибки. Поэтому прав Болотов, когда сравнивает таких горе - богословов с их древними предшественниками. "Но совершенно также для своего времени поступали и гностики. Они в Св. Писании, принятом от христиан, по крайней мере в отдельных его частях, постарались отыскать свое любимое учение" [44]. Люди при этом могут быть движимы лучшими побуждениями и не замечать, что производят прямое насилие над смыслом и духом Св. Писания и всей богословско-литургической традиции Церкви. По слепоте они пытаются подтвердить свою ложь евангельской Истиной, найти основание своим заблуждениям в Божественном Откровении, пользуясь Библией как "вешалкой для развешивания собственных мыслей"(выражение К.С. Льюиса).

Завершим оценку современных гностиков-эволюционистов также словами В.В. Болотова. "Гностики хотели быть не только людьми науки, но людьми, глубоко постигшими истину религиозную. В этом формальном принципе не было ничего противоцерковного, отличающего гносис ложный от гносиса истинного. Лишь самое содержание той науки, с которой они имели дело, отклонило их от общепринятого правила веры, направив их на путь умозрения не к тому, чтобы найти христианскую истину так, как она предложена в церкви, а к тому, чтобы уйти от нее. В исторических обстоятельствах того времени, в факте, что та наука развивалась не на христианской почве, лежит причина того, что гностицизм оказался именно реакцией разнородных форм язычества и классического и восточного, в которой исчезли чисто христианские элементы" [45].

В последнем обстоятельстве заключается корень всех противоречий между современной наукой и православным вероучением. Эволюционистская наука развивалась не в христианской среде, а в среде расцерковленных изверившихся гуманистов, потерявших всякое благочестие. В данном случае мы имеем в виду, разумеется, не вообще науку, а именно теорию эволюции, которая по справедливости должна быть названа псевдонаукой. История научной мысли знает имена и богословов, и монахов, и людей весьма благоговейных. Это общеизвестно. Но в силу того, что эволюционизм представляет собой не науку, а разновидность языческой веры, "христианский эволюционизм" не может быть православен, но неизбежно оказывается еретическим учением.

6. Примеры подмены православного вероучения еретическими эволюционистскими представлениями

Встречается ряд авторов, которые выдают себя за православных мыслителей, но фактически предлагают учение по духу чуждое святоотеческой традиции. Ограничимся в нашем кратком обзоре упоминанием лишь современных и наиболее известных "церковных" писателей.

Вот известный "православный" писатель протоирей Александр Мень высказывает, причем со ссылкой на великого святителя, мысль о том, что "по словам св. Григория Нисского, Адам не столько единая личность, сколько Всечеловек (курсив - прот. А. М.), целокупная душа всего человечества" [46]. Ссылка дается на XVI главу трактата "Об устроении человека" и выглядит внешне вполне убедительной. Однако здесь лишь небольшая доля правды, прикрывающая большую неправду.

Святитель Григорий Нисский в 26-27 стихах книги Бытия действительно видит именно создание человеческой природы. Подтверждает это, прежде всего, сам святой муж, который справедливо пишет: "Сотворим, - говорит Бог, - человека по образу и подобию Нашему: И сотворил Бог человека: по образу Божию сотворил его(Быт. 1, 26-27).Образ Божий, созерцаемый во всей человеческой природе (курсив свящ. К. Б.), получил завершение" [47]. Другим подтверждением того, что в Библии здесь речь идет о природе, а не о личности, являются переводы 70-ти толковников на греческий и святых равноапостольных Кирилла и Мефодия на славянский языки, при которых в данных стихах еврейское слово "адам" передается как "человек ", а не как "Адам ".

Однако из сказанного никак не вытекает то, в чем хочет убедить читателя А. Мень - будто сотворенный первый человек был не "единая личность", но какой-то "Всечеловек" (это слово взято явно не из святоотеческого источника, но, по-видимому, из Каббалы), тем более - не "целокупная душа всего человечества". Такой "мысли" нет ни у св. Григория Нисского, ни у кого-либо из Святых Отцов. Из того, что в приведенных библейских стихах говорится о создании Богом человеческой природы (или человека), никак не следует того, что Адам не был личностью. Как раз был и Библия не позволяет в этом усомниться.

Опровергая неправославное мнение А. Меня, четко излагает на этот счет мнение Церкви, между прочим, сам святитель Григорий Нисский, на которого так незадачливо ссылается протоиерей-модернист. "Слово говоря: Сотвори Бог человека, неопределенностью обозначения указывает на все человеческое естество. Ведь здесь сотворенное не именуется "Адамом", как в последующем повествовании, но имя сотворенного человека не конкретное, а общее " [48]. Явно говорится про "сотворенного человека", а не "всечеловека" и "не целокупную душу всего человечества". В трактате "Протоиерей Александр Мень как комментатор Священного Писания" автору дается такая оценка: "налицо искажение мысли, существенное с точки зрения православного вероучения: смешиваются понятия "природы" и "ипостаси". Смешение этих понятий в древности приводило к ересям - именно на такой "идеологии" возникли христологические ереси - несторианство, монофизитство, иконоборчество" [49].

Атеисты пытались доказать, что "не было" как личности Иисуса Христа, а модерниствующие богословы подобным образом пытаются доказать, что "не было" Адама. Но /обоих/ (тех и других) обличает святой апостол Павел: "Первый человек от земли, перстен; второй Человек - Господь с небесе. Яков перстен, такови и перстнии; и яков небесный, таци же и небеснии"(1 Кор. 15, 47-48).

Лишив первозданного Адама права быть личностью, прот. Мень учит, что смерть властвовала на земле и до Адама (по его терминологии до "человечества"), и таким образом эволюция представляет собой изначальный и неизбежный закон бытия. Он утверждает: "Смерть в природе универсальна", и тут же риторически вопрошает: "Можно ли после этого говорить о том, что смерть в природу внес человек?" [50].

Можно ли христианину говорить и думать иначе? Нельзя же в упоительном эволюционистском экстазе забывать ясные слова апостола языков:

"Единем человеком грех в мир вниде и грехом смерть" (Рим. 5, 12). Церковь устами блаженного Феофилакта поясняет: "Грех и смерть вошли в мир через одного человека Адама, и опять же одним человеком, Христом, устранены" [51].

Итак, мнение о. Александра Меня по этому вопросу не православно. Не православно оно и у многих учеников-последователей, зараженных тем же модернистско - эволюционистким духом.

Вот что пишет, один из них, священник Александр Борисов, в своей книжке "Побелевшие нивы" о дореволюционном русском духовенстве. "В церковных кругах, представленных практически единообразной Церковью, как тогда, так и теперь, сама мысль о возможности наличия у человека обезьяноподобных предков представляется нечестивой и еретической. Здравое отношение к данным науки, как тогда, так и сейчас, встречается в православной среде лишь как исключение" [52].

Но что же делать, дорогой отец Александр, если такая мысль действительно представляет собой нечестие и ересь! Что же делать, если такая Ваша мысль идет вразрез со словом Божиим Ветхого и Нового Заветов и со всеми благочестивыми мыслями, известными нам из творений Святых Отцов! Считая себя в среде русского духовенства редким и "здравым" исключением, Вы лишь расписываетесь в своем неправославном мировоззрении, в своей чуждой Церкви вере.

Полезно припомнить, что научно-критическая атака на Библию сперва находила несоответствие сведений Св. Писания с данными раскопок на Ближнем Востоке, однако вскоре новые исследования археологов, лингвистов и библеистов стали не опровергать, а подтверждать свидетельства Слова Божия. Не то же ли самое происходит сегодня в естественных науках, когда на смену разоблачительно-критическому эволюционизму подтверждающий богооткровенную истину научный креационизм?

В книге о. А. Борисова можно найти и иной перл. "Конец XIX - начало XX в. для многих верующих людей было временем кризиса, вызванного явным несовпадением библейского рассказа о сотворении мира за 6 дней и человека из "праха земного" с данными геологии, палеонтологии и антропологии. Вместо 6 дней - 2 миллиарда лет физической, химической и биологической эволюции, а вместо "праха земного" - явное родство человека со всеми животными вообще и человекообразными обезьянами в особенности" [53].

Господи, помилуй! Поистине происходит дьявольское помрачение. Православный священник специально пишет книгу, в которой отрицает 6 дней творения и создание Богом человека из праха земного! О прахе он пишет не иначе как в кавычках. Все святые, молите Бога о нас! Он даже не пытается интерпретировать эти дни как-либо благочестиво, он их вовсе не осмысливает, он их просто осмеивает и отбрасывает как "мифологический" способ описания. Тенденциозные данные эволюционистской псевдонауки XIX века, устаревшие и опровергнутые, между прочим, вскоре после их изложения, ставятся как авторитетный источник сведений, а богодухновенное Священное Писание вменяется в ничто. Пастырь Церкви учит не о сотворении человека по образу и подобию Божию, а подмечает "явное родство человека со всеми животными", а с обезьянами - "в особенности".

У Владимира Соловьева есть блестящий афоризм: "Человек произошел от обезьяны - и потому все люди братья". Однако почитателям известного (а таких большинство среди неообновленцев) не следует без юмора со всей серьезностью писать эти слова как девиз на своем щите веры в "христианский эволюционизм". Отцы и братья, да это же шутка! Ей Богу!

Однако эта шутка оборачивается порой у обновленцев весьма мрачной и мерзкой стороной. В своем "Катехизисе для катехизаторов" свящ. Георгий Кочетков приводит библейский текст: "И навел Господь Бог на человека крепкий сон; и когда он уснул, взял одно из ребер его, и закрыл то место плотию" (Быт. 2, 21). Нам представляется, что этот библейский стих - один из самых целомудренных и безупречных с точки зрения возможности выискивания в нем скабрезностей или игривых трактовок. Никаких непристойных намеков или поводов для нахождения срамного смысла в этом стихе, кажется, не содержится вовсе. В самом деле, сказано, что Бог навел на Адама сон, взял одно из ребер и закрыл то место плотию. Однако вот как умопомрачительно умудряется прокомментировать этот текст Г. Кочетков.

"В образе "крепкого сна", взятия (т. е. поднятия) "одного из ребер" Адама и утаивающего конечного "закрытия его плотию" можно видеть любовное соитие Адама с женской особью, в чем-то себе подобной ("человекообразной"), призванной стать при этом человеком - "женой". В любом случае нельзя не признать, что это - символ телесной близости тех, кто становится "одной плотью"" [54].

Поистине ничего подобного не писал не только никто из Святых Отцов, но и просто из благомыслящих людей. Кочетков хочет видеть в данном библейском стихе ни много ни мало, "любовное соитие Адама с женской особью" - человекообразной обезьяной!! Большей мерзости себе трудно представить. Тот, кто сотворен по образу и подобию Божию, кто не совершил еще пока первородного греха, т. е. Состоянии совершенного боговедения и беспрепятственного богообщения - согласно Кочеткову причастен к гнуснейшему греху, именуемому скотоложеством. И в этом Кочетков не видит осквернения образа Божия в Адаме. В этом он видит начало человеческого рода. За это деяние Бог, по Кочеткову, не истребил Свое создание, не навел потоп, не попалил огнем - но напротив, благословил, сказав: "Плодитесь и размножайтесь!"

Так извратить слово Божие, так исказить текст Библии можно только с дьявольского наущения. Ведь у дьявола нет другой цели, как затмить и исказить образ Божий, подменить его чем-то лживым и вымышленным. И вот, вопреки ясному тексту Библии и единодушному пониманию его всеми Святыми Отцами, Кочетков род человеческий производит не от "единыя крове" (Деян. 17, 26) Адама, а еще (Господи, помилуй!) вдобавок от человекообразной обезьяны, называемой "женой".

Рассуждения о праматери нашей Еве у Г. Кочеткова, мягко говоря, не слишком почтительны. Но мысль еретика на этом не останавливается, а развивается еще одним "острым" вопросом: "Но не стала ли она лишь нежизнеспособным получеловеком - полуживотным?" [55]. Ставить такие патологические вопросы просто стыдно, отвечать на них нет необходимости. Когда Кочетков пишет про Еву как про личность, "сотворенную в любви Богом", в его мысли сквозит непристойный подтекст, который может стать темой для исследования психопатологов: "Господь Бог "привел" (выделено Кочетковым - свящ. К. Б.) жену к Адаму, чтобы сравнить с ним, и Адам, как прежде животных, назвал ее" [56].

Повествование Библии целомудренно и строго. Трактовка Кочеткова развратна и похабна. Здесь содержится явная хула на Бога, на праотца Адама и праматерь Еву. Одним махом человеческое богоподобие подменяется скотоподобием, божественный иконный лик детей Адамовых - полуобезьяньей мордой. Дьявол должен быть доволен. Но Православная Церковь такой с позволения сказать "Катехизис" должна отринуть и анафематствовать.

Все рассуждения о "гермафродитах" и "андрогинах", почерпнутые Кочетковым из книг Н. Бердяева, равно как упоминания об "Адаме Кадмоне", взятые из учения каббалистов, которыми испещрены страницы кочетковского "Катехизиса", кажутся после этого просто невинными. Практически полное отсутствие ссылок на Святых Отцов и постоянные цитаты из прот. А. Меня довершают облик антицерковной книги. В "Катехизисе" Кочеткова модернистские идеи Меня получили достойное развитие и завершение.

Библейскую хронологию кочетковский "Катехизис" обходит глухим молчанием. Зато на странице 104 утверждается, что "животный мир на земле сотворен не менее 1,5-2 млрд. лет назад" [57]. Там же упоминается "человек, сотворенный около 40 тыс. лет назад" [58].

Еретические мысли "православных эволюционистов" отравляют сознание и взрослых и детей. Вот отрывок из статьи "Сотворение мира", опубликованной в так называемом "Детском православном журнале" "С нами Бог" (редактор священник Александр Борисов). Доступный юным читателям стиль изложения подчеркивает вопиющую несообразность между цитатами из Библии с одной стороны, и авторскими пояснениями к ним, с другой стороны.

"Вот что говорит нам Библия о начале творения: "И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И увидел Бог, что он хорош".

Уже несколько сот лет размышляют ученые, как возникла Вселенная. Не так давно они пришли к выводу, что это было похоже на взрыв, в результате которого появился свет. Новорожденный мир был горячим, его температура - огромная, и он быстро увеличивался. Мы бы не успели хлопнуть в ладоши, а свет уже пробежал расстояние, как от Земли до Луны. Вот какая у него скорость! Представьте себе очень яркую и очень горячую лампочку, которая раздувается как воздушный шарик. Это будет похоже на начало Вселенной.

"И отделил Бог свет от тьмы", - читаем дальше.

Прошел миллион лет. Вселенная остыла и стала огромной. Теперь она была наполнена газом, на котором Господь в течение многих миллиардов лет создавал гигантские звездные скопления - галактики. Ученые много думают о том, как Он это сделал, но пока еще не могут понять:

Вот так Бог отделил свет от тьмы: звезды, созвездия, галактики полетели в темной пустоте расширяющейся Вселенной. Летят и сейчас, словно звезды с пустотой играют в догонялки.

Прошли еще миллиарды лет, и в звездах образовались те вещества, из которых строились планеты. Одна из них наша Земля" [59].

От слова Божия, от святоотеческого Предания в цитированном тексте не осталось ничего. Имеет место лишь полное отрицание и духа и буквы Библии. Это скорее карикатура на книгу Бытия, издевательство над Откровением. Похоже, что сотрудники журнала "С нами Бог" спутали Всемогущего Господа с персонажем античной мифологии бесплодным тружеником Сизифом, когда всерьез заставляют православных детей верить, будто "Господь в течение многих миллиардов лет создавал гигантские звездные скопления". Изложенная концепция научно безграмотна и духовно порочна. Богу не нужны миллиарды лет для эволюционных процессов. Было все иначе: "И рече Бог: да будут светила на тверди небесной освещати землю: И бысть тако" (Быт. 1, 14-15). Земля появилась не через "миллиарды лет". По счету свт. Василия Великого "Всему предшествовали небо и земля; после них сотворен свет, различены ночь и день; потом опять твердь и явление суши; потом вода совокуплена в постоянное и определенное собрание; земля исполнилась собственными порождениями, произрастив бесчисленные роды трав и обогатившись растениями всякого рода. Но солнца и луны еще не было, дабы неведущие Бога не именовали солнце начальником и отцом света, и не почитали его зиждителем земных произрастаний" [60].

Составители хульного и богомерзкого журнала "С нами Бог" так комментируют библейский стих: "Да прорастит земля былие травное" (Быт. 1, 11). "Первые растения на земле были мхи и папоротники. Прошли десятки миллионов лет, и появились хвощи и плауны... Потом еще через сотни миллионов лет появились и другие растения, в том числе и цветущие, без которых земля была бы так красива, как теперь" [61]. Хоть извращенцы и не забыли о красоте, - но пусть сравнят, что пишет о третьем дне творения свт. Василий Великий: "Да прорастит земля. Представь себе, что по столь малому речению и по столь краткому повелению, холодная и бесплодная земля вдруг приближается ко времени рождения, подвигнута к плодородию, и, как бы сбросив с себя печальную и горестную одежду, облекается в светлую ризу, веселится своим убранством, и производит на свет тысячи родов растений" [62]. Всякому ясно, что приведенные цитаты принадлежат людям разного мировоззрения, разной веры.

Другая "православная эволюционистка" (кстати, также последовательница и ученица о. Александра Меня) Галина Муравник, опубликовала в журнале "Православная беседа" серию таких же неправославных статей на ту же тему. Ее пафос вполне научный: "Креационисты утверждают, например, что возраст Земли всего 7.5 тысяч лет, но это в корне расходится с данными науки" [63]. Или: ":Промыслитель и Творец сгустил звезды из первоначального водородно-гелиевого газа с помощью силы тяжести, а в этих гигантских сгустков в течение сотен миллиардов лет поддерживались столь высокие температуры и давления, что в них стал возможен ядерный синтез:" [64]. Критика такого антибиблейского наукообразного богословия приведена в журнале "Благодатный огонь" № 2, где, в частности, замечается следующее: "То, что возраст Земли 7,5 тысяч лет, утверждает не креационизм, а Церковное Предание. Креационизм лишь находит многочисленные экспериментальные доказательства этого утверждения: Как, оказывается, просто любую научную (и лженаучную) теорию сделать "христианской"! Нужно просто после каждого утверждения добавлять слова: "по Промыслу Божию": Если "естественный отбор" и "сила тяжести", то при чем тут Творец и Промыслитель? А если все же Всемогущий Творец, то зачем Ему для творения все эти "механизмы", растянутые в сотни миллионов лет?" [65]. Вряд ли такой стиль изложения может быть признан честным и добросовестным.

Такую же недобросовестность проявляют богословы-модернисты, когда пишут трактаты, ориентированные на взрослого и серьезного читателя. Один из наиболее известных "православных" апологетов эволюции - протоиерей Стефан Ляшевский, книги которого наводнили церковные магазины. Он делает попытку ввести легально идеи эволюционизма в повествование Моисея о первых днях творения. Для этого С. Ляшевский и некоторые другие незатейливые писатели вольно перетолковывают еврейское слово "йом" - "день ". Дескать "семитический" язык начала второго тысячелетия до Р. Х. Был так беден словами, что часто одно слово выражало несколько понятий, например, слова "йом" означало и день, и период времени" [66]. Однако, при всей внешней убедительности такой аргументации, она насквозь лжива и несостоятельна.

Как бы ни казалось кому-либо, что древнееврейский язык "беден словами", элементарная научная добросовестность должна заставить автора подобных заявлений заглянуть в словарь и проверить значение слова "йом". Проделав эту нетрудную работу, всякий может убедиться, что в "Иврит-русском словаре" Ф.Л. Шапиро слово "йом", употребляемое в единственном числе, означает "день", но никогда не "период времени". Второе же значение встречается в древнееврейском языке (как и в русском и во многих других языках) лишь во множественном числе, когда "дни" - "ямим" или "омот" - означает "время". Достаточно сравнить с церковно-славянским выражением "во дни оны", тождественным по смыслу с выражением "во время оно". Таких примеров не мало и в светской литературе: тургеневское "во дни сомнений, во дни тягостных раздумий" означает "во время", пушкинское "во дни печальные Великого поста" - также. Во всяком случае, контекст фразы: "И бысть вечер и бысть утро, день един /йом эхад/ (Быт. 1, 5) - никак не позволяет трактовать слово "йом" как "период времени", но однозначно лишь как "день".

Такой антибиблейский взгляд на смысл текста Шестоднева проник в православные учебные заведения, включая богословские институты, семинарии и академии. Сложившееся противоестественное положение приводит к тому, что не церковное мнение отравляет веру и пастырей и пасомых.

Это еретическое мнение подогревается уж совсем умопомрачительным заявлением прот. Лящевского, будто "никто из Святых Отцов Церкви, писавших когда-либо толкование на книгу Бытия о днях творения, не понимал слова "день" в буквальном смысле" [67].

С точки зрения догматического богословия это заявление просто безграмотно. Оно прямо противоречит четкому церковному учению. В "Точном изложении Православной веры" преподобного Иоанна Дамаскина сказано: "От начала дня до начала другого дня - одни сутки, ибо Писание говорит: и бысть вечер, и бысть утро, день един" [68]. В книге "Православно-догматическое богословие" архиепископа Макария сказано не менее определенно: "Под именем шести дней творения Моисей разумеет дни обыкновенные. Ибо каждый из них определяет вечером и утром: и бысть вечер, и бысть утро, день един:; и бысть вечер, и бысть утро, день вторый: и т. д. А кроме того, :соответственно этим шести дням, в которые Бог сотворил все дела Свои, и по окончании которых почил и освятил день седьмый, Моисей заповедал израильтянам, чтобы и они шесть дней недели делали, а день седьмый субботу святили Господу Богу своему" [69]. Выше мы привели ряд высказываний Святых Отцов, согласных между собою и не согласных с высказыванием модерниста Ляшевского. И список этот можно увеличить неограничен.

С. Ляшевский совершает самый настоящий подлог. Он и его единомышленники не в состоянии подтвердить свое огульное мнение ни одной святоотеческой цитатой. Встречается единственная ссылка на "Шестоднев" свт. Василия Великого, которую всегда приводят эволюционисты в качестве защиты своего мнения - "назовешь ли его днем или веком, выразишь одно и то же понятие". По справедливому замечанию диакона Даниила Сысоева, эта цитата "просто передернута", поскольку в ней речь идет не о днях творения, а о восьмом нескончаемом дне будущего века [70].

Вот как понимает дни творения сам прот. Ляшевский. В третьем дне творения он выделяет два "творческих акта" - отделение суши от моря и появление растительного мира, причем "к первому творческому акту относится Архейская эра земли, а ко второму - ранний Палеозой, т. е. Кембрий, Силур и Девон" [71]. Продолжая последовательно свою мысль, автор пишет через несколько страниц: "Пятому дню творения соответствует он начала до конца вся Мезозойская эра, Состоящая из трех периодов: Триасового, Юрского и Мелового" [72]. Таким образом, "дни" творения продолжаются по мнению "православного эволюциониста" сотни миллионов лет. Известная трудность возникает во всех подобных спекулятивных схемах с четвертым днем, в который, согласно Библии, "Сотвори Бог два светила великая, светило великое в начала дне и светило меньшее в начала нощи, и звезды" (Быт. 1, 16). На этот "день" творения, выходит, приходятся десятки миллионов лет Каменноугольного и Пермского периодов, а смысл творения по Ляшевскому, сводится к развеянию в атмосфере облаков и появлению и появлению светил на небосклоне. Никаким более хитрым способом эволюционистам вывернуться не удается. Описанная схема научно бездарна, а богословски смехотворна.

7. Один неудачный пример построения теории" православного эволюционизма"

Остановимся подробнее на одной вполне серьезно разработанной эволюционной концепции, претендующей на якобы полное примирение научно-критического разума и христианской веры, изложенной в книге епископа Василия (Родзянко) "Теория распада Вселенной и вера отцов". К сожалению, книга преосвященного автора представляет собой апологетику не церковную, а как раз напротив - книга владыки Василия выражает ярким образом позицию антиправославную, еретическую эволюционистскую. Космогония автора не имеет основания ни в Священном Писании, ни в учении Святых Отцов.

Владыка Василий полагает, что в стихе "Се, творю все новое" (Откр. 21, 5), речь идет об эволюции: "В процессе развития мира падшего идет его восстановление, полное преображение, приуготовляется всеобщее воскресение и окончательная победа в конце веков во Христе Премудрости Божией" [73]. Мысль епископа Василия, во-первых, никак не вытекает из приведенного библейского стиха, а во-вторых, прямо противоречит всему церковному пониманию нового творения как делу рук Божиих. "Во Вселенной вообще и на нашей планете в частности идет также и обратный разрушению и хаосу процесс - эволюция" [74].

Не располагая ни одним аргументом в пользу эволюции среди церковных авторитетов, еп. Василий ничтоже сумняшеся приводит мнение современного космолога Карла Сагана: "Эволюция - это не теория, это научный факт. Достаточно взглянуть на развитие домашних животных и на развитие космоса. Развитие, эволюция всюду" [75]. Сагану для доказательства научного факта "достаточно взглянуть". Но странно, что епископ Василий почему-то верит человеку, про которого тремя страницами раньше писал: что Карл Саган "откровенно говорит, что его религиозная философия, связанная с изучением им космоса - пантеизм в русле восточных религий: буддизма, даосизма и других" [76].

Зачем же, почтеннейший Владыко, выдавать субъективное мнение язычника-пантеиста за "научный факт", и класть этот "факт" в основу христианского мировоззрения? Как-то неубедительно получается. Лучше Вам прислушаться к мнению православного богослова иеромонаха Серафима (Роуза): "Эволюционизм - это не научный факт, а ложная философия, это идеология, глубоко чуждая православному христианскому учению" [77].

За основу эволюции еп. Василий (Родзянко) принимает популярную физическую гипотезу большого взрыва - Big Bang. В качестве главного выразителя этой гипотезы еп. Василий выбирает ученого Стивена Хокинга. Хокинг вводит в рассуждение так называемый антропный принцип, о котором владыка пишет весьма вдохновенно: "Это задание, эта целеустремленность космоса и называется антропным принципом, потому что этот принцип развития Вселенной после взрыва ведет прямо к человеку" [78]. "На нашем языке антропный принцип называется Промысел Божий о человеке. Этот Божественный Промысел известный только Ему Одному, вывел человека из Рая после грехопадения (из-за которого произошел взрыв) и, противоборствуя "князи мира сего", повел изгнанного Адама Своими многовековыми путями ("мгновением" для Божественной вечности!) на эту, уже устроенную Им для него землю, чтобы спасти его Своим Божественным Воплощением и снова вернуть в Рай и с ним вместе - всех его потомков" [79].

Таким образом, по епископу Василию Родзянко, космология выглядит следующим образом. Наш мир эволюционирует от большого взрыва (то есть грехопадения) к тому состоянию первоначального рая, который потерян нами через грехопадение Адама. Прямо выходит научная фантастика. После взрыва образовались со временем звезды и планеты, а "оставшиеся после этого три миллиарда лет пошли на биологическое развитие, которое из простейших живых существ создало постепенно тех, кто сумел мысленно "вернуться" своим расчетам в большой взрыв" [80].

Получается, что за миллиарды лет эволюции "от простейших живых существ до атеиста Хокинга и "православного" епископа Родзяки, сумевших "мысленно вернуться" в большой взрыв. При этом епископ Василий даже не замечает того, что данная концепция несовместима с Моисеевым описанием творения в книге Бытия, поскольку Big Bang - начало эволюции - отождествляется с грехопадением Адама, а согласно Библии, Адам был вершиной творения, его венцом. Согласно Божьему Откровению и его толкованию Святыми Отцами, к появлению Адама в раю развитие неба и земли завершилось. "И совершишася небо и земля и все украшение их. И совершил Бог в день шестый дела Своя, яже сотвори, и почи в день седьмый от дел Своих, яже сотворил" (Быт. 2, 1-2).

Главное содержание книги еп. Василия заключается в том учении, которого и близко не содержится ни в Библии, ни в учении Святых Отцов. Учение это заключается в том, что Адам первозданный будто бы представляет собой совокупность личностей всех остальных представителей вида Homo Sapiens. Автор так и пишет: "Адам ... - наименование, как первого человека, так и всей совокупности человечества - все-Адам (с приставкой "кол" древних еврейских толкований) [81].

Правда здесь лишь в том, что такое учение об Адаме Кадмоне, совокупном вселенском человеке действительно содержится в талмудическом иудаизме, и является характерной чертой учения еврейской Каббалы. Л.А. Тихомиров в этой связи отмечает: "Позднейший толкователь Каббалы, Исаак Лория, полагает, что вместе с Адамом было создано множество душ, которые составляли коллективно одну душу, так что падение Адама было общим грехом всех душ. В этом виде Каббала сходна с Гермесом Трисмегистом, в учении которого, впрочем, нет коллективной души, а есть лишь коллективное падение" [82].

Но ни в писании Ветхого и Нового Завета, ни в творениях Отцов Церкви подобного взгляда нет и никогда не было. Если бы такое учение в православной традиции встречалось, еп. Родзянко не преминул бы подтвердить его хотя бы одной цитатой. Но ни одна из приведенных автором святоотеческих цитат не подтверждает его мысли. Все "доказательства" основываются на комментариях в виде следующей авторской вставки, вклинивающейся зачем-то в текст святителя Григория Богослова: "Термин "целый Адам" и "человек" у всех каппадокийцев равнозначны, тождественны в толковании Библии как "все человечество"" [83]. Но это замечание - отнюдь не каппадокийское, а епископа Василия (Родзянко).

Не находя возможности подкрепить свои рассуждения высказываниями Святых Отцов, еп. Василий пускается в настоящую авантюру. "Есть в Предании изображающий грехопадение образ, приписываемый свт. Василию Великому. Специалисты утверждают, что в дошедших до нас сочинениях свт. Василия такого текста нет; однако другой его подлинный текст, выражающий такую же мысль, косвенно указывает на возможное первоавторство" [84]. Какой "другой его подлинный текст" имеет в виду еп. Родзянко так и остается загадкой. Зато приводится образ псевдо-Василия Великого: "Представьте себе драгоценный сосуд, падающий и разлетающийся на мелкие куски. Осколки падают один ближе, другие дальше и, соответственно, быстрее и дольше, в зависимости от расстояния. Сосуд - Адам" [85]. Смысл данного образа сводится к тому, чтобы признать всех людей за "Адамовы осколки".

Но сам святитель Василий Великий нигде не говорит о раскалывании души Адама на души своих потомков-осколков. Напротив, он ясно говорит о смерти Адама, постигшей его лично за грех преслушания. "Он, как согрешил по причине худого произволения, так, так умер по причине греха. Оброци бо греха смерть. В какой мере удалился от жизни, в такой приблизился к смерти, потому что Бог - жизнь, а лишение жизни - смерть. Поэтому Адам сам себе уготовал смерть через удаление от Бога, по написанному: яко се удаляющии себе от Тебе погибнут" [86]. Епископ Василий (Родзянко) пытается приписать свою мысль святителю Василию Великому, но делает это весьма неискусно.

На этом аргументация владыки В. Родзянко не заканчивается. После явно неудачной попытки опереться на авторитет свт. Василия Великого, он делает еще менее оправданную попытку опереться на авторитет апостола Павла. Из того, что святой ап. Павел называет Христа новым Адамом, епископ Василий делает обескураживающий вывод: "Трудно себе представить, чтобы ап. Павел, хорошо знавший св. Писание и св. Предание древних евреев, употребил эту аналогию без мысли об Адаме как о "Все-Человеке", поскольку именно в этом ее суть" [87]. Но позвольте, Владыко! Если даже допустить, что каббалистическое учение об Адаме как Все-человеке уже было сформулировано и осмыслено иудейскими книжниками в апостольскую эпоху, то причем же здесь Христос?? Зачем же путать Божий дар с яичницей?

Следующий вывод еп. Василия просто помрачителен: "Таким образом, предание о все-человечности Адама, то есть о том, что во Адаме было сотворено все человечество, следует полагать восходящим к ап. Павлу и от него дошедшим к свт. Василию" [88]. Можно ли так спокойно приписывать каббалистическое учение авторству апостола Павла и яко апостолов единонравным Святым Отцам? Почему же тогда их не превозносят в Талмуде? И Ап. Павел ни разу в своих посланиях не называет ветхого Адама Все-Человеком. Такого словоупотребления Православная Церковь вообще не знает.

Читая книжку еп. Василия не перестаешь удивляться, насколько его собственные мысли идут в разрез с теми святоотеческими цитатами, которые он приводит. Выводы владыки Василия никак не вытекают из утверждений Отцов Церкви. Приведем пример такого неожиданного умозаключения. Еп. Василий приводит отрывок из толкования свт. Григория Нисского на Песнь Песней Соломона: "Се добра еси искренняя моя. Потому прежде сего не была ты добра, что, став чуждою Первообразной красоты, от дурного сближения с пороком изменилась до гнусности. Смысл же сказуемого таков: естество человеческое сделалось готовым принимать все, что ему по мысли; и к чему приведет его наклонность произвола, в то и изменяется." [89]. Сразу после конца цитаты, без абзаца и каких-либо разделений еп. Василий делает свой вывод: "Так свт. Григорий видит и падение (во Адаме), и спасение Человечества (во Христе) в лицах, а не просто в "естестве" безлично: "невеста", "дева", "душа": в борении со злом на пути к добру" [90]. Но Владыко, (оденьте очки и перечитайте - ???)! Святитель Григорий сам свидетельствует против Вас, когда пишет, что в Адаме мы пали не как личности, но "естествочеловеческое сделалось готовым принимать все, что ему по мысли". Изменилось от грехопадения Адамово (и как следствие - наше) человеческое естество, природа, но вовсе не мы пали как личности. Не было такого. Первородный грех не наш с Вами, Владыко, а Адамов, Адам-праотец как личность за свой грех - единственный известный нам его грех - каялся. "Седе Адам прямо рая, и свою наготу рыдая, плакаше: увы мне, прелестию лукавою увещанну бывшу и окрадену и славы удалену! Увы мне, простотою нагу, ныне же недоуменну! Но, о раю, ктому твоея сладости не наслаждуся, ктому не узрю Господа и Бога моего и Создателя, в землю бо пойду, от неяже и взят бых, Милостиве Щедрый, вопию Ти: помилуй мя падшего!" [91]. Мы же все, в отличие от первозданного Адама, в раю изначально не были, дело покаяния до конца не совершили и райское достоинство себе не стяжали.

Ошибка еп. Василия, быть может, отчасти коренится в путанице лингвистической. Дело в том, что слово "человечество" имеет два различных значения. Одно - современное, русское: "человечество" есть совокупность всех людей, человеческих личностей. Привычно слышать о "прогрессивном человечестве", об интересах человечества" и т. п.

Другое употребление этого слова - более архаичное, и означает человеческую природу, то есть те признаки, которыми каждый из детей Адама отличается от иных живых и неживых творений. Так понимаемое "человечество" можно сопоставить с выражениями "зверье", "камение" и т. п. Так понимаемое "человечество" часто сравнивают со словом "божество", когда, например, говорят о двух природах во Христе Иисусе. Одни действия Господь совершал по Своему "человечеству", то есть по Своей человеческой природе, другие действия - по Своему "божеству", то есть по Своей природе божественной.

Таким образом, слово "человечество" двузначно: в одних случаях оно включает понятие личности (ипостаси), в других - лишь природу (усию). В подзаголовке названия книжки еп. Василия означено: "Каппадокийское богословие - ключ к апологетике нашего времени". В этой связи автор совершенно справедливо пишет: "Центральным пунктом, около которого вращалась терминологическая работа каппадокийцев, явился вопрос о разграничении понятий усия (сущность) и ипостась" [92].

Пишет владыка Василий правильно, но тут же сам оступается и "под свою анафему падоша". "Уникальность каппадокийского богословия: возможна только при наличии веры в "первобытную доброту" во Адаме всего сотворенного в нем человечества" [93]. "В Адаме было сотворено все человечество" [94]. Если понимать, что по природе - да, аминь. Но епископ Василий изволит разуметь "человечество" не по природе, а как раз по ипостаси, то есть личностно: "Если Адам - "осколок", то что же мы, все остальные? "Осколки"! Все люди, когда-либо жившие на земле, находящиеся на ней теперь и будущие, - "Адамовы осколки"" [95]. Нет, уважаемый, Владыко, простите! Ни Библия, ни Святые Отцы нечего не писали про "раскалывание" личности Адама. Адам не "раскололся", а умер: "И быша вси дние Адамовы, яже поживе, лет девять сот и тридесять, и умре" (Быт. 5, 5) Точно такое же выражение "поживе: и умре" употребляет Библия и про потомков Адамовых. Священное Писание и Отцы говорят про Адамово падение, изменение природы в результате грехопадения - было. Потеря райского достоинства - была. Ризы кожаные - были получены. Но чтобы "раскололась" личность Адама - где это написано? Адам как личность остался самим собой и после рождения Каина и Авеля. Странно думать иначе. Природа Адама передается потомкам не путем "раскалывания", а путем рождения.

Все мы унаследовали не личность, а именно природу Адамову, его падшую пораженную грехом природу. Мы имеем по слову св. Максима Исповедника "удобопоползновение ко греху". Подобным образом, дети всегда унаследывают (получают в наследство) не личность, а природу своих родителей. Напрасно еп. Василий пытается уверить нас, будто святой апостол Павел думал иначе.

Приведем характерное рассуждение апостола языков, когда он сравнивает низшее священство левитское с высшим священством "по чину Мелхиседекову". "И да сице реку: Авраамом и Левий приемляй десятины, десятины дал есть. Еще бо в чреслех отчих бяше, егда срете его Мелхиседек" (Евр. 7, 9-10). Блаженный Феофилакт Болгарский так поясняет мысль Павлову: "Показывает, каким образом Левий дал десятины, говоря, что так как праотец дал десятины, то и он дал в силу того, что будучи уже в чреслах Авраама, имел родиться от семени его, хотя еще не родился" [96]. Аналогия с Адамом намечается вполне явственная. Адам пал перед дьявольским искушением - и падшую природу унаследовали все сущие от Адама. Авраам принял благословение от Мелхиседека и передал ему десятую часть своего имения (Быт. 14) - и сущие от семени Авраама по достоинству своему стали не выше Мелхиседека. Дети первозданного Адама лично не совершали адамова греха, но унаследовали проклятую землю, данную в наказание их прародителю. Левий лично не кланялся Мелхиседеку, не получал от него благословения и не давал ему десятины, но это сделал его прадед Авраам, и потому левиево священство ниже священства Мелхиседекова. Это - мысль апостола Павла. Очевидно, что странное учение епископа Василия (Родзянко) никак не совпадает с ясным апостольским учением.

Мы видели, что еп. Василий неудачно пытается обосновать свою неправославную теорию "Адамовых осколков" на авторитете апостольском и святоотеческом. И уж совсем напрасно к своему немощному списку он добавляет еще одно имя: "Православный богослов и крупный ученый новомученик о. Павел Флоренский в известном труде "Столп и утверждение истины" исследует вопрос творения всего человечества в Раю и всеобщего грехопадения во Адаме" [97]. Владыка Василий не мог не знать, что именно в этом вопросе о. П. Флоренский больше всего искажает православное учение, будучи главным выразителем софианской ереси. Последнее обстоятельство делает концепцию владыки В. Родзянко, изложенную в его книжке, еще менее заслуживающей принятия Православной Церковью.

8. Один пример неудачной защиты "православного эволюционизма"

Известный православный публицист дьякон Андрей Кураев уже не единожды высказывался как убежденный эволюционист. По его мнению, "христианская традиция: склонна понимать "шесть дней" творения как шесть основных эпох возникновения мироздания. Вопрос о длительности этих "дней" считается не имеющим вероучительного характера" [98]. Между тем, в Православии, в отличие от протестантских кругов, под "христианской традицией" принято понимать традицию Святых Отцов. Мысль отца дьякона была бы убедительной, если бы подтверждалась мнением отцов Церкви. К сожалению, привести святоотеческих цитат о. Андрею не удается по той простой причине, что их просто нет. Как мы показали выше, церковное Предание всегда воспринимало Шестоднев достаточно буквально.

Дьякона Андрея Кураева в газете "Русь Православная" обвинили в ереси по многим пунктам (большинство из которых - фикция). Отвечая своему оппоненту в "РП" № 20, о. дьякон оправдывается следующим образом.

"Так сотворены ли светила раньше земных растений или позже?" - вопрошает он. "Я же в объяснении этого вопроса опираюсь на книгу сербского богослова прот. Стефана Ляшевского "Опыт согласования современных научных данных с библейским повествованием в свете новейших археологических раскопок и исследований"". Здесь чутье подводит церковного публициста. Ссылаться на прот. Стефана Ляшевского не следует потому, что его богословие о Шестодневе не православно, а еретично, являют собой чистый эволюционизм. Отец Андрей пытается также подтвердить свое общее с прот. Ляшевским мнение двумя ссылками - на св. Иннокентия Херсонского и Дидима Слепца. Однако тщетно: приведенные им цитаты никак не подтверждают идей эволюционизма.

Наконец, в ход идет весьма опасный и ответственный аргумент - будто бы "Св. Григорий Богослов также не считает необходимым неукоснительно следовать буквальной хронологии Шестоднева" [99] . Такое весьма странное заявление о. диакон подкрепляет соответствующей цитатой. "Было некогда, что все покрывала черная ночь, не просиявал еще любезный свет зари, солнце не пролагало с востока огненной стези, во все, одно с другим смешанное, и связанное мрачными узами первобытного хаоса, блуждало без цели. Ты, блаженный Христе, прекрасно распределил каждой вещи свое место в мире и прежде всего указал быть свету; а потом округлил величайшее из чудес - звездное небо, проникнутое светом солнца и луны. В подножие же неба положил мою землю; потом горстями земли связал море, а морем землю, так что вес это (небо, море, земля) составило мир" [100]. При этом замечается, что "этот текст можно понять так, что свет был оформлен в светила прежде создания "моей земли"".

Но всякому ясно, что приведенный текст святителя Григория Богослова можно вовсе и не пытаться понимать так извращенно. Более того, никто не вправе приписывать Святому Отцу позицию, противоречащую его собственным словам, напрочь отвергающим ересь эволюционизма и утверждающим православное библейское понимание Шестоднева. "И, как рассуждаю, в начале Бог сотворил не этот органический и солнечный свет, но не заключенный в тело и в солнце, а потом уже данный солнцу освещать всю вселенную. Когда для других тварей осуществил Он прежде вещество, а впоследствии облек в форму, дав каждому существу устройство частей, очертание и величину; тогда, чтобы соделать еще большее чудо, осуществил здесь форму прежде вещества (ибо форма солнца - свет), а потом уже присовокупляет вещество, создав око дня, то есть солнце. Посему к дням причисляется нечто первое, второе, третье и так далее до дня седьмого, упокоевающего от дел, и сими днями разделяется все сотворенное, приводимое в устройство по неизреченным законам, а не мгновенно производимое Всемогущим Словом, для Которого промыслить или изречь значит уже совершить дело" [101]. Мысль свт. Григория выражена предельно четко: в начале сотворен свет (первый день), потом (в четвертый день) из этого света Бог создает "око дня, то есть солнце". При этом дни творения не отменяются, не переставляется и не переосмысливаются, но, напротив, определенно указывается. Что "сими днями разделяется все сотворенное".

Напрасно пытаются эволюционисты находить подтверждение своим еретическим мыслям у Святых Отцов.

Отчего же А. Кураев, снискавший себе славу православного миссионера и ревнителя, готов так легко поступиться отеческим Преданием в вопросе о Шестодневе? Нам думается, что его бдительность, как и у некоторых ревностных христиан, притуплена тем, что эволюционистские идеи за последние 100-150 лет проникли в систему церковного образования. Из-за этого они в стенах духовных семинарий, академий и богословских институтов уже не воспринимаются многими как чужеродное апостольскому Православию учение. Сами преподаватели духовных школ порой перестали замечать, что естественнонаучное понимание первых глав книги Бытия диссонирует с толкованием Святых Отцов. Рационализм пожирает веру, не оставляя места духовному восторгу. Одной из жертв такого модернистского восприятия вопросов о творении мира, похоже стал и дьякон Андрей Кураев. Он сам так пишет о шести днях творения: "Если чудо растянуть во времени, - оно не перестанет быть менее чудесным" [102]. Наверное, не станет. Но кто же дал грешному человеку право "растягивать" во времени действие Божьего чуда?! Сами эти попытки растянуть, развернуть, обкорнать свидетельство Писания довольно смутительны. Так "растянуть" можно и дни тления четверодневного Лазаря, и количество насыщенных пятью хлебами, и все вообще свидетельства о чудесах Ветхого и Нового Завета, имеющие какую-либо количественную меру. Исказить можно любой священный текст, икону, любой древний документ. Вопрос в том, чего ради идти на такие действия? Неужели в угоду научно-критической мысли стоит поступаться неложным Божиим Откровением?

Дьякон Андрей Кураев не скрывает мотива, который, который позволяет ему так легко сходить с традиционных православных позиций в вопросах о творении - убежденность в том, что это вопрос "не догматический", а потому, следовательно, и не принципиальный. В статье "Может ли православный быть эволюционистом?" - он пишет: "Да, в христианстве бывают моменты необходимой "жертвы интеллектом". Но эта жертва должна быть принесена догмату о Троичности Единого Бога, а не "догмату" о точном числе часов миротворения" [103]. Тема достаточно серьезная, а стиль слишком игривый. Похоже, вопрос не решается, а от него желают отмахнуться. Эволюционизм, к сожалению, посягает не на выдуманные смехотворные "догматы", а на сами устои христианства, и поэтому является самой настоящей ересью. Этого отец Андрей явно недооценил.

Любопытно было бы проследить за ходом рассуждений дьякона-миссионера. Он начинает статью с рассказа о том, что был приглашен на биофак МГУ, т. е. В собрание убежденных эволюционистов, и был принят прохладно. "И лишь после того, как на следующей встрече я пояснил, что в православии возможно иное прочтениепервых глав книги Бытия - отношения с аудиторией наладилось" [104].

Но беда вся в том, что у Святых Отцов другого понимания книги Бытия нет. И весь миссионерский успех отца дьякона в последующие встречи со студентами биологами был не успехом уловления душ в сети апостольского Православия, но, увы, стал еще большим запутыванием учащихся в сети ереси эволюционизма, в которой они пребывали со школьной скамьи.

Пусть в следующий раз о. Андрей придет с лекцией в акушерское училище и, чтобы не возлагать сверх необходимого на людей бремена тяжкие и неудобоносимые, не будет настаивать на том, что Пресвятая Богородица стала Матерью, пребывая Девою. Так, по всей вероятности, будет легче уловить практикующих гинекологов, специалистов по этим вопросам, в сети вдохновенной проповеди. Не потребуется от слушателей ни "жертв интеллектом", ни логического скачка, да и в союзники найдется кого взять - протестантов всего мира, которые "не настаивают" на догмате о приснодевстве Богородицы Марии: Однако, такое миссионерство, очевидно, также не будет проповедью Православия, но лишь утвердит людей в ереси и хуле. Совсем не так проповедовал в афинском Ареопаге святой Апостол Павел. Похвалив греков за их благочестие, апостол языков не постеснялся назвать безумную для эллинов весть о воскресении Христа из мертвых. "Слышавше же воскресение мертвых, овии убо ругахуся, овии же реша, да слышим тя паки о сем. И тако Павел вышел от среды их" (Деян. 17, 32-33).

Положительное содержание христианского благочестия не может зависеть от того, в какой аудитории говорит проповедник - перед язычниками, биологами-эволюционистами или акушерами-гинекологами. Даже малая ревизия Священного Предания Церкви может привести к великим догматическим искажениям.

Вольное перекраивание Шестоднева приводит к переосмыслению всего мироздания - вопросов, связанных с Адамом, его грехопадением, его искуплением кровью Иисуса Христа. О. Андрей пытается представить в виде абсурда никем не предлагавшийся "догмат" "о точном числе часов миротворения". Но он не замечает за своей усмешкой, что речь идет вовсе не об этом, а о вещах более серьезных. Так в Символе Веры можно было бы потешиться над "лишними" словами: "при Понтийстем Пилате". Казалось бы, какое значение для нашей веры имеет имя иудейского прокуратора, при котором кровью Богочеловека был заключен Новый Завет? Не стоит ли, осмеяв эту "недогматическую" вставку в вероучительный текст, отредактировать Никео-Цареградский Символ?

Однако всякому православному христианину должно быть ясно, что указание в Символе Веры на Пилата является конкретной исторической привязкой, причем не произвольной и безразличной, но вполне определенной. Так написано и в Катехизисе: "Для чего сказано, что Иисус Христос распят при Понтийстем Пилате?" - "Дабы означить время, когда Он распят". Но точно такие же мотивы - достоверности и исторической привязки - требует четкого определения времени жизни Адам, как мы верим не в "какого-нибудь" Адама, а в библейского. Никакого повода для потехи здесь не видится.

Тема об эволюции явно не удается отцу Андрею. О других вопросах он пишет ярче и вернее. Приведем характерный пример рассуждений о. дьякона. "Тема сотрудничества Бога и творения возникает в Библии еще задолго до того, как впрямую зайдет речь о человеке" [105].

На неофита, который ни разу в жизни не держал Библию в руках, фраза может произвести сильное впечатление, особенно если к этому заметить, что один Ветхий Завет составляет 1282 страницы церковно-славянского текста. Но любой человек, открывший первую главу первой библейской книги, сразу заметит, что уже 26 стих книги Бытия повествует о сотворении Адама. Остается понимать фразу А. Кураева так, что выражение "еще задолго до Адама "означает" за 6 неполных дней". Ни на каком языке ни в каком переводе прочитать по-другому не удастся.

О. Андрей пытается сам прояснить, что он имеет в виду: "Различные периодыв истории бытия начинаются с призыва Божия к самостоятельности земли" [106]. Непонятно только, почему он употребляет вовсе нетрадиционное слово "периоды" вместо общепринятых "дней".

Далее о. Андрей пытается доказать наличие эволюции на земле, опираясь на мнение Святых Отцов. Правда при этом он дважды забивает гол в свои ворота, приводя свидетельство ровно противоположные своей мысли. Василий Великий: "земля вдруг (т. е. внезапно, а не в процессе долгого времени!! - свящ. К.Б.) приближается ко времени рождения". Блаженный Августин: "Бог все создал разом". Непонятно, чему стоит больше удивляться - тому ли, как согласно все святые не допускают эволюционистской трактовки Библии, или тому, что этого в упор не замечают эволюционисты.

И уж действительно смешно после этого звучит следующая фраза: "Но в Православии нет ни текстуального ни доктринального основания для отторжения эволюционизма" [107].

Характерно для всех эволюционистов, что когда они отчаиваются найти поддержку своим мыслям у Святых Отцов, то ничтоже сумняся пытаются выискивать авторитеты среди профессоров. Это оказывается сделать гораздо проще. Ряд имен приводит в своей статье и А. Кураев, но убедительнее и привлекательнее его позиция от этого не становится. Скорее наоборот.

Самой нейтральной из цитируемых о. Андреем богословских позиций является мнение профессора А.И. Осипова: "Принципиально допустимы и креационная и эволюционная гипотеза". К сожалению, согласиться даже с таким примирительным компромиссом можно лишь до тех пор, пока данное семя не прорастит убивающий Адама анчар. Высказывание: "Принципиально допустима и гипотеза о том, что библейский Адам был, и гипотеза о том, что его не было" - звучит уже больно по-эншейновски. Научные гипотезы как мирные овечки могут пастись на нашем мысленном лугу - но лишь до тех пор, пока мы не заметим, что под шкурой одной из овец по кличке Эволюция проглядывает серая морда волка-людоеда, готового сожрать Адама. Отец Андрей! Волк!! Ату его!

Справедливой и от того печальной можно признать одну мысль А. Кураева: "Спокойное отношение к эволюционизму - это традиция православного академического богословия". Отец дьякон верно отмечает один из плодов апостасии ХХ века. Но, слава Богу, эта позиция не отражает мнения всей Церкви. Не все архиереи такие модернисты, как упомянутый о. Андреем архиеп. Михаил (Мудьюгин); не все священники такие либералы, как прот. Василий Зеньковский. Личное общение автора этих строк со старцами и монахами Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, Псково-Печерского монастыря и с другими благочестивыми христианами позволяет свидетельствовать, о не увядшем в нашей Церкви святоотеческом преемстве. Эта же живая нить, связующая с древними отцами, чувствуется в книгах иеромонаха Серафима (Роуза). Отец Андрей сам признается: "Что же касается позиции о. Серафима (Роуза), то я не могу сказать, что она ошибочна". Правда, к сожалению, он тут же продолжает свою мысль, изменяя ее содержание: "Просто это - не единственная позиция, которой имеет право придерживаться православный человек" [108]. Но антиэволюционистские труды о. Серафима (Роуза) содержат не альтернативное богословское суждение по общим вопросам, а обличают ересь. Причем характер ереси эволюционизма такой, что не допускает взаимного полупроникновения в Православие.

В IV веке были еретики ариане, но были и известные еретики полуариане.Ересь первых была осуждена Церковью на I Вселенском Соборе, а ересь вторых - на II Вселенском Соборе (как омиусийское и духоборческое учение Македония). Вспомним, что ариане учили о Сыне Божием, что Он не единосущенОтцу; полуариане - что Он подобносущен Отцу; но оба мнения были отвергнуты кафолическим Православием, учившим, что Сын единосущен Отцу Небесному. Таким же образом, не имеет никакого отношения к Православию ни "чистый" эволюционизм Дарвина, ни "телеологический" эволюционизм Т. Шардена. Чистый безбожный эволюционизм, по типу дарвинского, вполне может быть уподоблен арианству, напрочь лишающему Христа божественного достоинства. "Телеологический" эволюционизм, по типу шарденовского, не устает повторять, что все многомиллиардное (многомиллиарднолетнее) развитие Вселенной, включая появление жизни и человека, происходило "по воле Божией", при этом он навязывает Богу для творения мира выдуманный людьми механизм - эволюцию. Поэтому "телеологический эволюционизм" вполне можно сравнить с полуарианством, желавшем видеть во Христе опосредованное подобосущие божества. Но Православие отрицает эти богословские лжеучения как в отношении Христа, так и в отношении творения. Кафолическая Церковь содержит учение о единосущии лиц Святой Троице, и учение о творении мира Богом в шесть библейских дней, без всяких эволюционистских отрицаний или навязчивых перетолковываний.

(Смеем надеяться, что наше сравнение ересей арианства и эволюционизма не будет никем воспринято искаженно. Речь идет, разумеется, не о тождестве или подобии
Сына Божия творению, а о том, что Православие утверждает против ариан - равное божество Сына и Отца, против эволюционистов - непосредственное, без всякой эволюции - креационистское создание мира по Божественному Слову: "Яко Той рече - и быша, Той повеле - и создашася").

Так что отмеченную о. Андреем Кураевым эволюционистскую "традицию православного академического богословия" надо не воспевать, а изживать. Каких еще еретических "традиций" не возникнет в нашей Церкви, если каждую из них мы будем так защищать и лелеять!

И напрасно о. Андрей взялся защищать эволюционизм в Православии путем нетрадиционного прочтения библейского текста. Зачем, например, про выражение "райский сад" - по-еврейски "ган эден" - отец дьякон пишет, что его "скорее стоит перевести словом "огород""? Сколь бы ни была эта версия трактовки приемлема с точки зрения лингвистики, мысль эта столь экстравагантна, что не может приблизить читателя к традиционному церковному пониманию. Такого рода рассуждения способны лишь выявить остроту ума автора, но никакого отношения не имеют к истинному содержанию Священного Писания.

О. Андрей пишет: "Уход животных не есть смерть, но есть нечто, подобное уходу человека. Если мы говорим "смерть Сократа" - то мы не имеем права это же слово применять в высказывании "смерть собаки": Животные исчезали из бытия, прекращали свое существование в мире до человека. Но это не смерть" [111].

Мысль о. дьякона патетическая и душетрогательная. Кто же посмеет сравнить смерь Сократа и смерть собаки? Даже неловко как-то оспаривать такие чеканные афористические утверждения. Однако мысль А. Кураева несостоятельна, поскольку и по нормам русского и по нормам древнееврейского языка мы не только "имеем право", но обязаны и для Сократа и для собаки использовать все-таки одно и то же слово "смерть" (евр. - "мот"). А душещипательные рассуждения о необходимости применять в разных случаях разные выражения подобны глубокомысленным рассуждениям известного литературного персонажа, гробовщика Безенчука, который разработал свою классификацию. По его терминологии один "дуба дал", другой "приказал долго жить", а третий "сыграл в ящик" и т. д. Конечно, о собаке мы обычно говорим, что она "сдохла", а о праведнике, что он "почил в Боге". Но не вынося приговора о дальнейшей участи пациента, и врач и ветеринар при летальном исходе констатирует: "смерть наступила от:".

Подобные аргументы в защиту эволюционизма и в опровержение учения Церкви о том, что Бог смерти не сотворил, выглядят скорее комичными, чем убедительными. Но отнюдь не комичным является повод, ради которого излагает о.Андрей свою аргументацию. Повод этот самим А. Кураевым осознается как догматический и вероучительно значимый. Он справедливо пишет: "Связь греха и смерти догматически(то есть - вероучительно значимо)устанавливается словами апостола Павла", и далее приводит сами слова из послания к Римлянам: "Посему как одним человеком грех вошел в мир и грехом смерть, так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем все согрешили" (Рим. 5, 12).

Неужели не ясны апостольские слова "грех вошел в мир"? Неужели после этих слов благочестивому христианину захочется предлагать рассмотрение фантасмагорий "дочеловеческого" и "внеэдемского" мира? Как ни странно, А. Кураев именно ради этой богословской спекуляции написал свою статью. Он так и указывает: "Богословски неприемлемость для православного мышления идеи эволюции может быть доказана только в том случае, если будет разъяснено; каким образом допущение сменяемости поколений животных в мире дочеловеческом и внеэдемском может ущерблять:" [109].

Отец Андрей, позвольте Вас перебить. Перечитайте приведенный Вами Павлов стих о том, каким образом "грех вошел в мир" и к чему это привело. Если этого мало, примите толкование на этот стих блаженного Феофилакта: "Грех и смерть вошли в мир через одного человека Адама" [110]. Святоотеческая мысль никак не допускает наличия смерти в мире до греха Адама, даже за границами эдемского "огорода": Кстати, райский сад был устроен Богом не после сотворения Адама, а за три дня до того. Согласно толкованию преп. Ефрема Сирина, "Бог насадил рай в третий день, и сие объясняется словами: и прозябе Бог от земли всякое древо красное в видение и доброе в снедь. А чтобы показать, что повествуется здесь именно о рае, присовокуплено: и древо жизни посреди рая, и древо еже ведети разуметельное добраго и лукаваго (Быт. 2, 9)" [111].

Но, простите, отец Андрей, Вас пришлось перебить. Дадим Вам завершить свою фразу: ": может ущерблять сознательность участия христианина в спасительных церковных Таинствах" [112]. Отец Андрей! "Сознательность участия" в Таинствах здесь вовсе ни при чем. Дети и больные могут участвовать в церковных Таинствах и не вполне "сознательно", однако благодатно и спасительно. С другой стороны, еретики и сектанты могут вполне "сознательно" участвовать в своих крещениях и хлебопреломлениях, но, как известно, не всякая такая "сознательность" дает спасительную благодать.

Вопрос надо ставить иначе: есть ли в том или ином учении противоречие традиционному святоотеческому пониманию догматов или нет? Если есть - это ересь. Если нет - "частное богословское мнение". Эволюционизм прямо противоречит словам апостола Павла и Святым Отцам. Поэтому эволюционизм - ересь. И не нужно, даже в целях "миссионерских", пытаться предлагать оригинальные трактовки известных догматических утверждений для того, чтобы оправдать антицерковное учение.

О. Андрей завершает свою статью двумя вопросами. Первый - при отрицании эволюционистского толкования Библии "что именно неприемлемого я в нем вижу?" Наш ответ: полное противоречие единодушному пониманию Святых Отцов.

Второй вопрос: "Что именно вредящего делу спасения людей есть в осуждаемом мною мнении? Наш ответ: наличие догматического искажения православного мировоззрения, или другими словами ересь. Ничего более вредящего делу спасения людей не существует.

9. Вместо заключения. Притча о снежке

Представим себе, что некий мальчишка слепил снежок и кинул его в стенку. Траектория полета снежка может быть легко рассчитана для любого сколь угодно долгого времени. Но реально снежок будет лететь не бесконечно, как позволяет предположить уравнение его движения, а лишь до момента попадания в стенку. Аналогично рассуждая не трудно описать, как "мог бы" двигаться снежок до момента его бросания рукою мальчика (продлевая мысленно назад во времени параболическую траекторию движения тела, брошенного под углом к горизонту). Формула легко позволяет это сделать. Но физического смысла в такой экстраполяции также, очевидно, не будет ни какого, поскольку еще минуту назад до броска данного снежка не существовало: он попросту не был еще слеплен.

Пример со снежком подобен нашему отношению к Вселенной, к видимому миру. Изучая его законы, мы можем строить самые достоверные и убедительные Прогнозы, расчеты "траекторий движения". Надо лишь не забывать, что согласно Божиему Откровению на пути движения нашего снежка-вселенной Господом устроена некая "стенка", знаменующая конец этого мира. Такой конец, дальше которого привычного нам мира уже не будет как такового. "Солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с небесе, и силы небесные подвигнутся. И тогда явится знамение Сына Человеческого на небеси, и тогда восплачутся вся колена земная, и узрят Сына Человеческого, грядуща на облацех небесных с силою и славою многою" (Мф. 24, 29-30). "Небо и земля мимоидет, словеса же Моя не мимоидут" (Мф. 24, 35).

Подобным же образом, изучая астрономическую, геологическую, палеонтологическую, археологическую и прочие науки, мы, конечно, можем фантазировать о том, как миллионы и миллиарды лет "могла бы" в прошлом эволюционировать Вселенная к нынешнему наблюдаемому состоянию. Но если мы верующие христиане, то мы не должны забывать, что было состояние Вселенной, о котором неложно свидетельствует в евангельском стихе (Ин. 17, 5) Сам Сын Божий - "прежде мир не бысть", или по-русски "прежде бытия мира".

В некий момент "в начале", подобно тому, как мальчишка слепил свой снежок из снега, так Всемогущий Бог сотворил небо и землю. Только Бог, как учит Святая Православная Церковь, сотворил мир "из ничего". И насколько бессмысленно исследовать траекторию снежка до того, как он был слеплен мальчиком, настолько же неразумно изучать мир, его законы и гипотетическую "эволюцию" прежде самого акта творения.

Литература

Иером. Серафим (Роуз), Православный взгляд на эволюцию // Приношение православного американца, М:, 1998, стр.515.

Св. Ириней Лионский, Пять книг опровержения лжеименного знания, Кн. 1, гл. 13.1., "Паломник" - "Благовест", М:, 1996, стр. 57.

Св. Ириней Лионский, кн.1, гл.11.1, стр. 52.

Священник Тимофей, православное мировоззрение и современное естествознание, "Паломник", М:, 1998

Иером. Серафим (Роуз), Православный взгляд на эволюцию:, стр.461.

Иером. Серафим (Роуз), Православное понимание книги Бытия, М:, 1998, стр. 23.

Свт. Иоанн Златоуст, Беседы не книгу Бытия, Бес.2.2, // Творения, т.4, СПб, 1898, стр.9.

Диакон Даниил Сысоев, Летопись начала, М:, Сретенский мон., 1999, стр. 43.

Епископ Василий (Родзянко). Теория распада вселенной и вера отцов. Каппадокийское богословие - ключи апологетики нашего времени. Паломник, М:, 1996, стр.71-72.

Свт. Феофан Затворник, мысли христианина:на субботу 22 недели.

Свт. Василий Великий. Беседы на шестоднев // Творения. Ч.1. свято-Троицкая Сергиева лавра, 1909, стр.139.

Прот. Иоанн Кронштадтский, ПСС, т.1, СПб, 1893, стр.79.

Свт. Василий Великий, Беседы на Шестоднев // Творения, Ч.1, Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1900, стр. 33.

Там же, стр.70.

Там же, стр.107.

Добротолюбие, Т.5, стр.181.

Там же.

Там же.

Свт. Иоанн Златоуст, Беседы на послание к римлянам, Бес.14.5, М:, 1994, стр.664.

Там же, стр.665.

Требник.

Свят. Иоанн Златоуст. Беседы на книгу Бытия, Бес.8.8, стр.60-61.

Свят. Григорий Нисский. Об устроении человека, "Аксиома", СПб, 1995, стр.53.

Иером. Серафим (Роуз). Православный взгляд на эволюцию:, стр.479.

Льюис К.С. Размышления о псалмах, // Мир Библии, РБО, 1994/1. стр.31.

Там же, стр.33

Свят. Григорий Нисский. стр.90.

Там же, стр.92-93.

Преп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры, СПб, 1894, Кн.2, гл. 12, стр.79.

Преп. Ефрем Сирин. Толкование на первую книгу, то есть на книгу Бытия, // Творения, Т.6.Сергиев Посад. 1901, стр. 210-211.

Свят. Афанасий Великий. На ариан слово второе, // Творения, Т. 2, Сергиев Посад, 1902, стр.287.

Свт. Василий Великий. стр.35.

Свт. Иоанн Златоуст. Беседы на книгу Бытия, Бес.6.5, стр.47.

Свт. Димитрий Ростовский. Летопись. Подворье Св-Троицкой Сергиевой Лавры, М:, 1998, стр.11-12.

Там же, стр.30-31.

Священник Тимофей. Православное мировоззрение:, стр.31.

Тихомиров Л.А. Религиозно-философские основы истории, "Москва", М:, 1997, стр.124.

Там же, стр.117

Там же, стр.122

Болотов В.В. Лекции по истории древней Церкви, Ч. 2, М:, 1994, стр.176.

Там же.

Там же

Там же, стр.176-177

Там же, стр.177

Там же, стр.179

Прот. А. Мень, как читать Библию, Брюссель, 1981, стр.34.

Свт. Григорий Нисский, стр.69-70.

Там же, стр.65.

Прот. Сергий Антиминсов, Протоиерей Александр Мень как комментатор Священного Писания, // сети "обновленческого православия", "Русский вестник", М:, 1995, стр.193.

Прот. А.Мень, стр.571.

Блаж. Феофилакт Болгарский. Толкования на послания св. апостола Павла, СКИТ, М:, 1993, стр.34.

Свящ. Ал. Борисов, Побелевшие нивы, М:, 1997, стр.140.

Там же, стр.137.

Свящ. Георгий Кочетков. "Идите, научите все народы". Катехизис для катехизаторов, М:, Издание "Свято-Филаретовской московской высшей православной школы", М:, 1999, стр.97-98.

Там же, стр.98.

Там же, стр.98.

Там же, стр.104.

Там же, стр.104.

Александрова О., Рукова С. Сотворение мира, // С нами Бог, 1994, №4.

Свт. Василий Великий, стр.87.

Александрова О., Рукова С.

Свт. Василий Великий, стр.70

Муравник Г.Л., // "Православная беседа", №5, 1997, стр.37.

Муравник Г.Л., // "Православная беседа", №2, 1997, стр.30.

Буфеев С.В. Эволюционизм в православии, // "Благодатный огонь", №2, "Москва", 1998, стр.69-70.

Прот. Стефан Ляшевский, Библия и наука о сотворении мири, М:, 1997, стр.5.

Там же, стр.6.

Преп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры, стр.128.

Архиеп. Макарий. Православно-догматическое богословие, Т.1, СП б, 1857, стр.420.

Диакон Даниил Сысоев. Летопись начала, стр.61-62.

Прот. Стефан Ляшевский, стр.19.

Там же, стр.27.

Епископ Василий (Родзянко), Теория распада вселенной и вера отцов. Каппадокийское богословие

Еп. Василий (Родзянко), стр.28.

Там же.

Там же, стр.24.

Иером. Серафим (Роуз). Православный взгляд :

Еп. Василий (Родзянко), стр.36.

Там же, стр.38.

Там же, стр.36.

Там же, стр.59.

Тихомиров Л.А., Религиозно-философские основы истории, стр.229.

Еп. Василий (Родзянко), стр. 94.

Там же, стр.59

Там же.

Свт. Василий Великий, Беседа о том, что Бог не виновник зла // Творения, т. IV, стр.60.

Еп. Василий (Родзянко), стр.60.

Там же.

Там же, стр.118.

Там же.

Триодь постная, Неделя сыропустная, славник на Господи воззвах.

Еп. Василий (Родзянко), стр.98.

Там же, стр.120.

Там же, стр.50.

Там же, стр.59.

Блаж. Феофилакт Болгарский, Толкования на послания св. апостола Павла, Скит, М:, 1993, стр.613.

Еп. Василий (Родзянко), стр.61.

Диакон Андрей Кураев. Школьное богословие, "Благовест", М:, 1997, стр.105.

Диакон А. Кураев, Партийное мышление не терпит противоречий // "Русь православная" №20, 1999.

Свт. Григорий Богослов. Похвала девству // Творения, Т.2, Троице-Сергиева Лавра, 1994, стр. 134.

Свт. Григорий Богослов, Слово 44 на неделю новую, на весну и на память мученика Маманта, // Творения, Т.1, стр. 656-657.

Диакон Андрей Кураев. Школьное богословие, "Благовест", М:, 1997, стр.105.

Диакон Андрей Кураев. Может ли православный быть эволюционистом? Рукопись доклада, представленного на конференцию "преподавание в Православных школах вопросов творения мира, жизни и человека". М:, 29-30, окт. РПУ им. Св. ап. Иоанна Богослова.

Там же.

Там же.

Там же.

Там же.

Там же.

Там же.

Блаж. Феофилакт Болгарский.

Преп. Ефрем Сирин. Творения, Т.6, стр.231.

Диакон Андрей Кураев. Может ли православный быть эволюционистом.

Методологические проблемы идеи развития

Священник Андрей Лоргус

Выпускник факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова

Текст доклада, прочитанного 29 октября 1999 года на Совещании, проводимом Отделом религиозного образования и катехизации Московского Патриархата на тему: "Преподавание в православных школах вопросов творения мира, жизни и человека".

Содержание

Текст доклада.

Заключение.

Из ответов на вопросы.

Послесловие к дискуссии.

Позвольте привлечь ваше внимания к теме, которая может показаться второстепенной. Я намерен обсудить с вами не саму эволюционную гипотезу, а проблему ее методологической обоснованности. Потому что, как уже стало ясно из нашей дискуссии, явления изучаемые наукой оказались в одном ряду с теоретическим объяснением этих явлений. Это и есть методологическая ошибка. Теоретическое объяснение факта принадлежит области мышления, то есть умозрения, но не миру изучаемых явлений. Как нельзя сказать, что планета движется согласно рассчитанной орбите, так нельзя сказать, что природа развивается согласно теории эволюции. Всякая теория есть лишь модель, картина мира, но не сам мир.

Мой доклад основан на том убеждении, что необходимость определения хода своей мысли у всякого ученого и у всякого преподавателя является первичной в самом начале его изысканий, его теории, его гипотезы. Эта мысль не нова, она основана на философских и психологических исследований XX века, которые сформировались в 40-х годах под термином дисциплины методологии. Она возникла на стыке самых разнообразных научных дисциплин.

Методология требует от каждого мыслящего человека организации своей мысли, буде это ученик, студент, ученый, богослов, вообще любой теоретик. Поэтому и я призываю вас, в рамках этой, достаточно узкой проблемы, организовать ход своего мышления, но в приложении к теме нашего Совещания.

Естественно, что в основе эволюционной теории, как и многих других, лежит идея развития. Она свойственна, конечно, не только XX-му веку, она является достоянием науки уже не одно столетие. Но когда-то она была новшеством, и когда-то она открыла перед человеком блистательные возможности теоретического построения1. Сама по себе идея развития открыла перед человеческим умом возможность осмысления фактов, как минимум в двух направлениях, которые, как мне кажется, имеют большое значение для понимания эволюционной гипотезы.

Во-первых, идея развития позволила объединить между собою в генетическую связь явления и факты, которые прежде воспринимались как разрозненные и имеющие различное происхождение. Как, например, связь видов между собою или связь родов между собою, в применении к истории как связь различных форм и общностей между собою, в применении к языкам, что особенно близко мне как православному антропологу, происхождению языков друг от друга и т.д. Идея развития устанавливает не просто эту генетическую связь, она выдвигает одно из главных научных требований: проследить, каким образом развитие одного явления переходит в другое и указать, что исходной точкой такого развития является самая сущность данного явления. Иными словами, идея развития должна утверждать (а иначе она не будет идеей развития), что в той или иной форме явление, буде это живая жизнь или человеческое слово, буде это элемент человеческой культуры или его технический предмет, в самой его сущности заложено, как явление его в наличной форме, так и превращение его в другие формы. И, исходя из той теоретической посылки идеи развития, которая во многих науках сейчас используется, как бы даже бесконечная, бесконечная смена форм той или иной сущности, касается ли это животных или касается это человека.

Во-вторых, идея развития, опирается на утверждение, что сложные формы с необходимостью развиваются из более простых.

Эти два направления мысли, которые предполагает идея развития, позволили сформулировать в свое время и эволюционную гипотезу происхождения видов, и, позже, происхождения человека. Они нашли свое применение в самых различных отраслях науки. Но, на мой взгляд, к счастью, мысль не остановилась только на этом методологическом средстве, как я называю идею развития. Возникли совсем иные принципы теоретического построения. Так, например, XX век характерен новым, и, на мой взгляд, достаточно интересным, но тоже, не более как методом человеческой мысли, системным подходом. Системный подход, кстати говоря, очень удачно развивался и эволюционной теорией в популяционной генетике, он развивался и в психологии очень удачно и развивается до сих пор, а особенно, конечно в информатике, технике, физике, а также и в других областях.

Системный подход позволяет осмыслить явления и факты, происходящие с той или иной формой жизни или искусственного объекта, произведенного человеком в сопоставлении не одного, не двух, а десятков различных факторов и явлений. Таким образом, удавалось описать сложнейшую систему, которая натуральным образом осмысления ничего не давала. Общество ли это людей, поведение предмета, летящего в атмосфере, формирование кристаллической решетки, так или иначе системный подход мог одновременно охватить мыслью всю эту многогранность. Причем в динамике.

Системный подход позволял и позволяет представлять себе многие динамические процессы, происходящие внутри системы или внутри какого-то явления. К счастью для человеческой мысли, наука не стоит на месте, человеческое мышление развивается, появляются и другие методы мышления.

Идея развития и идея системного подхода и многие другие, имеющиеся в гуманитарных науках, в том числе в языкознании, психологии - это лишь только методы. И нужно уметь грамотно методологически как этот метод применить, так и успеть вовремя от него отказаться. Постигнутое человеком может восприниматься и вне тех доказательств и системы аргументации, которая человеком вырабатывалась в ходе этого постижения. То, чего достигает человеческий ум и что открывается его личности, гораздо важнее, чем тот путь, который она проделала.

Мне кажется, так произошло и с эволюционной гипотезой. Сама по себе идея развития оказалась настолько привлекательной для человеческого ума на нашем двухсотлетнем этапе теоретического мышления, настолько органично позволила развивать отдельные дисциплины, особенно что касается биологии, в которой, на мой взгляд, теоретизирование вообще связано с большими трудностями, которая, опять же на мой взгляд, долгие годы, века развивалась вообще без теоретического знания. И вот эволюционная гипотеза появилась для биологии и стала ведущей идеей, которая позволяла формировать некоторые, и особенно те области знания, которые стали называться эволюцией и учением об этом.

Что касается методологии преподавания, то здесь очень важно понимать, что некоторые идеи, взятые из эволюции, были переложены на иной материал, многие исследования проводились по аналогии, т.е. идея развития использовалась столь широким и прикладным образом, что многие явления, которые не увязываются с непосредственными наблюдениями и экспериментальными доказательствами, тем не менее в нашем сознании сохраняют свою роль, тогда как в нашем опыте и духовном и теоретическом существуют явления, прямо противоположенные развитию: явления деградации и регресса.

И именно православная мировоззренческая точка зрения больше склоняется к ним. Представление о мире, разрушающемся и распадающемся, представление о личности человека деградирующей и истории человеческой, находящейся в непрерывном регрессе, свойственно православному пониманию мира и прямо противоположно идее развития. Это не означает, что идея развития принципиально не подходит православному пониманию, мы должны исходить из того, что следует видеть определенную пользу этого метода мышления для науки на каком-то этапе ее развития. Но мы также должны видеть и то, что существуют совсем иные методы теоретического знания и что в церковных науках, а таковые существуют, и в богословии тем более, мысль примириться с идеей развития не может.

Православное богословие учит нас мыслить мир не в одной парадигме линейно движущегося в истории мира, а как минимум в двух. Вторая парадигма исходит из фундаментальной онтологической точки - первородного греха. От этой точки в истории мир переменил вектор своего линейного развития на противоположный. Мир стал деградировать.

Однако Господь не оставляет мир. Человек и весь космос не только движим силой Духа, но и обновляется и преображается Богом. Это утверждение догматическое, а не естественнонаучное. Наука не может поставить такой проблемы, потому что она лежит в области религиозного сознания. Но реальность спасения мира от разрушения до срока, определенного Богом, такова же, какова реальность спасения человека во Христе. Премудрым промыслом Бог созидает разрушаемое человеческим грехом.

Наряду с процессами разрушения религиозное сознание ведает и промысел спасения. А научное сознание может видеть мир только в одной парадигме - линейной. Факты бытия мира в линейном осмыслении увязаны быть не могут. Именно поэтому идея развития может быть лишь моделью части реальности, и не единственной.

Прежде всего потому, что идея развития предполагает превращение из простого в сложное. Я не буду говорить о конкретных аргументах, но если мы попытаемся примирить идею эволюции с творением мира и человека Богом, то потребуется явный некий компромисс, который сегодня уже прозвучал в наметившейся на нашем Совещании дискуссии. Но богословие не терпит компромиссов.

Ведь эволюция предполагает, что сущность развивается в силу внутреннего механизма, лежащего в природе сущего. Богословие должно было бы предположить, что в тварь влагается вновь и вновь премудрость Божия или слово Божие, что возникла новая тварь, с новыми свойствами. Но она не содержит в себе причины появления новой формы, причины своего усложнения или причины своего проявления. Причиной этого усложнения является фактор, лежащий вне этой твари, и я думаю, что православному мышлению небезразличен этот фундаментальный факт. Все, что сотворено Богом, само по себе поменять форму исходя из своих внутренних причин не может. Но Бог может вложить в эту тварь новый замысел или новый семенной логос. Ведь Господь сказал, что Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму. (Мф 3:9), Богу это возможно, но сами камни этого естественным путем проделать не могут. Стало быть, в догматическом мышлении этот фундаментальный факт нельзя примирить с идеей развития.

И второе, относящееся, может быть, более к научной сфере. Объединить явления между собой по родству и по генетической связи - вполне допустимая теоретическая посылка, она используется во всех науках, и в церковных науках тоже. Но вот допустить, что эти генетические связи указывают на явление первичное и явление вторичное, что это более сложное произошло из более простого, никаких оснований нет.

Как бы близко не находились формы явления того или иного порядка - растительные, животные, технические, культурные, психологические, - мы не можем утверждать сколь либо основательно, что два явления связаны генетически. Это может быть нашим теоретическим допущением. Это может быть нашей гипотезой. Но мы должны отдавать себе отчет в том, что таково наше предположение, таков наш метод теоретизирования, теоретического построения, т.е. объяснения того факта, который мы наблюдаем, но не реальность мира.

Если это попытаться показать конкретно на истории человека, то происхождение человека как человека обставлено такими историческими, археологическими, палеоантропологическими фактами, что нет той формы жизни человека, в которой человек не проявлял бы себя по-человечески. Рядом с самыми древнейшими ископаемыми останками человека находятся предметы его труда, его творчества. Это может быть фактом, кажущимся основательным мне лично, но я убежден, что у нас в научном обороте нет предыстории человеческой жизни. И библейский подход именно таков: у нас нет предыстории человеческой жизни. История начинается человеком, который творит, который говорит, который знает и может познавать. И другого человека в истории нет.

Я хотел бы остановиться на одном совершенно частном факте, который сегодня уже оказался затронутым и немного даже обсуждаемым. Это появление человеческого интеллекта, человеческого мышления, человеческого языка. Библия действительно никак не может смириться с таким представлением о человеческом существе, в котором интеллект, психика, речь и иные, собственно человеческие проявления жизни возникали постепенно в результате развития. Потому что прежде чем человек начинает жить, прежде чем он оказывается изгнанным из сада Эдемского, он проявляет в полноте, величии и совершенстве свои творческие и интеллектуальные способности. Причем проявляет не просто адекватно, а истинно. И Сам Господь является свидетелем того, что человек совершил это верно, истинно. И Сам Господь утверждает за природой тот логический порядок, в широком смысле слова Логос словесный и мысленный, тот порядок закрепляет, который дал ему человек. Так и быть миру, в который уже вмешался человек. Напомню, что это было еще до грехопадения.

Заключение

Завершая свой короткий доклад, резюмирую сказанное:

1. Идея развития есть один из методов теоретического мышления, и не может быть имплицирован на тварный мир. Наряду с ним в науке используются и другие методы. Науки, связанные с идеей развития (биология, геология, антропология) могут и должны искать альтернативные модели жизни мира.

2. Богословие видит мир в сложной перспективе смерти, разложения, деградации, с одной стороны, и спасения, возрождения, и обновления, с другой. Это не может быть согласованно ни с идеей развития, ни с идеей распада в отдельности.

3. Идея развития и производные от нее теории никак не могут ужиться с Библейским богословием. Попытки примирить Библию и эволюцию есть преднамеренные искажения смысла.

Из ответов на вопросы

В жизни всякой твари происходят изменения. У растений, животных, человека. Человек проходит многие стадии своего становления, вот только не нужно это называть развитием. Есть стадии становления, самореализации, самораскрытие твари, самоутверждение ее. "Само-" - в том смысле, что эти причины уже заложены тем семенным логосом, который был вложен в нее в творении. Но это не превращение в другую форму. Аналогично стадиям метаморфоза бабочки. Это же совершается с каждой бабочкой. Только это не развитие. Это стадии реализации того, что заложено в ее природе. Но вот это, заложенное в природе, не развивается. Оно настолько устойчиво, как показывает биология и популяционная генетика, что оно ограждает себя всеми биологическими механизмами, чтобы только не измениться, а сохранить себя такой, как она есть. Вот поэтому я и говорю: изменяется тварь - да; регрессирует и умирает - да; но самой сущности своей изменить сама не может. В этом смысле, как возникновения новой сущности, развития нет.

Между Шестодневом и миром, который мы изучаем. Я бы поставил вопрос иначе: между Шестодневом и той картинкой мира, которую рисует наука. Мир для нас все равно остается загадкой. Действительно перед нами существует такая проблема: зачем нам Господь открыл то или иное. Очень важная духовная проблема. Но я не думаю, что она обязательно должна совпасть с той картинкой, которую нам рисует ХХ век. Придет иное научное осмысление, придут иные картинки. Вечным остается сам ум человека и то, что ему открылось, если только он не падает в греховное состояние. И наука ему в этом смысле может помочь. Но может и, к сожалению, повредить, если он начинает абсолютизировать научные методы, что и произошло с эволюционной теорией. Собственно, почему мы здесь сегодня собрались? Потому что, как мне кажется, эволюционное представление о происхождении мира стало религиозным. Или антирелигиозным, как угодно. Это стало предметом верований и антиверований. Вот в чем беда. Вот от чего нужно избавляться.

Мы можем констатировать и, я думаю, это будет достаточно твердым общехристианским убеждением, что все, что нужно миру в его жизни и человеку, как центру этого мира, Господь в творении дал. Это не означает, что Он не принимает участие в жизни человека и всего мира. Но дни творения, Шестоднев, это отдельный период Священной истории, период, который завершен. Бог почил, т.е. положил некий предел.

Послесловие к дискуссии.

Бурная дискуссия, прошедшая в два дня, показала, на наш взгляд, следующее:

Первое - эволюционная теория в настоящее время является для ее апологетов религиозной святыней. Ревизию в ней они считают "попранием" советской науки и идеологией разрушения Государства Российского. Следует учитывать этот болезненный факт русской научной интелегенции.

Второе - уровень образования специалистов занимающихся эволюцией страдает недостаточной философской и богословской просвещенностью, что проявляется в грубом смешении понятий и учений.

Третье - требуется тщательная подготовка теоретического диалога между Церковью и наукой, для выработки приемлемого, с библейской точки зрения, отношения к науке и научной деятельности.

Четвертое - библейское богословие подвергается насилию со стороны верующих, стремящихся непротиворечиво соединить его с научными взглядами.

Пятое - совместный дискурс и диалог Церкви с наукой возможен, и очень желателен, как продуктивный путь к развитию просвещения и образования в России.

Примечания

1 Я должен здесь оговориться: наука не только использует эксперимент (как это здесь уже прозвучало), не только использует данные наблюдения, наука широко пользуется таким средством мысли, как теоретизирование. Это особый род мышления человека, деятельности его ума и поэтому этим инструментом можно и нужно пользоваться.

Эволюционизм в свете православного учения

Священник Даниил Сысоев

Содержание

Введение
1. Эволюционизм и истинная наука.
2. Эволюционизм как мифология.
3. Попытки согласования эволюционизма с христианством.
4. Бог Евангелия и эволюция.
5. Эволюционизм и литургическое богословие.
6. Каноническая оценка эволюционизма.

Почти 2000 лет назад уста Божественнейшего Апостола Петра изрекли неложное пророчество: "Прежде всего знайте, что в последние дни явятся наглые ругатели, поступающие по собственным своим похотям и говорящие: "где обетование пришествия Его? Ибо с тех пор, как стали умирать отцы, от начала творения, все остается также" (2 Петр. 3,2-3). Мы знаем, что неложное слово Господа не может нарушиться и с сожалением должно констатировать, что это пророчество исполнилось в наши дни. Сейчас появились те несчастные, которые утверждают, как предсказывал апостол, что от начала творения все также, т. е. действует принцип униформизма. (Мы говорим об эволюционистах). Они верят будто мир всегда жил по тем же законам и что "настоящее - ключ к прошлому", т.к. никаким катастрофам наш мир не подвергался. Поэтому они думают, будто при помощи науки и особенно собственной фантазии, облеченной в наукообразную одежду, можно узнать как начался наш мир, появилась жизнь, зародились роды живых существ и, наконец, пришел на землю человек. Как и предсказывал апостол, корнем их учения была не логика и вновь полученные знания, а желания исполнять свои беззаконные желания. Один из ведущих эволюционистов нашего века говорил, что в истинности дарвинизма его убедила не его научная или доказательная ценность, а то, что если он не верен, тогда есть Бог, который запрещает нарушать 7 заповедь.

Целью нашей работы является доказательство того, что эволюционизм - это не наука, а весьма нечестная (если не сказать лживая) идеология, несовместимая с христианством в любой своей форме.

1. Эволюционизм и истинная наука.

Так как мы собрались с вами для того, чтобы обсудить то, как должно преподавать биологию в школе, то необходимо заметить, что теория эволюции не является научной теорией, а формой современной мифологии, восходящей в своих корнях к язычеству. Приведем же доказательства этому утверждению 2 .

Во-первых, если мы принимаем эту концепцию, тогда любая наука, как один из способов объективного познания просто невозможна. - Ибо если человек - есть продукт бессмысленной материи, подчиненной слепому случаю, тогда каждая его мысль (в том числе и сама теория эволюции) - только порождение случайного соединения элементарных частиц, имеющая нулевую ценность. Для нас тогда должно быть все равно что утверждать, ибо все слова и мысли одинаково ложны. Можно также спокойно говорить (с той же степенью доказательности), что мы порождение глубоких мыслей холодильника.

2. Эволюционизм не дает объяснения наблюдаемому факту единства законов мира, и даже не поясняет, почему он вообще познаваем.

3. Эволюционизм прямо противоречит второму началу термодинамики.(Айзек Азимов так определяет его без помощи математических формул: "По-другому второй закон можно сформулировать так: "Вселенная постоянно становится все более беспорядочной!" Рассматривая второй закон с такой точки зрения, мы видим, что это сказано о нас. Нам приходится усердно трудится, чтобы навести в комнате порядок, но в беспорядок она приходит сама, и куда быстрее и проще. Даже если мы не будем заходить туда, она станет грязной и пыльной. Как трудно содержать в порядке дом, даже наши собственные тела; как быстро все приходит в упадок. Даже если вообще ничего не делать, все будет приходить в упадок, ломаться, изнашиваться само собой - вот что означает второй закон"). Если же теория эволюции верна, тогда не верны и наши повседневные наблюдения, и расчеты инженеров. Более того, эволюционистам надо обратиться в суд на РАН, за то, что она не рассматривает проекты вечных двигателей со 100% КПД.

4. Все построения эволюционизма совершенно невероятны с математической точки зрения. Так случайное появление нашего набора мировых постоянных равно 1 из 103000; случайное появление простейшей бактерии- 1 шанс из 1040000; случайное изменение в нужном направлении 5 белков - 1 шанс из 10275 и т.д.

5. Эволюционизм не имеет предсказательной способности, не дает возможности себя опровергнуть экспериментальным методом и поэтому даже с натяжкой не может быть отнесен к сфере науки.

6. Дарвинизм (как частный случай эволюционизма) основан на логической ошибке, называемой тавтологией. Утверждение: "выживает наиболее приспособленный" не несет в себе ни какой информации.

7. При аргументации эволюционистов широко используется принцип порочного круга. (Порода датируется по окаменелостям. Последние датируются по эволюционной теории, которая в свою очередь подтверждает их возраст ссылкой на геологический пласт в котором они обнаружены).

8. Эволюционизм не может объяснить ряд фактов, относящихся к его "сфере" объяснения происхождения видов (жук - бомбардир, эхолокация у летучих мышей, рождение китенка под водой, росянка и т.д.), и поэтому не может считаться научной теорией.

Итак мы видим, что с научной точки зрения эволюционизм не выдерживает никакой критики. Более того, мы вообще сомневаемся в способности нормальной науки заниматься вопросами космогонии 3 . Само же это мировоззрение относится к разряду псевдо-религиозных мифологий. Этот вывод мы и попробуем аргументировать далее.

2. Эволюционизм как мифология.

Тезис к которому мы пришли ранее, вполне подтверждается (как это ни странно) и высказываниями самих эволюционистов. Так Джулиан Хаксли говорит следующее: "Религия - это по сути своей отношение к миру в целом. Таким образом эволюция, например, может оказаться мощным принципом координации надежд и верований человека, каким кода-то был Бог". Подобные высказывания позволял себе и Шарден. - "Эволюция - это общий постулат, пред которым должны склониться все теории, все гипотезы должны ему соответствовать, чтобы считать разумными и истинными. Эволюция - свет, освещающий все факты, траектория, которой должны следовать все линии". Конечно, с религиоведческой точки зрения пред нами налицо новая религия, пантеистического толка, с развитой космогонической мифологией и институтом жрецов 4 .

Надо заметить, что ново в этой доктрине только ее наукообразное прикрытие, а суть эволюционизма - в воспроизведении наиболее архаических, языческих представлений.

Так, теория Большого Взрыва - модификация мифа о мировом яйце, из которого возникает все.(Думаю, что теории ячеистости пространства скоро откроют нам и черепаху на которой этой яйцо почивало).

Бесконечные эпохи самосовершенствующегося мира, воспроизводят индийских миф об периодах сна и бодрствования Брахмы.

Самопроизвольное зарождение жизни соответствует как всеобщим языческим басням о самозарождении богов из хаоса, так и представлениям о всеобщей одушевленности.

Интересно, что и особая роль приписываемая эволюционистами Солнцу вполне схожа с верой солнцепоклонников. (Сравни гимны Эхнатона) 5 .

Самопроизвольное усложнение живых существ имеет своими корнями восточные представления о пути восхождения душ к совершенству, основанному на вере в метемпсихоз. Интересно, что на формирование этой идеи у Дарвина огромную роль сыграл его дед Эразм Дарвин, увлекавшийся оккультизмом.(Он был масон) 6 .

Идеи, приписывающие физической силе роль двигателя прогресса были почти общеприняты в древнем мире. Вспомним практику спартанцев, сбрасывавших слабых детей со скалы.

И, наконец, идея о родстве человека с животными была чрезвычайно распространена у самых различных народов под именем тотемизма. Более того, в той форме как ее проповедывал Дарвин, она была известна жителям Тибета 7 .

Итак мы видим, что в эволюционизме не содержится ничего принципиально нового в сравнении с древним язычеством.

3. Попытки согласования эволюционизма с христианством..

Теперь коснемся вопроса, можно ли согласовать эту мифологию с учением Церкви. Надо с сожалением заметить, что несмотря на предостережение апостола Павла, существует ряд попыток согласовать эти "басни и родословия бесконечные" (1 Тим.1, 4), с здравым учением Господа нашего Иисуса Христа. Все они пытаются тем или иным образом исказить слово Божие, чтобы сделать его более приемлемым для духа века сего. По прямому смыслу Библейского Откровения совершенно недопустимо самовольно толковать Священное Писание. Как пишет ап. Петр, "зная прежде всего то, что никакого пророчества в Писании нельзя разрешить самому собою. Ибо никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым". (2 Петр.1,20-21). В согласии с этим 19 правило 6 Вселенского Собора запрещают толковать Писание иначе нежели как понимали его Святые Отцы. Поэтому рассматривая существующие теории христиан - эволюционистов, мы будем опровергать их путем сравнения с учением святых отцов.

Первой теорией является учение о том, что день творения длился миллионы лет, а не 24 часа. Хотя буквальное понимание этих слов было засвидетельствовано самим Господом на горе Синае в 4 заповеди. Святые Отцы также согласно понимали эти дни как обычные сутки. Приведем ряд свидетельств их.

Св. Ириней Лионский.

"Восстанавляя в Себе этот день Господь пришел на страдание в день накануне субботы - т.е. в шестой день творения, в который и создан человек, чрез Свое страдание даруя ему новое создание, т.е. (освобождение) от смерти" 8 .

Св. Ефрем Сирин.

"Никто не должен думать, что шестидневное творение есть иносказание, , непозволительно также говорить, будто бы, что по описанию сотворено в продолжении шести дней, то сотворено в одно мгновение, а также будто бы в описании сем представлены одни наименования, или ничего не означающие, или означающие нечто иное. " 9

Св. Василий Великий.

"И бысть вечер, и бысть утро, день един. Почему назван не первым, но единым?.. Определяет сим меру дня и ночи, и совокупляет в одно суточное время, потому что 24 часа наполняют продолжение одного дня, если под днем подразумевать и ночь. Посему, хотя при поворотах солнца случается, что день и ночь друг друга превосходят, однако же всегда ограничиваются одним определенным временем. И Моисей как бы так сказал: мера 24 часов есть продолжение одного дня, или возвращение неба от одного знака к тому же опять знаку совершается в один день" 10

Св. Афанасий Великий.

"Вся видимая тварь создана в шесть дней; и в первый создан свет, который и нарече Бог день; во второй создана твердь; в третий Бог, собирая во едино воды, явил сушу, и произвел на ней различные плоды; в четвертый сотворил солнце и луну, и весь звездный сонм; в пятый создал животных в море и птиц в воздухе; в шестой сотворил четвероногих живущих на земле, и наконец, человека. И невидимая Его от создания мира твореньми помышляема видима суть (Рим.1,20). И свет не то, что ночь; солнце не то, что луна; бессловесные животные не то, что разумный человек; ангелы не то, что престолы, и престолы не то, что власти. Напротив того, хотя все они - твари, однако же, КАЖДАЯ СОЗДАННАЯ ВЕЩЬ ПО РОДУ, В СОБСТВЕННОЙ СУЩНОСТИ СВОЕЙ, КАКОЮ СОТВОРЕНА, ТАКОЮ ЕСТЬ И ПРЕБЫВАЕТ." 11 ( - Заметим, что Великий Афанасий отвергает мнение эволюционистов о возможности изменения природ.).

Св. Иоанн Златоуст.

"Поэтому и создал в четвертый день, чтобы не подумал ты, будто оно производит день. Что сказали мы о семенах, тоже скажем и о дне, именно, что прошло три дня до сотворения солнца. " 12

"Вот уже здесь, в самом начале бытия мира, Бог гадательно предлагает нам учение о том, чтобы мы один день в круге седмицы посвящали и отделяли на дела духовные. " 13

Свят. Лев Великий, папа Римский.

"Ибо что такое солнце и что такое луна, если не части видимого творения и не начала вещественного света, из которых одно более ярко, а другое более тускло? Ведь в соответствии с тем, как различаются время дня и время ночи, Создатель вложил в эти светильники разное качество, хотя еще до того, как они были устроены, шли своею чередою дни, без какого-либо участия солнца, и ночи, без какого-либо посредства луны. Но они создавались для нужд человека, которого еще только надлежало сотворить, чтобы это разумное существо не ошибалось ни в различении месяцев, ни в определении смены лет, ни в исчислении времени. Ибо через неравные отрезки различающихся по длительности часов (у римлян длительность часов зависела от времени года -Д.Д.) и через очевидные знамения разновременных восходов солнце завершало годы, а луна обновляла месяцы". 14

Св. Иоанн Дамаскин.

"От начала дня до начала другого дня - одни сутки, ибо Писание говорит: "и бысть вечер, и бысть утро, день един. " 15

Св. Филарет митр. Московский.

"Шесть дней творения не означают собственно... такого продолжения времени, в которое бы вещи, по законам только природы, образовались и раскрылись из сотворенных вначале неба и земли, потому что в таком случае дни творения не различествовали бы от дней Провидения, и не можно было бы сказать, что Бог окончил днем седьмым дело Свое и почил (Быт.2,2). Итак, дни творения показывают истинный порядок непосредственных действий творческой силы, совершившихся в определенное время". 16

Кроме этих св. Отцев также учили св. Феофил Антиохийский, св. Ипполит, св. Амвросий Медиоланский, св. Григорий Нисский, св. Епифаний Кипрский, блаж. Феодорит Киррский и другие.

Итак это мнение не подтверждается Священным Преданием и поэтому должно быть отвергнуто, тем более, что оно отвергает православное учение о том, что смерть есть результат грехопадения Адама.

Тоже нужно сказать и о популярной ныне доктрине теистической эволюции, которая говорит, что Бог творил мир в течении тысячелетий при помощи эволюции (т.е. серии смертей). Эта теория возрождает древнее манихейство и отвергает такие фундаментальные свойства Божии как Всемогущество и Благость. О канонических санкциях последователям этих теорий мы скажем чуть ниже, а сейчас заметим, что Символ веры говорит, что Бог - Творец ВСЕХ видимых и невидимых творений, а не очень маленькой их части.

Любая попытка согласовать эволюционистскую доктрину с христианством кроме, других, перечисленных выше проблем, должна при этом еще и объяснить, как она намерена совместить православное учение о неизменности природ с ее предполагаемой текучестью. Напомним, что природой (physis) называется то, что свойственно всем существам одного вида. Например, человек есть живое существо разумное, смертное, общественное, имеющее бессмертную душу. Ангел есть живое существо бессмертное и бесплотное.

Под неизменяемостью природ мы понимаем то, что существо, владеющее одной из природ не может самопроизвольно превратиться в существо другой природы. Например, собака не может стать кошкой, обезьяна - человеком, рыба - лягушкой, человек - ангелом или Богом. Однако неизменяемость вида не предполагает неизменность каждой особи этого вида внутри его границ, ибо полностью неизменен лишь Бог.

Мы уже приводили выше слова божественного Афанасия, утверждающего, что "каждая созданная вещь по роду своему, в собственной сущности своей, какою сотворена, в такою есть и пребывает" . 17

Так же учит и Святой Василий Великий: "Отпрыск тростника не производит маслины, а напротив того, от тростника бывает другой тростник, и из посеянных семян произрастает сродное им. И таким образом, что при первом сотворении изникло из земли, то соблюдается и доныне". 18

Так же учили и другие святые Отцы. Очевидно, что сторонники "христианского эволюционизма" водятся не святоотеческим Духом. Их предшественниками могут служить или ариане, или монофизиты признававшие возможность изменения природ. Первые говорили, что Христос будучи тварью стал Богом, а вторые - сливали в Нем две различные природы. Достойные предшественники новых еретиков!

Что же будет, если мы попытаемся подогнать под эволюционные басни православное вероучение? Тотчас возникнет необходимость объяснить, чью природу принял Бог Сын. Ведь если человек есть усовершенствованная обезьяна - лемур - крыса - пресмыкающееся - амфибия - рыба - беспозвоночное, то само понятие человеческой природы теряет всякий смысл. А если это так, то почему нельзя будет сказать, что Христос это богорыба или какое-либо подобное богохульство. Сам халкидонский догмат потеряет всякий смысл, ибо почему Господь в двух (а не в ста) природах познается. Почему тогда Церковь на Пятом Вселенском Соборе отвергла учение Оригена, говорившего о возможности многих воплощений? Так эволюционизм приведет нас к тому, что мы легко сможем принят басни язычников о многих воплощениях Божества в виде различных животных. Как можем мы смеяться над рассказами о явлении Зевса в виде быка или лебедя, если человек и есть по природе своей тоже, что бык и лебедь? Почему мы не кланяемся вместе с египтянами луку и чесноку? Ведь эволюционизм не дает нам никаких четких границ между ними и человеком. А если человек-это особая форма чеснока или крокодила, и если не существует самих понятий природы, существующей в ипостасях, то почему бы не считать, что бог эволюционистов не воплотился и в таких созданиях.

Надо сказать, что такое смешение природ приводит к тому, что теряется смысл всякая нравственность. Ведь если человек - просто животное, то почему нельзя блудить или прелюбодействовать? Ведь многие из них не имеют постоянных пар. Почему скотоложество является крайней гнусностью, если любой скот то же, что и человек? Почему вызывает такое неприятие идеи фашизма, если борьба за существование эволюционистами считается великим благом, ведущим к улучшению вида (что это такое, впрочем, теория не знает)? Не даром среди эволюционистов уже некоторые выступают за легализацию людоедства, ведь чем отличается мясо человека от мяса свиньи, если природа их одна?

Очевидно, что принятие эволюционизма ведет к полному уничтожению всего христианства.

Теперь нужно коснуться теории, утверждающей что человек - преображенная обезьяна (аллегорически называемая прахом земным), в которую Бог вдунул душу. Кроме уже указанного противоречия с халкидонским догматом эта теория прямо осуждалась Отцами. Очень мудрый ответ дает нам на это св. Ириней Лионский, также сталкивавшийся в борьбе с гностиками-валентинианами, с отрицанием буквального понимания этих слов. Объясняя чудо исцеления слепорожденного, этот великий святой пишет: "Заблуждаются также и последователи Валентина, говорящие, что человек создан не из этой земли, а из жидкой текучей материи. Ибо из какой земли Господь образовал зрение, из той, очевидно, и в начале человека создал. Было бы несообразно, если бы глаза были созданы из одного, а остальное тело из другого, как несообразно то, чтобы один создал тело, а другой - глаза". 19

Этот глубокий аргумент основан на словах Писания: "(Иисус) плюнул на землю, сделал брение из плюновения и помазал брением глаза слепому" (Ин.9,6) и не оставляет камня на камне от попыток иносказательного понимания "персти земной".

Эта "богословская" теория предполагает также предсуществование тела душе - нечто похожее на модную ныне теорию реинкарнации. Однако, воистину прав был Соломон говоривший, что "нет ничего нового под солнцем. Бывает нечто, о чем говорят: "смотри, вот это новое"; но это было уже в веках, бывших прежде нас" (Екк.1,9-10). Такая ересь появилась в IV веке и тогда же она была развенчана и отвергнута трудами св. Григория Нисского. 20 "Они доказывают большую ценность тела, чем души, которая была присоединена к созданному раньше. Они говорят, что душа появилась ради тела, чтобы не быть созданию бездыханным и неподвижным. А все то , что появилось ради чего-либо, всегда менее ценно, чем то, ради чего оно появилось... И я думаю, посредине между этими предложениями должно правиться в истине наше учение. И значит это не думать, согласно эллинскому заблуждению, будто души, вращавшиеся вместе со вселенной, отяготилось каким-то пороком и ... ниспали на землю; и не утверждать также, будто человек был предварительно создан Словом, как статуя из брения, и для этого изваяния получилась и душа (ведь тогда умная природа окажется менее ценной, чем статуя из брения (или же обезьяна, добавим мы - Д.Д))...

Если одно предсуществовало, а другое появилось после, то обличается известное несовершенство силы Создавшего, недостаточной для мгновенного создания всего, но разделяющей дело и занимающийся отдельно каждой из половин... ". 21

Надо заметить, что сие лжеучение не безобидная попытка подогнать Библию под теорию эволюции. Как и любая другая ересь, она влияет на этику ее сторонников. Ведь, если тело человека - обезьянье по происхождению и существовало еще до появления души, тогда можно оправдать и аборты (вспомним - "онтогенез повторяет филогенез"). Убивают ведь во чреве не человека, а обезьяну. Можно относиться к телу, как к мясу. Можно пересаживать чужие органы... Продолжая же эту мысль дальше можно оправдать и любые формы разврата... Так один неправильно истолкованный стих Библии может низвергнуть всю христианскую нравственность. 22

Таким же образом можно показать, что любая попытка согласования эволюционизма совершенно неприемлема с точки зрения святоотеческого христианства.

4. Бог Евангелия и эволюция.

Но давайте на секунду представим себе, что теистические эволюционисты правы и их бог эволюции существует. Посмотрим, можно ли его считать тем Богом, который открыл Себя в Лице Господа и Спасителя Иисуса.

Начиная с самого своего Рождения Христа сопровождают чудеса, явно противоречащие законам природы, на которых только и пытаются построить свое мировоззрение телеологисты. Жена в старости, при омертвевшей утробе рождает сына. Дева зачинает без мужа. (Святые Отцы считают, что Своим бессеменным Рождением Христос уподобился Первому Адаму, взятому из девственной, необработанной земли 23 ). Вифлеемского младенца приветствует звезда, указывающая, что именно Он (а не сила гравитации) создатель светил. (Об этом же свидетельствует и померкшее при Распятии солнце). Само движение звезды противоречило законам небесной механики (на которой только и строят свою хронологию эволюционисты - историки), ведь двигалась она с северо-востока на юго-запад и останавливалась в своем движении.Учение Господа прямо противоположно законам естественного отбора, на котором якобы только и зиждется процесс самоусовершенствования твари. Ибо как можно стремиться к победе сильного над слабым, если Христос заповедал ударившему тебя в правую щеку, подставить другую (Мф.5,39). Разве будет совершенствовать природу в течении бесконечных эпох Тот, Кто на просьбу прокаженного: "Господи! Если хочешь, можешь меня очистить", ответил "хочу, очистись". И он тотчас очистился от проказы. (Мф. 8,3). - (Т.е. Господь мгновенно восстановил все его отвалившиеся и разложившиеся органы). Разве будет использовать мутации и болезни для устроение чрез них Своего создания Тот, Кто "взял на Себя наши немощи и понес наши болезни"(Мф.8,17)?

Разве не является Истинным Владыкой вод Тот, Кто словом прекратил бурю и ходил по бездне как по суху? Разве Господин субботы нуждался в тысячах лет для создания, если Он повелением восстановил высохшую руку? Разве не показал Он из какой земли создан Адам, исцелив слепорожденного? 24 Виноградная лоза произошла мгновенно из Его Всемогущей Руки - об этом свидетельствует нам вино Каны. Рыба мгновенно возникла в водах (а не развивалась из червяков), как являет нам чудесный улов апостолов на Тивериадском озере. Он Тот, Кто сотворил и внешнее (руки), и внутреннее (душу) (Лк.11,40). Он Победитель (а не подчиненный и не союзник) смерти, - об этом вопиют нам и четверодневный Лазарь 25 , и сын Наинской вдовы, и дочь Иаира, и, главное, Его пустая гробница. Его пронзенное ребро исцелило язву Евы, взятой из настоящего ребра Адама первого. Его руки, пробитые гвоздями, очистили преступление протянутых рук праотцев. Терновник вонзившийся в Его голову, освятил проклятую землю. Он Единственный Творец, Искупитель, Смертоубийца и Властелин веков, Который не нуждается ни в чьей помощи и Разум Его непостижим не только для обезумевшей мудрости, но и для высочайших сил. "Все через Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нем была жизнь" (Ин.1,3-4). И Ему Одному подобает вечная слава и в первую седмицу, и кружащееся время падшего мира, и единый день вечности!

А где же бог эволюционистов? Мы не видим его действий. Пусть он докажет свое существование (Ис.44,7), но его нет и мы скажем вместе с пророком Иеремией: "боги, которые не сотворили неба и земли, исчезнут и с земли, и из-под небес" (Иер. 10,11) вместе со всеми служащими им.

5. Эволюционизм и литургическое богословие.

По словам блаженного свидетеля Иисусова, Иринея еп. Лионского "наше учение согласно с Евхаристией, и Евхаристия в свою очередь подтверждает учение", ибо мы исповедуем Единого Бога, Сотворившего все без исключения Словом Своим и Духом. И используя этот критерий посмотрим, смогут ли приступать к Божественным Таинствам те, кто "почитая окружающий нас мир произведением недостатка, неведения и страсти, когда приносят плоды неведения, страсти и несовершенства (т.е. Хлеб, вино, воду, елей используемые при Таинствах), тем самым грешат против своего Отца, скорее нанося Ему оскорбление, чем воздавая благодарность". 26

Итак взяв в руки чинопоследования Таинств православной Церкви мы тотчас обнаружим, что учение о творении мира Самим Господом без чьей-либо помощи пронизывает все наше богослужение. Уже в молитве встречающей будущего христианина в самый день его рождения упоминается о первом благословении данном первозданному. На 40 день Церковь говорит, что Господь Иисус Христос "все естество словесное и бессловесное словом Твоим создавый, и вся от не сущих во еже быти преведый". Оглашаемый слышит в молитвах, что Бог повелением землю утвердил на водах, создал небо, и "поставил горы ставилом, и удолия мерилом, и положил песок морю предел, прикасающемуся к горам - и дымятся". Во время самого Таинства Возрождения благодарение Церкви за творение переходит в восторженную песнь: "Ты бо хотением от не сущих во еже быти приведый всяческая, Твоей державою содержиши тварь, и Твоим промыслом строиши мир: Ты от четырех стихий тварь сочинивый, четырьми времены круг лета венчал еси: Ты простер небо яко кожу, Ты утвердил землю на водах, Ты оградил еси море песком, Ты бо ко отдыханию воздух пролиял еси:" Омывшийся христианин постригает волосы и молится такими словами: "Владыко Господи Боже наш, иже образом Твоим почтивый человека, от души словесныя и тела благолепного устроивый его, яко да тело служит словесной души: главу убо на высочайших положивый, и в ней множайшия чувств водрузивый, незапинающия друг другу: власы же главу покрыл еси, во еже не вреждатися преложениями воздушными, и вся уды его потребно насадивый, да всеми благодарит Тя изрядно художника". - Можно бесконечно продолжать цитирование, но и из приведенного видно, что литургическое богословие Церкви в корне противоречит мироощущению эволюционистов (как дарвинистов, так и телеологистов). Все оно видит в Боге, премудрого Творца, не счетшего для Себя зазорным и раздвигать небо 27 , и ограждать моря песком (не прибегая для этого к миллионолетней эрозии), и возжигать звезды (без помощи сил гравитации), и Самому украшать человеческое тело и волосами, и чувствами, и всевозможными органами (не привлекая для этого мутаций и отбора). Все это в корне несовместимо с мифологией эволюционистов. Поэтому спросим себя: "как могли они вообще пройти сквозь крещальную купель, если само чинопоследование этого Таинства обличает их?" К ним вполне применимы слова преп. Иоанна Дамаскина: "Тот, кто приступает ко Крещению коварно, скорее будет осужден, нежели получит пользу". 28 Еще больше вопросов вызывает то, почему "православные эволюционисты" приступают (и их допускают) ко Святому Причащению. Ведь еще св. Ириней замечал про их предшественников: "каким образом они могут говорить, что тот Хлеб, над которым совершенно благодарение, есть Тело их Господа и Чаша есть Кровь Его, когда они утверждают, что Он Сам не есть Сын Творца мира, т.е. Слово Его, чрез Которое дерево приносит плоды, текут источники, земля дает сперва зелень, потом колос, наконец полное зерно в колосе (Мк.4,28)" 29 .

С другой стороны нужно помнить что, если полностью подогнать христианство под эволюцию, тогда от принятого нами от Апостолов и Отцов чинопоследования Таинств ничего не останется. Желающий убедится в этом пусть представит себе, как будут выглядеть молитвы венчания при признании происхождения Адама от обезьяны. Сейчас вполне оправданно идет борьба против попыток модернизации богослужебных текстов неообновленцами, но эту грозную опасность почему-то не замечают. Хотя, если эволюционисты оккупируют власть в Церкви, то все эксперименты о.Г.Кочеткова покажутся просто невинной шалостью, ибо тогда мы потеряем Евхаристию Спасителя, Создавшего миры. От чего избавит нас любовь и милосердие единственного Властелина и Причины всех творений!

6. Каноническая оценка эволюционизма.

В заключение считаю необходимым дать каноническую оценку действий эволюционистов. Она будет весьма полезна для преподавателей биологии, астрономии, истории, природоведения и закона Божия, ибо те постановления Церкви, которые будут приведены, прямо касаются их вечной участи.

Итак, те ученые, которые пытаются развивать теорию циклической или стационарной вселенной, верят в самоусовершенствование мира - подпадают под следующие слова Чина Торжества Православия:

"Отрицающим бытие Божие и утверждающим, яко мир сей есть самобытен, и вся в нем без промысла Божия и по случаю бывают: анафема".

Сторонники теистической эволюции, как не верящие во Всемогущество, Премудрость и Благость Господа, слышат следующее:

"Глаголющим Бога не быти дух, но плоть: или не быти его праведна, милосердна, премудра, всеведуща, и подобная хуления произносящим анафема".

Те, кто дерзают самовольно толковать слово Божие и своими толкованиями вступают в противоречие с учением Отцов, слышат постановления 7 Вселенского Собора:

"Мы следуем древнему законоположению кафолической Церкви. Мы сохраняем определения отцов. - Прибавляющих что либо к учению кафолической Церкви, или убавляющих от него, мы предаем анафеме".

Эволюционисты также подпадают под постановления Константинопольского Собора 1084 г по делу Иоанна Итала.

"Тем, которые выдают себя за православных, а между тем бесстыдно, или паче, нечестиво, привносят в учение православной кафолической Церкви нечестивые мнения языческих философов о душах человеческих, о небе, о земле и прочих тварях, анафема.

Тем, которые слишком высоко ценят так называемую мудрость языческих философов и вслед за ними принимают переселение душ человеческих или думают, что они, подобно душам бессловесных животных, разрушаются и обращаются в ничто, а за сим уже и отметают воскресение и суд, и последнее решительное воздаяние за дела настоящей жизни. Анафема. 30

Тем, которые умствуют, что материя безначальна, равно как и идеи, или собезначальна Творцу всего Богу, вопреки рекшему: "небо и земля прейдут, словеса же Моя не прейдут", полагают, что небо и земля, и прочие творения вечны и безначальны, и останутся неизменными, тем, говорим, сами наводят на головы свои проклятие Божие, анафема.

Тем, которые вместо того, чтобы с чистою верой, в простоте сердца и от всей души признавать за несомненные события великие чудеса, совершенные Спасителем нашим и Богом, нетленно родившей Его Владычицей нашей Богородицей и прочими святыми, силятся посредством мудрований софизмов выставлять оные невозможными или перетолковывать так, как им кажется, и упорствуют в своем мнении, анафема.

Тем, которые слишком дружелюбно приемлют языческие науки и изучают их не для одного только образования себя, а следуют и преподаваемым в них ложным мнениям, принимая их за истинные; и кои до такой степени прилепляются к сим мнениям, как к имеющим какое-нибудь твердое основание, что увлекают к ним и других тайно, а иногда и явно, и научают тому не обинуясь, анафема.

Неправо изъясняющим богомудрые изречения св. учителей Церкви Божией и покушающимся перетолковывать и извращать смысл учения, ясно и определенно благодатью Святого Духа изложенного, анафема".

Те, кто верит, что смерть не есть результат грехопадения, подпадают под анафему Карфагенского Собора, направленную против пелагиан (см. 123 и 124 правила). Осуждение этих еретиков подтвердит 3 Вселенский Собор.

Итак, мы с вами должны в своей преподавательской деятельности иметь в виду эти страшные угрозы Господа, говорящего чрез Церковь Свою и бояться попасть в место вечного мучения.

Саму теорию эволюции, по нашему мнению, в школах можно преподавать, но скорее на уроках религиоведения, при этом указывая на те заблуждения, которые она порождает и предостерегая детей от увлечения этой ересью. Иначе и над нами, как и над дарвинистами сбудется печальное пророчество царя Давида: "Человек в чести не пребудет; он уподобится животным, которые погибают. Этот путь их есть безумие их, хотя следующие за ними одобряют мнение их. Как овец, заключат их в преисподнюю; смерть будет пасти их, и на утро праведники будут владычествовать над ними; сила их истощится; могила жилище их" (Пс.48,13-15).

Примечания

1. Первоначально этот доклад был представлен в неколько более коротком виде 30 октября 1999 года на Совещании, проводимом Отделом религиозного образования и катехизации Московского Патриархата на тему: "Преподавание в православных школах вопросов творения мира, жизни и человека".

2. Подробнее эти доказательства были рассмотрены нами в книге "Летопись начала". (М. Издание Сретенского монастыря. 1999).

3. Ведь законы природы не могут показать того, как они возникли и как выглядел мир до начала их действия, поэтому любая их интерполяция на бесконечно долгое прошлое совершенно не оправдана.

4. Только этим именем можно назвать штатных ученых-эволюционистов, с яростью фанатика отстаивающих свою веру. Часто они приносят своему божеству и не только словестные, но и вполне кровавые жертвы (вспомним ученых-фашистов).

5. Не с этим ли убеждением в величие светил связан современный расцвет асторологии, получившей и псевдонаучное обоснование, например, в трудах русских космистов (Чижевский и др.).

6. Вообще надо заметить, что тема участия в распространении эволюционных идей тайных обществ безусловно нуждается в дальнейшем расследовании. "Сионские протоколы" говорят о поддерждке, оказанной дарвинизму со стороны "братьев". Об этом же свидетельствует и мгновенно начавшаяся пропаганда этих идей со стороны масонских СМИ, и замалчивание неопровержимых доказательств Сотворения продолжающаяся до сих пор. Финансирование раскопок "синантропа" Рокфеллеровским фондам (сумма для 20 годов была огромной - 20000 $). Массовые акции по дискредитации креационистов в многих странах мира и т.д.

7. Об этом смотри подробнее в статье А. Хоменкова в нашем сборнике.

8. Св. Ириней Лионский. Творения. М.1996. стр.495.

9. Преп. Ефрем Сирин. Творения Т.6. М.1995 стр.210-211

10. Св. Василий Великий. Творения Т.1 М.1845. стр.37.

11. Св. Афанасий Великий. Творения Т.II. М.1994 стр.287

12. Св. Иоанн Златоуст. Творения Т.4 кн.1 СПб.1898.стр.45

13. Св. Иоанн Златоуст. Творения Т.4 кн.1 СПб.1898.стр.82

14. Памятники средневековой латинской литературы IV - VII веков. М. 1998.Стр.276.

15. Преп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. М. -Ростов-на-Дону.1992. стр. 128.

16. Св. Филарет митр. Московский. Записки на книгу Бытия. М.1867. стр.3-4.

17. Св. Афанасий Великий. Творения Т.II. М.1994 стр.287

18. Св. Василий Великий. Творения Т.I М.1845. стр.77. см. также стр.123,159

19. Св. Ириней Лионский. Творения. М.1996.стр.479

20. Учение некоторых антиохийцев о разновременности создания тела и души должно понимать в смысле онтологическом , а не хронологическом. Подробнее об этом смотри у о. Серафима (Роуза). (Православный взгляд на эволюцию.СПб. 1997. Стр.74-86).

21. Св. Григорий Нисский. Об устроении человека. СПб.1995. стр.89-90,92-93

22. Подробнее об антропологических проблемах эволюционизма смотри в нашем сборнике статью Ю. Максимова.

23. А не возделанной, как утверждает о. Андрей Кураев.

24. Надо заметить, что у слепорожденного вообще отсутствовало глазное яблоко, которое Христос создал из персти земной, из которой и прежде был сотворен Первозданный.

25. Чье тело уже разложилось.

26. Св. Ириней Лионский. Творения. М.1996.стр.365.

27. И не нуждавшегося для этого в "Большом взрыве".

28. Преп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. М. -Ростов-на-Дону.1992. Стр.284.

29. Св. Ириней Лионский. Творения. М.1996.стр.365.

30. Данный анафематизм мы приводим потому, что эволиционисты весьма часто бывают заражены как оккультными представлениями, так и бытовым оригенизмом, отвергающим вечные мучения грешников (вспомним хотя бы позицию прот. Александра Меня).

31. Анафема. История и XX век. Составитель Петр Паламарчук. Издание Сретенского монастыря. 1998.стр.139 -141.

32. Подробнее смотри в статье Ю. Максимова.

Почему православный не может быть эволюционистом

Буфеев С.В.

Выпускник РГТУ им. Н.Э. Баумана

Убегай бредней философов, которые не стыдятся почитать свою душу и душу пса однородными между собою, и говорить о себе, что они были некогда рыбами.
(Свт. Василий Великий.)

Вопрос о православном отношении к естественнонаучному знанию не имеет к настоящему времени четкого и однозначно сформулированного ответа, причем речь идет даже не о детальном изложении всех аспектов естествоведения с христианских позиций, но о возможности согласованного взгляда православного мiровоззрения и естественной науки по наиболее существенным вопросам бытия. Осуществимо ли в принципе согласие естественнонаучного знания и православно-догматического богословия? Например, правомочно ли соединение библейской истории творения мiра, христианского понимания смысла и цели его творения с естественнонаучной концепцией возникновения вселенной в результате "большого взрыва" и ее эволюционного развития, или с концепцией происхождения жизни, основанной на разрушении (мутации) и смерти (естественный отбор)? Совместимо ли православное образование с естественнонаучным - материалистическим? Некоторые христианско-апологетические публикации пытаются найти положительное решение подобных вопросов. Но привлекательность такого решения обманчива, поскольку в нем содержится мысль, что можно достичь Божественной Истины и вне веры во Христа, основываясь лишь на научных построениях человеческого разума. Однако всяко, еже не от веры, грех есть (Рим. 14, 23). Без Бога ни наука, ни любое иное построение человеческой мысли не ведет к Истине, яко да не похвалится всяка плоть пред Богом (1Кор. 1, 29). Сам Спаситель говорил: Аз не от человека свидетельства приемлю (Ин. 5, 34); всяк, иже есть от Истины, послушает гласа Моего (Ин. 18, 37); иже несть со Мною, на Мя есть (Мф. 12, 30).

Свт. Феофан Затворник писал: "Для различения, от Истины ли речь, служит положительное учение Церкви. Это пробный камень всех учений. Что с ним согласно, то принимай, что несогласно, отвергай. И это можно делать без дальнейших рассуждений" [43]. "Быстро идут науки вперед - и пусть. Но если они допускают выводы, противные Откровенным Истинам, то ведайте, что они отклонились на распутье лжи и не идите вслед их" [25]. "Верующие имеют полное право втесняться с духовным в область вещественного, когда материалисты лезут с своею материею без зазрения совести в область духовного. И на нашей стороне разумность, а на их - бестолковость: Материальное не может быть ни силою, ни целью. То и другое вне его. Оно лишь средство и поприще для духовных сил, по действиям духовного начала (Творца) всяческих" [43]. Для того, чтобы прийти к истинному познанию Божьего творения, нужно не проецировать, сообразуяся веку сему (Рим. 12, 2) - в угоду материализму, - Откровенную Истину на научные достижения, ибо в свете Божественного Откровения сама Истина явлена нам в той полноте и ясности, какой это угодно Богу, - а на саму науку смотреть с точки зрения божественной, духовной, по слову свт. Василия Великого, "исследовать состав мiра, рассматривать вселенную не по началам мiрской мудрости, но как научил служителя Своего Бог, глаголавший с ним яве, а не гаданием (Числ. 12, 8)" [19].

В православном отношении к естествознанию основополагающим моментом является тема Творения - происхождения мiра, жизни и человека. С христианской точки зрения законы нынешнего состояния мiра и мiра первозданного принципиально отличаются друг от друга, ибо все созданное Богом, изначально было совершенным и бессмертным, а нынешнее состояние материального мiра, природы и человека является извращенным вследствие грехопадения, противоестественным и временным. Свт. Игнатий пишет: "Ныне взорам нашим представляется земля совсем в ином виде. Мы не знаем ее состояния в святой девственности; мы знаем ее в состоянии растления и проклятия, знаем ее уже обреченную на сожжение; создана она была для вечности" [36].

Большим искушением для современных ученых, обратившихся в христианскую веру, оказалось желание во что бы то ни стало совместить современные научные космогонические гипотезы с Моисеевым повествованием о шестодневе. Логическая порочность этих гипотез заключена уже в том, что появление и развитие мiра в них описывается законами мiра, который еще не возник, и следовательно, не имеет этих законов. Творение мiра принципиально представляет собой концепцию религиозную, а не научную; религиозность же научной концепции заключена в ее атеистичности (вере в не-Бога).

Еще в 1885 году Н.Я.Данилевский писал, что "теория эволюции не столько биологическое, сколько философское учение, купол на здании механического материализма, чем только и можно объяснить ее фантастический успех, никак не связанный с научными достижениями" [1]. В этом кроется причина того, что теория эволюции, несмотря на свою поразительную научную бесплодность, остается практически безраздельно господствующей: она удовлетворяет социальному заказу на материализм, "научно доказывая" натуральный, естественный характер происхождения всех форм жизни, включая и человека. Тем самым теория эволюции, вторгаясь далеко за пределы научного знания - в область веры, - от имени науки санкционирует отказ от Бога. Разумеется, со всей вытекающей отсюда ответственностью за подобное безумие: рече безумен в сердцы своем: несть Бог (Пс. 13, 1; Пс. 52, 1). И хулиша имя Божие, Иже имать область на язвах сих, и не покаяшася дати Ему славы. (Апок. 16, 9).

Можно привести немало чисто научных свидетельств несостоятельности теории эволюции - дарвиновской, более современной синтетической теории эволюции 1 , либо любой ее модификации, включая теистические формы 2 , однако всякая научная аргументация всегда носит характер условный. Теория эволюции не является, собственно говоря, научной теорией. Теория эволюции - это мiровоззрение, мiровосприятие, это религиозная (а именно, языческая) концепция происхождения мiра, которая пронизывает все области научного знания, полагая в качестве аксиомы (догмата), что мiр содержит в себе механизм своего саморазвития, самосовершенствования, действующий вот уже миллионы и миллиарды лет 3 . Христианское понимание мiра, напротив, состоит в том, что с момента Адамова грехопадения в нем действует закон инволюции - дегенерации, тления, а вся творческая и созидающая сила принадлежит не мiру, а Господу. И если уж допустимо говорить об эволюции в мiре, находящемся с момента совершения первого греха в состоянии все ускоряющегося падения (от-падения от Бога), то не о биологической эволюции человека как вида ("homo sapiens"), но о добровольно-свободной духовной эволюции верующего человека как личности в его стремлении к богоподобию, на пути стяжания христианских добродетелей. В этом смысле эволюция человека подчинена не естественным законам, провозглашаемым в теории эволюции, а сверхъестественному закону - Закону человеческого спасения.

Прогрессистский эволюционистический взгляд на мiровую историю как на процесс непрерывного совершенствования всех форм жизни, возводящий "стрелу" развития от простейших организмов к человеку, несовместим с православным святоотеческим пониманием, исходящим из того, что человек был изначально помещен на вершину богоданного достоинства, но, поддавшись искушению самостоятельного эволюционного развития, стремясь стать еще выше, упал с нее вниз, к небытию, и, скатываясь, увлек за собою всю прочую тварь. Отношение к концепции эволюционизма не есть какой-нибудь абстрактно-отвлеченный философский или, наоборот, конкретно-специальный естественнонаучный (биологический или физический) вопрос, а есть именно вопрос духовный, вопрос веры и спасения души - вопрос об истоках нашего мiра, о его происхождении, существовании, и значит, о его конце, вопрос, определяющий характер мышления человека, его отношение к жизни, к законам нравственности.

Принципиальным моментом расхождения эволюционизма с христианством является вопрос о первоначальном возникновении живых организмов. Апостол Павел завещал нам не иначе учити, ниже внимати баснем и родословием безконечным, яже стязания творят паче, нежели Божие строение еже о вере (Божие назидание в вере) (1Тим. 1, 3-4). Все же научные, религиозные и философские учения о бытии, созданные вне моисеево-христианского Откровения, описывают бесконечные рождения и превращения одних явлений в другие - по принципу: из ничего не может ничего появиться. При этом мiр понимается либо как превращение только материальных субстанций с образованием более сложных форм из более простых, либо как эманация (исхождение) из Божества, либо как его отождествление с Божеством. Разница в том лишь, что в первом случае речь идет о физической эволюции, обусловленной материальными факторами; во втором случае появление новых форм определяется духовным состоянием перевоплощаемого объекта. Однако и в том и в другом случае в основе всех явлений лежит эволюционистическая (языческая) идея возникновения новых сущностей - из старых. Эволюционисты и все прочие язычники пытаются объяснить возникновение космоса из некоего первоприродного хаоса. О богах, "осуществляющих" такое преобразование хаоса в космос замечательно сказано у свт. Григория Паламы: "бог, творящий не из ничего, не существовавший прежде материи, от своего внутреннего колыхания приобретающей образ, хотя и не упорядоченный, - какой он бог? Скажу, чуточку прибавив к словам Пророка: боги, которые не сотворили небо и землю из ничего, да сгинут (Иер. 10, 11), а с ними - и придумавшие их теологи" [17]. Л.А.Тихомiров замечает: "Идея создания могла явиться только из Откровения Того, Кто стоит вне законов вещества, Который сам создал вещество. Для человеческого ума, нигде не наблюдающего подобного создания, а знающего только порождение, эволюцию и трансформацию существующего, идея создания бытия на месте небытия совершенно немыслима, она не могла бы и прийти ему в голову, она, так сказать, абсурдна, противна всему, что мы знаем, что мы можем мыслить" [18]. Христианское Откровение по сути своей антиэволюционистично. - Конечно, это утверждение не означает отрицания возможности и факта развития природы в определенных пределах (в пределах рода), а означает лишь то, что новые сущности (по своему роду) имеют принципиально иной механизм появления - творение бытия из небытия, - непостижимый человеческим "естественным" разумом в силу его сверхъестественного, Божественного происхождения, который устанавливает характерные, специфические, определяющие, неизменяемые свойства, передаваемые организмом по наследству. Это учение о Божественном акте творения всего из ничего и неизменяемости природы тварей является неотъемлемой частью всего христианского мiровоззрения. Свт. Афанасий Великий учит, что "каждая созданная вещь по роду своему, в собственной сущности своей, какою сотворена, такою есть и пребывает" [19].

Идея предуготовительного характера всей земной жизни человека ради жизни вечной, впервые явленная в Моисеевом Откровении и затем в окончательном виде раскрытая Спасителем, есть идея, принципиальным образом отличающая христианское мiровоззрение от всех прочих религиозных взглядов и учений, рисующих всегда ту или иную эволюционистическую картину бытия. Тем не менее, во все христианские (и дохристианские) времена предпринимались гностические (синкретические) попытки создать систему цельного мiросозерцания, синтезирующую богооткровенные знания о творении мiра с натурально-философскими представлениями людей о мiре.

Подстраиваясь под современный уровень развития науки, теория эволюции биологических видов сама "эволюционировала" от простого дарвинизма к более сложным теориям, сохранив при этом прогрессистский мiровоззренческий взгляд на развитие жизни от низших форм к более высоко организованным. И вновь находятся "посредствующие богословы" (по выражению В.Болотова) - наследники гностицизма - последователи религиозного (теистического, христианского, телеологического) эволюционизма, которые дерзают говорить о естественном появлении и развитии жизни на языке божественных категорий. - Лучше бо бе им не познати пути правды, нежели познавшым возвратитися вспять от преданныя им святыя заповеди. Случися бо им истинная притча: пес возвращься на свою блевотину, и свиния, омывшися, в кал тинный (2Пет. 1, 20-21). По словам о. Серафима (Роуза), всякие попытки совмещения эволюционизма и христианства свидетельствуют "не только о низком уровне богословия, но и о почти полной утрате здравого смысла" [15].

Подчеркнем еще раз, что независимо от применяемой христианской терминологии и обличий в религиозные формы, источник, начало, движущая сила мiра во всякой эволюционной концепции - не в Боге Творце, но в самом себе, в собственных естественно-природных механизмах. В основе эволюционного взгляда лежит так называемый принцип актуализма (униформизма), смысл которого сводится к предположению, что наблюдаемые нами законы природы были таковыми всегда и будут неизменными вовеки.

Сама идея христианского эволюционизма основана на спекулятивном распространении и перенесении духовной эволюции человека к Богу (то есть непостижимого рассудком спасения верующих христиан, можно еще сказать, эволюции образа Божия в подобие Божие) на естественное развитие всей твари. При этом христианские эволюционисты закрывают глаза на все святоотеческое наследие в опыте толкования книги Бытия и игнорируют тот факт, что восхождение (эволюция) человека к Богу есть результат смирения пред Богом, результат покаяния в нарушениях Его заповедей, а потому и очевидно, что к мiру животных и к мiру растений "христианские механизмы эволюции" неприложимы. Может Бог от камения сего воздвигнути чада Аврааму (Мф. 3, 9; Лк. 3, 8) 4 , - говорит Иоанн Предтеча. Так почему же не воздвигает? - Не потому, как считают христианские эволюционисты, что "Господь отбирает "лучших" особей, достойных более высокой биологической ниши с целью их последующей селекции". По природе своей ничто не лукаво и не отчуждено Богом: всякое дыхание да хвалит Господа (Пс. 150, 7). Категории греха и зла ("худший", "недостойный", "нечистый") применимы в материальном мiре лишь к человеку (точнее, даже не к самому существу человека, а к его порокам), через которого они и вошли в мiр, и изменили его после вкушения от древа познания добра и зла, но совершенно неприложимы к низшим, бессловесным тварям. Господь не из камней, а из человеков собирает жителей Царства Небесного именно потому, что действует не по дьявольской логике: аще Сын еси Божий, рцы, да камение сие хлебы будут (Мф. 4, 3), - а по Своей безмерной любви, хочет спасения, усыновления и, значит, ждет обращения к Нему каждого человека, пришедшего в мiр.

Христианский эволюционизм предполагает особое, чуждое святоотеческому и понятное лишь самим ученым-эволюционистам, символическое прочтение слов Св. Писания. В священных словах, по их мнению, зашифрованы тайны и секреты нашего бытия, ключ к пониманию которых доступен лишь избранным интеллектуалам, умудренным знанием современной натурфилософии. Когда-то Адам посчитал запретный плод символом, знаком, овладев которым он станет свободным властителем своего бытия. Сегодня христианские эволюционисты считают символом и самого Адама: Эволюционистическое толкование Писания есть плод научного интеллектуализма - поврежденного грехом разума. Именно эту ошибку совершали первохристианские гностики. Собственно говоря, христианский эволюционизм - это и есть современный гностицизм, и потому всегда, в любой своей форме, он может оставаться только язычеством. Так же и с другой стороны, как уже сказано, сущность язычества состоит в эволюции всей видимой и невидимой природы. Обольщение эволюционизмом становится возможным при потере духовных ориентиров, когда научные идеи, концепции принимаются в качестве абсолютных истин, превращаются в объект духовного идолопоклонства. Такой превратный ум упорствует и не покоряется Истине (Рим. 1, 28; 2, 8). На самом деле, эволюция не является даже и научной истиной (научным фактом, законом, логическим выводом): ее существование нельзя научно ни установить, ни опровергнуть, ибо она ненаблюдаема. И потому, в соответствии с точным определением ап. Павла, эволюция есть объект веры: вера есть уверенность в невидимом (Евр. 11, 1). Эволюционизм нехристианский - не признающий Откровенной Истины - для христиан безопасен, потому что не интересен: внешних Бог судит (1Кор. 5, 13). Но облекаясь в христианские формы, он становится коварным врагом христианства, и потому должен быть обличен как ересь. Важно отметить, что для того, чтобы назвать эволюционизм ересью, не требуется специального соборного постановления Церкви, ибо в этом учении нет ничего, неизвестного Церкви. Свт. Феофан Затворник писал: "У нас теперь много расплодилось нигилистов и нигилисток, естественников, дарвинистов, спиритов и вообще западников, - что ж, вы думаете, Церковь смолчала бы, не подала бы своего голоса, не осудила бы и не анафематствовала бы их, если бы в их учении было что-нибудь новое? Напротив, собор был бы непременно, и все они, со своими учениями, были бы преданы анафеме; к теперешнему чину Православия прибавился бы лишь пункт: "Бюхнеру, Фейербаху, Дарвину, Ренану, Кардеку и всем последователям их - анафема!" Да нет никакой нужды ни в особенном соборе, ни в каком прибавлении. Все их лжеучения давно уже анафематствованы". Развивая эту мысль, Святитель указывал, что для спасения верующих, эти учения все же полезно было бы предать анафеме: "По нынешнему времени не то что в губернских городах, но во всех местах и церквах следовало бы ввести и совершить чин Православия, да собрать бы все учения противные слову Божию, и всем огласить, чтобы все знали, чего надо бояться и каких учений бегать. Многие растлеваются умом только по неведению, а потому гласное осуждение пагубных учений спасло бы их от гибели. Кому страшно действие анафемы, тот пусть избегает учений, которые подводят под нее; кто страшится ее за других, тот пусть возвратит их к здравому учению. Если ты, неблаговолящий к этому действию, - православный, то идешь против себя, а если потерял уже здравое учение, то какое тебе дело до того, что делается в Церкви содержащимися ею? Ты ведь уже отделился от Церкви, у тебя свои убеждения, свой образ воззрений на вещи, - ну, и поживай с ними. Произносится ли, или нет твое имя и твое учение под анафемой - это все равно: ты уже под анафемой, если мудрствуешь противно Церкви и упорствуешь в этом мудровании" [25].

Свт. Григорий Палама писал: "Если рассмотришь внимательно, увидишь, что все или большинство страшных ересей берут начало там же, откуда исходят наши иконогносты ("познаватели образа Божия"), говорящие, что человек обретает образ Божий через знание, и через знание же божественно преобразуется душа. Поистине, как было сказано Каину: Еда аще право принесл еси, право не разделил еси (то есть не отделил того, что человечески превратно от Божьего), не согрешил ли еси? (Быт. 4, 7). А по настоящему праведно разделять могут немногие и при том лишь отточившие чувства своей души для различения добра и зла: Во внешней мудрости надо еще сначала убить змия, то есть уничтожить приходящую от нее надменность; потом надо отсечь и отбросить как безусловное и крайнее зло главу и хвост змия, то есть явно ложное мнение об уме, Боге и первоначалах и басни о творении; а среднюю часть, то есть рассуждения о природе, ты должен при помощи испытующей и созерцательной способности души отделить от вредных умствований, как изготовители лечебных снадобий огнем и водой очищают змеиную плоть, вываривая ее: - От змей нам тоже есть польза, но только надо убить их, рассечь, приготовить из них снадобье и тогда уж применять с разумом против их собственных укусов" [17].

Причина видоизменения теории эволюции - ее облечения в религиозные (в том числе и "православные" формы) - связана с происходящей в настоящее время сменой исчерпавшей себя редукционистско-материалистической и рационалистической парадигмы на более полные (не отрицающие категорически бытия Бога) идеалистические представления об устройстве мiра. Однако если даже незначительные искажения догмата приводят к ереси и в результате к полному отпадению от Истины, то должно быть ясно, почему "спасение" околонаучного мифотворчества путем его "присоединения" к религиозным догматам, осуществляемое "ради великой цели установления гармонии между верой и наукой" (за счет компромиссов со стороны веры), уводит от спасительного христианского учения во тьму оккультизма и теософии. В качестве примера механизма "проникновения" теории эволюции в богословие можно назвать отказ современных эволюционистов считать единственной движущей силой эволюции борьбу за существование, то есть вражду (что в социальном плане послужило обоснованием классовой борьбы), и признание ими в качестве движущей силы также взаимопомощи; в философском аспекте это есть концепция дуализма (ничем не лучшего дарвиновского материализма), утверждающего независимость двух начал - разрушительного и созидательного; в истории Церкви такая гностическая концепция нашла свое выражение, например, в манихейской ереси.

Естествознание, в период своего становления отделившись от магии и упрочившись на фундаменте материализма, в своем саморазвитии пытаясь постичь законы жизни одушевленных тварей, преступило границу области чисто материальной, неживой природы и вновь оказалось пред реалиями духовного мiра. Однако всякое обретение духовной составляющей, которая рождается не Святым Духом, является безнадежным уродством, пародийно извращающим Истину, "рождением в смерть". Поэтому происходящий в настоящее время процесс превращения секуляризованной науки в научную мистерию и оккультную паранауку имеет вполне закономерный характер. Ярким примером антихристианской духовности в науке служит теория эволюции, заимствовавшая из Библии идею поэтапного устроения мiра. Сегодня еще более актуально звучат слова свт. Феофана Затворника, высказанные им более века назад: "Во дни наши россияне начинают уклоняться от веры: одна часть совсем и всесторонне падает в неверие, другая отпадает в протестантство, третья тайком сплетает свои верования, в которых думает совместить и спиритизм, и геологические бредни с Божественным Откровением. Зло растет: зловерие и неверие поднимает голову; вера и Православие слабеет. Ужели же мы не образумимся? И будет, наконец, то же и у нас, что, например у французов и других: Как развратился Запад? Сам себя развратил: стали вместо Евангелия учиться у язычников и перенимать у них обычаи - и развратились. То же будет и у нас: начали мы учиться у отпадшего от Христа Запада, и перенесли в себя дух его, кончится тем, что, подобно ему, отшатнемся от истинного христианства. Но во всем этом нет ничего необходимо определяющего на дело свободы: захотим, и прогоним западную тьму; не захотим, и погрузимся конечно в нее" [16].

Представим более подробное обоснование несовместимости эволюционистского мiровоззрения с православно-догматическимо богословием. Среди множества Божественных свойств в святоотеческой традиции принято выделять следующие так называемые катафатические свойства [26] (то есть утверждающие определенные качества Божества), которые, как будет показано ниже, отрицаются эволюционизмом.

Всемогущество. Эволюционизм, не имея возможности удостоверить всех, что эволюция имеет место в наблюдаемом временном промежутке, ради правдивости своих рассуждений выстраивает все события мiровой истории в течение многих миллионов лет, умаляя Божие всемогущество в способности создать мiр за шесть дней только по Своему слову (Быт. 1, 1-31): Той рече, и быша: Той повеле, и создашася (Пс. 32, 9; Пс. 148, 5); Бог же наш на небеси и на земли, вся елика восхоте, сотвори (Пс. 113, 11); в род и род истина Твоя, - основал еси землю, и пребывает (Пс. 118, 90); не изнеможет у Бога всяк глагол (Лк. 1, 37). Здесь важно отметить, что христианские эволюционисты, не ведуще Писания, ни силы Божия (Мф. 22, 29), в суете ума и помрачени смыслом (Еф. 4, 17, 18), базируют все свои теоретические выводы на вопросе о продолжительности дней творения, основанием самой постановки которому служит то, что един день пред Господем яко тысяща лет, и тысяща лет яко день един (2Пет. 3, 8). Приведенное высказывание св. Апостола однако следует понимать, по выражению свт. Иоанна Златоуста, богоприлично - как поэтический прием, метафору, для пояснения того, что Бог независим от времени, то есть вечен. Эволюционисты трактуют дни творения как "этапы неопределенной продолжительности", ссылаясь на "неоднозначность перевода еврейского слова "йом"". Такое толкование несостоятельно. Св. Отцы Восточной Церкви непосредственно указывали, что их нужно понимать равными по продолжительности обычным земным суткам, то есть 24 часам. Например, прп. Ефрем Сирин пишет: "Хотя и свет, и облака сотворены во мгновение ока, но как день, так и ночь первого дня продолжались по двенадцати часов" [40]. Сам Господь засвидетельствовал буквальное понимание дней творения как дней обычной недели: Помни день субботный, еже святити его, зане в шести днех сотвори Господь небо и землю, море и вся яже в них, и почи в день седмый и освяти его (Исх. 20, 8, 11). Литургическая традиция Православной Церкви также понимает дни творения равными по продолжительности обычным суткам [26]. В частности, в богослужебных текстах проводится параллель между творением и искуплением. Так, например, грехопадение произошло в пятницу по полудни (Быт. 3, 9), также в пятницу, в это же время, Спаситель был распят на кресте: Иже в шестый день же и час на кресте пригвождей в раи дерзновенный Адамов грех, и согрешений наших рукописание раздери, Христе Боже, и спаси нас (Великопостный тропарь 6 часа).

Важно заметить, что все св. Отцы, толковавшие книгу Бытия, всегда единодушно подчеркивали, что творческие акты Бога были мгновенными. Свт. Василий Великий: "Да прорастит земля (Быт. 1, 11). Краткое сие повеление тотчас стало великою природою и художественным словом, быстрее нашей мысли производя бесчисленные множества растений" [19]. Свт. Амвросий Медиоланский: "Он (Моисей) не предвосхищал запоздалого и медлительного творения из стечения атомов", хотел "выразить непостижимую скорость деяния" (цит. по [27]). Свт. Афанасий Великий: "Все роды сотворены сразу, вместе, одним и тем же повелением" [20]. Св. прав. Иоанн Кронштадтский: "Он говорит, и слово Его тотчас становится многовидным и многоразличным бытием" [29]. Иеромонах Серафим (Роуз) писал: ""Бог" "христианской эволюции" - это такой бог, которого "недостаточно для выполнения всей работы"; и самая причина, почему было изобретено эволюционное учение, заключалась в том, чтобы объяснить вселенную, исходя из того, что либо Бог не существует, либо Он неспособен создать мiр или привести его в бытие в шесть дней одним Своим словом. Никогда бы не помыслили об эволюции люди, верующие в Бога, Которому поклоняются православные христиане" [15]. Пророк Давид вопрошал: Вскую шаташася языцы, и людие поучишася тщетным? (Пс. 2, 1) Вскую же мятется слабый языческий разум эволюционистов, неспособный вместить предельно простую (но не рассудком, а верой!) постигаемую Божественную Истину: И рече Бог: да будет: - И бысть тако!?

Всеблагость. Эволюционизм не признает, что Бог по Своей благости создал мiр, в котором первоначально не было места смерти и тлению: Бог смерти не сотвори (Прем. 1, 13), Бог созда человека в неистление (2, 23), завистию диаволею смерть вниде в мiр (2, 24), единем человеком грех в мiр вниде и грехом смерть, и тако смерть во вся человеки вниде, в немже вси согрешиша (Рим. 5, 12) 5 . Все созданное Богом было добро зело (Быт. 1, 31), причем не по человеческой, но по Божией оценке! Созданный в шесть дней мiр был совершенным 6 - не в том, конечно, смысле, что он не предполагал дальнейшего совершенствования, ибо полное совершенство будет достигнуто лишь по скончании нашего века творением восьмого невечернего дня, - но безусловно в том смысле, что ему не было присуще что-либо противное и неугодное Богу - какой-либо изъян, порок, грех, а значит, в нем не было и болезней, страданий, мучений, старения, тления, смерти; противное предположение неизбежно приводит к извращению самой идеи Божества. Смерть явилась результатом нарушенных взаимоотношений человека с Богом: воньже аще день снесте от него, смертию умрете (Быт. 2, 17), - и вошла в мiр только после грехопадения человека, поставленного господином над всей тварью, так что тварь покорилась суете (то есть тлению) по воле покорившего ее (человека), и доныне совокупно стенает и мучится (Рим. 8, 21, 22). Нарушив Божию заповедь, человек познал грех, законом бо познание греха (Рим. 3, 20), а грехом ввел в жизнь смерть. Собственно говоря, смерть и есть следствие, произведение греха, возмездие, воздаяние за грех: оброцы бо греха смерть (Рим. 6, 23), грех содеян раждает смерть (Иак. 1, 15). Грех, совершенный первыми людьми - конкретными историческими личностями, - поддавшимися искусителю, как раз и состоял в стремлении самостоятельно, без Бога, приобрести знания, дабы усовершенствоваться, "эволюционировать" и стать яко бози, ведяще доброе и лукавое (Быт. 3, 5). Человек по собственному произволению удалился (отпал) от Бога - Подателя Жизни, нарушив Его животворную заповедь, и тем обрек сам себя и всю тварь на смерть, поскольку именно разлучение с Богом приводит к разложению и распаду, по слову Псалмопевца: путь нечестивых погибнет (Пс. 1, 6); удаляющие себе от Тебе погибнут (Пс. 72, 27). Напротив же, согласно эволюционному взгляду, смерть, или "естественный отбор", считаются не следствием грехопадения, не разладом, порчей и беззаконием, привнесенными в мiр, но рассматриваются как своеобразная "дань природе", как необходимое естественное условие формирования новых биологических таксонов. При таком взгляде существование каждой твари прагматично и утилитарно, а не самоценно и самодостаточно: каждое живое существо - лишь этап в прогрессивном развитии к каким-то более совершенным формам, неминуемо поглощаемое им, приносимое ему в жертву, а не Божье создание, призванное всей своей жизнью воспевать и прославлять благость, могущество и премудрость сочинившего и воплотившего ее Зиждителя: Хвалите Господа от земли, змиеве и вся бездны; горы и вси холми, древа плодоносна и вси кедри; зверие и вси скоти, гади и птицы пернаты (Пс. 148, 7, 9-10); Благословите, вся прозябающая земли, Господа, пойте и превозносите Его во веки. Благословите, кити и вся движущаяся в водах, Господа, пойте и превозносите Его во веки. Благословите, вся птицы небесныя, Господа, пойте и превозносите Его во веки. Благословите, зверие и вси скоти, Господа, пойте и превозносите Его во веки (Дан. 3, 76-81). Эволюционистическое представление о существовании смерти до Адамова грехопадения особенно богохульно в применении к самому человеку - сотворенному Господом по Своему образу и подобию и потому бессмертному. Эволюционистическая концепция применительно к человеку кощунственна, поскольку либо предполагает существование обезьяноподобных (и даже более примитивных) предков у Адама, ставя вопрос об их искуплении Голгофской Жертвой, и кроме того, до невообразимого предела "удлиняя" родословие Самого Сына Человеческого (насчитывающее 77 поколений от Адама (Лк. 3, 23-38)), либо вообще отказывает Адаму в праве на историческое существование, "лишая" его не только святости, но и жизни, то есть "убивает" его, и этим обнаруживает свое происхождение от дьявола, который человекоубийца бе искони (Ин. 8, 44). 123-е правило Карфагенского Собора по поводу такого отношения к смерти дает следующее определение: "Аще кто речет, яко Адам, первозданный человек, сотворен смертным, так что, хотя бы согрешил, хотя бы не согрешил, умер бы телом, то есть вышел бы из тела, не в наказание за грех, но по необходимости естества: да будет анафема" [30]. Важно осознавать, что вера в существование смерти до Адамова греха разрушает саму основу христианского мiропонимания. "Можно ли веровать во Христа и сомневаться в грехопадении первых людей?" - спрашивает сщмч. Серафим (Чичагов), и поясняет: "Если история грехопадения не что иное, как легенда, как измышленное начало последующих, известных мiровых событий, то тогда не требовалось бы никакого искупления рода человеческого Сыном Божиим, и союз людей с Богом никогда бы не был нарушен" [31]. Речь идет не о тонкостях толкования Библии, а о принципиальной несовместимости православного богословия и эволюционизма - несовместимости веры в необходимость нашего искупления боговоплощенным Иисусом и веры в отсутствие причины, по которой необходимо было искупление: Кое причастие правде к беззаконию? Кое же согласие Христови с велиаром? (2Кор. 6, 14-15); Кое общение волку с агнцем? Тако грешнику со благочествым (Сир. 13, 21).

Премудрость. Эволюционизм принижает Божие творение жизни, ибо пытается объяснить ее при помощи науки - земной мудрости, основанной на искаженном, нецелостном и рассудочном знании. Но Господь не от рук человеческих угождения приемлет (Деян. 17, 25). Мудрость мiра сего есть безумие пред Богом (по-церковно-славянски: премудрость мiра сего буйство у Бога есть) (1Кор. 3, 19). Только в Боге суть вся сокровища премудрости и разума сокровенна (Кол. 2, 3), и разума Его несть числа (Пс. 146, 5), ниже есть изобретение премудрости Его (Ис. 40, 28). Кто бо разуме ум Господень? или кто советник Ему бысть? (Рим. 11, 34). - Никтоже доволен исповести дел Его (Сир. 18, 2).

Всеведение. Эволюционизм отрицает всеведение Бога, ибо уподобляет Его лабораторному экспериментатору, творящему по человеческой, ограниченной, модельной схеме: методом проб и ошибок и от простого к сложному. Но Бог, Который есть Альфа и Омега, Начаток и Конец, Сый и Иже бе и грядый, Вседержитель (Апок. 1, 8), знает все о каждой еще даже не рожденной твари, и знал еще прежде сложения мiра (Еф. 1, 4), ибо Сам пребывает вне времени: Ведомы Богу от вечности все дела Его (Деян. 15, 18). В Твоей книге записаны все дни, для меня назначенные, когда ни одного из них еще не было (Пс. 138, 16). И несть тварь неявлена пред Ним, вся же нага и объявлена пред очима Его (Евр. 4, 13). Священник Тимофей приводит простой пример: "Задали эволюционисту сконструировать, положим, современный авиалайнер. Он берет паровоз, снимает с него машину, приделывает крылья и получает самолет Можайского. Следующий этап - приделать двигатель внутреннего сгорания и получить самолет братьев Райт. Потом и в этой модели необходимо совершить новую мутацию дегенеративного типа - убрать второе крыло и сделать из этажерки моноплан. Затем двигатель вновь должен "мутировать" в реактивный. Что ж, действительно, примерно такова была эволюция человеческой мысли в конструировании авиации. Но неужели найдется такой конструктор, который зная наперед, как выглядит требуемый самолет, его изготовление в металле начнет с паровоза и самолета Можайского?" [32]. Неужели же можно представить себе, что таким "конструктором" является наш Творец - Бог вечный и сокровенных ведатель, сведый вся прежде бытия их (Дан. 13, 42)? - Не умножайте речей надменных; дерзкие слова да не исходят из уст ваших; ибо Господь есть Бог ведения, и дела у Него взвешены (1Цар. 2, 3).

Правдивость. Эволюционизм отказывает Богу в совершенной истинности и верности, заставляя либо отвергать Св. Писание, либо считать, что описанное Боговидцем Моисеем в Книге Бытия творение мiра, жизни и человека не есть историческая правда, но лишь некоторое иносказательное повествование, требующее еще дополнительного осмысления, которое он и осуществляет при помощи принципа, глубоко враждебного христианству. Но мы знаем, что Бог верен и несть неправды в нем: праведен и преподобен Господь (Втор. 32, 4), верен Господь во всех словесех Своих (Пс. 144, 13), право слово Господне (Пс. 32, 4), Господь Бог истинен есть (Иер. 10, 10; Ин. 8, 27), и невозможно солгати Богу (Евр. 6, 16). Св. Отцы также не допускали никаких аллегорических толкований Библии, включая и описание Шестоднева, а наоборот подчеркивали необходимость понимать все "так, как написано". Например, свт. Василий Великий в толковании на шестоднев говорит: "Я слыша о траве, траву и разумею; также растения, рыбу, зверя и скот - все, чем названо, за то и принимаю. Не стыжуся бо благовествованием (Рим. 1, 16)" [19]. Свт. Иоанн Златоуст: "Не верить содержащемуся в Божественном Писании, но вводить другое из своего ума, это, думаю, подвергает великой опасности отваживающихся на такое дело" [28].

Святость. Называя Бога Святым, мы подчеркиваем Его неотмiрную, отделенную от нашей, природу - сверхъестественную и потому непостижимую. Эволюционизм же либо вовсе отрицает сверхъестественное, чудесное, божественное, либо не отличает его от естественного. Но свят Господь Бог наш (Пс. 98, 9), и свято слово Его (Пс. 104, 42). В стремлении к святости заключен смысл жизни человека. Человек как образ Божий есть не только земное, но и небесное существо: он наделен духом, и этим отличается от животного мiра. Духом человек постигает Бога, приобщается к святости. Главным аргументом, почему концепция эволюционизма неприемлема для православного мiровоззрения, свт. Феофан Затворник считал именно низведение в ней человеческой природы (трехсоставной: дух, душа и тело) до уровня природы животных (имеющих тело и душу): "Когда мы характеристику человека перенесем в дух, тогда вся теория Дарвина падает сама собою. Ибо в происхождении человека надо объяснить не то одно, как происходит его животная жизнь, но то паче, как происходил он яко духовное лицо в животном теле с его животною жизнью и душою" [33]. А сщмч. Владимiр (Богоявленский) писал: "Чтобы отрицать душу человека 7 и ставить его, таким образом, на одинаковую степень с животными, до этого никогда не доходили даже язычники; а если некоторые из них и делали это, то подвергались насмешкам и поруганию: Даже ложная наука в продолжении многих веков не осмеливалась оспаривать достоинство человека как господина твари, который одарен бессмертной душой и чрез это превосходит все другие творения. Только в настоящее время нашла себе место такая дерзкая философия, которая ниспровергает его человеческое достоинство и старается дать своему ложному учению широкое распростронение" [39]. Человек, не имеющий духовной жизни и отвергающий в себе проявление духа, теряет его и действительно во всем становится подобным зверю. Примечательно, что антихрист, человек греха, сын погибели, противящийся и превозносящийся выше всего, называемого Богом или святынею (2Фес. 2, 4), завоюет себе поклонение людей, по Откровению св. Иоанна Богослова, в образе зверя: И чудися вся земля вслед зверя, и поклонишася змию, иже даде область зверю, и поклонишася зверю, глаголюще: кто подобен зверю и кто может ратоваться с ним? (Апок. 13, 3-4). Теория эволюции, уподобляющая человека зверю, уже завоевала поклонение людей и стала, таким образом, научной разновидностью языческого культа животного начала - тотема. Провозглашая животное происхождение человеческого естества, научный тотомизм наперед отрицает его богочеловеческое развитие, поскольку не содержит в себе категории греха, а, следовательно, не может признавать и Спасителя от греха. "В этом земном мiре "эволюции" все естественно, нет места греху, - пишет прп. Иустин (Попович). - Поэтому и излишне говорить о Спасителе и спасении от греха. В конечном счете, все естественно: и грех, и зло, и смерть. Ибо если все приходит к человеку и дается ему через эволюцию, тогда что нужно спасать в нем, поскольку нет в нем ничего бессмертного и непреходящего, а все это от земли, земно, земляное и как таковое - преходящее, тлеющее, смертное. В таком мiре "эволюции" нет места и церкви, которая есть Тело Богочеловека Христа. Та теология, которая свою антропологию основывает на теории "научной" эволюции, есть не что иное, как противоречие в определении. На самом деле это теология без Бога и антропология без человека. Если человек - не бессмертная, вечная и богочеловеческая икона Божия, тогда все теологии и антропологии не суть иное что, как трагические бессмыслицы" [34].

Теория эволюции является характерным и показательным примером того, как человек пытается самостоятельно, при помощи лишь одного помраченного разума и независимо от воли Творца, проникнуть в тайны мiроздания, забывая, что всяка премудрость от Бога и с Ним есть во век (Сир. 1, 1). Искушение Адама и Евы повторяется. Полученные знания вновь не являются спасительными и полезными. Человек пытается сам - без Бога - понять, кто он, откуда и куда он идет; но отвергая или искажая Божественное знание, откуда человек пришел, невозможно и правильно понять, куда ему надлежит попасть, ибо "без прошлого нет и будущего". Истинное познание Божиих тайн, то есть получение совершенного знания, может открываться по мере приближения человека к Небесному Отцу, по мере его уподобления Христу, по мере стяжания им Святаго Духа. Добывание Божиих тайн ради прославления своего имени, но не имени Бога, ведет к отпадению от Всевышнего и, в конечном счете, к искажению всякого понимания, к утрате здравого смысла. Св. апостол Павел писал: Занеже разумевше Бога, не яко Бога прославиша или благодариша, но осуетишася помышлении своими, и омрачися неразумное их сердце; глаголющеся быти мудри объюродеша и измениша славу нетленнаго Бога в подобие образа тленна человека и птиц и четвероног и гад; темже и предаде их Бог в похотех сердец и в нечистоту, во еже сквернитися телесем их в себе самех; иже премениша истину Божию во лжу и почтоша и послужиша твари паче Творца, Иже есть благословен во веки, аминь (Рим. 1, 21-25).

Вопрос происхождения человека тесным образом связан с вопросом природы человека. Тема антропологии - ключевая в естествознании, и особенно значимо ее место в системе школьного образования. Как определяет свт. Игнатий, "человек есть Богозданный храм Божества по душе и телу" [36].

Но "дарвинизированные умы, прогнившие от полового подбора" (выражение историка В.О.Ключевского [35]), низвели понимание человеческой природы до чисто биологического, животного уровня, "потеряли" видение его достоинства как образа Божия. Поэтому при изучении школьного предмета "Человек" важно суметь отойти от выработанного за последние годы стереотипа биологизированного взгляда на человека, сводящегося к изучению его анатомии, физиологии и гигиены, и тем более не попасть под влияние современных валеологических курсов 8 . Здесь прежде всего следует использовать опыт святоотеческой антропологии, содержащий принципы раскрытия темы устроения человека одновременно и с богословской и с натурфилософской точек зрения, разумеется, восполняя чисто научные пробелы современным уровнем знания состояния вопроса.

В действующих ныне школьных курсах имеет место достаточно примитивное представление о природе человека как о биологической машине, ее свойства рассматриваются в зависимости от биосоциальных детерминант поведения человека (физиологических потребностей, общественных отношений и т.п.). Человек изучается как вид человекообразной обезьяны: Человек в чести сый не разуме, приложися скотом немысленным и уподобися им (Пс. 48, 13). "Очень ошибаются, ошибаются в погибель свою те, которые признают плотские пожелания неотъемлемыми свойствами тела человеческого, а удовлетворение их естественною необходимостью. Нет! Человеческое тело низошло к телам скотов и зверей по причине грехопадения: Плоть человека сотворена радоваться о Бозе живе (Пс. 83, 4)", - пишет свт. Игнатий [36]. Свт. Григорий Нисский пишет: "Говорили, человек есть микрокосм, но громким этим именем воздавая такую хвалу человеческой природе, не заметили, что почтили человека свойствами мошек и мышей" [37]. Подлинное совершенство человека, согласно св. Отцам, не в том, что он способен вместить в себя всю совокупность тварного мiра, но в том, что является образом Творца, подобием Божественной царственности. Господь по образу Своему сотвори я; и положи страх Его на всяцей плоти, еже властельствовати зверьми и скоты и птицами. Помышление и язык и очи, уши и сердце даде им размышляти; художеством разума исполни я и добрая и злая показа им. Положил есть око Свое на сердца их, показати им величество дел Своих, да имя святыни Его восхвалят и да поведают величества дел Его. Приложил им художество и закон живота даде в наследие им (Сир. 17, 3-9).

Главный вопрос антропологии - какая система законов описывает человека? Можно проследить иерархию разных уровней описания. Чисто с механической точки зрения человек - система рычагов и шарниров. На физико-химическом уровне - нелинейная открытая диссипативная структура, способная к "самоорганизации" и "саморазвитию". На биологическом уровне - живой организм с программой животных инстинктов. На духовном уровне человек - образ Божий; и потому соблюдение духовных законов - необходимое условие того, чтобы человек был именно человеком, а не (согласно предыдущим уровням описания) машиной, белковой массой, или зверем. Принцип исполнения духовных законов иной, чем принцип исполнения физических, химических и биологических законов: они действуют не сами по себе, не автоматически, а даны для соблюдения и поэтому могут, в следствие свободы человеческой воли, оказаться нарушенными (точнее, в условиях падшего мiра, уже даже не могут не нарушаться людьми, ибо един токмо Бог без греха). Божия воля состоит не в непосредственном осуществлении действия духовных (божественных) законов, а в том, чтобы с ней - в условиях свободного выбора - соединилась воля тварной природы - человека, который в результате такого добровольного соединения обретает Божественное уподобление. Всякое несоблюдение Божией воли - совершение греха, нечестие - ведет к разрушению человеческой личности и всего мiра, к удалению от Господа. Напротив же, исполнение с Божией помощью Его заповедей в условиях неизбежных искушений и покаяние во грехах благодаря милости и долготерпению Господа способствует воссозданию и преображению личности человека и окружающего его мiра: затвори Писание всех под грехом, да обетование от веры Иисус Христовы дастся верующим (Гал. 3, 22).

Поэтому и в школьных курсах естествознания человеческую природу следует рассматривать не с позиции падшего, раздробленного грехом состояния личности, но с точки зрения тех духовных качеств и свойств, которые отличают человека от прочего тварного мiра и делают его похожим на Бога - речь, разум, любовь, свобода, творчество, бессмертие, власть и др. Славлю Тебя, Господи, ибо я дивно устроен (Пс. 138, 14)! Все свойства личности получают свою настоящую ценность лишь в предстоянии пред Богом, в стремлении к Богоподобию, и потому изучение человеческой природы должно быть направлено на преодоление онтологической укорененности греха в личности человека, на восстановление свойств, приближающих человека к первозданному состоянию, начало которого, по словам свт. Феофана Затворника, происходит с "поворота ко Христу нашего духа - высшей части души"[38]. Напротив же, изучение человека "изнутри" его греховной природы, а не в Боге и не из Бога ведет к еще большему падению и помрачению человеческой природы. Сотвори Бог человека праваго, но сии взыскаша помыслов многих (Еккл. 7, 29). Достаточно вспомнить последние достижения генной инженерии, появление новых биотехнологий - фетальной терапии, искусственного оплодотворения, клонирования, ксенотрансплантации (межвидовой пересадки органов).

Вообще, генная инженерия является занятием богопротивным, поскольку вмешивается в запредельную для человека область познания и творения. Те, очевидно богомерзкие, средневековые мечтания, что нашли свое отражение в идее создания гомункулуса (искусственного человека), или получения лунного камня (наделяющего избранных особыми психофизическими способностями), не могли осуществиться при прежнем уровне развития естественной науки, однако вплотную подошли к своему воплощению благодаря "успехам" современной генетики. Еще в Пятикнижии Моисея дается предостережение: Да не насееши винограда твоего различна, да не освятится плод и семя, еже насееши с плодом винограда твоего (Втор. 22, 9); и скота твоего да не смесиши со скотом инаго рода, и винограда твоего да не насадиши различна (Лев. 19, 19). - В этих словах - глубокое понимание опасности и бесплодности любых попыток усовершенствовать Божие творение - от бесхитростной селекции до изощренной генетики. Даже "безобидное" (распространенное уже в библейские времена) скрещивание особей различных видов ради создания новых видов есть дело богонеугодное, противное установленному Создателем закону, и потому, видимо, все гибриды неспособны к воспроизведению. Свт. Амвросий Медиоланский писал, что у животных "нет неестественных обручений, какие преднамеренно вызываются между животными двух различных видов, как например, между ослом и кобылой, или же ослицей и конем, оба будучи примерами неестественных союзов. Конечно, это суть случаи, в которых природа страдает больше из-за осквернения, нежели от вреда, нанесенного особи" (цит. по [27]).

Представление о целостности "вида" является основополагающим в Св. Писании и, как отмечает Святитель, служит основанием для притчи об определенности добра и греха - о плевелах посреди пшеницы (Мф. 13, 24-31). Блаженной памяти о. Серафим (Роуз) следующим образом комментирует эту мысль: "Как разграничение видов относится к разграничению добра и зла, совершенно так же смешение видов относится к нравственному релятивизму. Конечно, хорошо известно, как верующие в относительность добра и зла, добродетели и порока, пользуются космологической теорией всеобщей эволюции, чтобы защитить свои верования, будто бы "научные" и "основанные на фактах": если человек был "однажды" низшим животным и "эволюционирует" во что-то другое, как можно заставлять его непостоянное естество подчиняться заповедям, данным лишь на отдельной ступени его "развития"?" [27]. На эту же тему рассуждает сщмч. Владимiр (Богоявленский): "Если человек есть не более, как только достигшее высшего развития животное, то ему нет никакого дела до Бога. Ибо, если и есть Бог, то что человеку бояться Его, когда со смертию все прекращается? Если невозможно знать высшую Истину, если нет никакой Истины, то почему человек должен поступать в своей деятельности по каким-то определенным законам, которые ничем не оправдываются? И если нет свободной воли, если хорошо только то, что полезно и выгодно, и дурно то, что невыгодно и вредно, то следовательно нет и не должно быть никаких препятствий и ограничений для себялюбия и других влечений сердца. Отсюда естественно вытекает то, что всякие нравственные границы разрушаются и падают, и человек живет, как хочет" [39] Действительно, допустив эволюционизм, невозможно станет понять, почему нельзя (в нравственном, конечно, а не в юридическом аспекте) воровать, убивать, прелюбодействовать, быть людоедом, скотоложником, совершать прочие безобразия и беззакония. Эволюционизму легко оправдать аборты и эвтаназию (медицинское прерывание жизни безнадежно больным), утилитарное отношение к таинству зачатия новой жизни и искусственное оплодотворение человека в пробирке (в результате которого, по некоторым предсказаниям, и должен появиться антихрист). Из эволюционной борьбы за существование естественным образом вытекают расизм и фашизм, теория классовой борьбы (диктатура пролетариата) и теория экономической конкуренции (диктатура буржуазии). В основе всех подобных взглядов - вера в то, что источник улучшения мiра содержится в самом мiре и в собственных силах человека, а не в Боге и в соблюдении Божиих заповедей.

Кроме взгляда на природу человека, другим очень важным вопросом является отношение человека к природе (к окружающей среде), также достаточно сильно "дарвинизированное" в наше время. Само понятие вкладываемое ныне в слово"экология" уже носит антихристианский характер, поскольку изначально искажает суть экологической проблемы: экологи определяют причину всех экологических кризисов неразумной производственной деятельностью человека, то есть подменяют истинную причину ее чисто внешним проявлением, следствием, и объявляют человека виновным перед природой. Настоящая же, внутренняя, причина всех природных катаклизмов, всех болезней, страданий и смерти заключена в человеческом грехе, возможным лишь пред лицем Бога: Тебе единому согреших (Пс. 50, 6). Именно грех стал причиной нарушения первоначального богоустановленного порядка и привел к изменению бытийного статуса материального мiра:

Проклята земля в делех твоих (Быт. 3, 17), терния и волчцы возрасти тебе (Быт. 3, 18).

И подвижеся, и трепетна бысть земля, и основания гор смятошася и подвигошася, яко прогневася на ня Бог (Пс. 17, 8).

Яко не творити вам всех заповедей Моих, яко разорити завет Мой, - и Аз сотворю сице вам, и наведу на вас скудость и красту, и желтяницу вреждающую очи ваша и души ваша истаевающую; и посеете вотще семена ваша, и поядят я супостаты вашя (Лев. 26, 15-16).

Да послет тебе Господь скудость и глад и истребление на вся, на няже возложиши руку твою, елика аще сотвориши, дондеже потребит тя и дондеже погубит тя вскоре, злых ради начинаний твоих, зане оставил еси Мя. Да прилепит Господь к тебе смерть, дондеже потребит тя от земли (Втор. 28, 20-21).

Яко род развращен есть, сынове, имже несть веры в них; тии раздражиша Мя не о Бозе, прогневаша Мя во идолех своих; и Аз раздражу их не о языце, о языце же неразумливе прогневаю их; соберу на них злая, и стрелы Моя скончаю в них; тающе гладом и снедию птиц, и горб неисцелен; зубы зверей послю в ня, с яростию пресмыкающихся по земли (Втор. 32, 20-21, 23-24).

Тлением истлеет земля, и расхищением расхищена будет земля: уста бо Господня глаголаша сия. Восплакася земля, и растленна бысть вселенная. Земля бо беззаконие сотвори живущих ради на ней, понеже преступиша закон и измениша заповеди, разрушиша завет вечный. Сего ради проклятие пояст землю, яко согрешиша живущии на ней: сего ради убози будут живущии на земли. Преклонися и потрясеся земля аки овощное хранилище, и аки пиян и шумен падет и не возможет востати, преодоле бо на ней беззаконие (Ис. 24, 3-6, 20).

Сего ради порази их лев от дубравы, и волк даже до домов погуби их, и рысь бдяше над градами их, яко умножиша нечестия своя, укрепишася во отвращениих своих (Иер. 5, 6).

Огнь и град, и глад и смерть, вся сия создана быша на месть, зубы зверей и скорпии, и ехидны и мечь отмщаяй в погибель нечестивых (Сир. 39, 36-37).

Смерть и кровь, и рвение и оружие, наведения, глад и сокрушения и раны, на беззаконных создана быша сия вся, и сих ради бысть потоп (Сир. 40, 9-10).

На самом деле человек - не препятствие для правильного и естественного существования природы, как утверждают экологи, а причина ее падшего и болезненного состояния: грех повлек за собой распространение зла от человека на животный мiр и всю тварь, разрушение единства человека и окружающего его мiра: суете бо тварь повинуся не волею, но за повинувшаго ю на уповании, яко и сама тварь свободится от работы истления в свободу славы чад Божиих (Рим. 8, 20-21). Свт. Иоанн Златоуст толкует это место: "Что значит: суете тварь повинуся? - Сделалась тленною. Для чего же и по какой причине? - По твоей вине, человек. Так как ты получил смертное и подверженное страданиям тело, то и земля подверглась проклятию"[42].

Сама земля изменилась, как глина под печатью, и стала, как разноцветная одежда, чтобы отнялся у нечестивых свет их и дерзкая рука их сокрушилась (Иов 38, 14, 15). "По свидетельству Откровения, земля возмущается преступлениями, на ней совершаемыми, - пишет диакон Даниил Сысоев. - Это происходит не потому, что наша планета - это какое-то божество или живая личность (как утверждают оккультисты), а по причине того, что еще в третий день творения в нее вложены Божественные слова-идеи, нетварные энергии, дающие ей плодородие и управляющие законами ее бытия. Они исходят из самой непостижимой сущности Божией, и потому всякое преступление с неизбежностью отражается на нашей планете" [6]. Потому и спасение, сохранение и исцеление всей природы, всего мiра возможно и имеет смысл лишь после исцеления хозяина этого мiра - человека, - потерявшего свою власть и способность управлять мiром, поскольку сам оказался его недостойным. Изначально мiр был создан для человека, а не человек для мiра; смысл жизни любой твари, как считают св. Отцы, состоит в служении человеку 9 . И уж если Господь попустил (путем всемiрного потопа) погибнуть первобытному, но уже падшему грехом и растленному мiру, - аще Бог перваго мiра не пощаде, но осмаго Ноя правды проповедника сохрани, потоп мiру нечествовавших наведе; и грады Содомския и Гоморрския сжег разорением осуди, образ хотящим нечествовати положив (2Пет. 2, 4-6), - неужели не суетными и тщетными будут все попытки спасти экологию земли на основе рационального, научного подхода к использованию земных ресурсов, не заботясь при этом о возрождении человека во Христе? Ведь именно за это - за отступление наше от Бога - ради нашего же вразумления карает нас Господь! И рекут вси языцы: почто сотвори Господь сице земли сей? Кая ярость гнева велия сия? И рекут: яко оставиша завет Господа Бога отец своих, и шедше послужиша богом иным, и поклонишася им, ихже не ведяху, и не даде им ничтоже ни един; и разгневася яростию Господь на землю ту, еже навести на ню по всем клятвам завета, писанным в книгах закона сего. Тайная Господеви Богу нашему, нам же явленная и чадом нашим во веки, творити вся словеса закона сего (Втор. 29, 24-27, 29). Из последней фразы, кстати, можно понять, что нам принадлежит только исполнение слова закона, то есть явленная (открытое), а спасение мiра есть тайная (сокрытое), и потому является прерогативой Господа Бога.

Однако построение земного рая невозможно, конец света неотвратим, и мiр спасти никому не удастся: нынешняя небеса и земля огню блюдома на день суда и погибели нечестивых человек (2Пет. 3, 7), небо яко дым утвердися, и земля яко риза обетшает, живущии же на земли якоже сия изомрут, спасение же Мое во век будет, и правда Моя не оскудеет (Ис. 51, 7). Преображение человека и всего земного мiра возможно лишь на пути стяжания Божией благодати, на пути преодоления своего падшего состояния: весть Господь благочестивыя от напасти избавляти, неправедники же на день судный мучимы блюсти (2Пет. 2, 9), яко весть Господь путь праведных, и путь нечестивых погибнет (Пс. 1, 6).

Литература

1.Данилевский Н.Я. Дарвинизм. Критическое исследование. - СПб., 1885.

2.Тростников В.Н. Мысли перед рассветом. - М., 1997.

3.Хоменков А. Красота в природе и искусстве // Православная беседа. - 1997. - №2.

4.Маклин Г., Окленд Р., Маклин Л. Очевидность сотворения мiра. - М.: Триада, 1993.

5.Дарвин Ч. Происхождение видов. - М.: Гос. издательство с.-х. лит., 1952.

6.Сысоев Даниил, диакон. Летопись начала. - Издательство Сретенского монастыря.

7.Тимофей, священник. Наука о сотворении мiра. Православный взгляд. Пособие для учащихся. - М., 1996.

8.Тимофей, священник. Эволюция или тление? Богословский взгляд / Пособие для учащихся. - М., 1997.

9.Хэм К., Снеллинг Э., Вилэнд К. Книга ответов. - М., 1993.

10.Моррис Г. Библейские основания современной науки. - СПб., 1995.

11.Роузвер Д. Наука о сотворении мiра. - Симферополь: Крымское общество креационной науки, 1995.

12.Головин С. Всемiрный Потоп. Миф, легенда или реальность? - Симферополь, 1994.

13.Каледа Глеб, протоиерей. Плащаница Господа нашего Иисуса Христа. - М.: Зачатьевский монастырь, 1998.

14.Тимофей, священник. Православное мiровоззрение и современное естествознание. Уроки креационной науки в старших классах средней школы. - М.: Паломник, 1998.

15.Серафим Платинский (Евгений Роуз), иеромонах. Послание А.Каломиросу // Русский пастырь. - 1995. - №22-23.

16.Россия перед вторым пришествием / Сост. С.Фомин. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1993.

17.Св. Григорий Палама. В защиту священно-безмолствующих. - М.: Канон, 1995.

18.Тихомиров Л.А. Религиозно-философские основы истории. - М.: Редакция журнала "Москва", 1998.

19.Св. Василий Великий. Беседы на Шестоднев. // Творения. - М.: Паломник, 1993. - Т.1. Cм. святоотеческое наследие.

20.Св. Афанасий Великий. Творения. - Сергиев Посад, 1994.

21.Буфеев Константин, священник. Ересь эволюционизма.

22.Болотов В.В. Лекции по истории древней церкви. - М.: Изд-во Валаамского подв., 1994. - Т.2.

23.Буфеев Константин, священник. Наука на пьедестале кумира // Москва. -1998. - #10.

24.Блаж. Феофилакт, архиепископ Болгарский. Толкование на Новый Завет. - СПб., 1991.

25.Св. Феофан Затворник. Созерцание и размышление. - М.: Правило веры, 1998.

26.Алипий (Кастальский-Бороздин), архимандрит, Исайя (Белов), архимандрит. Догматическое богословие. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1995.

27.Серафим Платинский (Евгений Роуз), иеромонах. Православное святоотеческое понимание Книги Бытия. - М.: Российское Отделение Валаамского Общества Америки, 1998.

28.Св. Иоанн Златоуст. Беседы на Книгу Бытия // Творения. - М.: Златоуст, 1994. - Т.4., Кн.1.

29.Св. Иоанн Кронштадтский. Моя жизнь во Христе. - М.: Благовест, 1998. - Т.1-2.

30.Книга Правил св. Апостол, св. Соборов вселенских и поместных, и св. Отцов. - М.: Синодальная типография, 1893.

31.Св. Серафим (Чичагов), митрополит. Да будет воля Твоя. - Часть 1. Ищите Царствия Божия. - М. - СПб.: Паломник, Нева - Ладога - Онега, Рюрик, 1993.

32.Тимофей, священник. Две космогонии. Эволюционная теория в свете святоотеческого учения и аргументов креационной науки. - М.: Паломник, 1999.

33.Св. Феофан Затворник. Мудрые советы. - М.: Правило веры, 1998.

34.Прп. Иустин (Попович). На богочеловеческом пути. - СПб.: Спасо-Преображенский Валаамский монастырь, Издательство "Владимiр Даль", 1999.

35.Библия опережает науку на тысячи лет / Под ред. В.А.Губанова. - М., 1996.

36.Св. Игнатий (Брянчанинов), еп. Кавказский. Слово о человеке. - М., 1996.

37.Св. Григорий Нисский. Об устроении человека. - СПб.: Аксиома: Мифрил, 1995.

38.Св. Феофан Затворник. Путь ко спасению. Краткий очерк аскетики. - М.: Благо, 1996.

39.Сщмч. Владимiр (Богоявленский), митрополит Киевский. Где истинное счастье: в вере или неверии? - М.: Издательство им. свт. Игнатия Ставропольского, 1998.

40.Св. Ефрем Сирин. Толкование на Книгу Бытия // Творения. - М.: Отчий дом, 1995. - Т.6.

41.Св. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. - М.: Братство свт. Алексия, 1992.

42.Св. Иоанн Златоуст. Беседы на Послание к Римлянам // Творения. - М.: Златоуст, 1994. - Т.9., Кн.2.

43.Св. Феофан Затворник. Наставления в духовной жизни. - Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь: Изд. отдел Московского Патриархата, 1994.

Примечания

Прим. 1. Синтез генетики и дарвинизма. Отметим, что все известные формы мутационного процесса направлены не на эволюцию, а на консервацию, стабилизацию видов, то есть генетического механизма эволюции также не найдено (по причине, что его вообще не существует). Важно понимать при этом, что "консервация вида" не означает отсутствия возможности развития самого биологического вида в определенных пределах (даже не обязательно в сторону деградации), в том числе и под воздействием окружающей среды, но подразумевает отсутствие механизма появления нового вида, перерождения одного биологического вида в другой.

Прим. 2.Не претендуя на широту изложения вопроса, перечислим некоторые из таких свидетельств [2-4]:

Явление гомологических рядов, состоящее в том, что у далеких по своему положению в систематике видов животных, и потому находящихся в разных условиях существования, наблюдаются одинаковые модификации конструктивных особенностей и форм поведения, что свидетельствует о независимости их появления от естественных причин (борьбы за существование и т.п.). К примеру, рога присутствуют у многих типов животных - жуков, динозавров, млекопитающих, причем в большинстве случаев они не имеют функционального назначения. Еще пример - хвосты: у разных видов они выполняют различные функции. Сходство живых организмов и их органов, обычно предъявляемое в качестве аргумента в пользу теории эволюции, на самом деле не может служить доказательством общности происхождения организмов от единого предка, ибо общие свойства можно разыскать в совершенно разнородных явлениях и объектах. Более разумное объяснение состоит в том, что существует единый творческий замысел и единый план Божественного мiроустройства, а лежащие в его основе общие идеи и принципы реализованы в самых разнообразных формах и видах - так, чтобы человек и разумом мог познавать единство Творца.

Явление преадаптации, заключающееся в том, что в процессе эволюции ни один орган до того момента, пока он не оформится и не будет готов к функциональному применению, не сможет иметь никакого преимущества в жизни (если вообще будет жизнеспособен). Во всяком случае, принцип эволюционного развития полезного признака несовместим с принципом длительности эволюции. Сам Дарвин писал: "Предположение, чтобы глаз мог быть выработан естественным отбором, может показаться, признаюсь, в высшей степени нелепым" [5]. Прежде, чем рога станут полезными в ходе эволюционного развития, многие поколения будут носить на голове бесполезные, а то и вредные выросты. Если жизнь вышла из воды, то еще в воде должна была произойти перестройка дыхательной системы. Если сухопутные предки китов (современные биологи-эволюционисты считают, что ими были "какие-то хищные звери, близкие к предкам собак, а возможно и насекомоядных", цит. по Энциклопедии для детей, Т.2. - М.: Аванта+, 1995) действительно захотели вернуться обратно в водную среду обитания, то для этого потребовалось, чтобы их тело еще на суше приняло обтекаемую форму, на нем развился хвостовой плавник, в черепе произошел перенос на верх головы, развились специализированные сосцы, изменились стереотипы поведения и т.п.

Направление стрелы эволюции от низших форм к высшим - вопреки тому, что в борьбе за существование простые формы часто имеют преимущества перед сложными. Так, простейшие организмы вряд ли можно считать менее приспособленными к жизни, чем высокоорганизованные. Примитивные формы организации жизни значительно лучше приспособлены к размножению и выживанию в трудных условиях по сравнению с высшими организмами.

Внезапность появления разных и очень сложных форм жизни, отсутствие переходных признаков и промежуточных звеньев в ископаемых останках и живых организмах. К примеру, не удается найти никаких ископаемых останков жирафов с шеями в половину теперешней длины. Никто не видел птиц (живых или ископаемых), у которых перья были бы чем-то средним между истинными перьями и чешуей. Не существует промежуточной формы между обезьяной и человеком. Правда, справедливости ради, отметим, что в арсенале эволюционистов имеется несколько примеров переходных признаков от одного биологического вида к другому. Наличие подобных примеров еще не позволяет судить о филогенетическом родстве этих видов (их происхождении от общего предка), а лишь сделать вывод о том, что сам биологический вид не всегда носит дискретный (изолированный) характер, но в некоторых (исключительных) случаях имеет "размытые" границы своего положения в систематике (таксономии) и допускает непрерывный переход в другой вид. Интересный пример - утконос, являющийся "промежуточной формой" между млекопитающими и птицами - вопреки представлениям эволюционистов, что между этими классами не должно быть каких-либо промежуточных форм.

Наличие структурных закономерностей, не имеющих адаптивного значения, а также самых различных идей и форм, импонирующих нашему эстетическому вкусу. Например, красота и замысловатость мелодии птичьего пения, или удивительная красота их оперения, явно не умещаются в эволюционную теорию видообразования. Гармония и целесообразность природы не могут иметь естественного и логического объяснения.

Прим. 3. Научная аргументация о многомиллионной истории мiра совершенно несостоятельна, поскольку имеет в качестве эталонного способа датирования заведомо непригодный так называемый радиометрический метод [4, 7, 13], а все остальные способы выверяют свой масштаб времени либо по этому методу, либо находятся в логической зависимости друг от друга (например, геологи определяют возраст пород по находкам палеонтологов, а палеонтологи - по данным геологов), то есть, иначе говоря, имеет место порочный круг. Приведем некоторые, наиболее существенные, непроверяемые и ничем не обоснованные посылки, лежащие в основе метода радиоизотопной датировки.

1. В методе полагается, что весь дочерний элемент образовался только вследствие распада материнского, то есть, например, весь свинец (устойчивый элемент) появился в результате распада урана (неустойчивого). Исправить ошибку принципиально не представляется возможным, поскольку результат датировки зависит от начальных данных, которые не могут быть известны.

2. Считается, что датируемый элемент является замкнутой системой в продолжении всего процесса распада. Это условие неосуществимо на земле, но без выполнения его бессмысленно говорить о ценности метода.

3. Предполагается, что скорость распада радиоактивного вещества постоянна. Однако известно (по данным радиогалло), что скорость радиоактивного распада менялась в прошлом. Например, на скорость радиоактивного распада на земле влияет облучение земли потоком нейтронов в результате взрыва "сверхновой" звезды. Кроме того, имеют место физические теории, построенные на предположении, что скорость света убывает со временем (начиная с бесконечного значения в момент "возникновения" вселенной), - и в этом случае процесс радиоактивного распада шел раньше быстрее.

Не выдавая нижеследующие соображения за истину в последней инстанции (ибо строятся они на научных, а значит, всегда неабсолютных принципах, например, на методе актуализации), укажем некоторые свидетельства молодого возраста мiра, изучаемые в рамках креационной науки [4, 6-14]:

1. Соотношение концентраций солей, выносимых реками в океаны, даже в предположении совершенно пресных вод в первобытном океане, говорит о возрасте мiра, исчисляемом тысячами, но не миллиардами лет.

2. Вынос осадка по рекам позволил бы засыпать все океаны за 30 млн. лет.

3. Процессы эрозии под воздействием ветра и воды за несколько миллионов лет полностью разрушили бы континенты до уровня моря.

4. Расчет темпа накопления воды в океане за счет извержения вулканов позволяет сделать вывод, что 350 млн. лет назад (в предполагаемую эволюционистами эпоху рыб) на земле не было воды.

5. Скорость падения давления в нефтяных и газовых пластах показывает, что они не могли образоваться ранее 5 - 10 тыс. лет назад (их появление соответствует времени всемiрного потопа 5500 лет назад).

6. Рост содержания радиоуглерода в атмосфере свидетельствует о неустановившемся состоянии равновесия между образующимся и распадающимся углеродом-14; согласно расчетам, это равновесие должно установиться за 30 тыс. лет.

7. Содержание гелия в атмосфере за счет непрерывного a -распада урана и других радиоактивных элементов, а также потока солнечного излучения, определяет верхнюю границу вселенной в 10 тыс. лет.

8. Скорость ослабления магнитного поля земли такова, что еще 10 тыс. лет назад жизнь на земле не могла бы существовать.

9. Скорость оседания метеоритной пыли на поверхность земли и луны и общее количество осевшей пыли позволяют рассчитать продолжительность оседания, которая также оказывается порядка нескольких тысяч лет.

10. Само наличие этой пыли в космосе также служит свидетельством молодости солнечной системы, ибо за 80 тыс. лет вся пыль была бы "выметена" гравитационными силами и солнечным ветром. Это же подтверждает существование короткопериодических комет, возраст которых не может превышать 10 тыс. лет вследствие их разрушения солнечным ветром.

11. Скорость сжатия солнца такова, что несколько десятков тысяч лет назад жизнь на земле была бы невозможна.

12. Продолжающееся остывание луны, а также наличие у нее магнитного поля и лунотрясения свидетельствуют о существовании у луны горячего жидкого ядра, что исключает, при отсутствии теплоизолирующей атмосферной оболочки, возможности ее существования в течение многих миллионов лет.

13. Скорость удаления луны от земли позволяет сделать вывод о невозможности существования этого процесса миллиарды лет назад.

14. Скорость вращения спиральных галактик и количество совершенных ими оборотов свидетельствуют, что они не могут существовать более 200 млн. лет.

15. Скорости движения шаровых скоплений таковы, что не позволяют нашей галактике существовать миллионы лет: они должны были бы выйти за ее пределы, либо потерять свою форму.

Прим. 4.И воздвиг в буквальном смысле слова, ибо, по толкованию блаж. Феофилакта [24], утроба Сарры была каменной.

Прим. 5.То, что в одном Адаме согрешили все люди, выражается обычно богословским понятием первородного греха (или,по к терминологии восточных Отцов, первой скверны, древней смерти); при эволюционном взгляде это понятие теряет всякий смысл.

Прим. 6. Совершенство первозданного мiра заключалось, в частности, в том, что в нем не было плотоядения: И рече Бог: се дах вам всякую траву семенную, сеющую семя, еже есть верху земли всея; и всякое древо, еже имать в себе плод семене семеннаго, вам будет в снедь. И бысть тако (Быт. 1, 29-30). Так же нет места хищничеству и в Царстве Христовом: Тогда волцы и агнцы имут пастися вкупе, и лев яко вол снесть плевы, и змия землю яко хлеб; не повредят, ниже погубят на горе Святей Моей, глаголет Господь (Ис. 65, 25).

Прим. 7. Святитель пользуется дихотомической терминологией (душа-тело), но подразумевается, конечно, дух - высшая бессмертная часть души.

Прим. 8. Валеология - "наука о здоровье" - направлена на самом деле не на укрепление здоровья человека, а на удаление его от Бога и демонизацию человеческого сознания, ибо под видом "обучения здоровому образу жизни", "интимной гигиены", "сексуального просвещения" она способствует расторможению у детей половых инстинктов, "раскрепощению" до животного уровня их сознания, развитию грехов плотолюбия и блуда, культивирует в качестве главной жизненной ценности удовлетворение плотских потребностей, призывает к независимости от семейных и религиозных устоев, от "устаревших" догм нравственности, возводит грех и порок в ранг нормы жизни. Основанная на оккультизме и рерихианстве, валеология, под прикрытием "общегуманистической ориентации", приобщает учеников к биоэнергоинформационным, экстрасенсорным, суггестивным и прочим магическим, ведьмическим и колдунским методикам и практикам воздействия на сознание человека, обучает связи и общению с "космическими силами" - падшими духами, демоническим мiром.

Прим. 9.Образ Божий в человеке, как объясняет свт. Иоанн Златоуст, означает, что достоинство человека есть не достоинство природы, а господство, власть над природой, поэтому и сказано: и да обладают рыбами морскими, и птицами небесными, и зверми, и скотами, и всеми гады, пресмыкающимися по земли (Быт. 1, 26); вся покорил еси под нозе его: овцы и волы вся, еще же и скоты польския, птицы небесныя и рыбы морския (Пс. 8, 7-9). Человек - венец мiроздания; весь мiр сотворен не сам по себе, но ради человека. (В этой фразе нет гордости и самообольщения, ибо речь идет не о реальных достоинствах и заслугах человека, а о его великом предназначении - стать подобным Богу: будите подобни Отцу вашему, Иже на небесех (Мф. 5, 45), - и чрез собственное богоуподобление, творя и исполняя волю Отца Небесного, способствовать обожению и прочей твари.) "Человек есть превосходнейшее из всех видов животных; для него и создано все это: небо, земля, море, солнце, луна, звезды, скоты, все бессловесныя животныя: Бог сотворил человека властителем всего существующего на земле", - пишет Златоуст [28]. " А то что теперь мы боимся и пугаемся зверей, и не имеем власти над ними, то это не делает ложным обещания Божия. Вначале не так было, но боялись звери и трепетали, и повиновались своему владыке. Когда же он преслушанием потерял дерзновение, то и власть его умалилась... Если уже и теперь, когда есть и страх, и наказания, и мучения, люди не сохраняют любомудрия, то какими бы они были, если бы не терпели никаких тяжелых последствий за свои преступления? Бог отнял у нас власть по Своей о нас заботливости и промышлению" [28].

Вообще, христианское понимание и ощущение мiра независимо от эволюционистических, космогонических и прочих научных мифов. Христианское мiровоззрение антропоцентрично (а не гелио- или геоцентрично), и человека - Христоцентрично (а не гуманистично). Поэтому бессмысленно и безосновательно говорить о свойствах мiра вне человека. Время без событий, пространство без вещей и мiр без человека суть априорные идеализированные понятия (вроде применяемых в физике "модельных" понятий математического маятника, идеального газа, абсолютно твердого тела и т.п.); применимость таких понятий к действительности имеет всегда известные ограничения. В реальности нет никакого "геологического" или "астрономического" масштаба времени; говорить об этом столь же несерьезно, как, например, о жизни на марсе. Есть время только "историческое", причем время - не просто как физическая величина, и тем более - математический параметр, но как категория нравственная. Так, для жителей Содома и Гоморры время остановило свой ход (Быт. 19), а для ниневитян, напротив, оно продлилось (Иона, 3). Эти исторические примеры служат образами будущего наступления Конца света, когда земное время прекратится для всякой твари, для всего мiра, когда со славою Судия всех приидет, комуждо отдати по делом его. Тогда коегождо деяния обнажатся, и будет обнаружен смысл прожитой жизни всякого человека и раскрыто ее содержание - подобно тому, как можно узнать содержание книжки после ее прочтения. Однако не любая "книжка" окажется записанной в Книге жизни Господа: В день оный возсияет Бог в совете со славою на земли, еже вознести и прославити останок Израиля. И будет останок в Сионе и останок в Иерусалиме, святии нарекутся вси написаннии в жизнь во Иерусалиме (Ис. 4, 2-3).

Богословские аспекты проблемы согласования православного и эволюционного учений о происхождении человека.

Юрий Валерьевич Максимов

Содержание

Вступление.

Аргументы Писания, используемые той и другой стороной.

Аргументы Предания, используемые той и другой стороной.

Попытки богословского толкования теории эволюции

Богословские проблемы телеологизма

Заключение

Примечания

Вступление

Многие из тех вопросов, о которых я cобираюсь вести речь, уже так или иначе возникали на нашем Совещании вчера и сегодня, но я намерен остановится на них более специально и подробно.

Для начала поясню основные понятия, которыми буду оперировать в работе и опишу некоторый круг проблем, связанный с каждым из них.

Телеологизм. Под телеологизмом я понимаю учение, согласно которому эволюция является способом, избранным Богом для сотворения мира и человека. Это учение имеет разные самоназвания: "православный", "творческий", "теистический" эволюционизм, "телеологизм", "конкордизм" и т.п. Из этих названий я выбрал одно, чтобы просто было удобнее пользоваться.

Креационизм. Употребляя это слово, я в первую очередь имею в виду исконно православное учение о происхождении живого и неживого мира посредством сверхъестественного акта творения. Лишь во вторую очередь я подразумеваю под ним движение, распространившееся под этим названием в среде западных христиан-протестантов. Движение, которое не является и не может являться научным в строгом смысле слова.

Хочется заметить, что на мой взгляд и телеологизм, несмотря на все свои претензии, научен не намного более, чем креационизм. И тот и другой отталкиваются от утверждения, что на основании современных научных данных случайная эволюция невозможна. Это предполагает два вывода: 1) что эволюция не была случайной; 2) что эволюционная модель не верна в принципе. Первый вывод - телеологизм, второй - креационизм. По сути это две разные богословские концепции Творения мира, в своей научной части перед наукой в общем-то равные. Главный постулат телеологизма об эволюции, направляемой Богом к определённой цели, для объективной науки нисколько не приемлимее креационистского постулата о независимом происхождении сотворённых Богом животных видов, поскольку вопрос существования и действия Бога выходит за рамки науки. Наука не оперирует понятием "Бог".

В своём докладе я не буду специально касаться естественнонаучной стороны вопроса, не буду говорить ни об эволюции в целом, ни об эволюции живой природы, ни даже о научной стороне эволюционного антропогенеза, - поскольку не считаю себя достаточно компетентным в этих вопросах, а попытаюсь сосредоточить внимание на стороне богословской, проведя необходимый библеистический и патристический анализ. Телеологизм я намерен рассматривать как богословское учение. Это корректно, поскольку телеологизм говорит о Боге, говорит об акте Творения, и претендует на адекватное понимание Св. Писания и Св. Предания христианства. Употребление слова "Бог" подразумевает богословскую ответственность.Я должен сразу прояснить: всё, что я говорю, я говорю не как некий приговор другой точке зрения, а как проблемные вопросы, которые необходимо учитывать, и которые ни в коем случае нельзя затушёвывать и делать вид, что их не существует. Те же самые ученики православных школ, если замалчивать перед ними эти проблемы, рано или поздно сами столкнутся с ними. Только лишь эту цель преследует мой доклад: очертить реально существующие вопроcы.

Аргументы Писания, используемые той и другой стороной.

Иногда встречаются попытки с привлечением древнееврейского текста "истолковать рассказ второй главы Книги Бытия так, что Бог взял то творение, которое возникло ближе всего к минуте появления человека, и тело этого творения пересоздал в тело человека, способное вместить человеческую душу"(1). Суть их сводится к тому, что слово "адама", стоящее в тексте Книги Бытия, посвящённом творению человека якобы имеет значение земли уже возделанной, обработанной, следовательно, по логике авторов этих попыток, дающей место для эволюционного толкования.

Однако это не совсем так. Сам текст Писания в данном месте и использование именно этого слова не предусматривает такой двусмысленности. В доказательство я сошлюсь на три наиболее авторитетных словаря. Это Brown-Driver-Briggs (Oxford, 1951), словарь Holladay' я (Leiden, 1989) и словарь Clines' а (Sheffield, 1993).

Brown-Driver-Briggs перечисляет следующие значения данного слова:
1. собственно почва (как возделанная, приносящая пищу земля);
2. кусок почвы, земная собственность;
3. земля как материальная субстанция, причём там же отмечено, что в Быт 2:7 это слово употреблено в третьем значении. Holladay? вский словарь даёт значение "почва", по словарю Clines' а это "страна, территория, участок земли, собственно земля как грунт, глина, почва". Здесь же говорится о том, что в рассматриваемом тексте оно означает частицы грунта. Все словари (так же как и объективные текстологические комментарии) говорят о том, что бытописатель под словом "адама" понимал землю именно как материальную субстанцию, послужившую основой для сверхъестественного претворения её в естество человека.

Это понимание обусловлено также наличием слова "афар" ("прах" Синодального перевода) в выражении "афар мин-хаадама". Именно оно указывает на то, что "адама" употреблено здесь в третьем, а не в первом значении Brown-Driver-Briggs. Это слово означает: сухая земля, пыль, прах (Brown-Driver-Briggs), маленькие частица грунта, щебень (Holladay).

Телеологистское предположение, что "под прахом земным следует понимать живую материю, в которую был вложен дух"(2) противоречит реальному тексту Писания, поскольку что в таком случае означают слова, обращённые к Адаму: земля еси и в землю отыдеши (Быт 3:19)? Разве что реинкарнацию.

Кроме того, следует заметить, библейское утверждение о творении человеческого тела из земли вовсе не ограничивается Шестодневом (об этом часто забывают). Века спустя апостол Павел подтвердил со всей конкретностью: Первый человек - из земли, перстный (1Кор 15:47); "ек гес хойкос". "Э ге" также никакого другого значения кроме как "земля" в древнегреческом языке не имеет, "хойкос" - собственно "состоящий из земли, из глины". Этой идеей пронизано всё Писание: Господь создал человека из земли и опять возвращает его в неё (Сирах 17:1); тела человеческие суть храмины из брения, которых основание прах (афар) (Иов 4:19); ибо Он знает состав наш, помнит, что мы - персть (афар) (Пс 102:14).

Таким образом никаких текстологических оснований для телеологистского прочтения нет. Посему мы должны признать, что это вопрос не текстологии, а экзегетики. Телеологисты предлагают толковать все эти места священного текста аллегорически. Это слово возникало уже много раз и сегодня и вчера, однако всё же существует подозрение, что люди, которые его употребляли, вкладывали в него разный смысл. Напомню: аллегорическое толкование это толкование, замещающее буквальный смысл переносным.

Сам по себе аллегорический метод толкования с точки зрения Церкви не является чем-то безусловно порочным. И авторитетом Церкви засвидетельствовано, что некоторые места Писания вполне допускается понимать аллегорически (например, некоторые тексты Ветхого Завета, посвящённые перечислению имущества и т.п.), некоторые следует понимать преимущественно аллегорически (например, Книгу Песнь Песней), но некоторые понимать в аллегорическом смысле категорически запрещено (например, описание Крестных Страданий). И сказание о творении мира православное предание относит к последней группе: "Никто не должен думать, что шестодневное творение есть иносказание; непозволительно также говорить, будто бы... в описании сем представлены одни наименования или ничего не означающие, или означающие нечто иное (св. Ефрем Сирин)"(3). Св. Василий Великий говорит: "Известны мне правила аллегории, хотя не сам я изобрёл их, но нашёл в сочинениях других. По сим правилам иные, принимая написанное не в общеупотребительном смысле, воду называют не водою, но каким-нибудь другим веществом, и растению и рыбе дают значение по своему усмотрению... А я, слыша о траве, траву и разумею, также растение, рыбу, зверя и скот, всё, чем оно названо, за то и принимаю, ибо не стыжусь благовествования (Рим 1:16)... Сего, кажется мне, не уразумели те, которые по собственному своему разумению вознамерились придать некоторую важность Писанию какими-то наведениями и приноровлениями. Но это значит ставить себя премудрее словес Духа и под видом толкования вводить собственные свои мысли"(4). Характерно, что даже св. Григорий Нисский, который в целом в своей экзегезе отдавал явное предпочтение аллегорическому методу, в своём "Шестодневе" старательно избегал его(5).

На нашем Совещании уже возникал вопрос о том, насколько мы скованы святоотеческим толкованием Шестоднева и не имеем ли мы права толковать его по-своему. Так вот, данные цитаты я привожу в той связи, что в отличии от протестантов мы не вольны понимать и толковать Писание как нам заблагорассудится - девятнадцатым правилом VI Вселенского Собора предписывается толковать Библию "не инако, разве как изложили Светила и Учители Церкви в своих писаниях"(6).

Почему же Святые Отцы Шестодневное сказание, свидетельство о Боговоплощении и Крестных Страстях, а также, пожалуй, пророчества Апокалипсиса и примыкающие к ним эсхатологические тексты выделяли в особую группу, к которой не дозволялось применять аллегорический метод толкования? Потому, думается мне, что тем самым они хотели показать, что историческая плоть этих событий имеет для нас сотериологическое значение.

Аргументы Предания, используемые той и другой стороной.

Православные сторонники теории телеологической эволюции пытались также найти подтверждение своей концепции и в Православном Предании, доказавая, что "анализ богословских трудов Святых Отцов приводит нас к важному выводу: мысль об эволюции не отторгается, а, напротив, получает новое звучание"(7). Ссылались и ссылаются они при этом, как правило, во-первых на преподобного Серафима Саровского, который в беседе с Мотовиловым якобы говорил: "До того, как Бог вдунул в Адама душу, он был подобен животному", а во-вторых на святителя Феофана Затворника: "Было животное в образе человека, с душою животного. Потом Бог вдунул в него дух Свой - и из животного стал человек"(8).

Что касается прп. Серафима Саровского, то, просмотрев вышеуказанную беседу, я не обнаружил этих слов в том виде, в котором они цитируются. Более того, обнаружил, что преподобный Серафим говорит нечто совершенно противоположное: "Вот, например, многие толкуют, что, когда в Библии говорится: "вдуну Бог дыхание жизни в лицо Адама первозданного и созданного Им из персти земной", что будто бы это значило, что в Адаме до этого не было души и духа человеческого, а была будто бы лишь плоть одна, созданная от персти земной. Неверно это толкование, ибо... все три сии части нашего естества (т.е. дух, душа и тело) созданы были от персти земной"(9). Не представляется возможным увидеть в этих строках даже отдалённый намёк на учение о постепенном развитии человеческого тела из тела животного. При беспристрастном рассмотрении не видно его и в продолжении этих строк: "Все три сии части нашего естества созданы были от персти земной и Адам не мёртвым был создан, но действующим животным существом, подобно другим живущим на земле одушевлённым Божиим созданиям. Но вот в чём сила, что если бы Господь Бог не вдунул потом в лицо его сего дыхания жизни, то есть благодати Господа Бога Духа Святого..., то Адам, как ни был он совершенно превосходно создан над прочими Божиими созданиями как венец творения на земле, всё-таки пребыл бы неимущим внутрь себя Духа Святого, подобен всем прочим созданиям, хотя и имеющим плоть и душу и дух, принадлежащие каждому по роду их, но Духа Святого внутрь себя неимущим"(10). Прп. Серафим говорит здесь, что созданный из земли Адам был создан подобно прочим животным существам, живым, - именно об этом он здесь говорит, а не об антропогенезе! - и что если бы (сослагательное наклонение!) Господь не вдунул бы в него дыхания жизни, то он, хотя и являясь сам по себе совершенно превосходно созданным над прочими созданиями (!), был бы подобен им в том, что не имел бы, как и они, внутрь себя Духа Святого. Фразы, в том виде, в котором её цитируют, вообще нет, а в реально существующем тексте прп. Серафим не говорит о создании тела человека из тела животного, поэтому рекомендую телеологистам больше не использовать эту фразу в качестве аргумента. Прп. Серафим не вкладывал в неё того смысла, который имеют в виду они.

На самом деле цитирование некоторыми авторами-телеологистами высказываний православных святых носит такой же характер, как и осуждаемое ими же цитирование отдельными западными креационистами тех или иных учёных. Как эти креационисты якобы выхватывают слова этих учёных из общего контекста их мысли чтобы использовать для своей цели, тем самым разрушая первоначальный контекст, точно также и здесь вырываются фразы, имевшие для самого говорящего совершенно иное значение, из контекста его мысли и тем самым искажаются так, чтобы они служили подтверждением нужной идеи. Это совершенно недопустимо ни в том, ни в другом случае. Александр Викторович Московский сегодня очень хорошо сказал, что у игры, называемой "наука" имеются вполне определённые правила и те, кто их нарушают, занимаются в таком случае чем угодно, но только не наукой. Так вот, у православного богословия тоже есть определённые, достаточно жёсткие правила, которые также необходимо уважать пускающимся в богословские плавания.

Что касается свт. Феофана Затворника, то ему действительно принадлежит эта фраза. Однако она вырвана из контекста, - строкой выше святитель Феофан со всей определённостью говорит, что само это живое существо создано было именно "из персти": "Созда Господь тело человека из персти. Это тело что было? Глиняная тетерька или живое тело? - Оно было живое тело - было животное в образе человека, с душою животною(11). Потом Бог вдунул в него Дух Свой - и из животного стал человек"(12). Слово "животное" в данном контексте и свт. Феофаном и прп. Серафимом употреблено не в биологическом, а в архаическом значении - "животное - живое существо"(13) (в древнерусском языке это было первое, основное значение этого слова).

Выше я упомянул о правилах православного богословия. Одно из них таково: те или иные выражения автора имеют значение только в контексте его целостного учения о рассматриваемом предмете. А целостный анализ творений святителя Феофана ещё более утверждает в мысли, что он ни в коей мере не являлся сторонником теории развития одних живых организмов из других: "Все роды существ наземных изводила, по повелению Божию, земля"(14). Святитель определённо осуждал саму эту идею: "Все их мудрования - карточный дом: дунь и разлетится. По частям их и опровергать нет нужды, а достаточно отнестись к ним так, как относятся к снам... Точно такова теория образования мира из туманных пятен, с подставками своими - теорией произвольного зарождения, дарвиновского происхождения родов и видов и с его же последним мечтанием о происхождении человека. Всё как бред сонного."(15); "Других (из бегущих от Царствия Небесного - Ю.М.) увлекает широкий путь страстей: "не хотим, говорят, знать положительных заповедей... нам нужна естественность осязательная". И пошли вслед её. Что же вышло? Приложились скотом несмысленным. Не от этого ли нравственного ниспадения родилась и теория происхождения человека от животных? Вот куда заходят! А всё бегут от Господа, всё бегут..."(16). "У нас теперь много расплодилось нигилистов, естественников, дарвинистов... - что ж, вы думаете, Церковь смолчала бы, не подала бы своего голоса не осудила бы и не анафематствовала их, если бы в их учении было что-нибудь новое? Напротив, собор был бы немедленно, и все они, со своими учениями, были бы преданы анафеме; к теперешнему чину Православия прибавился бы лишь один пункт: "Бюхнеру, Фейербаху, Дарвину, Ренану, Кардерку и всем последователям их - анафема!" Да нет никакой нужды ни в особенном соборе, ни в каком прибавлении. Все их лжеучения давно уже анафематствованы"(17).

Относительно иногда встречающихся цитат из бл. Августина и св. Григория Нисского (которые всплывали уже и на нашем Совещании) очень уместным я считаю привести формулировку о. Михаила Дронова: "рассмотрение всех богословских и философских концепций Св. Отцов остаётся корректным только в контексте их общего мышления и мироощущения. Даже если отыщутся случайные выражения или идеи, на первый взгляд подтверждающие эту гипотезу, говорить о доказательствах нельзя, поскольку общее русло патристического мышления было библейским, т.е. признающим"(18) в данном случае буквальное понимание шестодневного творения. Поэтому корректно приводить те или иные цитаты только из тех Святых Отцов, которые хронологически застали теорию эволюции. Такие высказывания есть, и я намерен их привести.

Хочется прежде сказать несколько слов о том значении, которое имеют для нас эти святые, жившие в XIX-м и начале XX-го века. Они для нас являются мостом с патристической эпохой, на них мы должны равняться и к их голосу особенно внимательно прислушиваться как к голосу святости, знакомой с проблемами непосредственно нашего времени. Потому для нас особенно важно определить: как они работали с теорией эволюции? По какому пути шли? По пути ли телеологизма, который уже существовал в их время, или по какому-то другому? Рассмотрим их свидетельства.

Первый, ещё "просвещенческий", додарвиновский эволюционизм подверг критике уже святитель Филарет Московский: "В мудровании сынов века сего видны две мысли, которые располагают их жить в настоящем со слепою надеждой, или напротив, с отчаянной беспечностью в отношении к будущему: первая, что мир идёт по своим законам, и потому один или несколько человек напрасно усиливались бы дать сей огромной машине желаемое направление, другая - что человечество само собою идёт к совершенству, и потому немного важности в том, как ударяешь ничтожным веслом твоим по широкой реке времени... Думают одним взором обнять всё человечество, указывают какой-то самодвижный ход оного к совершенству; превозносят успехи так называемого просвещения и образованности, ...и менее всего заботятся о просвещении и благословении свыше"(19).

Нелепость учения о случайном зарождении и эволюционном происхожении жизни указывал священномученик Фаддей (Успенский): "Не верующий в Бога человек из круговращения мировой пыли хочет объяснить происхождение мира, в котором в каждой былинке, в устройстве и жизни каждого малейшего существа вложено столько разума выше понимания человеческого. Ни одного живого зерна многовековая мудрость человеческая не смогла создать, а между тем всё дивное разнообразие в мире неверие пытается объяснить из бессознательных движений вещества(20). Жизнь, как они говорят, есть громадный сложный механический процесс, неизвестно когда, кем и для чего приведённый в действие... Но если жизнь есть механический процесс, тогда надо отречься от души, мысли, воли и свободы"(21).

Ярко и точно охарактеризовал своё отношение к эволюционной теории великий подвижник прошлого столетия святой Иоанн Кронштадтский: "Недоучки и переучки не верят в личного, праведного, всемогущаго и безначального Бога, а верят в безличное начало и в какую-то эволюцию мира и всех существ, ...и потому живут и действуют так, как будто никому не будут давать ответ в своих словах и делах, обоготворяя самих себя, свой разум и свои страсти. (...) В ослеплении они доходят до безумия, отрицают самое бытие Божие, и утверждают, что всё происходит через слепую эволюцию (учение о том, что всё рождающееся происходит само-собою, без участия Творческой силы). Но у кого есть разум, тот не поверит таким безумным бредням"(22).

Собственно же о теории происхождения человека от обезьяны достаточно обстоятельно говорит священномученик Владимир Киевский, посвятивший её критике целое сочинение, из которого и приведены следующие цитаты: "Только в настоящее время нашла себе место такая дерзкая философия, которая ниспровергает человеческое достоинство и старается дать своему ложному учению широкое распространение. ...Не из Божиих рук, говорит оно, призошёл человек; в бесконечном и постепенном переходе от несовершенного к совершенному он развился из царства животных и, как мало имеет душу животное, также мало и человек... Как неизмеримо глубоко всё это унижает и оскорбляет человека! С высшей ступени в ряду творений он низводится на одинаковую ступень с животными... Нет нужды опровергать такое учение на научных основаниях, хотя это сделать и нетрудно, так как неверие далеко не доказало своих положений. (...) Но если такое учение находит для себя в настоящее время всё более и более последователей, то это не потому, ...что будто бы учение неверия стало неоспоримо истинным, но потому, что оно не мешает развращённому и склонному ко греху сердцу предаваться своим страстям. Ибо если человек не бессмертен, если он не более как достигшее высшего развития животное, то ему нет никакого дела до Бога. (...) Братие, не слушайте губительных ядоносных учений неверия, которое низводит вас на степень животных и лишая человеческого достоинства ничего не обещает вам, как только отчаяние и безутешную жизнь!"(23).

Недавно прославленный священномученник Иларион (Троицкий) писал об идеях эвоюции и прогресса как о чуждых православной святости и православному миросозерцанию: "Идея прогресса есть приспособление к человеческой жизни общего принципа эволюции, а эволюционная теория есть узаконение борьбы за существование... Но святые Православной Церкви не только не были деятелями прогресса, но почти всегда принципиально его отрицали"(24).

Преподобный Варсануфий Оптинский говорил: "Английский философ Дарвин создал целую систему, по которой жизнь - борьба за существование, борьба сильных со слабыми, где побеждённые обрекаются на гибель, а победители торжествуют. Это уже начало звериной философии, а уверовавшие в неё люди не задумываются убить человека, оскорбить женщину, обокрасть самого близкого друга - и всё это совершенно спокойно, с полным сознанием своего права на все эти преступления"(25).

Преподобный Иустин Попович писал, в свою очередь, дословно следующее: "Потому предал их Бог срамным сластям и они удовлетворяются не небесным, а земным, и только тем, что вызывает смех дивола и плач АнгеловХристовых. Сласти их в заботе о плоти: в отрицании Бога,в полностью биологической (скотоподобной) жизни, в назывании обезьяны своим предком в растворении антропологии в зоологии"(26).

Святой Нектарий Пентапольский также выражал свой праведный гнев на тех, кто пытается "доказать, что человек - это обезьяна, от которой, как они хвалятся, они произошли"(27).

Таким образом краткие приведённые здесь цитаты содержат святоотеческие мысли и о развитии вообще, и об эволюции в частности, и о Дарвине, и об естественном отборе, и о теории происхождения человека от обезьяны, о научности данной теории, и об её моральном и религиозном значениях. Во всех аспектах данного вопроса мы видим consensus patrum в однозначно негативном отношении к этому учению. Итак "анализ богословских трудов Святых Отцов" вовсе не приводит нас к выводу о том, что "мысль об эволюции не отторгается, а, напротив, получает новое звучание"; по мысли Святых Отцов, встретившихся с этим учением, оно является "безумными бреднями" (св. Иоанн Кронштадтский), "звериной философией" (прп. Варсануфий Оптинский), "губительным, ядоносным учением" (свмч. Владимир Киевский).

Это является фактом и с этим фактом нельзя не считаться православному человеку, тем более при преподавании эволюционной теории в православных школах.

Попытки богословского толкования теории эволюции

Попытки богословского осмысления теории эволюции вроде того, что "прохождением через ряд животных форм... выражается причастность человека животному миру"(28) не выдерживают богословской критики: причастность человека животному миру может с не меньшим успехом выражаться и тем, что его телесность исходит из той же земли, из которой были созданы животные - "Бог как бы создаёт Адама из самой сущности творения. В истории Ветхого Завета Адам не является неким завершением всех тварей, которые до него существовали или были созданы, нет, Бог возвращается к самым основам вещества и из него творит человека, который благодаря этому принадлежит ко всему тварному, к самой последней былинке, к самой малюсенькой песчинке - или к самой лучезарной звезде"(29).

Указывается также иногда, что теория развития мира противоречит языческой теории цикличности мира, из чего делается вывод, будто теория развития якобы более соответствует христианству. Однако при этом выпускается из виду, что теории развития мира и творения мира также противоречат друг другу: "развитие" и "творение" скорее антонимы, чем синонимы: "развитие" подразумевает самообразование и самосовершенствование, тогда как "творение" имеет в виду действенное и самовластное выведение Творцом из небытия. Модель эволюции как развития, если даже рассматривать её в качестве процесса творения (что и предлагают телеологисты), подразумевает опосредованное действие Творца-Демиурга, личностность Которого никак не подразумевается, тогда как христианская модель творения подразумевает действие непосредственное и волевое, и это утверждает личного Творца, ибо воля есть принадлежность личности, и творчества не может быть без личности. Эволюционизм даже в своей телеологической трактовке безличностен, как по отношению к Творцу, так и, в особенности, по отношению к твари. Именно поэтому идея эволюции с такой радостью и лёгкостью была взята на вооружение оккультистами и деистами, для которых Бог - безликая сила, направляющая все процессы в соответствии с определёнными законами к некоей цели; именно поэтому она невозможна в христианстве.

Идея эволюции в контексте религиозного прочтения на мой взгляд принадлежит к тому же типу, что и идея переселения душ, которая несмотря на всё богатство своих возможных толкований и преложений, по самому существу своему несовместима с христианским мировоззрением. Христианство всегда учило о непосредственном и сверхъестественном Творении. Православное учение о создании мира другое: "каждую Свою тварь Бог вызывал из небытия лично; Он вызывал свет из тьмы; Он вызывал сушу и моря; Он вызывал живые существа; и каждое существо из небытия вдруг вствавало и оказывалось лицом к лицу с божественной любовью... И каждую тварь Господь вызывал как бы по имени; каждая тварь для Бога существует лично, каждая тварь для Него дорога, значительна; существование каждой из них, одушевлённой и неодушевлённой, имеет смысл"(30); как это ни кажется телеологистам "наивным" и "примитивным", но Сятые Отцы учили, что человека Бог "создал Собственными Своими невидимыми руками по образу и подобию Своему" (прп. Симеон Новый Богослов)(31), и что "по самому сотворению достоинство тела человеческого несравненно выше всех тел" (свт. Игнатий Брянчанинов)(32).

Богословские проблемы телеологизма

Первая проблема. Телеологизм вольно или невольно пытается создать иллюзию, будто учение о непосредственном создании человеческого тела Богом из земли было столь незначительным и маловажным для Церкви, что ничего не стоит заменить его на учение о развитии человеческого тела из тела животного. Но это, мягко говоря, не так. Учение о сотворении человеческого тела из земли с совершенно разных аспектов осмысленно и укоренено в Святоотеческом Предании.

Оно осмысленно богословски. Учение о том, что, создав из земли его тело, "Бог привёл Адама в мир беспричинно и нерождённо" (прп. Анастасий Синаит)(33) для Святых Отцов вовсе не было чем-то незначительным, но составляло понимание образа Божия в человеке: "Беспричинный и нерождённый Адам есть образ беспричинного и нерождённого Отца..., рождённый сын Адама предначертывает рождённого Сына и Слово Божие, а исшедшая Ева обозначает исшедшую ипостась Святого Духа" (св. Мефодий Патарский)(34). Также по мысли Св. Отцов в создании тела Адама из земли заключался прообраз воплощения Христова в утробе Пречистой Девы: "Как Адам от земли-девы был создан, так и Христос от Марии Девы рождён. Как адамова мать-земля никем не была ещё ни вспахана ни засеяна, так и Христова Матерь Дева не познала мужа (св. Амвросий Медиоланский)"(35). Здесь нужно ещё раз прояснить вопросы экзегетики. Приведённые примеры богословского осмысления - это не аллегорическое толкование, а типологическое. Типологическое толкование в отличии от аллегорического всегда отталкивается от того, что те события, которые оно толкует, имеют под собой реальную основу, действительное историческое бытие.

Оно осмысленно экзегетически. "Почему Владыка исцелил глаза слепого, воспользовавшись брением, а не иным способом? Чтобы привести к несомнительной вере разум тех, кто недоумевает, как первый человек был создан из праха, поскольку нет ни очевидца, ни свидетеля такого творения. Ведь сотворение самой драгоценной части человеческого тела, совершённое на виду у всех, даёт великую силу и опору для того, чтобы не сомневаться также и относительно остального тела, при создании которого никакого зрителя не присутствовало. (...) Одновременно же появляется и то, что Бог, ныне пребывающий в человеческом облике и превративший прах в естество глаза, есть Тот же, кто некогда созидал человека из праха вместе с Отцом (свт. Фотий Констанстинопольский)"(36).

Оно осмыслено литургически. За каждой панихидой Церковь поёт: "Сам еси един безсмертный, сотворивый и создавый человека, земнии убо от земли создахомся, и в землю туюжде пойдем, якоже повелел еси, создавый мя и рекий ми: яко земля еси и в землю отыдеши (Икос заупокойного канона)".

Оно осмыслено нравственно: "и созда Бог человека, персть взем от земли. Отсюда вытекает, если будем внимательны, немаловажный урок смирения. Когда подумем, из чего первоначально образовано наше тело, то сколько бы ни насупливали бровей, должны принизиться, смириться; размышляя о природе своей, мы научаемся скромности (свт. Иоанн Златоуст)" (37).

Оно осмыслено апологетически. Защищая христианское учение о воскресении человеческого тела, Святые Отцы говорили: "если Бог смог из земли создать человеческое тело, то тем более Он сможет воссоздать его, распавшееся в ту же землю, заново (св. Иустин Философ)"(38). В случае телеологического эволюционизма уместно использовать этот аргумент "наоборот": если мы верим, что истлевшие наши тела в Воскресение мёртвых Господь соберёт из земли заново, то что нам препятствует признать, что и в самом начале мира Он сотворил тело первого человека из неё, как и написано в Писании?

Вторая проблема. Телеологистская позиция обходит вниманием тот важный факт, что вопрос о хронологических этапах создания человеческого естества в Церкви, в общем-то, не нов. В древности в определённых кругах было широко распространено мнение о том, что душа человека была создана раньше тела (оригенизм), существовала и противоположная точка зрения - что тело было создано раньше души (с ней, в частности, полемизируют св. Григорий Нисский и прп. Иоанн Дамаскин). На эти споры Церковью был дан недвусмысленный ответ: "Церковь, наученная Божественными Писаниями, утверждает, что душа сотворена вместе с телом, а не так, что одно прежде, а другое после... Бог одновременно создал и тело и душу, то есть полного человека"(39). Утвердил это V Вселенский Собор, осудивший Оригена(40). Так что положение телеологического эволюционизма о том, что создание человеческого тела предшествовало сотворению его души, противоречит уже сформулированному и освящённому авторитетом Вселенского Собора учению Церкви.

Более того - на заре христианства Церковь испытывала покушения и на само учение о творении тела первого человека из земли. Тогда ей удалось его отстоять - "Заблуждаются также и последователи Валентина, говорящие, что человек создан не из этой земли, а из жидкой и текучей материи. (...) Если тела наши обращаются по смерти в эту самую землю, то следует, что они из неё и образованы были, как и Господь показал, когда из той же самой земли образовал глаза (свмч. Ириней Лионский)"(41).

Третья проблема. Она упоминалась наиболее часто на нашем Совещании. Суть её сводится к тому, что телеологизм вступает в противоречие с христианской танатологией. По православному учению Бог не сотворил смерти (Прем 1:13), но одним человеком грех вошёл в мир и грехом смерть (Рим 5:12).

По учению Святых Отцов жизнь не только человека, но и всей природы до грехопадения качественно была иной по сравнению с настоящей, и хотя "рая тогда (в первые Пять Дней) еще не было, но весь этот мир был как бы рай некий, хотя вещественный и чувственный"(42). Прп. Григорий Синаит пишет, что животные и "вся тварь, скоропреходящая ныне, первоначально не была подвержена тлению, впоследствии же, обреченная на тление, она подчинилась суете, как говорит Писание, именно за человека"(43), а прп. Симеон Новый Богослов указывает, что даже в растительном мире не было тления, но плоды дерев "должны были доставлять нетленное наслаждение нетленным телам первозданных"(44). Человек по православному учению является главой и одновременно выразителем, представителем всей вещественной твари. Именно поэтому грехом человека смерть "восстала", по мысли св. Иоанна Златоуста, "на весь мир, на всю вселенную"(45), грех человека испортил живую природу - пишет св. Феофил Антиохийский, и "с преступлением человека и они (прочие твари) преступили"(46).

Согласно же телеологизму смерть не только возникла независимо от человеческого греха, но и соучаствовала в творении мира (понадобились миллионы смертей "промежуточных форм" чтобы появился человек). Между тем и другим учением лежит принципиальное мировоззренческое различие, различие, подобное пропасти. Телеологисты просто не договаривают свою систему до конца, но по ней выходит, что смерть - естественный и неотъемлемый атрибут первозданной живой природы, в том числе и человеческой, адамовой. Однако по этому поводу Церковь уже высказала определение, догмат: "Аще кто речет, яко Адам, первозданный человек, сотворен смертным, так что, хотя бы согрешил, хотя бы не согрешил, умер бы телом, т.е. вышел бы из тела не в наказание за грех, но по необходимости естества: да будет анафема (123-е правило Карфагенского собора)"(47).

Четвёртая проблема. Согласно Писанию человек и только человек создан по образу Божию. И православное богословие утверждает, что "сообразность Богу не относится к какому-то одному элементу человеческого состава, но ко всей человеческой природе в её целом"(48). Осудив ересь антропоморфитов, Церковь показала, что соотношение этого образа с человеческим телом нельзя понимать буквально, т.е. ограничивать только им, оно есть тайна, но оно, безусловно, есть. Св. Ириней Лионский, св. Мелитон Сардийский, св. Григорий Нисский, св. Фотий Константинопольский, св. Григорий Палама и из новых свт. Филарет Московский и свт. Игнатий Брянчанинов - все они, не являясь ни в коей мере антропоморфитами, полагали, что тело сопричастно образу Божию. Допущение эволюции тела логически ведёт к исключению его из образа Божия и, как следствие, антропологическому дуализму. Следы этого дуализма уже прослеживаются в работах телеологистов - так, в присланной на наше Совещание диаконом Андреем Кураевым статье "Может ли православный быть эволюционистом?", автор говорит: "только душе человеческой душе уготована вечность"... И это тогда, как в основе всего христианства лежит та богооткровенная истина, что вечность уготована всему человеку, т.е. душе и телу. По православному учению человек не является человеком без того или другого. Вот этот открывающийся путь соматомахии есть именно следствие телеологистского богословия, исключающего тело из образа Божия в человеке.

Заключение.

Хочется вдогонку высказать ещё несколько соображений.

Первое. С богословской точки зрения сомнительна сама возможность научного познания способа сотворения мира, ибо, как писал известный греческий богослов, ныне покойный о. Антоний Алевизопулос, если мы говорим о творении мира, то тогда "человек в принципе не может определить способ, которым мир пришёл в бытие, поскольку это не может являться объектом научного исследования, ибо превышает рациональные способности человека (его логику). Человек есть часть созданной реальности, поэтому он не может стать "наблюдателем" способа, которым сотворён он сам!"(49)

Второе. На нашем Совещании возникала и такая компромиссная, номиналистская позиция, согласно которой "религиозное и научное знание относятся к совершенно разным областям; им негде встречаться и поэтому им просто нет возможности противоречить друг другу".

В случае христианской религии, как мне кажется, она неверна в принципе и противоречит реальному положению вещей. Как верно заметил в своё время Бердяев, "есть сфера, в которой наука и религия встречаются и сталкиваются на одной и той же территории - это сфера истории. Христианство есть откровение Бога в истории"(50). Именно поэтому столкновение de facto происходит и является актуальным для обеих сторон. В свою очередь, Л.П. Карсавин называл "наивно-непродуманными такие попытки установить какое-то равноправие науки и религии или даже просто разграничить их сферы. Ведь тогда придётся ограничить и ту и другую и, упрямо утверждая невозможность противоречия между ними, исповедовать сознательно или бессознательно учение о двойной истине"(51). Упомянутая выше позиция лишь упрощает реально существующую проблему, а не решает её.

Наконец, относительно основной темы нашего Совещания - образа преподавания естественнонаучных дисциплин в православных школах, хочу сказать, что присоединяюсь к мнению на этот счёт о. Олега Петренко. Безусловно, нужно излагать и эволюционную трактовку научных фактов, старательно избегая при этом увязывания её с православным учением о творении мира и не отождествлять, как замечал о. Андрей Лоргус, современное научное видение мира с самим миром.

Примечания

(*) Статья представляет переработанный и дополненный текст доклада, прочитанного 30 октября 1999 года на Совещании, проводимом Отделом религиозного образования и катехизации Московского Патриархата на тему: "Преподавание в православных школах вопросов творения мира, жизни и человека".

Литература

1 диак. Андрей Кураев. Мужчина и женщина в Книге Бытия. // Альфа и Омега №2/3 (9/10) 1996. - С. 270.

2 прот. Александр Мень. Как читать Библию. Брюссель, 1981. - С. 34.

3 св. Ефрем Сирин. Творения Т.VI.. М., 1995. - С. 211.

4 св. Василий Великий. Творения Т. I. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1900. - Сс. 137-138.

5 иером. Иларион (Алфеев). Экзегетические творения св. Григория Нисского. // Восточные Отцы и Учители Церкви IV века. ТII. М., 1999. - С. 65.

6 Книга Правил. М., 1893. - С. 83.

7 Муравник Г.Л. Творение и эволюция: опыт преподавания в православной школе. // Рождественские Чтения  98. - С. 387, 388.

8 Цитаты приводятся по прот. Александр Мень. Истоки религии. Брюссель, 1991. - С.160, в том же виде встречаются ещё у ряда авторов.

9 прп. Серафим Саровский. Поучения. М., 1997. - С.233.

10 Там же.

11 Цитируя, телеологисты изменили форму этого слова с прилагательного (которое стоит в реальном тексте) на дательный падеж существительного, что более соответствовало бы их учению. Это ещё один пример искажения ими христианских текстов в угоду собственным построениям. Выражаю благодарность Ярославу Козлову, обратившему моё внимание на этот момент.

12 свт.Феофан Затворник. Собрание писем. Т.I. М., 1994. - С. 98.

13 Словарь русского языка XI-XVII вв. Т.V. М., 1978 -С. 106.

14 свт.Феофан Затворник. Что есть духовная жизнь, и как на неё настроиться. Ленингад, 1991. - С. 31.

15 свт. Феофан Затворник. Мысли на каждый день года по церковным чтениям из Слова Божия. М., 1991. - С. 181.

16 свт. Феофан Затворник. Там же. - С. 77.

17 свт. Феофан Затворник. Созерцание и размышление. М., 1998. - С. 146. Глубоко признателен диакону Даниилу Сысоеву, указавшего мне эти тексты.

18 прот. Михаил Дронов. Современная апологетика, или два подхода к Библии. // Православная беседа №1 1999. - С. 39.

19 свт. Филарет Московский. "Слова и речи". М., 1848. - Т. I., С. 143.

20 свмч. Фаддей (Успенский). Радуйтесь! М., 1998. - С.164

21 Кузнецов А.И. О проповедях вл. Фаддея. // Патриарх Тихон и история русской церковной смуты. Спб., 1994. - С. 352.

22 св. Иоанн Кронштадтский. Новые грозные слова. М., 1993. - Сс. 13, 91.

23 свмч. Владимир Киевский. Где истинное счастье: в вере или неверии? М., 1998. - Сс. 6-18.

24 свмч. Иларион (Троицкий). Христианства нет без Церкви. М-Спб., 1999. - Сс. 269,274.

25 прп. Варснуфий Оптинский. Беседы с духовными детьми. Спб., 1991. - С.57.

26 прп. Иустин (Попович). Православная Церковь и экуменизм. М., 1997. - С. 165.

27 Цит. по: иером. Серафим (Роуз). Православный взгляд на эволюцию. Спб., 1997. - С. 93.

28 Фиолетов Н.Н. Основные вопросы современной христианской апологетики. // ЖМП №11 1991. - С. 77.

29 Антоний, митрополит Сурожский. Уроки Ветхого Завета. // Альфа и Омега №1 1994. - Сс. 7-8.

30 Антоний, митрополит Сурожский. Беседы о вере и Церкви. М., 1991. - С. 150.

31 прп. Симеон Новый Богослов. Творения. Т. II. М., 1890. - С. 73.

32 свт. Игнатий Брянчанинов. Слово о человеке. // Богословские труды №29. - С. 294.

33 прп. Анастасий Синаит. Об устроении человека по образу и подобию Божию слово 1. // Символ №23 1990. - С. 304.

34 Цитату приводит прп. Анастасий Синаит там же.

35 Цит. по: свт. Димитрий Ростовский. Летопись. М., 1998. - С. 19.

36 свт. Фотий Констанстинопольский. Амфилохии. // Альфа и Омега №1 (15) 1998. - С. 95.

37 свт. Иоанн Златоуст. Беседы на книгу Бытия. М., 1993. - Т. I, С. 99.

38 св. Иустин Философ. Творения. М., 1995. - С. 474. О том же говорят Афинагор Афинский, Менуций Феликс и другие.

39 Деяния Вселенских Соборов. Спб., 1993. - Т. III, Сс. 538, 516.

40 Там же. См. также Дворкин А.Л. Из истории Вселенских Соборов. // Альфа и Омега №1(12) 1997. - С. 361.

41 свмч. Ириней Лионский. Творения. М., 1996. - Сс. 479, 480.

42 прп. Симеон Новый Богослов. Творения. ТI. - С. 367.

43 прп. Григорий Синаит. Творения. М., 1999. - С. 9.

44 прп. Симеон Новый Богослов. Там же. - С. 370

45 св. Иоанн Златоуст. Беседы на послание к Римлянам. М., 1903. - Сс. 593, 595

46 св. Феофил Антиохийский. К Автолику книга II. / Ранние Отцы Церкви. Брюссель, 1988. - С.483.

47 Книга Правил. - С. 232.

48 Лосский В.Н. Очерк мистического богословия Восточной Церкви. М., 1991. - С.91.

49 Antonios Alevisopoulos. The Orthodox Church: its Faith, Worship and Life. Athens, 1994. - P. 24.

50 Бердяев Н.А. Наука о религии и христианская апологетика. // Путь №6 1927. - С. 39.

51 Карсавин Л.П. Апологетический этюд. // Путь №3 1926. - С. 23.

Эволюционный миф и современная наука

Александр Хоменков

Выпускник биологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова

Содержание

Вступление

I. Эволюционизм как разновидность мифологического мышления

II. Листая страницы учебников

Литература

Вступление

"Дарвин был не прав... Теория эволюции, возможно, самая страшная ошибка, совершенная в науке".

Эту мысль не так давно высказал член нью-йоркской Академии наук И.Л.Коэн (Цит. по: Тейлор, 1994, с. 48). В своем мнении Коэн далеко не одинок: Джон Вольфган Смит - профессор орегонского Университета - заметил, что "в последнее время в академических и профессиональных кругах растет несогласие с этой теорией, и все увеличивающееся число уважаемых ученых покидают лагерь эволюционистов" (Цит.: там же, 1994, с. 120). При этом Смит подчеркивает, что этот процесс обусловлен не какими-либо религиозными причинами, но чисто научными соображениями. "Нам догматически говорят, - утверждает этот ученый, -что эволюция - установленный факт; но нам никогда не говорили, кто установил его и какими путями... Можно сказать с предельной строгостью, что эта доктрина полностью лишена научного подтверждения" (Цит.: там же, 1994, с. 120). Директор по научной работе во французском Национальном центре научных исследований, доктор Луи Бонуар высказался не менее категорично: "Эволюционизм - сказка для взрослых", - писал он. "Эта теория ничем не помогла в прогрессе науки. Она бесполезна" (Цит: там же, с. 120).

Но почему эта "сказка" смогла столь продолжительное время пленять умы ученых и простых обывателей? Ведь она даже была положена в основу идеологии ряда политических систем, поставивших своей целью кардинальное преобразование мира. Лишь в последние десятилетия (уже после крушения этих идеологий), накопив значительный эмпирический материал, многие исследователи начали с удивлением обнаруживать несоответствие этого материала основам эволюционизма, осознавать что эволюционизм никакого отношения к науке не имеет. "Нам достаточно ошибок Дарвина. Настало время кричать: "Король - голый"", - этот призыв сотрудника Геологического института Цюриха К. Су (цит.: там же, с. 120), доходит до все большего и большего числа ученых. Один из - известный скандинавский ученый Сорен Лавтрап - сказал: "... я верю, что когда-нибудь дарвиновский миф будет классифицирован как величайший обман в истории науки. Когда это произойдет, многие люди зададут вопрос: "Как это вообще случилось?.." (цит.: там же, с. 90).

К ответу на последний вопрос нас могут подтолкнуть еще некоторые высказывания ученых. Известный английский математик, астроном и космолог сэр Фред Хойл писал, что корни того, что люди верят в возможность случайного самозарождения жизни находятся "не в науке, а в психологии" (цит.: там же, с. 80). Биолог Людвиг фон Берталанфи также высказал одну очень важную мысль: "Тот факт, что такая неопределенная, такая недостаточно проверенная, и такая далекая от критериев, применяемых в "неопровержимой" науке, теория стала догмой, может быть объяснен только с позиции социологии" (цит.: там же, с. 120). И, наконец, определяющую характеристику дарвинизму дал специалист в области молекулярной биологии доктор Майкл Дентон:

"В конечном счете, - писал он, - дарвиновская теория эволюции не больше и не меньше, чем великий космогенный миф двадцатого столетия" (цит.: там же. с. 48).

Итак, для уяснения сущности дарвинизма целесообразно привлечь достижения современной психологической и социологической мысли. Поиск в этом направлении подталкивает нас прежде всего к трудам известного швейцарского психолога и психиатра Карла Густава Юнга. Этот ученый занимался как раз проблемами мифологического мышления, которое, как полагал он, не только существовало в исторически отдаленные времена, но является неотъемлемой частью современной жизни.

I. Эволюционизм как разновидность мифологического мышления.

Юнг считал, что одной из врожденных бессознательных потребностей человека является склонность к иррациональному, мифологическому мышлению. "Логика юнговского учения однозначно приводит к выводу, что мифотворчество - это непрерывный процесс, свойственный человеку во все времена; в нашу эпоху, во второй половине ХХ века, мифы создаются посредством того же универсального социально-психологического механизма, что и в далеком прошлом" (Акопян, 1994, с. 12). Деятельность этого "универсального социально-психологического механизма", согласно представлениям Юнга, связана с так называемым коллективным бессознательным - неким особо глубоким слоем психического, общим для всего человечества и содержащим в себе потенциальные предпосылки мифологического мышления. В ХХ столетии, как считал Юнг, эти потенциальные предпосылки актуализировались, прежде всего, в феномене НЛО и идеологии немецкого нацизма. Но этими, выделенными Юнгом формами, современное мифотворчество, видимо, не исчерпывается. Когда ученые пытаются распространить традиционные для науки методы за пределы их законной применимости, они неизбежно теряют соприкосновение с реальностью и вступают в сферу, очень близкую к той, которой профессионально занимался Юнг...

Из своего практического опыта Юнг вынес основополагающее убеждение о существовании устойчивых прообразов (архетипов) мифов - неких "мыслеформ", как бы "всплывающих" из "коллективного бессознательного" человечества в самых разных исторических и психологических ситуациях и задающих общее направление всех психических процессов и переживаний личности. Как врач-психиатр, Юнг убедился, что "существуют определенные мотивы и комбинации понятий, наделенные свойством "вездесущности", - они с непостижимым постоянством выявляются не только в мифах и верованиях самых различных народов, заведомо не имевших между собой никаких связей, но и сновидениях или бредовых фантазиях современных индивидуумов, для которых абсолютно исключено знакомство с мифологией" (Аверинцев, 1970, с. 124).

В качестве яркого примера таких вездесущих мифологических мотивов можно привести представления о происхождении человека от обезьяны. Задолго до того, как эта "фантазия" возникла в голове Дарвина, она заняла свое законное место в фольклоре различных народов мира. Таких мифов довольно много, приведем лишь некоторые из них.

Среди диких племен Малайского полуострова "сохранились предания об их происхождении от пары "белых обезьян", которые, вырастив своих детенышей, послали их в долины, где они достигли такой степени совершенства, что сделались людьми, те же из них, которые вернулись обратно в горы, остались по-прежнему обезьянами. Одна буддийская легенда рассказывает о происхождении плосконосых, неуклюжих племен Тибета от двух необыкновенных обезьян, превращенных в людей с целью заселить царство снегов. Они научились пахать, и когда сажали хлеб и сеяли его, хвосты и шерсть их стали мало-помалу исчезать. Они приобрели дар речи, обратились в людей и стали одеваться в листья" (Тайлор, 1989, с. 184).

Такие же мифологические мотивы тотемического 1 характера в XIX столетии, как известно, повторил Фридрих Энгельс в своей "Диалектике природы". Он писал: "Сначала труд, а затем и вместе с ним членораздельная речь явились двумя самыми главными стимулами, под влиянием которых мозг обезьяны постепенно превратился в человеческий мозг..." (1949, с. 135). Характерны совпадения в обоих мифологических сюжетах - вплоть до деталей. Эти детали находятся в явном противоречии с представлениями о движущих силах эволюционного процесса, как они понимаются классическим дарвинизмом. 2 Ведь Энгельс писал о труде и речи как о стимулах превращения мозга обезьяны в мозг человека. Здесь ощущаются те же иррациональные мотивы, которые "всплыли" в свое время из "коллективного бессознательного" и у сочинителей приведенной выше буддийской легенды.

Другим примером проявления подобных иррациональных, мифологических мотивов под внешней оболочкой наукообразия, являются представления о происхождении... обезьяны от человека. Двое британских исследователей не так давно вполне серьезно выдвинули предположение о происхождении обезьяны шимпанзе от предка, стоящего гораздо ближе к человеку, чем к обезьяне (Моррис, 1993, с. 130). Нечто очень похожее можно встретить и в фольклоре народов разных континентов. Например, среди поверий племен Юго-Восточной Африки есть следующая легенда: одно племя было очень ленивым и решило кормиться за счет других. Бесполезные мотыги были прикреплены к спине и со временем приросли к телу, превратившись в хвосты, "тело их покрылось шерстью, лбы нависли, и они, таким образом, превратились в павианов" (Тайлор, 1989, с. 183). Здесь ощущается все та же вездесущая "мыслеформа" о роли труда в происхождении человека, которая нам более всего знакома по трудам Энгельса. Однако, в этом случае она "прокрутилась" в голове мифосочинителей "в обратную сторону".

Впрочем, гипотеза о происхождении обезьяны от человека в современных околонаучных мифах есть явление скорее периферийное, которому не следует уделять значительное внимание. Чтобы разобраться в иррациональных истоках околонаучного мифотворчества, следует сконцентрировать внимание на его узловых моментах, проследить зарождение мифологических мотивов из "коллективного бессознательного" европейского общества по другим формам духовной жизни - прежде всего по содержанию художественного творчества. Ведь, согласно взглядам Юнга, "дело художника состоит в том, чтобы в силу своей особой близости к миру коллективного бессознательного первым улавливать совершающиеся в нем необратимые трансформации и предупреждать об этих трансформациях своим творчеством" (Аверинцев, 1970, с. 141). Какие сигналы о надвигающейся эпохе господства околонаучных мифов подавало европейское искусство?

Отто Бенеш - исследователь творчества известного художника Питера Брейгеля Старшего (1520 - 1569) отмечает, что на его полотнах "люди изображаются в виде каких-то манекенов, игрушечных персонажей, что у него они все "на одно лицо"" (Тростников, 1980, с. 21). Эти люди, как пишет Бенеш, представляют "часть безликой массы, подчиненной великим законам, управляющим земными событиями, так же как они управляют орбитами земного шара во вселенной. Содержанием вселенной является один великий механизм. Повседневная жизнь, страдания и радость человека протекают так, как предвычислено в этом часовом механизме" (цит: там же, с. 21). Такое понимание мира зарождалось в бессознательных глубинах европейского общества где-то за сто лет до работ Ньютона (1642 - 1727), законы которого можно было бы использовать в виде некоего научного основания для подобного механистического понимания мироустроения. В полотнах Брейгеля мы, судя по всему, сталкиваемся с художественным выражением процессов, происходящих в "коллективном бессознательном" семнадцатого столетия. В дальнейшем эти процессы оформились в виде механистических представлений о мире - первого варианта "научно-обоснованного" материалистического учения.

Такое механистическое понимание действительности, несомненно, сыграло определяющую роль и в становлении эволюционных идей. Еще в XIX столетии русский мыслитель Николай Яковлевич Данилевский писал, что теория эволюции есть "купол на здании механистического материализма, чем только можно объяснить ее фантастический успех, никак не связанный с научными достижениями" (Московский, 1996, с. 36). В самом деле, если живая клетка есть всего лишь "механизм", функционирующий на основании своих "деталей" - биологических молекул, то и хронологически эти детали должны были бы появиться раньше: сначала некий "первичный бульон" из молекул, а затем уже должна была произойти случайная "самосборка" первого живого существа из этих молекул. Здесь мы сталкиваемся со взаимодействием околонаучных мифов и с подчинением их определенным рациональным условиям, обязательным для всякой идеи, претендующей на статус научной теории. Но, при этом, идея о возникновении жизни из неорганического вещества зарождается в европейском обществе прошлых столетий все же в иррациональном, поэтическом, явно связанным с "коллективным бессознательным".

Речь идет о стихах, сочиненных "философствующим" эволюционистом Эразмом Дарвиным (1731 - 1802) - дедом Чарлза Дарвина. В этих стихах говорилось о "самозарождении миниатюрных крохотных форм органической жизни в волнах океана", о том, что "эти формы становились все сложнее и сложнее" (Окленд, 1994). Исследователи отмечают, что в детстве Чарлз часто слушал обсуждение взглядов своего деда (Маклин и др., 1993, с. 78). Можно предположить, что это во многом способствовало формированию его мировоззрения.

Весьма симптоматично, что первое художественное изображение "обезьяно-человека", выполненное в свое время профессором Эрнстом Геккелем, также появилось задолго до того, как на суд общественности были предъявлены первые "вещественные доказательства" его существования - кость бедра и верхняя часть черепа (Бауден, 1996, с. 121 - 122).

Потом правда специалисты определили, что кость бедра принадлежала просто человеку, а верхняя часть черепа - просто обезьяне (там же, с. 126 - 129). Однако, найденные кости до сих пор встречаются в некоторых учебниках, как свидетельства в пользу существования нашего обезьяноподобного предка. Другие свидетельства по этому поводу, как показывает беспрестрастное расследование, имеют аналогичную степень достоверности (Бауден, 1996). Однако, вера в то, что "обезьяно-человек" когда-то существовал от этого нисколько не умаляется. Околонаучный миф о "питекантропе", без сомнения оказывает гораздо более сильное воздействие на жизнь человечества, чем, к примеру, не связанный с наукой миф о Змие Горыныче. Что же заставляет следовать этой вере самих ученых, у которых, казалось бы, есть возможность во всем разобраться?

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно вспомнить об одном эксперименте, проведенном учеными-психологами. "Группе испытуемых были предъявлены две палки - одна несколько длинее другой. При этом всех, кроме одного, заранее попросили дать неправильный ответ. И когда очередь дошла до человека ничего об этом не знавшего, то он, не раздумывая, присоединился к общему мнению, поверив ему больше, нежели своим глазам" (Комаров, 1979, с. 157).

Разобраться в сути этого опыта, а вслед за этим и в проблемах распространения околонаучных мифов нам также поможет психология - прежде всего взгляды известного русского ученого Владимира Михайловича Бехтерева.

Еще в самом начале ХХ столетия Бехтерев призывал очень внимательно отнестись к фактору внушения, "иначе целый ряд исторических и социальных явления получает неполное, недостаточное и частью даже несоответствующее освещение" (Бехтерев, 1908, с. 175). Такое же несоответствующее освещение получают в сознании ученых, педагогов, а вслед за ними и всего общества, околонаучные мифы. Их широкое распространение, как принято считать, обусловлено их научной обоснованностью. На самом же деле, роль науки здесь косвенная и связана с особенностями действия механизма внушения. Как утверждают специалисты-психологи, внушение наиболее успешно действует тогда, когда человек испытывает "доверие к тому, кто внушает" (Шингаров, 1994, с. 30). Доверие же современное общество испытывает к тому, кто выступает от лица науки, практические успехи которой для всех очевидны. Исследователь В.М Марцинковский писал по этому поводу следующее: "...мы часто не в силах сбросить иго чужого мнения и власть особого внушения, которое я бы назвал гипнозом научной терминологии. Пусть нам предъявляют непонятные и невероятные вещи, но, если говорят с учёным пафосом, да еще облекают его в форму латинских или греческих терминов, мы уже слепо верим, боясь быть изобличёнными в невежестве" (1989, с. 15).

Во всем этом и сокрыта внутренняя сила околонаучного мифотворчества, успешно реализующаяся не только в малообразованном обществе, но и в высокоинтеллектуальной среде. Ведь, как писал Бехтерев, "сила личности обратно пропорциональна числу соединенных людей. Этот закон верен не только для толпы, но и для высокоорганизованных масс" (Бехтерев, 1908, с. 157), к которым, в частности, можно отнести учебные аудитории самого разного уровня. Относительно высокий интеллектуальный уровень отдельно взятых представителей этих аудиторий не является препятствием для распространения околонаучных мифов, поскольку "сила внушения возрастает в коллективе" (Неманов и др., 1969, с. 251) и "при проведении внушения его действенность тем более разительна, чем к большему количеству лиц оно одновременно обращено" (там же, с. 251). Еще в античные времена бытовало мнение: "один отдельно взятый афинянин - это хитрая лисица, но когда афиняне собираются на народные собрания... уже имеешь дело со стадом баранов" (цит. по: Московичи, 1998, с. 37). Современные психологи также утверждают, что "чем больше организация, тем неизбежнее ее спутниками выступают безнравственность и не желающая ничего видеть глупость" (Одайник, 1996, с. 52). Что же касается научных и образовательных организаций, ответственных за распространение околонаучных мифов, то здесь мы сталкиваемся с инфраструктурами не просто большого, но гигантского масштаба.

Особенностью функционирования этих инфраструктур является охват ими фактически всего детского населения. В то же время несформировавшееся детское сознание, как писал Бехтерев, обладает поразительной внушаемостью (Бехтерев, 1994, с. 174, 182), которая усиливается авторитетом учителя, играющим в деле внушения огромную роль (там же, с. 188), а также, как уже указывалось - авторитетом науки, от лица которой учитель якобы выступает. Учащиеся средней школы большей частью впитывают содержание околонаучных мифов, глубоко о нем не задумываясь, доверяя во всем педагогу. В то же время результатом подобного бесконтрольного вторжения в сознание человека внушаемой установки, является, по утверждению Бехтерева, то, что личность ее практически не в состоянии отвергнуть даже когда видна ее нелепость (Бехтерев, 1908, с. 13). Приведем лишь один пример внушения подобных нелепых идей чрез современные учебники естествознания.

"В результате многолетних исследований, которые проводили ученые самых разных профессий, было выяснено: нет ни одного химического элемента, который был бы в космических телах и отсутствовал бы на Земле; нет ни одного химического элемента, который был бы найден в живых телах и отсутствовал бы в неживых. Это говорит о единстве вещества живых и неживых тел, о единстве природы" (Естествознание. Учебное пособие для учащихся 5-го класса. Отв. ред. - Суравегина И.Т. М.: 1993, с. 84 - 85).

"Таким образом, в клетке нет каких-нибудь особенных элементов, характерных только для живой природы. Это указывает на связь и единство живой и неживой природы." (Общая биология. Учебник для 10 - 11 классов средней школы. Под редакцией члена-корреспондента АН СССР Ю.И.Полянского. М.: 1991, с. 146).

Задумаемся о смысле приведенных фраз. Могли ли в клетке вообще быть обнаружены какие-либо химические элементы, которые бы "отсутствовали в неживых телах"?

Уже за несколько тысяч лет до того как были получены "результаты многолетних исследований" можно было бы догадаться о том, что таких элементов в живом организме в принципе быть не может. Ведь любое живое существо после своей гибели разлагается и превращается в вещество неживой природы. И можно ли ожидать что продукты естественного разложения будут как-то отличаться от продуктов искусственного разложения - того что является объектом "многолетних исследований ученых"?

Очевидно, что приведенные фразы из учебных пособий не несут в себе положительной смысловой нагрузки, и не связаны с научными представлениями о мире. И, тем не менее, через них, несомненно, оказывается определенное мировоззренческое воздействие на сознание учащихся. В них чувствуется стремление сгладить различие между живой и неживой природой. Не зря ведь продолжение фразы из учебника для 10 - 11 классов выглядит следующим образом:

"На атомном уровне различий между химическим составом органического и неорганического мира нет. Различия обнаруживаются на более высоком уровне организации - молекулярном". Истоки этих различий, при таком подходе, связываются лишь с одним - с возможностями разнопланового "конструирования" молекулярных и надмолекулярных образований из одного и того же элементарного материала по аналогии с тем, как из одних и тех же деталей можно конструировать разные механизмы, или же создавать конструкции, не обладающие свойствами механизмов (неживое вещество).

Такой подход диаметрально противоположен традиционным христианским представлениям о запредельных, внепространственно-вневременных истоках тварного мира, связанных с Божественными энергиями. В этих запредельных истоках христианская мысль видела основу особых свойств всех жизненных явлений, в частности - открытой совремнной наукой колоссальной динамической сложности живой материи. Св. Дионисий Ареопагит писал по поводу всего этого следующее: "любое живое существо и любое жизненное явление исходят из Жизни, превосходящей и жизнь, и любое основание всего живого. Из нее души человеческме улучают бессмертие, а в животных и растениях жизнь проявляется словно отдаленное эхо Жизни. И если какое-либо существо по немощи своей лишится сопричастности к ней, то в отлученном от Жизни прекратится всякая жизненная деятельность" (Дионисий Ареопагит, 1991, с. 66). Умалчивая о возможности существования принципиально недоступных для научного метода внепространственно-вневременных истоков жизни, учебник подталкивает ум учащихся к однозначному принятию механистических представлений о сущности живой материи, стирающих принципиальное различие между живым и неживым. На фоне подобного "естественно-научного" объяснения становятся бессмысленными дальнейшие размышления о каких-либо духовных проблемах, ибо все эти проблемы будут связываться в сознании (даже скорее в бессознательных глубинах) учащегося с чем-то "ненастоящим", вторичным, производным от более фундаментальных физико-химических законов, где никаких нравственных проблем не существует, и куда человеческая личность должна безвозвратно кануть после своей смерти. Эта мировоззренческая установка закладывается не прямо, но косвенно, через изложение якобы научных представлений. И такой образ действия, пожалуй, эффективнее, чем более прямые формы влияния на человека. Ведь, как утверждал Бехтерев, внушение "может проявляться легче всего в том случае, когда оно проникает в психическую сферу незаметно, вкрадчиво, при отсутствии сопротивления со стороны личной сферы" (1908, с. 19). Этим и объясняется неспособность многих бывших школьников, ставших позднее деятелями науки и образования, отказаться как от материалистических взглядов, так и от органически связанных с ними эволюционных представлений. Внушению этих представлений способствует, в частности, и школьный курс биологии. Остановимся на этом вопросе более подробно.

II. Листая страницы учебников

Рассмотрим, для примера, содержание двух российских учебников для 10-11 классов: под редакцией члена-корреспондента АН СССР Ю.И.Полянского за 1991 год, и под редакцией академика Д.К.Беляева, профессора Г.М.Дымшица и профессора А.О.Рувинского за 1996 год.

На странице 43 учебника за 1991 год говорится об отсутствии принципиального различия между микроэволюцией (приспособительной изменчивостью организмов, позволяющей им выживать в меняющихся жизненных условиях) и макроэволюцией (образованием новых биологических таксонов). В учебнике за 1996 год об этом же говорится на странице 167, когда описывается предполагаемый процесс видообразования правда, при этом, без употребления терминов макро- и микроэволюция. Возможно, что опущение этих терминов в более позднем издании учебника связано с тем, что современная биология со всей определенностью указывает на то, что микроэволюция принципиально отличается от макроэволюции и никогда в нее не переходит. Часто встречающиеся в природе "горизонтальные", микроэволюционные изменения являются следствием перегруппировки уже существующих генов, подобно тому, как "в ходе карточной игры постоянное перемешивание и раздача карт создают все новые и новые их сочетания, что, однако, не приводит к появлению новых карт (Юнкер, Шерер, 1997, с. 34) - необходимой для макроэволюции генетической информации. Сам же генетический аппарат, по словам исследователя Фрэнсиса Хитчинга, является "мощным стабилизирующим механизмом, основной целью которого является предотвращение эволюционирования новых форм". 3

Эту точку зрения разделяет сейчас большинство исследователей, занимающихся молекулярными механизмами наследственности. Так, на одном из совещаний ведущих мировых эволюционистов, проходящих во второй половине ХХ столетия - то есть когда уже были выяснены механизмы наследственности - обсуждался вопрос: можно ли распространять механизмы, лежащие в основе микроэволюции, чтобы объяснить феномен макроэволюции. Ответ был категоричен - "определенно нет". 4 Исследователь Даррел Кауц писал по этому же поводу следующее: "Людей вводят в заблуждение, заставляя верить, что поскольку микроэволюция - реальность, то макроэволюция такая же реальность. 5 Заслуженный профессор биологии в отставке из Университета Эндрюса - Фрэнк Марш - утверждал со всей определенностью: "Микроэволюция, да. Макроэволюция, нет! Это факт... огромной важности, заслуживающий глубокого изучения". 6 По словам доктора философии в области генетики Лейна Лестера и его коллеги Реймонда Болина "Биологические изменения имеют рамки и... эти рамки установлены структурой и функциями генетического механизма".

Впервые об этих рамках было сказано в первой главе Книги Бытия, когда Творец, определяя законы существования сотворенных трав и деревьев, повелевает им сеять семя и приносить плоды по роду их (Быт. 1, 12). В настоящее время об этих же рамках свидетельствует и наука, со всей определенностью отвергающая эволюционный миф: "предложенные эволюционной теорией механизмы эволюции могут изменить данный фенотип внутри определенных границ, но не настолько, чтобы можно было ожидать возникновения новых функций в плане развития от низших форм к высшим (с увеличением сложности)" (Юнкер, Шерер, 1997, с. 92). Этот вывод был сделан на основании исследования молекулярного механизма наследования признаков и подкреплен конкретными математическими рассчетами. Достаточно сказать, что вероятность конкретного изменения в генетическом аппарате, затрагивающего структуру только лишь пяти белков, составляет величину порядка 10-275 (Кордюм, 1982, с.24). "Нет смысла обсуждать эти цифры. При такой вероятности требуемой мутации за все время существования жизни во вселенной не смог бы появиться ни один сложный признак (цит.: там же, с.24). По словам исследователя И.Л.Коэна "с математической точки зрения, основанной на законах вероятности, совершенно невозможно, чтобы эволюция была механизмом, создавшим примерно 6 млн. видов известных сегодня растений и животных" (цит. по: Тейлор, 1994, с. 24). Поэтому, - утверждает Коэн, - "в тот момент, когда система ДНК-РНК стала понятной, полемика между эволюционистами и креационистами должна была сразу же прекратиться" (там же, с. 24).

Итак, Дарвин глубоко ошибался, ставя знак равенства между изменчивостью живых существ и эволюционным усложнением. Изменчивость имеет четко определенные границы, которые никогда и ни кем не переходятся. Сколько бы не изменялись вьюрки на Галапагосских островах - они всегда останутся вьюрками и никогда не превратятся в аистов или же летучих мышей, поскольку законы природы запрещают подобные проевращения. Из плавников рыбы также никогда не возникнет конечность наземных животных, а из чешуи динозавров никогда не образуются перья птиц. Невозможно эволюционное образование у млекопитающих тех принципиально новых признаков, которые отсутствуют у их предполагаемых предков, а именно - шерстяного покрова, постоянной температуры тела, вскармливания своих детенышей молоком. Казалось бы, все эти выводы экспериментально подтвердить невозможно из-за тех огромных сроков, которые, по мнению эволюционистов, требуются для прохождения макроэволюции. Однако, это не совсем так. Данные, подтверждающие невозможность прохождения макроэволюционных процессов, не так давно были получены в экспериментах на бактериях.

Дело в том, что для прохождение предполагаемого эволюционного процесса нужно не абсолютное время, а количество поколений, каждое из которых подвержено небольшим изменениям, передающихся по наследству следующему поколению. Ученые-эволюционисты подсчитали, что около ста тысяч сменивших друг друга поколений было бы достаточно, чтобы из самого примитивного "первобытного человека", жившего, по их предположению, многие сотни тысяч лет назад, достичь уровня человека современного (Юнкер, Шерер, 1997, с. 41). "Такое количество поколений может быть достигнуто у бактерий чуть больше, чем за один год. Бактерии нетребовательны в разведении и позволяют проводить опыты с огромным количеством особей (1 мг бактерий соответствует приблизительно 10 миллиардам особей). Поэтому они вполне подходят для экспериментальных проверок эволюционной модели" (Юнкер, Шерер, 1997, с. 41).

И такая экспериментальная проверка была проведена. Опыты проводились не один год и даже не одно десятиление, что по количеству смененных поколений вполне сопоставимо с предполагаемыми сроками эволюционного процесса. Однако, никаких существенных изменений, позволяющих говорить об эволюционном усложнении, у бактерий обнаружено не было. Полученные результаты "свидетельствуют о большой генетической стабильности бактерий" (Юнкер, Шерер, 1997, с. 43). Изменения были такие же, как и при проведении селекционных работ с обычными сельскохозяйственными животными и растениями. "Все результаты наблюдений относятся к области микроэволюции. Ни в одном из случаев не могло быть доказано возникновение качественно нового генетического материала" (там же, с. 41). При всем этом "стабильность основных форм бактерий подтверждается результатами генного картирования... Можно доказать явления микроэволюции у бактерий, образовавших новые штаммы с измененными биохимическими и физиологическими свойствами, однако эти факты не дают экспериментальных подтверждений макроэволюции, того, что из известных ранее возникли новые основные формы или конструкции" (Юнкер, Шерер, 1997, с. 49).

Однако, вернемся к содержанию разбираемых нами учебников. Сразу же за темой мифического перехода микроэволюции в макроэволюцию в учебнике за 1991 год. идет изложение не менее мифического "биогенетического закона", согласно которому человек в своем эмбриональном развитии последовательно проходит те стадии, которые ему якобы пришлось пройти ранее в развитии эволюционном. В учебнике за 1996 год этот же "закон" излагается на стр. 149-150. Весьма примечательно то, что в свое время Дарвин объявил биогенетический "закон" главным доказательством своей теории эволюции (Головин, 1997, с. 27). А "открыл" его не кто иной, как Эрнст Геккель - тот самый Геккель, который нарисовал в свое время "питекантропа" задолго до того, как были предъявлены первые вещественные "доказательства" его существования. Нечто подобное произошло и с биогенетическим "законом".

В свое время Геккель предъявил ряд изображений зародыша человека, на которых в районе шеи действительно были видны какие-то образования, похожие на рыбьи жаберные щели, а задний конец его тела явно выступал, так что его Геккель объявил остатками хвоста. Однако профессиональные эмбриологи когда взглянули на изображения зародышей, сделанные Геккелем, то обвинили этого эмбриолога-самоучку в мошенничестве. Геккель был обвинен в подлоге пятью профессорами (Бауден, 1996, с. 125). Он признал свою вину, но оправдывался тем, что дескать все так делают. Тем не менее ученый совет университета города Иены, где работал Геккель, официально признал идею Геккеля несостоятельной, а самого автора виновным в научном мошенничестве. Геккель вынужден был уйти в отставку (Головин, 1997, с. 27 - 28. Бауден, 1996, с. 125).

Что же на самом деле можно обнаружить в зародыше человека? Посмотрим на следующий рисунок, выполненный профессионалами-эмбриологами.

Слева от закладывающегося ротового отверстия на рисунке хорошо видны складки тканей. Из этих складок впоследствии развивается скелет нижней челюсти, подъязычной кости и гортани. И никакого отношения к жаберным дугам эти складки не имеют. Что же касается "хвоста", обнаруженного Геккелем в зародыше человека - то это просто задний конец тела, более тонкий по сравнению со всем зародышем, так как он несколько отстает от всего зародыша в развитии.

Характерно, что во многих западных университетах биогинетический "закон" часто приводят в качестве курьеза, "чтобы показать, сколь наивны были люди в прошлом и как они лихорадочно искали аргументы в пользу эволюции" (Хобринк, 1994, с. 100-101). В российских же учебниках он до сих пор излагается как нечто абсолютно достоверное. Кстати, принятие или отвержение человеком этого "закона" напрямую связано с его отношением к проблеме абортов. Ведь, если зародыш имеет "жабры", то это, скорее, еще не закладывающаяся человеческая личность, а какая-то рыбка, которую не жалко и убить.

Еще одна серрия антинаучных доводов приводится на стр. 59 - 60 учебника за 1991 год, и на стр. 217-218 - за 1996 год, где говорится о так называемых рудиметарных органах и атавизмах.

Здесь уместно сказать, что еще в начале ХХ столетия список рудиментарных органов -остатков некогда функционирующих систем - состоял приблизительно из 180 органов и анатомических структур (Бергман, Хоуз, 1997, с. 5). К ним, в частности, относили такие жизненно важные органы как тимус (вилочковая железа), эпифиз (шишковидная железа), миндалины, коленные мениски. По словам профессора Дэвида Ментона, если ученым "не удается определить функцию органа в организме, его считают рудиментом. Поэтому не удивительно, что с ростом научных знаний и исследований список таких органов становился все меньше и меньше" (там же, с. 3). В настоящее время этот список приблизился к нулю. "Ученые обнаружили, что большинство из так называемых "рудиментов", выполняют даже не одну, а несколько важных функций. Некоторые из них вступают в работу только в определенные моменты жизни организма, например в критических ситуациях, некоторые работают только на определенных стадиях развития организма. Но информация об этом практически не поступает в справочники и учебники по биологии и в книги по происхождению жизни. Например, еще в двадцатых годах писали о том, какие важные функции выполняет так называемая мигательная перепонка, и все же некоторые авторы научных трудов относят ее к разряду рудиментов" (там же, с. 5). Это же относится и к составителям разбираемых нами учебников.

В учебнике за 1996 год говорится о "маленькой полулунной складке в уголках глаз" (с. 217), которую авторы учебников считают остатком мигательной перепонки, встречающейся у пресмыкающихся и птиц. Однако, это образование играет важную роль, и без нее "полноценная зрительная функция была бы сильно затруднена" (там же, с. 66). В частности, "глазное яблоко человека способно поворачиваться на 1800 - 2000. Без полулунной складки угол поворота был бы гораздо меньше" (там же, с. 66). Полулунная складка "является поддерживающей и направляющей структурой, увлажняет глаз, помогая двигаться более эффективно" (там же, с. 66). "Еще одна функция полулунной складки - собирать инородный материал, который попадает на поверхность глазного яблока. Для этого складка выделяет клейкое вещество, которое собирает инородные частицы и формирует из них комок с целью легкого удаления без риска поцарапать или повредить поверхность глазного яблока" (там же, с. 67). Полулунную складку нельзя считать рудиментарными остатками мигательной перепонки, в частности, еще и по причине "обслуживания" этих структур разными нервами, что указывает на отсутствие исторической связи между этими структурами.

Это же относится и к другим примерам, приведенным в учебниках, например, к аппендиксу. Теперь уже известно, что аппендикс "играет немаловажную роль в работе иммунной системы человека" (там же, с. 6).

Копчик, который называется в учебнике (1996 год) "остатком редуцированного хвоста", служит важным местом прикрепления определенных тазовых мышц: "три-пять маленьких копчиковых косточек, без сомнения, являются частью большой опорной системы, состоящей из костей, связок, хрящей, мышц и сухожилий" (там же, с. 43).

Еще в учебнике за 1996 год говорится, что к рудиментам относится "особая мышца, позволяющая некоторым людям двигать ушами и кожей головы" (с. 217). На самом деле, мышцы наружного уха, по свидетельству исследователей, "нужны для того, чтобы обеспечить органу усиленное кровообращение, уменьшая таким образом опасность обморожения... Мышцы - это не просто сократительный орган. Они служат хранилищем гликогена и активно участвуют в обмене веществ. Если бы в строении наружного уха отсутствовали мышцы, питание его было бы намного затруднено". Что же касается отдельных случаев сильного развития таких мышц, то это "всего лишь одно из тысяч мелких индивидуальных особенностей, которые делают каждого человека уникальным" (Бергман, Хоуз, 1997, с. 69) При этом, говоря о таких случаях аномального развития подкожных мышц, следует помнить, что у обезьян, - как считают эволюционисты, ближайших родственников человека - уши неподвижны (Фридман, 1991, с. 187).

Подводя итог разговору о "рудиментарных органах" авторы учебника за 1996 год пишут: "Все эти органы бесполезны для человека" (с. 217). Эта железобетонная логика эволюционистов имеет большие практические следствия. При первом же удобном случае "рудиментарным" органам приписывалось удаление, и лишь со временем врачи разобрались, что подобные вмешательства в слаженную систему работы человеческого организма далеко не безобидны. В частности, это относится к копчику. "Удалите его, - писал Шьют (Shute) - и пациенты начинают жаловаться; действительно, операции по удалению копчика неоднократно входили в моду и вновь подтверждали свою плохую репутацию; только наивные хирурги, которые верят в то, что им говорят о безполезном "рудименте" биологи, возрождают эту операцию" (цит. по: Бергман, Хоуз, 1997, с. 43).

Это же можно повторить и относительно аппендикса и миндалин, которые эволюционисты также объявили "рудиментами". Эти органы в период особого увлечения дарвиновскими идеями были, кстати, изъяты у весьма значительной части населения: американские авторы отмечают, что "в тридцатых годах миндалины и аденоиды были удалены были удалены более чем у половины детей" (Бергман, Хоуз, 1997, с. 47). Однако, со временем было выяснено, что удаление аппендикса увеличивает риск злокачественных заболеваний (там же, с. 55 - 56). Это же касается и миндали: сотрудники Нью-Йоркской онкологической службы сделали вывод, что "те люди, у которых были удалены миндалины, почти в три раза чаще заболевают лимфограноломатозом, злокачественным новообразованием, исходящим из лимфатической ткани" (Galton, цит.: там же, с. 47).

Здесь уместно привести случай, происшедший с доктором Джерри Бергманом - одним из авторов книги о так называемых рудиментарных органах - когда ему было только пять лет. "Семейный доктор Бергманов, обратив внимание на привычку мальчика дышать ртом, предложил удалить ему и аденоиды и гланды. Один из аргументов в пользу удаления звучал примерно так: "Лучше это сделать, пока он еще ребенок, когда он вырастит, это сделать будет труднее". На вопрос, зачем это вообще делать, доктор ответил: "Они совершенно бесполезны, поэтому от них нужно избавиться, и чем раньше, тем лучше". Пораженный Бергман задал вполне понятный в такой ситуации вопрос, как эти гланды и аденоиды попали в горло и для чего они там нужны. Доктор повторил: "Мы рождаемся с ними, но пользы они не приносят". Ответ был убийственным, и пятилетний Бергман так и не смог понять, зачем же человеку нужен орган, который не приносит никакой пользы" (там же, с. 6).

В этой ситуации произошло столкновение двух противоположных мироощущений: наивных представлений пятилетнего мальчика о целесообразности мироустроения, за которыми просматриваются контуры веры в Творца мира и одураченного околонаучными мифами врача, поставившего на место представлений о целесообразности эволюционные измышления. Но объективные научные данные свидетельствуют против такой эволюционной логики: "все органы человеческого тела работают в гармонии. Опровержение концепции рудиментарности позволит нам с научной точки зрения взглянуть на труд Создателя в области биологии и увидеть в них не эволюционные блуждания, или промахи, или случайный каприз, но свидетельство мощи Его разума и мастерства" (там же, с. 99).

Однако, вернемся к содержанию учебника - к изложению представлений о так называемых атавизмах. В учебнике за 1996 год пишется: "Иногда у человека проявляются особенности, обчно у него не встречающиеся, но имеющиеся у животных. Такие особенности называются атавистическими. Например, хвост, с которым очень редко рождаются люди, обильный волосяной покров на теле, включая лицо, добавочные соски, сильно развитые клыки и некоторые другие" (с. 217). Что можно иметь в виду под словами "некоторые другие"? Можно ли, к примеру, отнести сюда случаи рождения людей с шестью пальцам или же с двумя головами?

Очевидно, что нет, ведь тогда нам пришлось бы выводить родословную человека от шестипалого предка, которого в природе никогда не было, а то и от многоголового существа типа Змия Горыныча. Существуют и другие примеры уродств, которые невозможно объяснить как атавизмы, например развлетвление ребер и пятая нога у млекопитающих (Юнкер, Шерер, 1997, с. 127). Однако, составители учебника берут только те уродства, которые можно как то втиснуть в их схему представлений, забывая о других, с которыми это проделать невозможно. В то же время, те немногочисленные случаи, когда "атавистические органы" были детально исследованы специалистами, показывает, что информация о них для широкого читателя поступает в неполном и даже искаженном виде. Так, двое западных исследователей (РеМайн (ReMine) и его анонимный соавтор из Миннесотского университета) пишут об одном случае "хвостатого ребенка" следующее: "хвостовой отросток не соединялся с позвоночником, в отличии от хвостов других позвоночных. Более того, отросток находится даже не на одной линии с позвоночником, а в полутора сантиметрах справа от средней линии. Во-вторых, отросток не имеет костных структур, в отличии от хвостов других позвоночных. Эти два довода говорят в пользу того, что данный отросток не является "настоящим хвостом". Скорее всего, это кожный (дермальный) остаток зародышевого слоя эктодермы плода, и он по воле случая расположен в хвостовом районе" (цит. по: Бергман, Хоув, 1997, с. 45).

Далее на стр. 47 учебника за 1991 год и на стр. 153 учебника за 1996 год приводится схема предполагаемой эволюции лошади. Однако, в учебнике не говорится о том, что известно лишь специалистам. Так, профессор Гэри Паркер утверждает:

- все "промежуточные формы" между "первой" и современной лошадью погребены в одних и тех же геологических слоях, а значит - они жили в одно и то же время и не могли быть предками друг друга;

- самая "первая лошадь" - это вовсе не лошадь. Вместо нее был горный барсук или кролик - тот, которого ученые называют hyrax.

- в настоящее время живут так называемые шайрские лошади, у которых больше одного пальца на ногах;

В свое время Гэри Паркер вместе с другими профессорами, преподавал историю с эволюцией лошади как факт. "Однако после детального изучения он полностью отверг эту теорию и никогда больше не возвращался к ней. Он и многие другие исследователи пришли к выводу, что музейные экспонаты и иллюстрации в учебниках, показывающие эволюцию лошади, выдуманы и вводят в заблуждение. Они не представляют настоящую науку", но, судя по всему, относятся к околонаучному мифотворчеству.

Аналогичную позицию заняли и другие ученые. Так, американский палеонтолог, куратор Полевого музея естественной истории города Чикаго Дэвид Рауп высказывался по поводу эволюции лошади следующим образом: "Классические примеры дарвиновских изменений в летописи окаменелостей, такие как эволюция лошади в Северной Америке, приходится отбрасывать или видоизменять по получении более детальной информации". Эта более детальная информация свидетельствует, скорее, о том, что большая часть "родословной" современной лошади, которую так любят выставлять многие музеи, и о которой пишется почти во всех учебниках по биологии - это совокупность животных, живших одновременно и не связанных между собой кровным родством. Эту точку зрения в последнее время начинают отстаивать все больше и больше исследователей. Можно сказать, что летопись окаменелостей всего лишь представляет свидетельство того, что некоторые типы лошадей к настоящему времени вымерли. В ней нет надежных доказательств макроэволюции.

Листаем дальше учебник за 1996 год. На стр. 151 - 152 говорится о гомологичных, то есть сходных в своем строении органах, "которые развиваются из одинаковых эмбриональных зачатков сходным образом" (стр. 152). В качестве таких гомологичных органов в учебнике приводится строение костей передних конечностей различных групп животных. Эта гомология изображена на следующей схеме, где сходные - гомологичные кости выделены одинаковым оттенком.

Как пишется в учебнике, "некоторые кости в скелете конечностей могут отсутствовать, другие - срастаться, относительные размеры костей могут меняться, но их гомология, т.е. сходство, основанное на общности происхождения, совершенно очевидна" (с. 151 - 152). Здесь имеется в виду, что одни живые существа в ходе своего эволюционного развития постепенно превращались в другие, и одновременно с этим кости также претерпевали постепенное изменение в соответствии с запросами нового существа: одни из них исчезали, другие - срастались, третьи - меняли свое размеры.

Однако, эта гипотетическая история стала выглядеть совсем неправдоподобно в свете проведенных по этому поводу эмбриологических и генетических исследований. "Профессор Гэвин де Бир, в прошлом директор Британского музея естественной истории, в своей Оксфордской монографии по биологии, озаглавленной "Гомология, нерешенная проблема", обсуждает многие доказательства, противоречащие идее унаследования гомологичных структур от общего предка. Две важные области, которые он в этой связи рассматривает, это эмбриология и генетика. Если бы гомологичные структуры были в самом деле унаследованы от общего предка, то мы бы смогли обнаружить присутствие гомологичных генов и существование гомологичных моделей эмбрионального развития, которые дают начало гомологичным структурам. Однако, на самом деле это не так..." (Кузнецов, 1992, с. 34 - 35). Как подчеркивает доктор Майкл Дентон, "гомологичные структуры часто определяются негомологичными генетическими системами, а концепцию гомологии редко можно распространить на эмбриологию".

Доктор Уолтер Рандалл, как бы подводя итог под дискуссией о гомологичных органах, пишет: "Более старые учебники эволюции много уделяли внимание идее гомологии, подчеркивая очевидное сходство скелетов конечностей различных животных. Таким образом, модель "пятипалой" конечности обнаруживалась в руке человека, крыле птицы, плавнике кита, и этого придерживались как указания на их общее происхождение. И вот, если бы эти различные структуры передавались бы одним и тем же комплексом генов, который подвержен изменениям под влиянием мутаций и на который воздействует естественный отбор, то эта теория была бы наделена здравым смыслом. К сожалению это не так. Теперь известно, что гомологичные органы воспроизводятся абсолютно различными комплексами генов у различных видов. Концепция гомологии в условиях сходных генов, переданных от общего предка, была разрушена" (цит. по: Кузнецов, 1992, с. 35 - 36).

Особое место в учебниках уделено пересказу басен о "промежуточных формах" между обезьяной и человеком. Это вполне понятно: согласно эволюционной логике человек является последним звеном в длительной эволюционной цепочке, и, поэтому, его непосредственные предки должны были бы сохраниться по крайней мере не хуже, чем какие-либо "палеозойские трилобиты". Существует достаточно окаменевших останков обезьян, и более чем достаточно - людей. В такой ситуации отсутствие окаменелостей "обезьяно-людей" с точки зрения эволюционистов выглядит просто неприличным. Однако, таких окаменелостей нет. И приводимые по этому поводу в учебниках "факты" - не более чем очередная попытка выдать желаемое за действительное.

Так, на стр. 69 учебника за 1991 год и на стр. 225 - 227 за 1996 год говорится об останках "питекантропа". В учебнике за 1996 год даже рассказывается о том, как его "открыли", правда, опуская ряд деталей... История этого "открытия" следующая.

В 1891 году голландским врачом Эженом Дюбуа была найдена верхняя часть черепа, идентичная черепу гиббона. В 1892 году на расстоянии 15 метров от первой находки Дюбуа откопал бедренную кость, идентичную кости человека (Бауден, 1996, с. 122 - 125; Тейлор, 1994, с. 35). Дюбуа почему то решил, что эти две кости непременно должны принадлежать одной особи, наделенной чертами как обезьяны, так и человека. Так родился "яванский питекантроп".

Конечно, далеко не все ученые разделили радость "первооткрывателя". Так, известный специалист в области анатомии Рудольф Вирхов когда взглянул на кости, сказал следующее: "Это - животное. Скорее всего - гигантский гиббон. Бедренная кость ни малейшего отношения к черепу не имеет". Вирхов отказался как возглавлять собрание, так и принимать дальнейшее участие в дебатах (Головин, 1997, с. 33). Характерно, что найденная кость носила в себе следы серьезной косной болезни в запущенной форме. Учитывая преклонный возраст ее обладательницы - а это, судя по всему, была довольно грузная женщина, - можно предположить, что она жила в культурном обществе, где существовал уход за больными и престарелыми (там же, с. 31).

Но это еще не все. Дюбуа откопал за время своей экспедиции два настоящих человеческих черепа и ряд других окаменевших костей человека, которые находились в таких же геологических отложениях, что и кости "питекантропа" (Бауден, 1996, с. 125. Тейлор, 1994, с. 35). Если "питекантроп" действительно существовал, то он жил одновременно с современным человеком.

Но может ли наш обезьяноподобный предок жить одновременно с современным человеком?

"Вряд-ли" - вероятно подумал Дюбуа. И решил ничего не говорить об этих находках. Он рассказал о них только в 1920 году (Бауден, 1996, с. 129; Петерсон, 1994, с. 115). Еще лет через двадцать - незадолго перед своей смертью - он согласился с мнением Рудольфа Вирхова и сделал заявление, что "яванский питекантроп" - это всего лишь гигантский гиббон (Бауден, 1996, с. 129; Петерсон, 1994, с. 115).

Причину долгого молчания Дюбуа по поводу найденных им останков настоящих людей можно понять из текста учебника за 1996 год: "увлеченный идеями Дарвина, Дюбуа поехал на Яву, чтобы попытаться найти там "связующее звено" между человеком и обезьяной" (с. 225).

Еще в учебнике дается рисунок с воспроизведенным черепом "питекантропа". По этой реконструкции, кстати, хорошо виден стиль работы сторонников эволюционной гипотезы. Покатая верхняя часть черепа - то, что было найдено, и что принадлежало гиббону. Лицевая же его часть, имеющая вполне человеческий вид, - то что было воссоздано на основании найденной на расстоянии 15 метров от первой находки кости бедра человека.

Другие примеры "обезьяно-людей", о которых говорится в разбираемых нами учебниках (да и не только в них), имеют аналогичную степень достоверности. Так, на странице 223-224 учебника за 1996 год говорится о так называемом австралопитеке (в учебнике за 1991 год о нем говорится на стр. 68). Художник, изображая австралопитека, попытался нарисовать что-то среднее между обезьяной и человеком. На самом же деле, как считают в настоящее время большинство исследователей, австралопитек - это обычная вымершая обезьяна с объемом мозга около 500 куб. сантиметров и со всеми прочими обезьяньими чертами. К этому заключению пришли многие авторитетные ученые после длительного изучения останков австралопитека и их компьютерного сравнивнения с костями как людей, так и современных обезьян. При этом некоторые ученые пришли к выводу, что австралопитеки по своему строению были очень похожи на современных карликовых шимпанзе - бонопо, проживающих в настоящее время в джунглях далекой африканской страны Заир. Кроме того, ученые обнаружили кости настоящего человека, следы его деятельности и отпечатки его ног в осадочных слоях рядом и ниже тех слоев, где были обнаружены останки австралопитека, что свидетельствует об их одновременном обитании.

Такое же одновременное обитание с человеком имело место и в случае так называемого "синантропа" - пекинского человека, - приводимого в качестве "промежуточного звена" на стр. 70 учебника за 1991 год и на стр. 226 учебника за 1996 год.

Останки этого "обезьяно-человека" были найдены в двадцатые годы недалеко от столицы Китая - Пекина. В учебниках говорится о мощном слое золы, обнаруженном на месте нахождения черепов "синантропа", на основании которого делается вывод о том, что синантроп пользовался огнем. Указываются и другие признаки присутствия в этом месте человека (каменные орудия), кроме самого главного признака - нахождения там останков самих людей вполне современного вида. Впрочем, такое замалчивание характерно не только для учебника. О нахождение одной части из этих человеческих останков долго нигде ничего не сообщалось. О другой группе окаменелостей - десяти полных человеческих скелетах, найденных вскоре после начала раскопок, - информация в печать просочилась сразу же. Но зато потом эти скелеты были таинственным образом "потеряны", и вокруг истории с ними воцарилось гробовое молчание.

Точное число найденных черепов "синантропа" определить было трудно, так как они в большинстве случаев представляли из себя либо фрагменты черепной коробки, либо кусочки челюстей. Те кто видел наиболее сохранившийся череп "синантропа", подчеркивали его вполне "обезьяньий" вид и такой же "обезьяний" объем. Как правило, фрагменты черепов находились вместе с костями животных, на которых охотятся из-за мяса. Кроме этих разбитых черепов в пещере были обнаружены следы добычи и обработки известняка, огромное количество каменных орудий труда, предполагавших определенный уровень цивилизации, и семиметровый слой спресованного пепла, свидетельствующий о длительном и интенсивном использовании огня.

Приехавший из Европы на место раскопок профессор Марселен Буль, когда узнал все обстоятельства "дела о синантропе", был очень рассержен за то, что его побеспокоили. Он высмеял вдохновителя раскопок - Тейяра де Шардена - и его идею о том, что существа, которым принадлежали найденные черепа, могли обладать столь развитой индустрией производства орудий труда. Его мнение было следующим: черепа синантропов - это не более чем останки охотничьих трофеев, результат "обеденных перерывов" настоящих людей, которым принадлежала мастерская по обжигу известняка и изготовлению различных орудий труда. Охотники, судя по всему, приносили в пешеру только головы обезьян, которые разбивали в пещере для извлечения мозга, до сих пор считающегося у многих народов деликатесом. Ряд исследователей, познакомившихся позже со всеми обстоятельствами раскопок, поддержали точку зрения профессора Буля, хотя провести подробное исследование самих осколков черпов в настоящее время уже невозможно - все они, как и ранее найденные на месте раскопок человеческие скелеты, как и найденные там же наиболее искусные орудия труда, - были таинственным образом "потеряны". Их до сих пор так и не вернули.

Что касается еще одного, приводимого в учебниках "промежуточного звена" - неандертальца - то его сейчас принято считать просто вымершим народом (возможно даже расой). Неандерталец был обыкновенным человеком и жил одновременно с человеком современного типа. О таком одновременном обитании свидетельствуют смешанные захоронения людей современного типа и неандертальцев (Головин, 1997, с. 72). Кроме того, ученые "находили черепа со смешанными чертами - и современными и неандертальскими.

Особенностей жизни неандертальского человека также не указывают на его "обезьяноподобие". Напротив, судя по всему, неандерталец был умелым мастером, охотником и художником (Моррис, 1995, с. 394). Согласно последним данным археологии неандерталец обладал письменностью. Кроме того, он был неплохим музыкантом - в одном из неандертальских поселений была найдена флейта из кости голени медведя, которая не отличалась по строю от современной и имела основной тон си-бемоль (Головин, 1997, с. 72). Еще неандертальцы с почестями хоронили умерших - их погребальные обряды сопровождались возложением цветов, о чем ученые смогли узнать по сохранившейся в захоронениях пыльце. Характерно, что "среди захоронений нередко обнаруживают калек, получивших не дающие надежды на улучшение увечья за много лет до смерти. Такие соплеменники при жизни требовали заботы и ухода, а значит в этом обществе существовали представления о милосердии и сострадании" (Головин, 1997, с. 72). Было также обнаружено захоронение неандертальца в железной кольчуге и с железными наконечниками стрел. Что же касается особенностей строения тела неандертальца, то некоторые антропологи утверждают, что современные жители северо-западной Европы по строению своего тела находятся гораздо ближе к неандертальцам, чем, к примеру, к американским индейцам или австралийским аборигенам.

А теперь давайте посмотрим на рисунок неандертальцев, взятый из разбираемого нами учебника и подумаем: если бы мы поехали в страны северо-западной Европы - то много ли бы встретили там людей, подобных изображеным на этом рисунке?

Здесь поневоле вспоминаются слова физиолога комиссии США по атомной энергетики, доктора Т.Н.Тамисяна: "Ученые, которые учат, что эволюция есть факт жизни - великие обманщики, а история, которую они рассказывают, - величайший обман" (цит. по: Тейлор, 1994, с. 121). Впрочем, обман здесь, видимо, переплетается с самообманом, являясь следствием глубоких социально-психологических процессов мифологической направленности. История с поиском "обезьяно-человека" - лишь одно из звеньев этого обмана-самообмана. Еще одним, не менее ярким его примером являются представления о возможности самозарождения жизни из неорганического вещества.

О возможности такого самозарождения пишется на странице 201 учебника за 1991 год и страницах 182-183 учебника за 1996 год. В качестве экспериментального подтверждения этого гипотетического процесса приводятся данные эксперимента Стэнли Миллера, проведенного в 1955 году. В этом эксперименте были получены некоторые аминокислоты и другие простейшие органические вещества. Но могла ли из этих веществ образоваться живая клетка или хотя бы сложная биологически-активная молекула - белок или же нуклеиновая кислота?

Ответ может быть только один - однозначно нет.

Существует ряд принципиальных причин, делающий такой синтез невозможным. Известный химик, член научного совета Гарвардского университета доктор Чарлз Тэкстон и двое других исследователей - профессор Уолтер Брэдли и доктор Роджер Олсен - назвали гипотезу самозарождения жизни в гипотетическом "первичном бульоне" "мифом доисторического супа" (цит. по: Тейлор, 1994, с. 78).

Но откуда тогда могли появится в учебнике за 1991 год фраза: "Американские химики С. Фокс и К. Дозе показали, что в условиях, существовавших на первобытной Земле, мог происходить абиогенный синтез даже таких веществ как белки" (с. 201)?

Фоксу в совершенно особых условиях своих экспериментов удалось получить не белки, а протеноиды - полимер из аминокислот, "сшитый" в сетчату структуру и не имеющий свойственной белку линейной структуры - основы биологически значимой пространственной организации белка. Такие макромолекулы никакого отношения к живому веществу не имеют. В то же время мысль о том, что химическим способом можно синтезировать биологические макромолекулы - является довольно распространенной в различных учебниках и даже более солидных изданиях. Так, "более двадцати лет исследователи утверждали, что ДНК удалось синтезировать в лаборатории в пребиотических условиях. Этот миф был развенчан Робертом Шапиро на встрече Международного Общества по изучению возникновения жизни, происходившей в Беркли в 1986 году. На ней присутствовало около трехсот самых известных исследователей возникновения жизни со всего мира. Шапиро проследил все ссылки на синтез РНК, начиная с одной сомнительной работы, опубликованной в 1967 году. На той же встрече Шапиро доказал, что синтез РНК в пребиотических условиях абсолютно невозможен. Никто из присутствующих не опроверг его доводов. Шапиро затем опубликовал свое опровержение в журнале Origin of Life and Evolution of the Biosphere - опровержение, неоспоримое до сего дня".

Впрочем, получение биологической макромолекулы - это еще не получение живой клетки. Клетка, как известно, состоит из множества макромолекул, соединенных в определенном порядке. Известный астрофизик Фред Хойл, подсчитал вероятность случайного образование такого порядка, учитывая одни лишь ферменты, существующие в клетке. Получилась величина 10-40 000 (Тейлор, 1994, с. 79). Это число, по словам Хойла, "достаточно велико, чтобы похоронить Дарвина и всю теорию эволюции" (цит. по: Кузнецов, 1992, с. 19). Для сравнения скажем, что число элементарных частиц во Вселенной считается меньше чем 1080 (Стотт, 1996, с. 76). Расстояние до Солнца - 1014 миллиметров, а до самых далеких космических объектов свет от которых до Земли, как считается, идет около 10 миллиардов лет - 1030 миллиметров. Как утверждает Хойл, мысль о том, что первая клетка возникла случайно, равнозначна тому, будто "пронесшийся над свалкой металлолома ураган может собрать из него Боинг 747" (цит. по Тейлор, 1994, с. 24). Но ферменты - это не все, что имеется в клетке, там есть еще более сложные образования - нуклеиновые кислоты и многое другое. Специалист в области молекулярной биофизики Харольд Морович подсчитал вероятность восстановления всех связей в живой клетке после ее разрушения при наличии идеальных условий. Получилась величина10-100 000 000 000 (Росс, 1997, с. 195).

Отчего же в современных учебниках все же остаются представления о возможности самозарождения жизни? Отчего в них остаются представления об "обезьяно-человеке" и многие другие несуразицы?

Профессор физики из Университета города Манчестера - Г.С.Липсон - как то отметил, что " эволюция стала в определенном смысле научной религией, почти все ученые приняли ее, и многие готовы "согнуть" свои наблюдения, чтобы они соответствовали этой теории" (Цит. по: Тейлор, 1994, с. 120).

Исследователь Джордж Кокан, как бы развивал эту мысль в следующем заявлении: "К сожалению, многие ученые и непрофессионалы превратили эволюцию в религию, что-то, что необходимо защитить от неверных. По моему опыту, многие изучающие биологию, включая профессоров и авторов учебников, были настолько увлечены аргументами в пользу эволюции, что даже не усомнились в них. Они проповедовали ее... Высокие стандарты образования и обучения утрачены. Пропаганда и стремление к власти заменили стремление к знаниям. Образование стало обманом" (цит.: там же, с. 120).

Расспространение этого обмана, этой эволюционной лжерелигии во многом связано с иррациональным, архетипическим, овладевающим умом и волей человека. В первой главе было достаточно сказано о таинственных "мыслеформах", угадывающихся за рациональными построениями деятелей науки. Что сокрыто под этим понятием? Что представляет из себя "коллективное бессознательное", порождающее эти "мыслеформы"?

Характерно, что сам Юнг не дал четкого определения понятия "коллективное бессознательное". В трудах более поздних психологов истолкование этого термина так же "оставлено открытым" (Аверинцев, 1970, с. 126). Это, видимо, связано с общей мировоззренческой неопределенностью, сложившейся вокруг вопроса о природе человеческого сознания: не просто рассуждать о природе души, если она в рамках господствующих в научной среде материалистических умонастроений может быть определена не более как нечто производное от характера движения заряженных частиц в черепной коробке человека. Но может быть о природе юнговских "мыслеформ" что-нибудь способно сказать христианское мировоззрение?

Православная аскетическая мысль утверждает: кроме дара мышления, "которое есть естественная и необходимая деятельность дарованного нам Богом разума, свободно нами осуществляемая", в человеке существует способность к восприятию помыслов, неизбежно влияющих на весь строй внутренней жизни человека. Это восприятие помыслов, в отличии от контролируемого человеком мышления, есть "не от нашей воли зависящее возникновение в нашем сознании тех или иных представлений, образов, предположений, намерений, желаний, воспоминаний и т.д." (там же, с. 168). Помыслы, в соответствии с христианской традицией, бывают разного типа, в том числе и демонического характера. Не являются ли "мыслеформы" околонаучного мифологического мышления именно подобными демоническими внушениями? Чтобы ответить на этот вопрос, посмотрим на тот "исторический след", который оставил эволюционизм в жизни человечества.

Известно, что дарвинизм с его центральными идеями "борьбы за существование" и "выживания сильнейшего" всегда являлся фактором оправдания жестокой эксплуатации человека человеком в условиях "дикого капитализма". Исследователи отмечают широкое распространения подобных идей "социального дарвинизма" в среде промышленных магнатов последних десятилетий XIX столетия.

Естественно, такая жестокая эксплуатация не могла не вызвать ответной реакции и организованного сопротивления эксплуатируемых. Но это сопротивление очень быстро начало принимать явно экстремистские формы. И здесь опять таки чувствуется влияние эволюционной идеи - идеи непрерывного прогресса, переходящего из области живой природы в социальную сферу. Этот прогресс, как могло показаться, должен был привести к какому-то очень светлому будущему, ради которого можно было принести и соответствующие жертвы. Погоня за "призраком коммунизма", который померещился в свое время Марксу, просто требовала этих жертв... И господствующие в "коллективном бессознательном" эволюционно-ориентированные "мыслеформы" не предусматривают никаких иных социальных решений, кроме "дикого капитализма" и коммунизма. Это хорошо видно на примере жизни российского обшества последних лет, в котором эволюционные убеждения являются абсолютно доминирующими. Соответственно и политическая борьба в современной России напоминает перетягивание каната между двумя краями (капиталистическим и коммунистическим) одной и той же пропасти, вырытой эволюционной идеологией.

Однако, история не стоит на месте и эволюционная идея облекается во все новые формы. Последние ее метаморфозы связаны со все усиливающимися религиозными исканиями современного общества, сконцентрированные, большей частью, в области теософии и оккультизма. Эволюционизм и здесь становится направляющей силой, ведущей человечество строго заданным курсом, курсом движения "Новый век" ("New Age").

Какие же перспективы вырисовываются в направлении этого движения?

Апологеты "Нового века" утверждают, что дальнейшая эволюция человека должна сконцентрироваться, в основном, на изменении его психических возможностей (Маршалл, 1995, с. 81), в результате чего произойдет "гигантский эволюционной скачок в Век Водолея" (там же, с. 65). Один из приверженцев этого движения - Дэвид Ик - заявил: "Нас ожидает трансформация человечества" (цит.: там же, с. 63).

Здесь мы сталкиваемся с очень знакомыми мотивами, проявившимися в свое время в немецком нацизме, который, как известно, базировался на теософских представлениях и широко использовал оккультную практику. Исследователи оккультно-теософских корней нацизма - Повель и Бержье - писали:

"Целью Гитлера не было ни установление расы - расы господ, ни завоевание мира. Это были только средства для осуществления великого дела, о котором мечтал Гитлер. Подлинной целью было дело созидания, божественное дело, биологическая мутация. Результатом ее должно было стать восхождение человечества, появление человечества героев, полубогов, человекобога" (1992, с. 15).

Вот что говорил по поводу этой концепции сам Адольф Гитлер:

"Творение не завершено. Человек явно подходит к новой фазе превращения. Прежняя человеческая порода уже вошла в стадию гибели, лишь немногие выживут... Вся творческая сила будет сконцентрирована в новой породе... Она бесконечно далеко превзойдет современного человека... Теперь вы понимаете глубокий смысл нашего национал-социалистического движения? Тот, кто понимает национал-социализм только как политическое движение, не очень много знает..." (цит. там же, с. 43).

По теософским теориям, господствовавшим в нацистской Германии, новая расса "сверхлюдей" должна была эволюционно развиться из наиболее "чистых арийцев" (Пруссаков, 1992, с. 171).

"Какой вид будет иметь грядущий социальный порядок? - развивает свои мысли Гитлер. - ...Будет класс господ, и будет толпа различных членов партии, классифицированных иерархически, и будет огромная масса, коллектив служителей, навеки низших, а еще ниже их - класс побежденных иностранцев, о которых я не могу говорить... Но эти планы не должны быть известны простым членам партии..." (Цит. по: Повель, Бержье, 1992, с. 66). Не все могли знать, что "печи Аушвица - это ритуал" (там же, с. 67).

Впрочем, вопрос о национальной основе этого теистически-эволюционного процесса являлся в планах Гитлера далеко не самым главным. "Идеей нации, - говорил он, - я должен был пользоваться из соображений удобства для данного момента, но я уже знал, что она могла иметь лишь временную ценность... Придет день, когда от того, что называется национализмом, не многое останется даже у нас в Германии. На земле возникнет всемирное братство учителей и господ" (Цит. по: Пруссаков, 1992, с. 205).

В настоящее время аналогичные "мыслеформы" развертываются и в движении "Новый век". Приверженцы этого движения не делают тайны и из того, что их цель - "установление "нового всемирного порядка", который будет олицетворять собой "единый мир" под руководством всемирного вождя, которого они называют господом Майтрейей" (Маршалл, 1992, с. 15). И этот процесс опять таки неотделим от эволюционной идеи. Дэвид Ик писал по этому поводу следующее: "Эволюция перешла в новую фазу. Будут люди, "настроенные" на волну "Нового века", и будут те, кто "перед лицом духовных истин" останется приверженцем старых верований" (цит. по: Маршалл, 1995, с. 63). Как указывают исследователи, "согласно пропаганде "Нового века", прежде чем этот век наступит, необходимо уничтожить основного идеологического противника - христианскую веру" (там же, с. 109), носители которой, видимо, будут мешать эволюционному формированию "нового человека".

Какие свойства будут присущи этому человеку будущего?

Весь набор традиционных оккультно-магических способностей, инструкции по развитию которых сейчас продаются на каждом углу. Эта волна оккультного увлечения порой пытается облечься и в христианские одежды, не оставляя, при этом, без внимания и эволюционную идею. Так, в трудах известного идеолога"христианского эволюционизма" Тейяра де Шардена можно встретить мотивы о неизбежности возникновения в ходе эволюционного процесса некой "человеческой энергетики" (1987, с. 222), об установлении "сквозь пространство психической связи с другими очагами сознания" (там же, с. 224), об эволюционном "входе в сверхчеловечество" (там же. с. 194). Подобные же "мыслеформы" развертываются и в трудах современных "христианских эволюционистов", пишущих о том, что "ключевой момент эволюции - это восхождение твари к своему Творцу", что "это восхождение входит в первоначальный замысел Создателя", и что "путеводной звездой такой эволюции является то, что православное богословие называет теозисом (обожением)" (Муравник, 1998, с. 393).

Подобные попытки синтеза христианства и эволюционизма носят далеко не единичный характер: большинство представителей современной православной научно-апологетической мысли пытаются не отстать от "современной науки" и проповедуют ту или иную форму совмещения христианской догматики с околонаучными мифами - прежде всего с эволюционной идеей. Все эти попытки могут служить хорошей иллюстрацией к представлениям Бехтерева о всепроникающей силе внушения, о способности внушаемых установок легко преодолевать интеллектуальные барьеры любой высоты.

Эти же попытки объединения христианства и эволюционизма, вместе с другими историческими аспектами развертывания эволюционных "мыслеформ", лишний раз указывают на демонические истоки околонаучных мифов. Многократно усиленные современной системой образования, эти мифы кардинально изменили облик современного человечества, поставив мир на грань разноплановой катастрофы.

Характерно, что еще Антоний Великий, предвидя отхождение человечества от благодати и подпадение его под демоническое влияние, утверждал, что "придет время, когда люди станут безумны, и если встретится им кто-нибудь, кто не безумен, они обратятся к нему и скажут: "Ты бредишь!".

Известный русский подвижник XIX столетия - святитель Феофан Затворник - наблюдая безблагодатное состояние интеллектуальной элиты своего времени и его последствия в сфере духовной жизни общества, писал: "Ни одного ученого нет, которому враг не напустил бы в голову мыльных пузырей, которые они считают блестящими идеями или теориями". Одним из таких мыльных пузырей, лопающихся при соприкосновении с современной научной эмпирией, и является эволюционный миф.

Весьма симптоматично то затронутое в первой части работы сходство, которое имеет современный эволюционный миф с тем, что можно обнаружить в первобытной мифологии. Это сходство подталкивает нас к поиску более глубоких вероучительных аналогий между мифологическим мышлением первобытного общества и современной околонаучной среды. Если брать нравственную составляющую, то одной из ее граней в обоих случаях являются представления о тотемической, кровной близости человека с "нашими старшими братьями" - обезьянами. Что же касается мировоззренческой компоненты, то главным как в первобытном мифологическом мышлении, так и в современном околонаучном, является отсутствие веры в Единого Бога - Всемогущего Творца и Вседержителя мира.

В сознании современного ученого такая позиция сопряжена с признанием беспредельных возможностей научного метода. Однако, в реальной жизни попытка довести указанный подход до своего логического завершения приводит к отрыву от действительности и ко вхождению в сферу мифологического мышления. Настоящие задачи науки в мировоззренческой плоскости могут быть лишь одного характера: раскрытие Божиих замыслов, разбросанных в творении. Известный швейцарский зоолог Жан Луи Агассис писал по этому поводу следующее: "Наука есть перевод мыслей Творца на человеческий язык" (цит. по: Губанов, 1996, с. 117). В этом плане уместно привести одну мысль из работы профессора генетики Университета Перуджи Дж. Сермонти и его коллеги - палеонтолога Р.Фонди:

"...биология не получит никакой выгоды, следуя учениям Ламарка, Дарвина и современных гипердарвинистов; действительно, она должна как можно быстрее покинуть узкие тропинки и темные аллеи эволюционного мифа и возобновить свое надежное путешествие по открытым и освещенным традиционным дорогам" (цит. по: Тейлор, 1994, с. 121).

Литература

Дионисий Ареопагит. Божественные имена// Мистическое богословие.- Киев. 1991.

Аверинцев С. "Аналитическая психология" К.Г.Юнга и закономерности творческой фантазии// Вопросы литературы.- № 3. 1970.

Аверинцев С. "Юнг К.Г." Философская энциклопедия. Т. 5.М. 1970.

Акопян Л.О. Предисловие к кн.: Карл Гюстав Юнг о современных мифах.- М.: Практика. 1994.

Бауден М. Обезьянообразный человек - факт или заблуждение? - Симферополь. 1996.

Бергман Дж.; Хоув Дж. Рудиментарные органы: зачем они нужны. Симферополь. Христианский научно-апологетический центр. 1997.

Бехтерев В.М. Внушение и его роль в общественной жизни.- СПб.: 1908.

Бехтерев В.М. Гипноз. Внушение. Телепатия.- М.: Мысль. 1994.

Головин С. Эволюция мифа.- Симферополь. 1997.

Губанов В.А. Библия опережает науку на тысячи лет.- М. 1996.

Дарвин Ч. Происхождение человека и половой отбор // Полное собрание сочинений. Т. 2. Кн. 1.- М.-Л. 1927.

Комаров В.Н. Вселенная видимая и невидимая.- М.: Знание. 1979.

Кордюм В.А. Эволюция и биосфера.- Киев.: Наукова думка. 1982.

Кузнецов Д.А. О чем умолчал ваш учебник.- М.: Протестант. 1992.

Лосский Вл. Искупление и обожение// По образу и подобию. - М.: Изд. Свято-Владимировского Братства. 1995.

Маклин Дж., Окленд Р., Маклин Л. Очевидность сотворения.- М.: Триада. 1993.

Маршалл Д. Новый век против Евангелия, или величайший вызов христианству. - Изд. "Источник жизни". 1995.

Моррис Г. Сотворение и современный христианин.- М.: Протестант. 1993.

Моррис Г. Библейские основания современной науки.- СПб.: Библия для всех. 1995.

Московичи С. Век толп. Исторический трактат по психологии масс.- М.: Центр психологии и психотерапии. 1998.

Московский А.В. Платон, Флоренский и современная наука// Сознание и физическая реальность.- Том.1, № 1 - 2, 1996, с. 33 - 41.

Муравник Г.Л. Творение и эволюция: опыт преподавания в православно школе.- Сборник докладов VI Международных Рождественских образовательных Чтений. Московский Патриархат. Отдел религиозного образования и катехизации. М.: 1998.

Неманов И.Н.; Рожнова М.А.; Рожнов В.Е. Когда духи показывают когти.- М.: Издание политической литературы. 1969.

Одайник В. Психология политики.- "Ювента". 1996.

Окленд Р. Креационная модель и естественнонаучное образование. Доклад на 2-ом Московском Международном Симпозиуме по Креационной Теории. М. 1994.

Петерсен Д. Открывая тайны Творения.- СПб.: Библия для всех. 1994.

Повель Л., Бержъе Ж. Утро магов. - М.: Российский раритет. 1992.

Пруссаков В. Оккультный мессия и его рейх. М. - Молодая гвардия. Шакур-2. 1992.

Тайлор Э.Б. Первобытная культура.- М.: Изд. политической литературы. 1989. с. 184.

Тейлор П. Сотворение. Иллюстрированная книга ответов.- СПб.: Библия для всех. 1994.

Тростников В. Мысли перед рассветом.- YMKA-PRESS. 1980.

Фридман Э.П. Этюды о природе обезьян.- М.: Знание. 1991.

Хобринк Б. Христианский взгляд на происхождение жизни.- Киев. 1994.

Шарден П.Т. Феномен человека. - М.: Наука. 1987

Шингаров Г.Х. О В.М.Бехтереве - ученом и враче гипнологе// Бехтерев В.М. Гипноз. Внушение. Телепатия.- М.: Мысль. 1994.

Энгельс Ф. Диалектика природы.- Гос. изд. политической литературы. 1949.

Юнкер Р.; Шерер З. История происхождения и развития жизни.- СПб. Кайрос. 1997.

Комментарии

1. Тотемизм - вера многих народов с примитивной культурой в то, что они происходят от какого-либо животного, растения, а иногда и неживого предмета.

2. В этом учении, признается, что эволюция происходит за счет выживания особей с полезными врожденными признаками, но не приобретенными в течении жизни. Приобретенные признаки, как показывает опыт, не наследуются и не могут являться движущей силой эволюции. Весьма симптоматично, что такое же отступление от основ своего же учения проступает и в трудах самого Дарвина. Так, анализируя данные антропологических измерений солдат и матросов, и делая вывод, что обнаруживаемая разница в строении их тела обусловлена особенностями их жизни, Дарвин высказывается следующим образом: "Неизвестно, могут ли сделаться наследственными предыдущие видоизменения, если один и тот же образ жизни будет продолжаться в течение многих поколений, но это вероятно" (Дарвин, 1927, с. 86). В другом месте он писал: "Мы можем допустить, что, когда в отдаленную эпоху прародители человека находились в переходном состоянии и изменялись из четвероногих животных в двуногих, наследственные влияния усиленного или ослабленного упражнения различных частей тела, вероятно, много помогали действию естественного подбора" (там же, с. 88).

3. Francis Hitching. The Neck of the Giraffe. - New Jersey, Bergenfield: Renguin Books, 1982. Цит. по: Кузнецов, 1992, с. 29

4. Roger Lewin, "Evolutionary Theory Under Fire," Scienc, Vol. 210, No. 4472 (November 21, 1980), pp. 883. Цит. по: Тейлор, 1994, с. 87.

5. Darrel Kautz, The Origin of Living Things (10025 W. Nash St., Milwaukee, Wisconsin 53222: Darel Kautz, 1988, p. 6 (Цит. по: Тейлор, 1994, с. 87).

6. Frank L. Marsh, "Genetic Variation, Limitless or Limited?', Creation Research Society Quarterly, Vol. 19, No. 4 (1983), pp. 204 - 206. Цит по: Тейлор, 1994, с. 87.

Ложь "православного эволюционизма"

Сергей Шубин

Аспирант геологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова

29-30 октября 1999 г. в актовом зале Российского Православного Университета св. ап. Иоанна Богослова состоялось совещание на тему "Преподавание в православных школах вопросов Творения мира, жизни и человека". Одним из основных вопросов совещания было обсуждение книги свящ. Тимофея "Православное мировоззрение и современное естествознание". Хотелось бы, поделившись своими впечатлениями от всего увиденного и услышанного на этом совещании, поговорить о смертельно опасном для Православия еретическом учении, которое можно назвать "православный" эволюционизм.

Сегодня, в конце второго тысячелетия от Рождества Христова, Святая Православная Церковь лицом к лицу встретилась с эволюцией. Эволюционное учение, обладая абсолютным господством в науке в течение полутора сотен лет, ныне тихой сапой пытается проникнуть и в церковную ограду. Надо заметить, что это уже не первая попытка. Еще свят. Феофан Затворник некогда предостерегал своих чад от этого ядовитого околонаучного суррогата: "Во дни наши россияне начинают уклоняться от веры: одна часть совсем и всесторонне падает в неверие, другая отпадает в протестантство, третья тайком сплетает свои верования, в которых думает совместить и спиритизм и геологические бредни с Божественным Откровением" (цит. по книге "Россия перед Вторым Пришествием", 1993, с. 47; курсив авт. ст.). В наши дни эволюционизм уже совершенно открыто и нагло врывается в жизнь народа Божия. Эволюции уже мало студенческих аудиторий и школьных классов, сегодня она уже рвется на церковный амвон и в православные гимназии, и даже семинарии.

Так что же происходило на этом совещании. В первую очередь, необходимо отметить, на мой взгляд, весьма тенденциозный подбор докладчиков. Среди выступавших не было ни одного ученого или специалиста креационистских воззрений, если не считать, конечно, о. Константина Буфеева, геолога по образованию, выступившего с докладом, кстати говоря, вопреки программе совещания, и о. Олега Петренко, бывшего ученого-физика. Зато эволюционисты постарались вовсю, привели настоящую систему залпового огня, судите сами: Ефимов А. Б., если не ошибаюсь сотрудник Института физики Земли; Флоренский П. В., д. г.-м. наук. проф. Гос. академии нефти и газа им. И. М. Губкина; Панкратов А. В., проф. Московской геолого-разведочной академии; отец и сын Гоманьковы, а также Северцов А. С., зав. каф. эволюционной теории и проблем дарвинизма Биофака МГУ, правда не присутствовавший на совещании собственной персоной, а приславший лишь свою рецензию на книгу о. Тимофея.

Цель выступлений всех вышеупомянутых господ была совершенно недвусмысленной - опорочить креационизм, представить его в глазах православной общественности не имеющим ничего общего ни с настоящей наукой ни с Православием бредом, этаким плодом дикого невежества и мракобесия, а кроме всего прочего, еще и попыткой протестантизма подорвать Православие. В адрес креационизма и креационистов потоком лились оскорбления и ругательства, насмешки и обвинения во всех мыслимых и немыслимых заблуждениях. И надо сказать, наши доморощенные эволюционисты отнюдь не являются первопроходцами в этом деле, их западные собратья уже не один десяток лет пытаются задушить честных ученых, посмевших восстать против абсолютного засилья эволюции в науке и образовании. Достаточно почитать книгу известнейшего ученого-креациониста Дуэйна Гиша "Ученые-креационисты отвечают своим критикам", который приводит многочисленные факты настоящей травли креационистов, чтобы убедиться в справедливости моих слов. Вся научная пресса всего мира полностью контролируется эволюционистами. Ложь, клевета, подтасовки - вот методы с помощью которых эволюционисты пытаются расправиться с ненавистным им учением. И это, между прочим, на свободном Западе. Что же говорить про нас.

Не обращая внимания на ругань, попытаемся ответить на некоторые обвинения. Сделать это крайне необходимо для того, чтобы православные христиане получили хоть какое-то, пусть слабое, представление об истинном положении дел в современной науке на Западе. Да-да, именно на Западе, ибо у нас в науке с критикой эволюции положение такое же как и в 37 году, разве ж то в тюрьму не сажают. Эта правда о креационизме и эволюционизме позволит христианам сделать осмысленный выбор между Святоотеческим Православием и новоизмышленным плодом лжеименного разума.

Итак, начнем. Креационистов обвиняют в научной некомпетентности, безграмотности и невежестве. Эволюционисты стараются представить своих оппонентов так, что у непосвященных может сложиться впечатление, что креационисты представляют собой сборище дилетантов, невежд и недоумков. Прозвучали эти обвинения и на совещании. Это утверждение-абсолютная ложь и клевета. Среди ученых-креационистов-физики, химики, биологи, геологи, математики, представители различных отраслей науки. Специалисты и доктора философии, получившие, кстати, свои научные степени в государственных учреждениях и университетах, а не в самопальных креационистских колледжах и организациях. Вот например, данные о квалификации ученых-креационис-тов, приводимые Генри Моррисом: "Общество креационных исследований... насчитывает более тысячи членов, все-кандидаты наук... В Институте креационных исследований постоянно работают девять ученых; периодически к ним присоединяются еще 18; 25 из них имеют докторские звания известных университетов. Кроме того, в стране (США, авт. ст.) существует более сотни других креационных организаций, и в каждой есть несколько ученых. Подобные учреждения имеются помимо Соединенных Штатов еще в 25 странах" (Моррис Г., 1995, с. 7).

Правда, некоторые эволюционисты вынуждены порой признать научную компетентность креационистов. Ну потому, что это настолько вопиющая ложь, что ничего другого и не остается. Вот, например, что пишет Дуэйн Гиш о признаниях Найлза Элдреджа, куратора Американского музея естественной истории: "В главе 1 (имеется ввиду книга Элдреджа "Обезьяний бизнес: взгляды ученого на креационизм") Элдредж пишет: "Сегодня креационисты, по меньшей мере, большинство их ораторов-высокообразо-ванные, интеллектуальные люди" (с. 17). Таким образом, он опровергает любимую характеристику Стивена Гоулда, который обычно именует креационистов "йеху". По поводу дебатов, проводившихся на всей территории Соединенных Штатов, Элдредж заявляет: "Креационисты почти всегда побеждают" (с. 17)." (Гиш Д., 1995, с. 151-152).

Еще одна неправда: креационизм - это протестантское, неправославное учение. Да конечно, креационизм развивался на Западе, в основном, учеными, по вероисповеданию протестантами. Ну и что из этого, собственно говоря. Теорию относительности, как известно, создал иудей. Закон Архимеда открыл язычник. Значит, ли это, что залезая в ванну, мы поклоняемся Зевсу или Аполлону. Колесо изобрел человек, шут его знает каких убеждений. Что же нам теперь отказаться от всего этого. Думается, что нет. Но тем не менее, православных эволюционистов смущает, что среди креационистов очень много протестантов. Хотелось бы заметить, что среди эволюционистов абсолютное, АБСОЛЮТНОЕ, большинство либо откровенные безбожники либо люди совершенно равнодушные к религии. Но это православных эволюционистов не смущает нисколько. Деятельность ученых-креационистов важна именно как деятельность ученых. Научные открытия, сделанные или используемые учеными, исповедующими протестантизм, никак не могут повредить нашей православной совести. Разве утверждение доктора философии Стивена А. Остина, основанное, кстати, на научных же фактах, что Большой Каньон в США мог образоваться не в течение миллионов лет, а в краткий период Великого Потопа, вносит хоть одну лишнюю букву в Никео-Цареградский символ веры. Отнюдь. Дело в том, что научные данные, которыми оперируют ученые-креационисты, могут лишь свидетельствовать о премудрости Творца, ничего антиправославного в них нет и быть не может. Окаменевший пень будет ли богохульствовать?! Православный христианин должен относиться к научному креационизму так же как, ну например, к теореме Пифагора. Нет в нем ничего протестантского.

В их трудах, научных, они стараются пользоваться научным языком, там нет никаких антиправославных идей и высказываний. Другое дело, если креационист-протестант вздумает богословствовать, тогда разумеется, мы вполне вправе будем сказать:"... судите, справедливо ли пред Богом слушать вас более, нежели Бога?" (Деяния..., гл. 4, ст. 19) Научные же данные и представления креационизма очень даже могут помочь утверждению в истинной вере душ неокрепших. Ведь никто же не призывает запретить науку. Просто она должна занять свое место в сознании верующего. Будем помнить, что, например, такой праведник, как преп. Нектарий Оптинский, убеждая некоторых своих посетителей в истинах веры, никогда не чурался науки, считая, что "науки приближают человека к истинному знанию..." (Житие...,1996, с. 38-39), а креационизм в этом отношении, самое не противоречащее православной вере научное учение.

Кроме того, креационистов часто обвиняют, что у них нет положительной программы, все строится только лишь на огульном отрицании эволюции. Да будет известно, креационизм как научное течение существует гораздо дольше эволюционизма. Более того, в начальный период науки ничего, собственно говоря, кроме креационизма не было. А это значит, что ученые, осмысляя и изучая окружающий мир, строили свои концепции лишь на основе законоположений креационизма. Помешали ли креационистские воззрения развитию науки? Нисколько. Ученые-креационисты внесли гигантский вклад в развитие таких наук, как геология, палеонтология, биология. Автором палеонтологического метода в стратиграфии, до сих пор самого основного, является креационист Вильям Смит. Основатель палеонтологии позвоночных - креационист Жорж Кювье. Одним из создателей теории материкового оледенения Европы был креационист Луи Агассиц. Если Вы посмотрите на Международную стратиграфическую шкалу, то среди авторов систем и ярусов (выделивших данные подразделения шкалы) Вы найдете и имена ученых-креационистов. И так далее, и так далее. Конечно сегодняшний креационизм строит свое учение, в первую очередь, опровергая эволюционистские заблуждения в науке. Но это, к сожалению, вынужденный путь, поскольку в сознании просвещенного человечества эволюционистские воззрения доминируют, и не считаться с этим нельзя. Нужно очистить головы от эволюционистских заблуждений, и креационисты это весьма успешно делают, несмотря на отчаянное сопротивление эволюционизма. Но отвергая, креационисты развивают свое учение, постоянно дополняемое все новыми и новыми научными данными и открытиями в различных областях естествознания, не отрицая, между прочим, достижения ученых-эволюционистов, а плодотворно их используя. Переосмыслены многие бытующие до сих пор в науке представления, ну например, время и механизм образования залежей нефти, газа, угля, многих захоронений окаменелостей и т. д. Сама природа зачастую приходит на помощь креационистам. Так извержение вулкана Сент-Хеленс, штат Вашингтон, в 1980 году позволило геологам-креационистам понять, что и такие колоссальные образования как Большой Каньон, США, и такие мелкие осадочные единицы как ленточные отложения являются результатом геологических событий катастрофического характера. Благодаря этим событиям стало ясно, как образовывались ископаемые каменные леса, полистратные окаменелости (т. е. окаменелости, пронизывающие несколько слоев). Так что вулкан Сент-Хеленс вполне правомерно можно назвать природной лабораторией креационной геологии.

Ну и наконец, на совещании прозвучало и такое, ну совсем уж смеху подобное утверждение, что креационисты-де начали охоту на ведьм, желая устроить эволюционистам 37-й год. Простите господа православные эволюционисты, но это уж совсем перебор, не в тот, простите, огород камень. Не поленитесь отцы, братья и сестры, полистайте российские научные журналы по геологии, биологии и палеонтологии, ну скажем, за последние 10 лет гласности. Попробуйте найти там хотя бы одну статью, опровергающую эволюцию или отрицающую многомиллиарднолетнюю историю Земли. Я не видел. Эволюционисты превратили научное сообщество в касту, я бы даже сказал тоталитарную секту, не допускающую абсолютно никакого инакомыслия. Даже в такой любящей похвастать своими свободами стране, как США, имеет место "дискриминация ученых, подвергающих серьезному сомнению теорию эволюции" (Тейлор П., 1994, с. 51), ни один научный журнал не напечатает статью антиэволюционного содержания. Эволюционисты даже через суд добились отмены равноправного преподавания в учебных заведениях креационизма и эволюции. Я имею ввиду события, произошедшие в штатах Луизиана и Арканзас в начале восьмидесятых. Что же говорить о России. Известный и весьма популярный на Западе философ Пол Фейерабенд писал: "... современная наука подавляет своих оппонентов, а не убеждает их. Наука действует с помощью силы, а не с помощью аргументов...( курсив Фейерабенда) Скептицизм сводится к минимуму; он направлен против мнений противников и против незначительных разработок собственных основных идей, однако никогда-против самих фундаментальных идей. Нападки на фундаментальные идеи вызывают такую же "табу"-реакцию, как "табу" в так называемых примитивных обществах... фундаментальные верования защищаются с помощью этой реакции, а также с помощью вторичных усовершенствований, и все то, что не охватывается обоснованной категориальной системой или считается несовместимой с ней, либо рассматривается как нечто совершенно неприемлемое, либо - что бывает чаще - просто объявляется несуществующим. Наука не готова сделать теоретический плюрализм основанием научного исследования... наука все еще сохраняет свою власть. Она сохраняет свое превосходство вследствие того, что ее жрецы не способны понять и не хотят простить иных идеологий, что у них есть сила осуществить свои желания и что эту они силу используют..." (Фейерабенд П., 1986, с. 452-455). И эти люди смеют обвинять креационистов, я имею ввиду исповедующих Православие, в охоте на ведьм.

С чем же связано это обвинение? А дело вот в чем. Эволюционизм, безраздельно властвующий в российской науке и образовании, начал свое наступление на Православие, абсолютно уверенный в том, что ему не будет оказано никакого сопротивления. И вдруг, у самой церковной ограды, эволюция получила неожиданный отпор. И чем дальше, тем больше. Противодействие эволюции усиливается. Все больше появляется православной литература антиэволюционистского содержания. Самыми заметными и серьезными, на мой взгляд, были книги о. Серафима (Роуза) и о. Даниила Сысоева. Кроме того, необходимо назвать книги о. Тимофея, Сергея Головина, статьи в различных православных периодических изданиях. Связано это с тем, что православные христиане почувствовали, наконец, какую страшную угрозу для чистоты веры таит в себе эволюционное учение, антихристианская сущность которого была ясна Святым Отцам, сталкивавшимся в своей жизни с этим учением, например, таким как свят. Нектарий Пентапольский, прав. Иоанн Кронштадтский и др.

Разумеется, это вызвало "праведную" ярость у считающих себя православными эволюционистов и мнящих, что вера их, на самом деле представляющая дикую мешанину, ничего не имеющую общего со Святоотеческим Православием, непогрешительна. Но самая страшная беда даже не в том, какие взгляды эти люди исповедуют, а в том, что они, будучи нередко преподавателями в православных учебных заведениях, потчуют этой отравой учащихся школ, гимназий. Приходилось слышать, что даже в семинариях преподают Сотворение мира по книге прот. Стефана Ляшевского, представляющую собой несусветную чепуху даже с научной точки зрения.

Чтобы понять к чему это может привести, достаточно посмотреть на то, что эволюционизм в виде учения Тейяра де Шардена сделал с католицизмом. О. Серафим (Роуз) писал: "Взгляните, что оно (эволюционное учение, авт. ст.) сотворило с католичеством! Ведь полнейший распад Римской Церкви за последнее десятилетие (это письмо было написано в семидесятых, авт. ст.) напрямую связан со "вспышкой" тейярдизма (до недавнего времени книги его были запрещены)." (цит. по книге "Не от мира сего", с. 514) Известный философ и правоверный католик Дитрих фон Гильдебранд даже озаглавил свою работу, посвященную Тейяру де Шардену, "Тейяр де Шарден: на пути к новой религии". Неужели мы хотим, чтобы с нашей Святой Матерью-Церковью произошло то же самое. Конечно же нет. Вы скажете, причем здесь Тейяр де Шарден, здесь же Православие, а Тейяр был всего лишь католиком, да еще и иезуитом? Не торопитесь. Тейяр де Шарден является создателем крайне изощренного философского учения, представляющего собой эклектичную смесь эволюционных и околохристианских воззрений. Переплюнуть Тейяра в этом отношении пока никому не удалось, да и вряд ли кому удастся. Поэтому любые попытки горе-православных эволюционистов привести к синтезу эволюционизма и Православия приводят в конечном итоге к тейярдизму, может только более примитивному, все-таки Тейяр несомненно был одним из самых значительных философов последних трех сотен лет. И Тейяр де Шарден всегда будет путеводной звездой для любого эволюциониста, в том числе и православного, пытающегося соединить несоединимое: свет и тьму, Священное Писание и эволюцию. Беда в том, что это ничего общего не имеет с Православием, как бы ни старались православные эволюционисты доказать обратное. Судите сами. Главной философской проблемой современного эволюционизма является не вопрос - была ли эволюция, для них тут нет затруднений, а вопрос - идет ли сейчас эволюция, и если да, то в каком направлении. Этот вопрос был, кстати говоря, задан и госпоже Муравник. В ответ полились маловразумительные рассуждения о том, что де эволюция продолжается, что мы сэволюционировали по сравнению с 19 веком, мол мы сейчас иначе относимся к "женщинам, бросающим своих детей" и т. д. Правда единомышленники Галины Леонидовны бросились к ней на помощь, не надо, мол, путать эволюцию духовную и эволюцию биологическую. И Галина Леонидовна с облегчением согласно закивала. Ну хорошо. Давайте разделим эволюцию на две части, как того хотят эволюционисты. Начнем с биологической эволюции. Идет ли она? Эволюционисты говорят: "Идет". Но куда? Несколько десятилетий этот вопрос всерьез обсуждался, были даже попытки представить, какими будут наши далекие эволюционные потомки. В результате начали появляться "шедевры", подобные изображенному чудовищу в книге Яблокова и Юсуфова на с. 277. Конечно, у нынешних эволюционистов подобные реконструкции не вызывают никакого энтузиазма. Ну кого, скажите, может вдохновить такой уродец. И эволюционисты, отказавшись от подобных идей, стали старательно избегать всерьез рассуждать на эту тему, прикрываясь глубокомысленным словоблудием, об ослаблении воздействия эволюционных факторов на человека. Вот пример подобной словесной казуистики: "С возникновением человека как социального существа биологические факторы эволюции постепенно ослабляют свое действие и ведущее значение в развитии человечества приобретают социальные факторы... Естественный отбор как основная и направляющая сила эволюции живой природы с возникновением общества, с переходом материи на социальный уровень развития резко ослабляет свое действие и перестает быть ведущим эволюционным фактором. Было бы, однако, неправильно полностью отрицать существование отбора в человеческом обществе. Отбор остается в виде силы, сохраняющей достигнутую к моменту возникновения Человека разумного биологическую организацию, выполняя известную стабилизирующую роль" (Яблоков А. В., Юсуфов А. Г., 1998, с. 276). Можно, конечно, порассуждать о неграх, индейцах и прочих "чадах", "наблюдаемых ныне эволюционных изменений", только это вряд ли перспективно. Как видно, с биологической эволюцией дело обстоит туго. И тогда остается одно - говорить об эволюции духовной. И вот тут-то без Тейяра ну никак не обойтись. Несомненно, тейярдистские чаяния духовной эволюции присутствуют во всех попытках совместить эволюцию и Православие, отсутствуя, может быть лишь в самых наивных сочинениях, типа книги о. Стефана Ляшевского. Думаете-это заблуждение? Не спешите. Давайте-ка посмотрим, как отзывался о Тейяре кумир либеральной интеллигенции, покойный прот. Александр Мень. Вот, что он пишет о значении Тейяра де Шардена во вступительной статье к книге Тейяра "Божественная Среда": " Что же дает учение Тейяра де Шардена современному христианскому сознанию?

1. Своим пониманием Церкви как творческого начала в современном обществе Тейяр способствует разработке положительного идеала для христиан наших дней. Он указывает на любовь к Богу как на ведущую силу эволюции ноосферы. Она неразрывно связана с любовью между людьми, с активным преодолением зла и разделений в мире. Тейяр учит нас любовному отношению к миру. Вместо враждебного неприятия он предлагает идти к нему с проповедью Христа (какого только, авт. ст.), но проповедью действенной. Его светлый взгляд на будущее обнаруживает в нем веру, которой нужно учиться всем. В противовес мрачной безнадежности, которая смирилась с обреченностью мира, Тейяр с упованием смотрит вперед, призывая людей к положительному деланию. Возможности помех к возрастанию не пугают его и не вызывают в нем покорного и пассивного отношения к действительности. Его личный религиозный опыт есть драгоценная жемчужина христианства всех времен.

2. Тейяр со своим научным синтезом помогает возникающему диалогу (курсив Меня) между христианами и нехристианами. Для многих марксистов христианство понятно и даже приемлемо в форме тейярдизма.

3. Синтез Тейяра вносит свою лепту в построение целостного христианского миросозерцания. Те же его стороны, которые спорны и неясны, вполне можно раскрыть, уточнить, дополнить.

Таким образом, хотя система о. Пьера Тейяра де Шардена и имеет черты ограниченности (как и все, что делает человек), она, тем не менее, нужна нам, как нужен и сам светлый облик этого инока-ученого и пророка-гуманиста" (Прот. Александр Мень, 1992, с. XXIII-XXIV).

Здесь все в куче: и драгоценный религиозный опыт, и построение целостного христианского миросозерцания, и диалог между христианами и нехристианами. Кстати говоря, всем яростным борцам с экуменизмом есть повод для размышлений. Борясь с экуменизмом, не забывайте про эволюцию. Это одной веточки ягодки. Покойный Мень знал, о чем говорил.

Именно поэтому-то верные чада Матери-Церкви, радящие о чистоте веры, и начали подымать голос в защиту Святого Православия. Эволюционистов совершенно законно обвинили в еретичествовании. Естественно, это не могло не вызвать ответную реакцию. И сразу: "Обскуранты, мракобесы, охота на ведьм!"

Поговорим немного о корнях эволюционизма. Вопрос этот очень важен, ибо, как известно, корни питают дерево, и поняв, каковы же философские истоки эволюционизма, какова та питательная среда, откуда эволюция черпает свои идеи, мы сможем оценить и само эволюционное учение. Эта тема рассматривалась на совещании в докладах госпожи Муравник Г. Л., о. Даниила Сысоева и о. Константина Буфеева. Эволюционисты, сами, к своим предтечам, в первую очередь, относят греческих философов Анаксимандра, Анаксимена, Гераклита Эфесского, Эмпедокла; об этом говорила и Галина Леонидовна Муравник, об этом писали и светила эволюции (Воронцов Н. Н., 1984, с. 5; Яблоков А. В., Юсуфов А. Г., 1998, с. 8). Эволюционистские идеи развивались и в философских учениях Востока. Вот, например, что пишут Яблоков с Юсуфовым: "Еще в начале I тысячелетия до н. э. в Индии существовали философские школы, которые отстаивали идеи развития мира (в том числе и органического) из "праматерии". В еще более древних текстах "Аюрвед" утверждается, что человек произошел от обезьян, живших около 18 млн. лет назад (при переводе на современное летоисчисление) на материке, объединяющем Индостан и Юго-Восточную Азию. По этим представлениям, примерно 4 млн. лет назад предки современных людей перешли к коллективному добыванию пищи, а современный человек появился менее 1 млн. лет назад" (Яблоков А. В., Юсуфов А. Г., 1998, с. 8). Это же, по всей видимости, имел ввиду и архим. Рафаил (Карелин), современный церковный писатель, чье служение проходит в лоне Грузинской Православной Церкви: "жители некоторых областей Индии подошли к дарвинизму еще ближе. Они указывают на обезьян как на своих предков..." (Архим. Рафаил (Карелин),1999, с. 280). Об этом же говорил и о. Даниил Сысоев.

Продолжим далее слова Яблокова и Юсуфова: "В Китае за 2 тыс. лет до н. э. проводилась специальная селекция для выведения различных пород крупного рогатого скота, лошадей, рыб и декоративных растений. В конце I тысячелетия до н. э. там уже были распространены учения о возможности превращения в процессе эволюции одних живых существ в другие" (Яблоков А. В., Юсуфов А. Г., 1998, с. 8).

Своеобразная родственная связь прослеживается и между эволюцией и учением метампсихоза (перевоплощения душ). Вот, что считает о. Рафаил (Карелин): "... дарвинизм поразительно похож на теорию метампсихоза, только перевернутую вверх ногами. Если метампсихоз основой перевоплощений считает духовное начало, образующее в зависимости от своего нравственного состояния (кармы) соответствующие ей материальные формы, то дарвинизм говорит о физической эволюции, обусловленной материальными факторами; притом сама психика рассматривается как продукт материи. Если для метампсихоза душа является формообразующей силой, то для дарвинизма организмы как формы произошли в результате борьбы за существование и естественного отбора"(Архим. Рафаил (Карелин),"Церковь и мир на пороге апокалипсиса", с. 281). Отдал дань идеи перевоплощения и великий Платон, так что его тоже надо добавить к милетцам.

Просто поразительно сходство эволюционизма и тотемизма, что отметил на совещании о. Даниил Сысоев. Согласно некоторым тотемистическим представлениям, тотемная группа (клан, род, племя) связана со своим тотемом (от-отем на языке североамериканских индейцев племени оджибве означает "его род") через неких мифических полулюдей-полуживотных. "... тотемизм имеет свою систему мифологических образов: это представления о "тотемистических предках"... Прежде всего, здесь совершенно ясно видно, что тотемистические предки - алтьирангамитьина, по Штрелову, инапертва, по Спенсеру и Гиллену, - это вовсе не предки в настоящем смысле этого слова, т. е. не реальные люди-родоначальники группы. В мифологии австралийцев они наделяются фантастическими зооантропоморфными чертами, или, вернее, представления о них смутны и бесформенны... Мифы о странствованиях и приключениях "тотемистических предков" составляют как бы либретто священных драматических церемоний, в которых воспроизводятся эти мифы", - писал известный советский этнограф Токарев С. А. (Токарев С. А., 1990, с. 71).

Складывается впечатление, что где-то это уже слышать приходилось и не раз... В школе, на уроках биологии, на лекциях по антропологии в Московском Университете. "Бывает нечто, о чем говорят: "смотри это новое", но это было уже в веках, бывших прежде нас" (Еккл., гл. 1, ст. 10). В самом деле, стоит только этим мифическим химерам дать какие-нибудь звучные названия, разумеется латыньские, ну например, Australopithecus robustus, или скажем, Homo habilis, и все!!! И посыпались гранты, премии, звания, степени, многотомные издания, вечера памяти... Это вам не какой-то там кусок плохо прожаренной оленины где-нибудь у костра, в прериях. А эти "мифы о странствиях и приключениях" наших далеких "предков", которыми полны труды специалистов-антропологов-этих современных высокообразованных "шошонов". Эти полные глубокомыслия и неудобоваримых "научных" терминов истории о прародинах и путях расселения-все это, простите, даже не мифы, это гораздо ниже, чем мифы, это побасенки. Знаете, если взять какого-нибудь дикого команча или чейенна, отмыть краску, поднатаскать слегка в латыни и научных терминах, то его вполне можно будет отправить в Православную школу искусств, преподавать биологию. Смею Вас заверить, он будет это делать с неменьшим успехом, чем Галина Леонидовна Муравник.

Читаешь труды специалистов по тотемизму и просто смех разбирает. Послушайте, например, Токарева: "Однако самое существенное в тотемизме следует искать не в том, что объектом религиозно-магических верований является большей частью животное. Самое существенное заключается в идее родства человеческой группы с этим животным. Именно эта идея родства (или особой близости, таинственной связи и т. п.) и составляет самую, казалось бы, загадочную сторону тотемизма, ту сторону, которая делает тотемизм и особо интересной для исследователя, и особо трудной для объяснения формой верований. В самом деле, как может взрослый человек серьезно верить и утверждать, что лягушка, или пчела, или попугай (или, например, обезьяна, авт ст.) - его родственник, его брат, его отец ?" Или вот еще перл: "Классической страной тотемизма является, бесспорно, Австралия, Ее коренное население можно считать находившимся еще в XIX в. (если пользоваться периодизацией Моргана-Энгельса) на средней ступени дикости или в переходном состоянии от средней к высшей ступени дикости" (Токарев С. А., 1990, с. 60, 67). На какой же ступени дикости стоят нынешние чересчур ученые тотемисты?!

Своеобразные эволюционистские мотивы проглядывают в древней ереси, содержавшей учение о предсуществовании тел. Вот, что пишет о. Серафим (Роуз): "Но была и противоположная ересь (противоположная ереси "предсуществования душ, авт. ст.), учившая о "предсуществовании" человеческого тела, совсем как учат современные "христианские эволюционисты". Эту ересь особенно опровергает св. Григорий Нисский. Рассмотрев оригенистскую ошибку "предсуществования душ", св. Григорий продолжает: "Другие же, держась описанного Моисеем порядка в устроении человека, говорят, что душа по времени вторая после тела. Поелику Бог, сперва взем персть от земли (Бытие, гл. 2, ст. .), создал человека: а потом уже одушеви его вдуновением: то на сем основании доказывают, что плоть предпочтительней души, вошедшей в предварительно созданную плоть" (О. Серафим (Роуз), 1998 а, с. 506).

Идеи саморазвития живой материи из неживой высказывал Авиценна. Спустя века забвения, эволюционизм вновь выплыл на поверхность в трудах Канта, Мопертюи и дедушки Дарвина-Эразма. Вы сами видите каковы истинные корни эволюционизма. Очевидно, все это миазмы неправославного, нехристианского мира. Одна мудрая русская пословица гласит: "От дурного семени не жди доброго племени". Бессмысленно искать христианские корни у каких бы то ни было ответвлений эволюционизма (такое бездоказательное утверждение сделал в своем докладе Московский А. В.), пусть они, эти ответвления, и даже называются громко антидарвинизм (как например, теория номогенеза Берга Л. С., или Любищева А. А., в докладе Московского).

Эволюционисты не могут найти ни одного Святого Отца, который высказывал бы подобные взгляды, за исключением двух-трех фраз, причем одних и тех же, притянутых за уши и вырванных из контекста. Это высказывания преп. Серафима Саровского, свят. Григория Нисского и блаж. Августина. Проф. Осипов А. И., правда, на совещании упомянул также свят. Феофана Затворника. О неправомерности использования эволюционистами этих цитат писал еще о. Серафим (Роуз). На совещании очень аргументированно это же самое показал в своем докладе Максимов Ю., студент РПУ св. ап. Иоанна Богослова, сумевший собрать весьма весомую "коллекцию" высказываний Святых Отцов об эволюции, крайне нелицеприятных для эволюционистов. Отцы резко высказывались и против попыток символичного понимания текстов Писания там, где это неправомерно.

Что же касается "глобальной" разницы между неодарвинизмом и телеологической эволюции, то господа православные эволюционисты просто-напросто наводят тень на плетень. Они говорят, что их взгляды в биологии даже называются антидарвинизмом. Действительно, существуют в современной науке направления, например теория батмогенеза Копа или теория номогенеза Берга (сами господа православные эволюционисты вспоминают почему-то только Любищева, ну да ладно), называемые антидарвинистскими. Но, называя эти теории антидарвинистскими, никто не называет их антиэволюционистскими. И незря. Все эти теории отличаются друг от друга не больше, чем сиамский кот от подвального "Васьки". Суть этих учений остается одна и та же. Различия лишь в механизмах протекания эволюции, и только. Сама эволюция не подвергается никакому сомнению. Дерево можно свалить разными способами: можно спилить двуручной пилой , можно бензопилой, а можно срубить топором. Цель эволюции-уничтожить Православие. Какая разница, каким "механизмом" это будет сделано, то ли естественным отбором, то ли телеологической эволюцией. Может быть, телеологическая эволюция даже более опасна, ибо она весьма уверенно может козырять христианской терминологией.

Хотелось бы отметить еще и грубость, снобизм и презрительность, которые постоянно выказывались православными эволюционистами. Господин Флоренский П. В. договорился до того, что назвал книгу о. Тимофея провокацией. Более того, он даже заявил, что это-де спланированная акция, направленная на оболванивание нашей молодежи и, может быть, хорошо оплачиваемая, например, ЦРУ. И господа православные эволюционисты одобрительно закивали: "Мол, да-да... именно так-с... не иначе-с... конечно-с, без этого никак не обошлось". Постеснялись бы! Ё п р с т. "Я думаю". Думать надо молча, господин Флоренский. А если молча не хочется, то тогда, будьте любезны, предоставьте соответствующую раздумьям документацию. А иначе подобные заявления являются клеветой и лжесвидетельством.

О. Даниила Сысоева ядовито спрашивали: "А какое-де у вас отец диакон образование, похоже вы ограничились средней школой..." Постоянные заявления, что о науке может судить лишь человек науки, о биологии - биолог, о геологии - геолог... Однако, это не помешало физику по образованию Московскому А. В. сделать доклад о теории номогенеза. Им, оказывается, можно. Некрасиво получается. Ну как не вспомнить все того же Фейерабенда (его высказывания действуют на идолопоклонников науки, как красная тряпка на быка): "Идеология ученых редко подвергается исследованию. Ее либо не замечают, либо считают безусловно истинной, либо включают в конкретные исследования таким образом, что любой критический анализ необходимо приводит к ее подтверждению... Однако при обсуждении проблем, связанных с обучением (например: следует ли нам изучать теорию Дарвина или книгу Бытия, а может быть, обе эти концепции?)... или при анализе фундаментальных предпосылок самой науки (например: является ли причинность основополагающим объяснительным принципом научного мышления?) она сама становится предметом исследования. Для такого исследования никто не подходит лучше постороннего человека, т. е. смышленого и любознательного дилетанта", - в примечаниях Фейерабенд в качестве иллюстрации приводит один весьма любопытный пример. - "Демарас, талантливый и обаятельный аферист, последовательно выступал в роли главы дирекции института психологии, корабельного врача, охотника, тюремного надзирателя, не имея при этом специального образования и никаких документов. В качестве корабельного врача он попал на войну в Корее и был вынужден оперировать тяжелораненых. Он осуществлял операции, за которые в подобных обстоятельствах не взялся бы ни один хирург, и добивался успеха. Как ему это удавалось? Благодаря быстрому изучению нужных ему разделов в учебнике. В качестве психолога он построил хороший институт, чем заслужил уважение и, как водится, зависть своих коллег. Наука далеко не так трудна, как это может показаться на первый взгляд" (Фейерабенд П., 1986, с. 135-136).

Разумеется, никто не отрицает, что в книгах о. Тимофея и о. Даниила есть научные ошибки и недоразумения. Но это все поправимо. Насколько мне известно, во втором, готовящемся, издании книги о. Тимофея будут учтены многие замечания. Оо. Тимофей и Даниил - не геологи и не биологи. Поэтому некоторая научная информация могла быть им неизвестна. Не надо только представлять их невеждами и недоумками. Вот, к примеру, кажется, госпожа Муравник ехидно указала на то, что критикуемые о. Тимофеем в своей книге научные представления об археоптериксе как первоптице давно уже устарели. Дескать мол, вовсе уже и не археоптерикс, а вовсе уже протоавис. Ну допустим, о. Тимофей об этом не слыхал. Что ж теперь, он совсем олух, что ли?! Интересно, а что Вы, глубокоуважаемая Галина Леонидовна, скажете тогда о Яблокове Алексее Владимировиче (кто он там, академик, что ли, или член-кор. РАН, простите, не знаю точно). Возьмем, например, книжечку "Эволюционное учение", написанную Яблоковым в соавторстве с Юсуфовым, дополненную и переизданную в 1998 году издательством "Высшая школа" (книга сдана в набор, кстати говоря, в 1995 году), и откроем ее на странице 66. И что же мы читаем: "Переходными формами от рептилий к птицам являются юрские первоптицы Archaeopteryx с длинным, как у рептилии, хвостом, несросшимися позвонками и брюшными ребрами, развитыми зубами". И замечательный рисунок на странице 67. А ведь, информация о находке протоависов была помещена в Science news и Nature аж в 1986 году! (см. например, Beardsley, 1986, c. 677) Ах, какой пассаж! И между прочим, "в подготовке настоящего издания большую роль сыграли конструктивные рецензии проф. Северцова..." (Яблоков А. В., Юсуфов А. Г., 1998, с. 3), чью "разгромную" рецензию на книгу о. Тимофея привез Гоманьков-младший. По-видимому глубокоуважаемому академику неколи было уже тогда научную литературу листать, он там все по Думам да Верховным Советам заседал, где уж там Nature читать. Так что, господа православные эволюционисты, не стоит уж с таким гонором наседать на батюшек - академики, и те не все знают.

И вот еще, что поражает: отношение православных эволюционистов к учению Святых Отец. Полное пренебрежение, никакого уважения! Раздавались даже голоса: "А причем здесь вообще святые отцы, мы говорим о науке?" Простите, но мы говорим не о науке , а о вероучении, которое пытаются изменить православные адепты эволюции. Да что там Святые Отцы. К самому Священному Писанию нет никакого благоговейного отношения. Такого даже и у протестантов-то не встретишь. Зато своих оппонентов обвиняют в протестантизме. О. Олег Петренко даже вынужден был сказать, что "нам грозит опасность слишком легкого отношения к Священному Писанию". Какое уж там легкое. Полный релятивизм. Но при этом, абсолютный догматизм по отношению к своим околонаучным воззрениям. Вместо того, чтобы поверять православность своих взглядов Священным Писанием, Священным Преданием и учением Святых Отец, господа православные эволюционисты оценивают истинность Писания и Святотеческих творений своими теориями. Что будет с нами если у нас отнять Святых Отцов. Что мы будем тогда из себя представлять. Ничего. Пустое место. "...и нищи и слепы и наги (Апок., гл. 3, ст. 17). Глядя на на всех этих высокообразованных ученых мужей нельзя было отделаться от грустного впечатления, что господа оные пришли в Церковь не как кающиеся грешники, а как учители, "власть имеющие" (Матф., гл. 7, ст. 29).

Более того, дело дошло даже до откровенного богохульства. Когда о. Олег, чрезвычайно интеллигентный батюшка, очень ласково пытался убедить эволюционистов в истинности святоотеческого, простого и буквального, понимания текста Бытия. Дескать, "Вы же сами говорите, что наука пришла к тому, что без Бога ей не обойтись, Вы пришли к вере в чудо. Зачем же останавливаться, надо идти дальше и принять учение Святых Отец о Сотворении мира, за шесть дней, без всякой эволюции". Вы можете себе представить, что ему ответили?! "Вы-де, батюшка, верите в Бога-фокусника!" Честно говоря, дико слышать такое от людей, считающих себя православными. Мы, оказывается, верим в фокусы. Но тогда, простите, в Православии, вообще, нет ничего кроме фокусов. Ну сами посудите. Ведь если сотворение мира за шесть дней, как веровали Отцы и любящие их православные, то Воплощение Второго Лица Святой Троицы, Бога Слова, тоже фокус, да и еще какой, еще похлеще. Как может Девическая утроба вместить Невместимое, бесконечного Бога. Фокус. А все эти чудесные исцеления и воскрешения, мироточения и кровоточения икон. Разве не фокусы? Фокусы. А апокалипсис, в таком случае, предстает либо как плод безудержной фантазии либо как результат психического заболевания. Наверное, православные эволюционисты возмутятся, мы-де такого не скажем. Вы-то может и не скажете, но те кто придет за Вами, будут смелее Вас, и они-то скажут, можете не сомневаться. И что тогда останется от нашей веры? Одно лишь нравственное учение, да и оно недолго продержится. Достаточно взглянуть на Запад. Священники-женщины, однополые браки, религиозный релятивизм...

Некогда о. Серафим, тогда еще просто Юджин (Роуз) написал: "... Истину можно постичь лишь пав ниц и со смирением приняв то, что дается свыше. Напускное же "смирение" ученых-реалистов, этих маловеров, не в состоянии скрыть их гордыни, стремящейся занять Божий Престол. Они в своей ничтожности свои "исследования" ценят выше Божественного Откровения. Для таких людей "нет Истины", и мы можем сказать о них то, что сказал некогда о греческих языческих ученых св. Василий Великий: "И без сомнения, излишество мирской мудрости принесет для них некогда приращение тяжкого осуждения за то, что, с такой осмотрительностью вникая в пустые предметы, произвольно слепотствовали в уразумении Истины" (О. Серафим (Роуз), 1998 б, с. 547-548).

И наконец, последнее. Единственно спасительный путь для христианина - это следование учению Святых Отец, донесших до нас и объяснивших нам суть Святого Православия. Уклонение от Святоотеческого учения несомненно приведет к созданию "собственного православия" и, в конечном итоге, к душевной погибели. Надо всегда помнить о страшном предостережении святителя Игнатия (Брянчанинова) всем подобным горе-мыслителям: "... учение, повторенное всеми Отцами, учение, что единственный путь ко спасению, - последование неуклонное наставлениям святых Отцов. "Видел ли ты", говорят они, "кого прельщенного лжеучением, погибшего от неправильного избрания подвигов - знай: он последовал себе, своему разуму, своим мнениям, а не учению Отцов, из которого составляется догматическое и нравственной предание Церкви. Им она, как бесценным имуществом, препитывает чад своих" (Свят. Игнатий (Брянчанинов), Аскетические опыты, т. 1, с. 558).

Литература

Александр Мень, прот. Пьер Тейяр де Шарден: христианин и ученый.// Пьер Тейяр де Шарден. Божественная Среда. Москва: Ренессанс, 1992.

Воронцов Н. Н. Теория эволюции: истоки, постулаты и проблемы.// Биология. 1984, № 7, Москва: Знание.

Гильдебранд Дитрих фон. Тейяр де Шарден: на пути к новой религии.// Новая Вавилонская башня. Санкт-Петербург: Алетейя, 1998.

Гиш Дуэйн. Ученые-креационисты отвечают своим критикам. Санкт-Петербург: Библия для всех, 1995.

Житие иеросхимонаха Нектария. Издание Введенской Оптиной пустыни, 1996.

Игнатий (Брянчанинов), свят. Аскетические опыты, т. 1. Издание Донского монастыря и издательства "Правило веры", 1993.

Моррис Генри. Предисловие.// Гиш Дуэйн. Ученые-креационисты отвечают своим критикам. Санкт-Петербург: Библия для всех, 1995.

Не от мира сего. Жизнь и учение о. Серафима (Роуза). Москва: Русский Паломник, 1995.

Рафаил (Карелин), архим. Церковь и мир на пороге апокалипсиса. Изд-во Московского подворья Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1999.

Россия перед Вторым Пришествием. Издание Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1993.

Серафим (Роуз), иеромон. Православный взгляд на эволюцию.// Приношение православного американца. Москва: Российское отделение Валаамского общества Америки, 1998 а.

Серафим (Роуз), иеромон. Корень революции: нигилизм.// Приношение православного американца. Москва: Российское отделение Валаамского общества Америки, 1998 б.

Тейлор П. Сотворение. Иллюстрированная книга ответов. Санкт-Петербург: Библия для всех, 1994.

Токарев С. А. Ранние формы религии. Москва: Изд-во политической литературы, 1990.

Фейерабенд П. Избранные труды по методологии науки. Москва, 1986.

Яблоков А. В., Юсуфов А. Г. Эволюционное учение. 4-е издание. Москва: Высшая школа, 1998.

Beardsley T. Fossil bird shakes evolutionary hypothesis.// Nature, vol. 322, № 6081, 21-27 August, 1986.