Луч надежды в наркотическом мире

Слеза за слезой, за раною рана,

Моя жизнь вытекает как вода из-под крана.

Хорошо, если кто-то из друзей или близких,

Подставит ладонь или собачью миску.

Слеза за слезой, за раною рана

Моя жизнь вытекает как вода из-под крана.

Она кончится каплей последнего дня,

Она вернется назад чистой силой дождя.

Дельфин

Любовь сыщет слова, коими может созидать ближнего. Она представит способ и ум, и язык твой направит, и дело сие не требует красных речей, единого напоминания требует.

Святитель Тихон Задонский

 

Предисловие

Ежечасно, ежеминутно в мире, в нашей стране, в каждом ее городе, с геометрической прогрессией увеличивается число подростков и взрослых, которые, попробовав наркотик, весь свой внутренний мир, свои ценности, убеждения, способности, внешние рамки своего существования перестраивают в угоду одному-единственному увлечению, страсти, разрушающей в их жизни ВСЕ. Это увлечение — наркотик. С какого-то момента наркотику посвящается весь человек, без остатка.

Этих людей называют наркоманами. Они занимаются наркотиками профессионально: употребляют, распространяют их, посвящают им самые глубинные стороны своей, Богом созданной, души.

Слово “наркомания” происходит от греческих слов narcosis — сон, оцепенение, онемение и mania — страсть, безумие, влечение. Это общее название болезни, проявляющееся во влечении к постоянному приему наркотических средств со стойкой физической и психологической зависимостью от них.

Наркотические вещества употребляются различными способами: глотанием, вдыханием, внутривенной инъекцией с одной-единственной целью: уйти от сложного и не принимаемого мира с его требованиями, проблемами и задачами.

На сегодняшний день наркомания многогранна, ее формы непосредственно зависят от свойств наркотика, который употребляет человек. Некоторые специалисты считают, что в ближайшие годы счет людей, постоянно употребляющих наркотики, в нашей стране может пойти уже не на миллионы, а на десятки миллионов. Но дело даже не столько в статистике, сколько в динамике роста, в атмосфере, возникающей и формирующейся вокруг людей, употребляющих наркотики.

Курение анаши в городских парках и двориках, на пришкольных участках, в подвалах, на чердаках, в высших и средних учебных заведениях, даже в армейских частях, поначалу было признаком доблести и геройства, а сегодня уже стало обыденностью. Курят даже те, кто не хочет. Ведь лучше себя заставить, чем прослыть среди своих друзей и сверстников трусом и слабаком.

Рассказы о “кайфе” и “приходе” — ныне одна из будничных тем в разговорах молодежи XXI века. Этот фон является как бы задником для бесед на любые иные темы.

Наркоманию можно назвать новым культом, новой псевдокультурой, формирующей свои обычаи, традиции, язык. От многих подростков 12-14 лет можно услышать: “Героин — это крутизна!” А о тех сверстниках, которые употребляют спиртное, они с презрением говорят: “Да это же синяки!”

Если из нижеприведенных слов вы сможете объяснить значение хотя бы половины, могу предположить, что вы знакомы с этой проблемой не по научным диссертациям и не по брошюрам с заголовками, наподобие “Как помочь наркоману”, внутри которых, возможно, по недоразумению редактора, напечатаны Акафист Неупиваемой Чаше и Канон мученику Вонифатию.

Благочестивые читатели вряд ли поймут, о чем идет речь, когда произносятся слова типа: “разбодяжить, глюки, гера, замолодиться, вмазаться, галюны, шмаровоз, пробивуха, передозняк, катать колеса, чмо, лайба, шоркнуться, высадиться на измену, центряк, недогонок, обторчаться, кумар, отходняк”...

Я знаю одну православную маму, которая несколько лет просто игнорировала “этот кошмар”, стараясь “не задумываться” о том, на каком языке разговаривает по телефону ее чадо... Но наступило время, когда она уже не смогла закрывать глаза на происходящее. Слишком многое вокруг нее вдруг неузнаваемо изменилось...

— Что мне делать? Я потеряла своего сына!

Все это время она знала о том, что происходило с ее любимым батюшкой, правила с акафистами ежедневно вычитывала, даже к старцу ездила регулярно и все делала по благословению... Жаль, что очень поздно с ужасом поняла, что передавать в разные монастыри и храмы деньги “на сорокоуст о заблудшем Димитрии (или Сергии, или Алексии, или Романе...)” куда проще, чем искать со взрослеющим сыном общий язык.

О наркомании написано немало различных работ в Наркологической и в психотерапевтической литературе. Причем прослеживается тенденция изменения как в отношении взгляда на больных наркоманией, так и на перспективы излечения этой болезни. Изменяются и формы употребляемых наркотических веществ. Но, несмотря на это, с каждым годом тьма недоумения вокруг этих вопросов все сгущается и сгущается. Наркомания, если смотреть на нее глазами медика и психолога, становится все более и более неразрешимой загадкой и все более трудноизлечимой болезнью.

В надежде люди обращаются за помощью к служителям Церкви.

— Может, вы нам поможете, растолкуете, побеседуете с ребятами об этом? — участливо спрашивает батюшку учительница из Православной Гимназии.

— ...

А что батюшка может сказать подрастающему поколению на эту тему? Сказать, что употреблять наркотики — это грех? И что это изменит?

В Духовных Семинариях будущих батюшек учат многому: догматике, гомилетике, литургике, церковно-славян­скому языку, умению разбираться в Типиконе, еще многим интересным вещам. Но их, к сожалению, НЕ УЧАТ ТОМУ, КАК ПОМОЧЬ НАРКОМАНУ.

* * *

Три предлагаемые книги адресованы как пастырям, так и христиански ориентированным социальным работникам, педагогам, преподавателям, миссионерам, которым, несмотря на огромное желание заниматься исключительно вопросами веры и благочестия, сегодня не удастся проигнорировать эту проблему. Если не произойдет чудо, то окажется, что в XXI веке наркоманы — это наши будущие ученики, наша будущая паства!..

Мы проследим, как наркотик овладевает личностной и психической сферами человеческой жизни, расскажем о том, почему человек оказывается бессильным перед наркотиком, не может сказать ему "нет", опишем то, что кроется за явлением, которое называется "зависимостью", расскажем о "работающих" и "неработающих" подходах к наркотической зависимости.

Мы рассмотрим суждения об этой непростой проблеме пастырей и психологов, помогающим наркотически зависимым людям. Здесь же читатель ознакомится с откровениями самих наркоманов. Кроме того, мы предложим нашему читателю море цифр, проще говоря, статистику, без которой было бы трудно представить всю серьезность обсуждаемой проблемы.

Возможно, наш опыт будет интересен пастырям, которые пожелают взяться за такое нелегкое и, скажем прямо, не всегда благодарное дело — помощь людям, желающим освободиться от наркотической зависимости.

Нам кажется, что “мистико-аскетическая” или “бого­словско-антро­по­­ло­­ги­чес­кая” оценка нарко­­ма­нии как грехов­ной страс­ти может пред­став­лять интерес для каби­нет­­ного богослова-теоре­­тика, и вряд ли хоть в чем-то будет полезна для прак­тика. Мы убеждены также и в том, что навешивание ярлыков типа: “бесовский дурман”, “нарко­маны — служители са­та­ны”, “пора­бо­щенные дьяво­лом”, ко­то­рые сегодня нередко можно встретить в некоторых изданиях, вряд ли поможет принятию и пониманию людей, многие из которых, подобно древним прокаженным, отвержены обществом, родителями, самыми близкими, поскольку больны тяжелой, непонятной, смертельной болезнью.

В первой книге “Луч надежды в наркотическом мире”, которую вы держите в руках, мы постарались дать описание контекста проблемы, ее масштабы, при этом, не стараясь его “упаковывать” в привычные для воцерковленного человека термины и формулировки. Современный пастырь должен иметь достаточно подробное описание природы и характера наркотической зависимости, представление об особенностях психического устроения наркомана. Итак, первая книга ответит читателям на вопросы “Что?” и “Почему?”, в ней мы расскажем о том, что такое наркотик, дадим описание природы наркотической зависимости, поведаем причины ее возникновения.

Во второй книге “Батюшка, я наркоман!” описаны родившиеся в процессе практической работы формы и методы помощи наркозависимым людям, даны практические рекомендации, основанные на нашем непосредственном опыте. В написании этой книги мы руководствовались принципом: предлагать к практическому применению можно только то, что легко и просто освоить, что может быстро дать ощутимый результат и, прежде всего, будет нести в себе потенциал христианских ценностей. Эта книга ответит на вопрос “Как?”, т.е. как конкретно можно оказать деятельную практическую помощь наркоману со стороны пастыря.

В третьей книге “Собранные во Имя Мое” описаны несколько практически работающих подходов, которые, несмотря на их разность, объединяют один-единственный принцип: полное восстановление личности невозможно без обретения Высших Ценностей, без восстановления живых и глубоких отношений с Богом.

Книги лучше читать последовательно, однако каждая из них в отдельности несет в себе законченную авторскую идею. Однако, если читатель всерьез занимается помощью наркозависимым, лучше найти возможность приобрети все три, поскольку в первой книге изложен минимум теоретических знаний для работы с проблемой, вторая — излагает практический опыт, личнос­тно-ориентированный “алго­ритм” работы, в третьей — можно почерпнуть знания о создании структуры по оказанию такой помощи на основе уже работающих и хорошо зарекомендовавших себя подходов.

Возможно, некоторым читателям будет трудно признать, что мы, взрослые, — часть того проблемного пространства, в котором возникла наркомания наших детей.

Мы и не сомневаемся в том, что многим современным пастырям некогда заниматься “еще и наркоманами”. Хотя бы успеть окормить тех, кто уже во множестве пришел в храмы.

Родителям наркоманов будет непросто согласиться с тем, что они являются спонсорами наркомании собственных детей. Ведь они кормят, одевают, лечат (“реабилитируют”), дают деньги на карманные расходы практически взрослым людям, которые без труда находят огромные суммы на наркотики.

И будет вполне нормально, если некоторые читатели скажут: “С чем-то можно согласиться, а с чем-то и поспорить”. В этих книгах нет “правильных” ответов, здесь изложен только опыт. А опыт невозможно рассматривать в категориях “правильное — неправильное”. Им можно или воспользоваться, или не воспользоваться. Пусть каждый читающий возьмет только то, что подходит лично ему.

Автор будет рад, если наш опыт хоть в какой-то мере будет практически полезен человеку, который сейчас держит в руках эту книгу и уже готов перевернуть следующую страницу.

БЛАГОДАРНОСТИ

В процессе работы мне приходилось учиться понимать других людей, а главное — учиться понимать себя, переосмысливать заново свой христианский и пастырский опыт.

Хочется выразить благодарность всем тем, кто был со мною и поддерживал меня в течение двух лет работы над этими книгами.

Прежде всего я благодарен Господу нашему Иисусу Христу, заботливым попечением Которого в нужное время в моих руках оказывались необходимые книги, видео и аудиокассеты, а на моем жизненном пути — огромное количество замечательных людей.

Я особенно благодарен Андрею Плигину, Андрею Кенигу, Вячеславу Захарову, научившим меня понимать и систематизировать любой человеческий опыт, творчески подходить к решению любой жизненной задачи.

Моя признательность психологам Евгению Проценко и Елене Рыдалевской, у которых я научился бережности и внимательности по отношению к зависимым людям.

Благодарю доктора Эрнста Росси, описанная им биохимическая модель наркотической зависимости помогла мне понять природу наркотического пристрастия.

Я также благодарен священнику Евгению Генингу, священнику Михаилу Махову, иеромонаху Анатолию (Берестову), священнику Сергию Гончарову, поскольку их пастырские суждения по рассматриваемому вопросу вошли в текст этой книги.

Хочется особо отметить психологов Константина Королева, Сергея Ковалева, Аллу Каменскую, Наталью Негереш, Александра Данилина, Юрия Захарова, профессора В.Ю. Завьялова, идеи которых, изложенные в их книгах, на видео и в аудиозаписях, помогли отточить различные грани этой работы, расширили понимание не только наркомании, но и обогатили взгляд на многогранность и неоднозначность мира, в котором мы живем.

Спасибо Дельфину, который, благодаря своим песням, помог мне понять проблему изнутри (насколько это возможно), а многих наркоманов впервые заставил задуматься над тем, что пора “завязывать”.

Отдельная благодарность Горохову Сергею и Иванову Владику, мужественным ребятам, освободившимся с Божьей помощью от власти наркотика. Их поддержка и творческое участие в виде небольших вставок и замечаний, вошедших в ткань всех трех книг, во многом придали им определенную завершенность.

Специальное спасибо Тихомирову Евгению за техни­ческую поддержку издания.

Особой благодарностью хочется отметить Гаврилюк Александру, оказавшую неоценимую помощь в наборе, систематизации и поиске подходящих мест для бесконечных “новых вставок” в уже готовые тексты.

Безусловная благодарность верному другу и благочинному иеромонаху Антонию, обеспечивающему в нашей Обители баланс между братской атмосферой и столь необходимой дисциплиной.

Спасибо всем людям, которые были и которые оста­ются спутниками на моем жизненном пути.

Контекст

проблемы

Как легко человек отдает свою свободу и становится рабом условностей, среды, страстей, привычек!

Архимандрит Киприан (Керн)

Немного истории

Наркомания в России становится национальной трагедией, о которой почему-то почти никто не бьет в набат. Иногда, правда, взрослые люди собираются на конференции и симпозиумы по этому поводу, но подобные мероприятия не меняют ситуации в стране в целом. Разрушение воли и интеллекта, поражение молодого поколения наркотиками происходит все с большей силой, усугубляясь в зависимости от сроков употребления. Особо тревожна обстановка в портовых, областных и крупных городах России, в столице, а также странах СНГ. По последним данным зарубежных исследователей, четвертая часть от общемирового числа наркоманов проживает в России.

Развитию наркомании в нашей стране во многом способствовало разрушение тоталитарного режима, что вызвало появление многих “свобод”, среди которых, к сожалению, и свобода доступа к наркотикам. В ходе афганской и чеченской войн десятки тысяч солдат научились употреблять наркотики. Возвратившись, они продолжали это делать, приобщая своих друзей, подруг, соседей.

К концу восьмидесятых сформировалось преступное сообщество наркоторговцев. Оборот наркотиков был тогда около 500 тонн в год. Сегодня стоимость наркотиков падает, а количество наркоманов растет. Наша страна, столько лет сохраняемая “железным занавесом” от различных прелестей западной цивилизации, теперь является идеальнейшим рынком сбыта. Идеальнейшим, поскольку население в своем большинстве не имеет достаточного количества знаний о том, что такое наркотик и каковы его последствия, не информировано об эффективных способах лечения, не знает даже, к кому обратиться в случае, если кто-нибудь из близких окажется в наркотической яме.

С 1996 года происходит сдвиг в сторону дорогих наркотиков, таких, как опиум, героин. Наркотики входят в моду. Употребивший наркотик считается “продвинутым”, “приобщенным”.

Среди причин, по которым наркотики так легко прижились в России, безусловно, самыми вескими являются следующие:

1. Ценностный кризис в обществе — утрата нравственных идеалов и ориентиров. Молодежь не хочет жить лживыми и лицемерными “ценностями” взрослого поколения.

2. Массированное влияние западной культуры и пропаганда западного стиля жизни. Там для многих людей, на которых молодое поколение хочет быть похожим, наркотик уже давно стал нормой жизни.

3. Ослабление семейных связей, крушение семьи как таковой. У большинства современных молодых людей сегодня нет образа семьи, запечатленного с детства образа добрых и уважительных отношений между мужем и женой. Для многих их них семья — не та ценность, ради которой стоит бросить употребление наркотиков.

4. Развал системы детских и молодежных организаций. Эстафетная палочка организаций, оказывавшей воспитательные функции, бесславно выпала из рук комсомола в перестроечные годы... Ее никто не подхватил. Большинство детей оказалось предоставленным само себе. Подросток — существо, ищущее нового...

Все это привело к тому, что молодежь, а именно она — самая легко раскачиваемая часть общества, начинает употреблять наркотики.

Наркоманией, в первую очередь, оказываются задетыми самые бедные слои общества. Дети из малообеспеченных, пьющих семей, дети, находящиеся без присмотра родителей, начинают употреблять доступные им алкогольные напитки, нюхают бензин и клей “Момент”, затем переходят на анашу, маковую соломку, “балуются” паркопаном, кетамином. Потом уже пробуют тяжелые наркотики, “подсаживаются” на героин... И если для них наркотик — это способ уйти от окружающей их грязной и мрачной действительности, то отпрыски богатых родителей начинают принимать наркотики ради “крутизны”. Для них низший слой является неким олицетворением свободы и безнаказанности, и они ему по-своему завидуют. Они невольно повторяют их действия и пытаются таким образом выделиться среди сверстников. Дети состоятельных родителей начинают с паркопана, анаши, экстази, затем переходят на героин, кокаин. Пришедшая к нам с Запада новая танцевальная культура принесла наркотики как необходимый культовый элемент. Появляться на дискотеке без ЛСД или таблеток экстази стало плохим тоном.

Увы, широкая доступность наркотиков стала реальностью нашей жизни. Без особого труда наркотики можно найти на молодежных вечеринках, школьных дискотеках, в местах молодежных тусовок. В некоторых школах на переменах ученики продают друг другу наркотики.

Сегодня от риска употребления наркотиков не застрахован никто.

Немного статистики

Наркомания молодеет. Число детей и подростков, состоящих на учете по поводу употребления психоактивных веществ, за последние шесть лет выросло в 15 раз. По всей России расширена сеть стационаров, психологических центров и семейных клубов, оказывающих эффективную помощь в освобождении от зависимости и распространения наркотика. Но, к сожалению, этого еще очень и очень мало. В 1999 году к помощи наркологов обратились около 300 тысяч наркозависимых, из них “вышли в устойчивую ремиссию”, как говорят врачи, только 3%. А “прирост” наркомании в стране составляет около 50% в год. Чтобы вылечить всех наркоманов, эффективность лечения нужно увеличить в 350 раз. Но разве наша страна в лице государственных мужей осознало всю серьезность надвигающейся национальной трагедии? Нам остается признать, что в стране идет война, а на ней ежегодно гибнут несколько миллионов парней и девушек...

Ныне наркомания неумолимо захватывает все более и более молодой возраст. Если лет шесть назад наркотики пробовали в 16-20 лет, то сейчас наркомания помолодела настолько, что уже с 9-12 летнего возраста многие дети пробуют, а затем начинают регулярно употреблять и популяризировать тот или иной наркотик или токсическое вещество.

С проблемой наркотика сегодня тесно связана проблема детской проституции. ТРИ ТЫСЯЧИ детей в возрасте до 14 лет ТОЛЬКО в Санкт-Петербурге сегодня торгуют собственным телом, ДВОЕ из них ЕЖЕДНЕВНО погибают. Девяносто процентов этих детей — беспризорные. У нас в стране десятки тысяч беспризорных детей! Для того чтобы заглушить чувства стыда, отвращения, разбитости, возникающее после “обслуживания клиентов”, эти дети употребляют наркотик... На фоне цифр только этого абзаца вы можете понять, каким чудовищным лицемерием выглядит создание различных “комитетов” и “фондов по делам молодежи”, содержащих армию чиновников, которые никогда в глаза не видели ЭТИХ детей.

Наркотики теперь можно купить везде: на рынках, в метро, дискотеках, школах, ВУЗах. Вот своеобразный “Хит-парад” московских ВУЗов, где наркотиками торгуют нигерийцы и просто продавцы из числа студентов.

1. Российский Университет Дружбы Народов имени Патриса Лумумбы.

2. Московский Государственный Университет имени М.В. Ломоносова.

3. Московская Сельскохозяйственная Академия

4. МГИМО

5. Московский Архитектурный Институт

6. Плехановский Институт

7. Институт Стран Азии и Африки

Наибольшим спросом наркотики пользуются у студентов журналистских, экономических, философских факультетов.

Масштабы и темпы распространения наркомании в стране таковы, что ставят под вопрос физическое и моральное здоровье молодежи и будущее значительной ее части, социальную стабильность и политическую безопасность общества в самой ближайшей перспективе.

Социологические исследования показывают, что в 1999 году в России насчитывалось свыше 2,5 (двух с половиной!) миллионов людей, употребляющих наркотики, около 4 миллионов пробовали наркотик. По данным социологических исследований к концу 2000 года в нашей стране число наркоманов возросло уже до 4,5 (четырех с половиной!) миллионов, хотя специалисты говорят, что реальные цифры в 4 раза выше. Если одному наркоману требуется 1 грамм наркотика в день, то значит, в нашей стране ежедневно продается 4,5 (!) тонны наркотика, а за полугодие — 820 тонн!

На одной из конференций, посвященной вопросам профилактики наркомании, мне пришлось слышать рассказ одной матери. Она вышла на трибуну и рассказала, что в ее городе наркомафия достигла настолько ужасающих размеров, что общество совершенно не в состоянии ничего противопоставить этому. В этом городе торгуют наркотиком практически в каждом доме. Жильцам каждого из домов известно, в какой квартире осуществляется торговля наркотиками. Многие матери наркоманов знают конкретно, где именно их ребенок покупает наркотик. Они объединяются и звонят в милицию, просят выслать наряд для того, чтобы задержали и привлекли к ответственности торгующих. Вызванный милицейский патруль каждый раз возвращается в машину, так никого и не задержав...

Наркомафия имеет огромные средства для того, чтобы подкупать правоохранительные органы, воздействовать на принятие тех или иных правовых документов на государственном уровне.

 Сегодня каждый шестой московский старшеклассник пробовал наркотик. В Новосибирске, например, более 9000 (девяти тысяч) подростков сидит на игле. Дельцы от наркобизнеса, по всей видимости, надолго и уютно обосновались в школьных коридорах и студенческих аудиториях. В некоторых московских школах в связи с этим уже функционируют наркологические кабинеты. С 1999 года в некоторых школах введен нарко-тест, т.е. обследование школьников, сдача анализов на наличие наркотика в организме.

В Хабаровске от употребления наркотиков ежегодно умирает около 200 человек. Работники милиции с особой тревогой отмечают массовое распространение наркотических веществ в школах, средних и высших учебных заведениях города. 2522 преступлений, в том числе 826 тяжких и особо тяжких, совершенных в 1999 году, непосредственно связаны с наркотиками. За 1999 год, например, в Хабаровском крае было изъято почти 3 тысячи тонн (!) наркотиков — это в пять раз больше, чем в предыдущие годы. В стране же за последние двадцать лет количество преступлений, связанных с наркотиками, увеличилось в 15 раз!

При проведении мониторинга в подмосковном Подольске среди учеников 9-11 классов около 15 процентов опрошенных многое знают про наркотики или пробовали какой-либо наркотик. По данным спецслужб, около 70 процентов студентов высших и средних учебных заведений Москвы принимают тот или иной наркотик.

Все эти цифры и факты говорят, что общество на пороге очень большой беды.

Автор настоящей работы не любитель цифр и статистики, но позвольте вас, дорогие читатели, как говорят наши дети, “загрузить” еще немного. Эти цифры заставляют задуматься. Совет по внешней и оборонной политике РФ в 1998 году (данные очень устаревшие!) подготовил аналитический доклад “Наркомания в России: УГРОЗА НАЦИИ”.

НАРКОМАНИЯ В РОССИИ:

ЦИФРЫ И ФАКТЫ

1.1. Распространение наркомании на территории бывшего Советского Союза и, в первую очередь, в России происходит угрожающими темпами.

Об этом свидетельствуют, прежде всего, статистические данные Министерства внутренних дел Российской Федерации, органов здравоохранения России, других министерств и ведомств. Однако есть все основания полагать, что на самом деле ситуация выглядит еще более тревожно, чем показывает статистика.

1.2. За последние пять лет количество потребителей наркотиков в стране возросло примерно в три с половиной раза и, по мнению специалистов, при сохраняющейся тенденции число лиц, злоупотребляющих наркотиками, в России уже к концу десятилетия может превысить уровень в три миллиона человек.

Таким образом, с учетом, прежде всего, возрастной категории большинства наркоманов (13-25 лет), под угрозой оказывается фактически все новое поколение страны.

Особое беспокойство российского общества должен вызывать тот факт, что за последнее десятилетие в 6,5 раз увеличилось число женщин, употребляющих наркотики.

По данным Минздрава на начало 1998 года за немедицинское потребление наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ в целом состояло на медицинском учете около 219 тысяч человек, из которых примерно 39 тысяч несовершеннолетних и более 25 тысяч женщин.

1.3. Принципиально важно отметить то, что в России гораздо быстрее, чем в других странах, происходит переход от ''легких" наркотиков к "тяжелым".

За 6 месяцев 1996 года среди больных опийными наркоманиями, находившимися на стационарном лечении в НИИ наркологии, героиновые наркомании — самые опасные и трудно излечимые, если вообще излечимые, — составляли 28,4 процента. За тот же период 1997 года — уже 74,4 процента.

1.4. Особенно тревожит рост наркомании среди школьников, прежде всего, в крупных городах, а также в студенческой среде — в шесть-восемь раз за последние четыре года.[1]

По последним данным, в Санкт-Петербурге каждый пятый школьник уже познакомился с наркотиками, а во многих школах в старших классах регулярно потребляют наркотики до трети учеников. В Москве во многих высших учебных заведениях, несмотря на предпринимаемые усилия со стороны руководства вузов, начинающих вести антинаркотическую пропаганду, наркомания принимает все более открытую форму.

Таким образом, начинается процесс деградации значительной части тех, кто мог бы составить новую образованную и квалифицированную элиту государства, в которой оно действительно крайне нуждается на этапе перехода к рыночной экономике. Ведь подавляющее число хронических наркоманов не доживает до 30 лет. Средняя же продолжительность жизни ушедших из жизни наркоманов после начала употребления наркотиков — 4-4,5 года.

1.5. Вызывает тревогу, прежде всего, то, что наркотики становятся все более и более доступными молодежи, что на российский рынок во все возрастающем объеме выбрасываются новые наркотические вещества, в том числе, мощного разрушающего действия.

Например, в школах Москвы отмечены факты массовой продажи наркотиков по сверхзаниженным ценам с очевидной целью обеспечить привыкание к наркотикам как можно большего числа школьников. Естественно, что впоследствии цена резко повышается. Фиксируются случаи и бесплатного (естественно, на первом этапе) распространения наркотиков во многих регионах страны в молодежной среде.[2]

В частности, в Приамурье в ходе акции "Жизнь без страха" установлено, что около 10 процентов молодых людей употребляют наркотики регулярно, а почти 25 процентов пробовали наркотики.

1.6. В качестве наркотиков в России широкое распространение получили маковая соломка, опий-сырец и опийный раствор, марихуана, эфедрин, гашиш, героин, кокаин, "экстази" (метилендиоксиметиламфетамин).

Вместе с тем особую опасность создает появление новых синтетических наркотиков, в том числе и производимых собственно в России. Только за 1997 год органами внутренних дел выявлено 848 подпольных лабораторий, в которых производились наркотики или шла работа над созданием новых. Характерно, что во многих из них работали профессиональные химики, сумевшие разработать наркотические средства нового поколения. Часть таких лабораторий находилась нелегально непосредственно в учебных заведениях, в частности, в Москве.

Общий объем синтетических препаратов, изъятых в подобных лабораториях, увеличился почти в 1,5 раза.

1.7. Только в Москве и Санкт-Петербурге ежемесячный оборот наркорынка составляет порядка 90 миллионов долларов, а в целом по стране за 1996 год денежный оборот от продажи наркотиков составил почти 1,5 миллиарда долларов.[3]

По предварительным данным за прошедший год эта сумма составила более 2,5 миллиардов. В то же время некоторые западные специалисты называют цифру в 5 и даже в 7 миллиардов долларов.

"Норма прибыли" при операциях с наркотиками составляет от 300 до 2000 процентов. Известно, что килограмм героина в Афганистане стоит 9 тысяч долларов, то в Таджикистане — 25 тысяч, а в Москве — до 150 тысяч долларов.

По последним данным, в сферу активной наркодеятельности только в Москве вовлечено порядка 20 тысяч человек.[4]

1.8. При этом данные МВД РФ свидетельствуют о том, что число преступлений, связанных с наркотическими и сильнодействующими веществами, за последние пять лет возросло с 16.255 до 96.645. то есть почти в шесть раз.

Из 10 имущественных преступлений практически каждые шесть совершаются наркоманами. Подавляющее число из этих преступлений совершено лицами в возрасте до 35 лет.

1.9. Наркотики, как известно, требуют больших денег. Наркоману со стажем, использующему героин, требуется сегодня ежедневно до 500 рублей на приобретение наркотика. Естественно, что легальным путем добыть эти деньги в подавляющем большинстве случаев не представляется возможным. Соответственно, наркомания в своем зародыше несет преступление.

1.10. Данные статистики неумолимо свидетельствуют о теснейшей связи роста наркомании в стране с ростом числа заболеваний спидом[5], вирусным гепатитом и другими серьезнейшими заболеваниями (только 1996 год дал рост вич-инфекции в 8 (!) раз). В результате этого значительно увеличиваются расходы государства на их лечение.

1.11. За последние десять лет числа смертей от употребления наркотиков увеличилось в 12 раз, а среди детей — в 42 раза (!).

Нельзя не обратить внимание на то, что, по данным МВД РФ, в стране число беспризорных детей приближается к миллиону. Среди этой категории наркомания становится повседневным явлением — практически каждый второй или уже попробовал, или уже употребляет наркотики на более-менее регулярной основе.

1.12. Новым опасным явлением стало появление "семейной наркомании", то есть случаев, когда один член семьи вовлекает в наркоманию других. Это особенно заметно на уровне молодых семей, прежде всего в Москве и других крупных городах. По предварительным данным, таких пар насчитывается уже несколько десятков тысяч. Зафиксированы случаи, когда малолетних детей в наркоманию вовлекали собственные родители.

1.13. Крайне тревожные данные, связанные с наркоманией, поступают из Вооруженных Сил страны. Во многих регионах, в частности, Москве, Подмосковье, Калининграде, в последние два-три года практически каждый 12-й призывник пробовал наркотики. А каждый тридцатый принимал их более-менее регулярно.[6]

Если в 1980-х годах употребление наркотиков в армии было достаточно большой редкостью (за исключением военнослужащих, участвовавших в боевых операциях в Афганистане), то сегодня это стало одной из серьезных проблем — случаи употребления наркотиков и распространения их в армейских коллективах есть во всех без исключения военных округах и насчитываются сотнями. Есть зафиксированные случаи наркомании и в федеральных органах безопасности. По предварительным данным, только за 1996 год в армии были осуждены более ста человек, связанные с распространением наркотиков.

1.14. Если в советское время случаи регулярной доставки наркотиков в места заключения преступников были достаточно редкими, то в настоящее время практически во всех исправительных заведениях страны приходится сталкиваться с возрастающим и, главное, хорошо организованным потоком поставки наркотиков. В том числе это касается и мест, где находятся несовершеннолетние преступники.

По некоторым предварительным данным, в последние годы ежегодно в места заключения передавалось от 100 до 200 килограммов различных наркотиков.

В местах заключения сегодня находится около одного миллиона человек, — таким образом, формируется гигантская база для расширения потребления наркотиков на перспективу.

1.15. Статистические данные и информация врачей наркологических диспансеров показывают, что в России излечиваются (то есть, выдерживают без наркотиков более одного года) всего лишь пять-шесть процентов наркоманов. И то эти данные связаны, прежде всего, с крупными городами. В малых городах или в сельской местности шансов на излечение практически нет, ввиду отсутствия и специалистов, и центров по реабилитации.

1.16. Число больных с установленным впервые в жизни диагнозом "наркомания" в 1996 году по сравнению с 1995 г. увеличилось на 34 процента, токсикоманией — на 42 процента, злоупотребляющих наркотическими средствами — на 25 процентов.

К началу 1994 года в медицинских учреждениях России было зарегистрировано с диагнозом "наркомания" 38,7 тысяч человек, к концу 1994 года — 49.9 тысяч, к концу 1995 года — 65 тысяч, а на начало 1997 года — 88 тысяч. То есть за 4 года количество больных в России выросло более чем в 2 раза. Но эта цифра не показывает реальной динамики.

Число подростков, состоящих под диспансерным наблюдением на конец 1996 года, почти в 11 раз превышает уровень 1992 года. Если учесть, что истинное число наркоманов, как принято считать специалистами, в 10 раз превышает число зарегистрированных больных, то общее их количество в России в настоящее время приближается к миллиону человек.

1.18. Опасность наркотического вала тем более велика, потому что за последние десять лет в результате отсутствия должного финансирования количество наркологических диспансеров в целом по России сократилось на треть, число наркологических коек на 60 (!) процентов, а количество врачей-наркологов — на 25 процентов.

Все вышеприведенное — лишь сильно устаревшие данные о вершине айсберга. БОЛЬШИНСТВО молодых людей, употребляющих наркотики, НИГДЕ НА УЧЕТЕ НЕ СОСТОИТ и ни в каких статистических опросах не участвует.

Зарубежные и русские классики

о наркотиках

“Кокаин — это бес в склянке... Это смесь дьявола с моей кровью...”[7]

М. Булгаков

О наркомании известно давно. Гомер в своей “Одиссее” повествует о том, как легендарный герой Одиссей вынужден был выручать из беды своих товарищей, одурманившихся цветами в стране лотофагов. Употребление наркотических средств входило в ритуалы некоторых древних культов.

Известный французский поэт Шарль Бодлер написал прозаическое произведение "Искание рая", где он называет наркотики "одним из самых ужасных и наиболее верных средств, которыми располагает дух тьмы, чтобы вербовать и порабощать достойный сожаления род человеческий". Это свидетельство очевидца. Все ужасные последствия пристрастия к наркотикам он испытал на себе. Именно Шарль Бодлер в своей книге дает образец гашишного сумасшествия. Описанная им способность наркотиков "вербовать и порабощать" в сжатой и точной форме отражает суть наркомании.

Деградацию и гибель молодого врача показал на своих страницах и русский писатель Михаил Булгаков.[8] Дневник доктора Полякова начинается гимном морфию, который поет молодой, неискушенный доктор после первого принятия наркотика:

“Не могу не воздать хвалу тому, кто первый извлек из маковых головок морфий. Истинный благодетель человечества... Боли прекратились через семь минут после укола.

Первая минута: ощущение прикосновения к шее. Во вторую минуту внезапно проходит холодная волна под ложечкой, а вслед за этим начинается необыкновенное прояснение мыслей и взрыв работоспособности. Абсолютно все неприятные ощущения прекращаются. Это высшая точка проявления духовной силы человека. И если б я не был испорчен медицинским образованием, я бы сказал, что нормально человек может работать только после укола морфием. В самом деле: куда годится человек, если малейшая невралгийка может выбить его совершенно из седла!”

А вот конец дневника:

“Итак: горка. Ледяная и бесконечная, как та, с которой в детстве сказочного Кая уносили сани. Последний мой полет по этой горке, и я знаю, что ждет меня внизу... Люди! Кто-нибудь поможет мне? И если кто прочел бы это, подумал — фальшь. Но никто не прочтет.

Перед тем как написать Бомгарду,[9] все вспомнил. В особенности всплыл вокзал в Москве в ноябре, когда я убегал из Москвы. Какой ужасный вечер. Краденый морфий я впрыскивал в уборной. Это мучение. В двери ломились, голоса гремят, как железные, ругают за то, что я долго занимаю место, и руки прыгают, и прыгает крючок, того и гляди, распахнется дверь.

С тех пор и фурункулы у меня.

Плакал ночью, вспомнив это...

Бомгард не нужен мне и не нужен никто. Позорно было бы хоть минуту длить свою жизнь. Такую — нет, нельзя. Лекарство у меня под рукой. Как я раньше не догадался?

Ну-с, приступаем. Я никому ничего не должен. Погубил я только себя. Что же я могу сделать?

Тетрадь Бомгарду. Все.”

Между первыми и последними, написанными доктором строками — год жизни. Всего за год образованнейший, воспи­танный человек становится безвольным, грубым, он не может остановиться, он лжет себе и дорогому человеку, который находится рядом, он становится вором, а затем и самоубийцей. Финал оды морфию — браунинг.

Между первыми и последними строками — история болезни. При этом будем помнить, что строки эти писал доктор, до мельчайших подробностей изучавший в университете действие морфия и знавший о последствиях его употребления. Он знал все. Но в теории. На практике оказалось все намного страшнее. Нам показались эти дневниковые записи довольно ценными, потому что это не сколько беллетристика, столько профессиональные исследования проблемы наркомании изнутри.

Мы постараемся не “загружать” читателя слишком длинными цитатами. Если он захочет, сам прочтет. Но некоторые приведем все же, чтобы картина гибели была видна.

“...Через час я был в нормальном состоянии. Конечно, я попросил у нее извинения за бессмысленную грубость. Сам не знаю, как это со мной произошло. Раньше я был вежливым человеком.”[10]

“...В сущности говоря, мне понятно ее беспокойство. Действительно. Morphiumhidroclocum — грозная штука, привычка создается очень быстро. Но маленькая привычка не есть морфинизм?”

А вот и первые опыты с кокаином.

“Бес в склянке. Кокаин — бес в склянке. Действие его таково:

При впрыскивании почти мгновенно наступает состояние спокойствия, тотчас переходящее в восторг и блаженство. И это продолжается только одну, две минуты. И потом все исчезает бесследно, как не было. Наступает боль, ужас, тьма. Весна гремит, черные птицы перелетает с обнаженных ветвей на ветви, а вдали лес щетиной, ломаной и черной, тянется к небу, и за ним горит, охватив четверть неба, первый весенний закат.

Я меряю шагами одинокую пустую большую комнату в моей докторской квартире по диагонали от дверей к окну... А затем мне нужно поворачивать и идти в спальню. На марле лежит шприц рядом со склянкой. Я беру его и, небрежно смазав йодом исколотое бедро, всаживаю иголку. Никакой боли нет. О, наоборот: я предвкушаю эйфорию, которая сейчас возникнет. И вот она возникает. Я узнаю об этом потому, что звуки гармошки, на которой играет обрадовавшийся весне сторож Влас на крыльце, рваные, хриплые звуки гармошки, глухо летящие сквозь стекло ко мне, становятся ангельскими голосами, а грубые басы в раздувающихся мехах гудят, как небесный хор. Но вот мгновение, и кокаин в крови по какому-то таинственному закону, не описанному ни в какой из фармакологий, превращается во что-то новое. Я знаю: это смесь дьявола с моей кровью.[11] И никнет Влас на крыльце и я ненавижу его, а закат, беспокойно громыхая, выжигает мне внутренности. И так несколько раз подряд, пока я не пойму, что я отравлен. Сердце начинает стучать так, что я чувствую его в руках, в висках... а потом оно проваливается в бездну, и бывают секунды, когда я мыслю о том, что более доктор Поляков не вернется к жизни...”

Поэкспериментировав с кокаином, доктор делает выводы. Как хочется, чтобы эти строки прочитали не только взрослые, но и молодые юноши и девушки, которые не верят своим родителям, учителям, твердящим о вреде употребления наркотиков. Но... может быть, они поверят авторитету врача, который сам прошел этот ад и погиб:

“Я — несчастный доктор Поляков, заболевший в феврале этого года морфинизмом, предупреждаю всех, кому выпадет на долю такая же участь, как и мне, не пробовать заменять морфий кокаином. Кокаин — сквернейший и коварнейший яд. ...Сегодня я — полутруп.”

“Книга у меня перед глазами, и в ней написано по поводу воздержания от морфия: “...большое беспокойство, тревожное тоскливое состояние, раздражительность, ослабление памяти, иногда галлюцинация и небольшая степень затемнения сознания..."

Галлюцинаций я не испытывал, но по поводу остального я могу сказать: — о, какие тусклые, казенные, ничего не говорящие слова:

— “Тоскливое состояние“!..

Нет, я, заболевший этой ужасной болезнью, предупреждаю врачей, чтобы они были жалостливее к своим пациентам. Не “тоскливое состояние“, а смерть медленная овладевает морфинистом, лишь только вы на час или два лишите его морфия. Воздух не сытный, его глотать нельзя... в теле нет клеточки, которая бы не жаждала... Чего? Этого нельзя ни определить, ни объяснить. Словом, человека нет. Он выключен. Движется, тоскует, страдает труп. Он ничего не хочет, ни о чем не мыслит, кроме морфия. Морфия!

Смерть от жажды — райская, блаженная смерть по сравнению с жаждой морфия. Так заживо погребенный, вероятно, ловит последние ничтожные пузырьки воздуха в гробу и раздирает кожу на груди ногтями. Так еретик на костре стонет и шевелится, когда первые языки пламени лижут его ноги...

Смерть — сухая, медленная смерть...

Вот что кроется под этими профессорскими словами “тоскливое состояние“.

Доктор Поляков безо всякого лицемерия, совершенно откровенно исследует деградацию своей личности:

“...Я в лечебнице украл морфий... Итак, доктор Поляков — вор.

...Да, я дегенерат. Совершенно верно. У меня начался распад моральной личности.”

А дальше — больше. Начались галлюцинации:

“Какая пустыня. Ни звука, ни шороха... И вот вижу, от речки по склону летит ко мне быстро и ножками не перебирает под своей пестрой юбкой колоколом старушонка с желтыми волосами... В первую минуту я ее не понял и даже не испугался. Старушонка как старушонка. Странно, — почему на холоде старушонка простоволосая, в одной кофточке?.. А потом, откуда старушонка, какая? Кончится у нас прием в Левкове, разъедутся последние мужицкие сани, и на десять верст кругом — никого. Туманцы, болотца, леса! А потом вдруг пот холодный потек у меня по спине — понял! Старушонка не бежит, а именно летит, не касаясь земли. Хорошо? Но не это вырвало у меня крик, а то, что в руках у старушонки вилы. Почему я так испугался? Почему? Я упал на одно колено, простирая руки, закрываясь, чтобы не видеть ее, потом повернулся и, ковыляя, побежал к дому, как к месту спасения, ничего не желая, кроме того, чтобы у меня не разрывалось сердце, чтобы я скорее вбежал в теплые комнаты, увидел живую Анну... и морфию...”

Маленькую соломинку спасения доктор отметает напрочь. Он мечется между желанием жить (а значит, лечиться от наркомании) и жить в кайфе.

“Я не поехал.[12] Не могу расстаться с моим кристаллическим растворимым божком.

Во время лечения я погибну. И все чаще мне приходит мысль, что лечиться мне не нужно”.

“Я погиб, надежды нет. Шорохов пугаюсь, люди мне ненавистны во время воздержания. Я их боюсь. Во время эйфории я их всех люблю, но предпочитаю одиночество...”

Доктору так и не хватило ни мужества, ни сил уехать на лечение. Он навсегда остался со своим “кристаллическим божком”. До самой смерти...

Как перекликаются эти дневниковые записи с откровениями наркоманов — наших с вами современников, дорогой читатель. Разница между этими рассказами только одна: век назад таких “поляковых” было, может быть, несколько сотен на всю планету. Сегодня же — сотни миллионов.

Немного о мире,

в котором мы живем

Современность усложняет жизнь и во многом уродует человеческую личность. Тип благополучного человека или ни о чем не задумывающегося простеца все больше исчезает с лица земли. Необходимо воспитателю, родителям и самому пастырю внимательнее подумать в каждом случае, откуда происходит то или иное внутреннее искривление, те неправильности в развитии, те склонности и те привычки, которыми определяется так много в жизни каждого человека.

Архимандрит Киприан (Керн)

“Оградить молодое поколение от...” — звучит со страниц православной и патриотической прессы. Почему же, дорогие православно-патриотические взрослые, наши дети “не ограждаются”? Почему они не верят в нашу запретительную педагогику? Потому, что ОНИ НЕ ВЕРЯТ НАМ. Возможно мы, взрослые, по сути своей, не являемся для них теми людьми, с которыми они хотели бы разделить ценности, убеждения, жизненные смыслы. Нередко мы просто не принимаем их, называя их музыку “дрянью”, их интересы “ерундой”, их друзей... вспомните, как вы называете тех друзей вашего сына или дочери, которые, мягко выражаясь, не вызывают у вас приятных чувств?

И поэтому они доверяют другим людям, тем, которые, как им кажется, понимают и принимают их. В том мире, в котором живут эти люди, есть место кайфу. А самый крутой кайф — это наркотики.

— А что вы можете противопоставить кайфу? — спросит нас современный последователь философии удовольствия. — Ваш скучный взрослый мир, в котором надо каждый день ходить на работу, зарабатывать какую-то мелочь и терпеть за это постоянную достачу...

Поддержанию интереса к наркотику и миру, в котором есть место кайфу, способствует TV, видео, пресса. Популярные артисты и политики с легкостью рассказывают о своем наркотическом опыте в молодежных журналах и тиражируемых миллионами газетах, на телевидении, в интернете. Передачи о наркотиках превращаются в увеселительное шоу...

Захватывающие рассказы о наркотическом кайфе сплошь захлестнули наши средства массовой информации, богатые квартиры, подъезды, рынки: “Это что-то... Ну, короче, не попробуешь — не въедешь...”

На телевидении и в молодежной прессе нередки прямо-таки рекламные рассказы о наркобизнесе, в котором главные герои — крутые парни, с головой утопающие в долларах.

Все это вызывает особый всплеск интереса к наркотикам, вернее сказать, к тому необычному опыту, который стоит за их употреблением.

Во многих телепрограммах, посвященных творчеству выдающихся артистов, нередко звучит рассказ о наркотическом опыте, якобы стимулирующем творчество. Благодаря столь щедрой рекламе в PR, среди молодежи даже стало бытовать мнение, что наркотик в умеренных дозах, подобно некоей музе, помогает творческому процессу. В молодежной среде бытует убеждение, что наркотический опыт подобен легкому развлечению: захотел — покурил, укололся, “кайфанул”; захотел — бросил.[13] Доверчивые мальчишки и девчонки, боясь отстать от своих сверстников, друзей, соседей по лестничной клетке, достают первую дозу, перетягивают руку жгутом, зажмуривают глаза, подставляют вену для первого укола, еще не зная, что их ожидает после этого.

Пережитый опыт оставляет глубокий след в самой сердцевине личности молодого человека. Теперь он знает, как решить все без исключения проблемы, в случае чего. Теперь он знает, что такое “настоящее счастье”, “остров сокровищ”, то, чего ищут все и не знают, где найти.

Наркотик и все, что с ним связано, как магнитом притягивает легкостью наживы, какой-то романтической тайной. Лишь немногие представители PR, захлебываясь в потоке лояльной по отношению к наркотикам политики, пытаются донести до читателей, слушателей всю глубину разворачивающейся на наших глазах национальной трагедии. Подобные программы и статьи — капля в разбушевавшемся море романтизации наркотического опыта в средствах массовой информации, кино.

Трудно не поверить в правдоподобность слов популярных артистов. На самом деле, человек, который пережил ужас от ощущения невозможности выхода из наркотической зависимости, не будет с легкостью бросать слова о своем крутом прошлом и настоящем. На фоне современного шоу-безумия особо выделяется исполнитель по имени Дельфин. Его песни, наполненные горечью пережитого наркотического опыта, горечью потери близких людей, утонувших в трясине наркомании, предостерегают желающих “только попробовать”, подсказывают пути выхода запутавшимся в сетях наркопаутины. Но говорит-то он с ними на их “жутком”, с точки зрения некоторых благочестивых людей, но им понятном рэп-языке. Возможно, поэтому ему верят, а нам с вами — нет.

Строками из его песен я еще не раз буду иллюстрировать различные грани рассматриваемой проблемы. Предвижу возражение благочестивого читателя. Возможно, возражающие — милые люди, на старости лет обретшие покой в размеренном чтении акафистов, кафизм, канонов. Но почему с ними в храме нет их взрослеющих детей?

Если вы действительно перестали их понимать, давайте учиться этому вместе. Давайте прежде всего попытаемся понять их язык, ведь язык во многом определяет внутренний мир человека. Если мы будем говорить с человеком на его языке, объясняться его терминами, значимыми для него символами, ему будет гораздо проще понять и прочувствовать наши слова, а затем обучиться “великому, могучему, правдивому и свободному...” Безусловно, мы не имеем в виду переход на наркотический сленг, мы предлагаем таким образом сделать попытку понять запутанный клубок внутреннего мира больных наркоманией наших с вами детей. Сказанное относится к азбучным истинам как христианского душепопечения («Для Иудеев я был как Иудей, чтобы приобрести Иудеев; для подзаконных был как подзаконный, чтобы приобрести подза­конных»),[14] так и к основам психологических знаний.

Первый раз песни Дельфина я прослушал (заставил себя прослушать) по настоянию одного знакомого наркомана, который сказал, что это помогло ему “слезть с иглы”. Не буду дискутировать о музыке. Мое взросление проходило под другие мелодии и ритмы. Но тексты — искренние, живые, они — кровоточащая рана, которую время не залечит...

К.Г. Юнг в свое время замечательно подметил, что любой невроз — это, в конечном итоге, поиск Бога. То же я могу вполне отнести и к песням Дельфина. Крик души мятущейся, запутавшейся в сетях "кайфа", позабывшей о благодарности и благородстве, но живой, ищущей высокого...

Да и сама наркомания, уход в наркотики не есть ли вызов фальшивому миру взрослых с их лицемерной порядочностью, дурацкими условностями фальшивых отношений, фарисейской религиозностью, миру, в котором других людей меряют собственными представлениями о жизни? Не поиск ли это, в конце концов, подлинного потерянного рая? Вероятнее всего, в жизни молодых людей, “севших на иглу”, не было ни одного любящего взрослого, который бы по-честному, так, чтобы поверили, сказал им, где он — рай.

Песни Дельфина органично вплелись в текст моей книги, его боль созвучна моей боли за ребят-наркоманов, которых мне довелось близко узнать. Если бы какой-нибудь православный цензор предложил мне издать книгу без них — я бы ни за что не согласился. В них — субъективная правда жизни, которая неудобопостигаема авторами книг на темы наркомании, написанными на языке благочестивых фраз, инкрустированных очень правильными цитатами из древних книг, правильными словами, имеющими отношение к чему угодно, но только не к практической помощи живым, реальным людям.

Реклама

и зависимое поведение

Эта глава родилась благодаря идеям, которые мы встретили в книге профессора В.Ю. Завьялова «Необъяв­ленная психотерапия» и на сайте Дмитрия Шишканова http://kontrreklama.go.ru/, который посвящен анализу пагубного воздействия рекламы на психику человека.

Выше уже было упомянуто о том, какой привлекательный имидж создает наркотикам и наркобизнесу современное телевидение.

Все это, безусловно, вызывают особый интерес к тому необычному опыту, который стоит за употреблением наркотиков. Но хотелось бы сказать о другой — завуалированной — форме пропаганды наркотиков, не такой откровенной, но не менее опасной, а, может, и более, чем первая. Ей мы и решили посвятить эту главу.

Вред телерекламы состоит в постоянном воздействии на психику и образ мыслей, формирующем наркотическое мышление. Нет, речь идет не о так называемом "зомбировании" или "эффекте 25-го кадра". На самом деле все гораздо проще и потому опаснее.

Д. Шишканов считает, что воздействие телерекламы осуществляется сразу в нескольких направлениях:

«Во-первых, ТВ-реклама неизбежна. В том смысле, что телевизор при ее появлении никто обычно не выключает, а блуждание по каналам в половине случаев приводит к попаданию на новый рекламный блок.

Во-вторых, она многократна. Известный принцип "повторение — мать учения" всегда действует безотказно, и те, кто размещают свою рекламу на ТВ, знают об этом лучше многих. После двадцать пятого просмотра даже самого тупого ролика мозг безошибочно запоминает его во всех подробностях — от треска разорванной рубахи до интонации, с которой была произнесена фраза "...вот она, реальная экономия!" Проверьте сами, и вы легко убедитесь, что целый отдел памяти используется только для того, чтобы старательно хранить всю эту ненужную видеошелуху. Телереклама действует не мытьем, так катаньем: забыть можно даже самый гениальный фильм, виденный один раз, но сто раз повторенный ролик о нарушенном кислотно-щелочном балансе — никогда.

В-третьих, она проста. То есть совсем проста, зачастую до отвращения. Это понятно — делается она, как правило, в расчете на самую широкую аудиторию: от пионеров (бывших) до пенсионеров. Поэтому и сюжет должен быть прост, как треугольный пионерский галстук. Конечно, бывает и "креатив", которым пугают заказчиков в крутых рекламных агентствах, но — только "в рамках общедоступного". Взглянув на нынешних "пионеров", можно сделать выводы о размерах этих рамок.

Наконец, ТВ-реклама навязывает свой образ мышления. В этом и заключается главная опасность, а все остальные факторы делают ее реальной. Сегодняшняя реклама на телевидении по определению некорректна. Вы спросите: бывает ли реклама корректной? Бывает — это строчное объявление или прямоугольник с текстом, в котором сообщается, что и где можно купить. Такая реклама – просто предложение, которое человек волен принять или отвергнуть по своему желанию. Цель же большинства рекламных роликов совсем другая: продать (синонимы: впарить, втюхать, всучить и т.д.) рекламируемый товар максимальному числу покупателей. Интересы последних в расчет уже не идут.

На практике для этого существует несколько приемов, самый безобидный из которых — преувеличение достоинств объекта рекламы посредством яркого видеоряда и классического "WAW!" на заднем плане. Другие способы гораздо хуже. Это и выдуманные проблемы, о которых до просмотра рекламы никто не догадывался, и откладывающиеся в подсознании фразы (слоганы), в нужный момент всплывающие в памяти и дающие импульс к покупке, и создание устойчивых ассоциаций какого-то товара с высоким положением его обладателя в обществе или его успешной карьерой.

Все вместе это означает ПРЕДСКАЗУЕМОСТЬ. Телереклама постепенно делает из нас тех, кто ей нужен. Одинаковая информация, попадающая в голову каждого, заставляет всех думать, чувствовать и поступать по единой схеме. Она пытается воздействовать на образ мышления человека, определять его привычки и убеждения. Прочтенная книга или увиденный фильм тоже могут это сделать, но за ними всегда стоит автор — живой человек со своим видением мира, которым он хочет поделиться.

Рекламе делиться нечем. И стоит за ней не личность, а какая-нибудь фирма, единственное желание которой — увеличить объемы продаж. И вы ее интересуете только с этой точки зрения».[15]

Людям, которые ежедневно, жадно припав к телевизору, утопают в море рекламы, навязчивой и порой бесстыжей, вряд ли надо будет что-то комментировать по поводу вышесказанного. Далее мы хотим ознакомить его с удивительно красноречивой и тщательно собранной профессором, врачом-психотерапевтом В.Ю. Завьяловым информацией. Надеемся, что читатель, которого мы опять оставляем наедине с фактами, без лишних комментариев, откроет для себя много нового и полезного.

 «Влияние рекламы в формировании аддиктивного[16] поведения более чем очевидно. В самом деле, по определению, реклама — это средство воздействия на человека с целью вызывать у него желание купить рекламируемый товар. При этом используются самые разнообразные средства манипуляции сознанием для того, чтобы человек «захотел» что-либо иметь. Реклама, как и другие элементы современной рыночной экономики, стремится сформировать самое и ценное для осуществления принципов свободного рынка — потребительское поведение человека. Сбыт продукции — самый главный момент этой экономики, поэтому ей нужен потенциально неистощимый потребитель. В идеале, таким потребителем является наркоман:

— «намертво» привязывается к выбранному продукту (товару);

— испытывает эйфорию от приема (радость потребления);

— идеализирует этот продукт (формирует «имидж» товара);

— ждет от него немедленных эффектов (выгода от потребления);

— потребляет в нарастающем темпе (рост потребления);

— рационализирует потребление (доказывает себе, почему он это потребляет, несмотря на очевидные негативные стороны);

— ссылается на авторитет других».

Далее профессор В.Ю. Завьялов рисует такой удивительно точный, классический портрет рекламного героя:

«Если мы попытаемся составить обобщенный портрет рекламного героя, взяв рекламные обращения, например, телевизионные клипы, в их совокупности, то увидим Аддиктивную личность:

1. Герой выбирает только один товар (или определенную группу товаров), все остальное его не интересует — привязанность к одному.

2. Герой радуется, просто счастлив от факта обладания выбранным товаром («комплекс оживления» при встрече с товаром, эйфория от употребления).

3. Героя не интересуют истинные свойства и потребительские качества товара — он воодушевлен некой идеей, «имиджем» товара, поэтому он говорит только о «замечательных» свойствах и «волшебных» эффектах товара. («Окси» — твое новое лицо!»)

4. Герой немедленно реагирует на «прием» товара — мгновенно проходит насморк, простуда, аллергия, головная боль, изжога, плохое настроение и прочее (купирование абстиненции).

5. Количество «действующего вещества» в рекламируемом товаре постоянно увеличивается, и у героя, таким образом, увеличивается толерантность — в батончиках «Марс» все больше орехов, в жевательной резинке «Стиморол» все больше устойчивого вкуса, в телевизорах «Самсунг» все больше экранного пространства и пр.

6. Герой испытывает тревогу от того, что у него не будет под рукой любимого товара в нужное время — во рту может произойти непоправимое, если под рукой не окажется подушечки «Орбита», не доедет до дома, если с собой не прихватит витаминный комплекс «Дейли Пак», не преодолеет пустыню и «засохнет», если у него не будет замечательных напитков и пр.

7. Герой доказывает себе и другим («Вот почему...») полезность для жизни выбранного товара.

8. Герой ссылается на авторитетное мнение других — сверстников, службы надзора и проверки продуктов, положительную реакцию аудитории и пр.

Это далеко не полный перечень характеристик аддиктивности рекламного героя, но и по ним уже можно судить о том, какую модель поведения навязывает реклама. Нами разработан метод шкальной оценки рекламного сообщения по восьми критериям, кратко описанным выше, который назван «Индексом аддиктивности». Этот метод позволяет сравнивать рекламируемый продукт с наркотиком — за 100% принимается сумма оценок по восьми шкалам такого наркотика, как героин.

Лекарства:

Мазь «Оху» («Твое новое лицо»)                 — 88%

Кларитин («Космонавт»

с аллергическим насморком)                      — 76%

Колдрекс («Промокший, как собака»

в аптеке)                                                   — 76%

Танакан («Помолодевший» саксофонист) — 65%

Моющие средства:

Мыло «Camay»

(«Неотразимое искусство обольщения»)    — 73%

Шампунь «Pantene Pro-V»

(Инженер-строитель с перхотью)                        — 73%

Другие:

Фруктовый чай Lipton

(«опьяневшая» от чая компания

измазывает друг друга красками —

«Все краски вкуса»)                                   — 73%

Магнитофон Philips

(танцующая на улице толпа)                    — 65%

Шведский холодильник Electrolux

(сексуальное соблазнение)                          — 59%

Дезодорант «Fa»

(полеты надушенной дамы)                       — 59%

Батончик «Mars» (два шофера и собака)   — 56%

Шоколад «Россия» (церковные купола)      — 44%

Кофе «Элит-классик» (спорящая парочка)            — 38%

Кто бы мог подумать, что реклама привычного для всех чая Lipton от начала до конца иллюстрирует так знакомую наркоманам картину? Сначала невыносимые муки и жажда чая, в конце концов, они вызывают эффект, удивительно напоминающий... абстиненцию, наркотические ломки, которые тут же снимаются. Чем? Приемом вожделенного, волшебного и ароматного чайного напитка (читай: наркотика)... И далее — несказанная радость и облегчение, а в сущности — ничто иное, как так до боли знакомый нам по описанию... «товарищ кайф». Вот какие скрытые посылы содержит, безобидная, на первый взгляд, казалось бы, веселая и бесшабашная реклама.

Вот что рассказывает об этом доктор В.Ю. Завьялов.

«Если не учитывать оценку по критерию «Рациона­лизация», то наиболее аддиктивным клипом из всех изученных нами нужно признать ролик, рекламирующий чудодейственные свойства фруктового чая Lipton. Рекламные герои ведут себя  точь-в-точь, как зависимые от субстанции субъекты — испытывают абстиненцию, которая мгновенно снимается приемом чая, пьянеют от «всех красок вкуса» и ведут себя как обкурившиеся гашишисты: хохочут, измазывают себя «всеми красками», расторможенно двигаются (танцуют). Крепкий чай, как известно, — препарат выбора для находящихся в вынужденной абстиненции наркоманов и алкоголиков («чифирь», «цих­рар». В массовом сознании чай никак не относится к классу наркотиков, наоборот, он считается полезным для здоровья продуктом. Реклама, таким образом, соединяет воедино наркоманическое поведение и полезный для здоровья продукт. Налицо скрытый обход закона, запрещающего рекламировать наркотики, алкоголь и табак; относящиеся к классу наркотиков вещества не показываются, а вот наркотическое поведение демонстрируется в полную силу».

— Ну, ладно, чай, может быть и вправду скрытая реклама, — могут согласиться с нами. — Ну уж реклама магнитофонов, холодильников, шампуней, порошков и прочего, и прочего... Какая тут связь с наркотиками?

Вот как отвечает на этот вопрос В.Ю. Завьялов:

 «Никому в голову не придет называть наркотиками шампуни, кремы от прыщей, мыло, дезодоранты, холодильники, радиотехнику, однако рекламные ролики этих товаров также являются образцами выраженного аддиктивного поведения. Реклама магнитофона Philips, например, показывает нам массовое и внезапное «музыкальное опьянение», напоминающее мотив из русских сказок — насильственное танцевание от звуков вол­шебных гуслей. Смысл рекламной идеи этого клипа становится еще более понятен, если мы вспомним, что на современных дискотеках танцующим предлагаются наркотики-стиму­ля­торы («экстази» и др.), которые подавляют чувство усталости и «заставляют» ноги плясать без устали много часов подряд. Соблазняющая реклама мыла  «Camay» рисует грезы намыленной дамы, которые весьма похожи на онейроидные фантазии морфинистки («И Париж качает вас на качелях любви...») — это художественное изображение так называемой «продуктивной эйфории.

Наиболее близко к пропаганде наркотизма подходят, конечно, рекламные клипы лекарственных препаратов. Чемпионом в этом списке является средство от прыщей «Оху» (след реактивного самолета на небе образует слово «Оху»). Рекламный ролик атакует точно выбранного адресата — подростков, привлекая наиболее сильные средства: обращение к фантазиям о собственной неотразимости и сексуальной привлекательности, предоставление эмпирических доказательств эффектов, мифологизации эффекта («новое лицо»), процедура «инициации» нового потребителя, использование в качестве предписанта сверстника адресата. Ситуация, изображенная в клипе, очень похожа на «первое угощение» наркотическим средством». [17]

— Надо ли удивляться тому, что за последние пять-шесть лет количество наркоманов увеличилось в несколько раз?— спрашивает профессор В.Ю. Завьялов. — На Дальнем Востоке, например, в 50 раз! Конечно, дело не только в рекламе, но и в ней тоже. Нарастает количество других форм аддиктивного поведения: злоупотребление пищей и пищевыми добавками, азартные игры, включая многочис­ленные лотереи, сексуальные аддикции, работоголизм (у детей — это неуемное стремление только зарабатывать, нежелание заниматься учебой, которая «ничего не дает» в смысле увеличения заработка)».

По мнению профессора Завьялова,

«Такие сопоставления наводят на мысль о том, что реклама не «простая игрушка», она требует к себе уважительного отношения со стороны специалистов, занимающихся проблемами психического здоровья населения. «Уважительное» означает внимательное и непредвзятое изучение самой рекламной продукции — что в ней, что она выражает или отражает?»

Эту главу нам хотелось бы завершить несколькими советами ведущего специалиста по деструктивному воздействию рекламы на человека Дмитрия Шишканова. Как сохранить цельность души и психики в мире, в котором под видом жизненно необходимых вещей, продуктов и жевательных резинок рекламируется наркотический кайф?

«Итак, если вы действительно хотите, чтобы очередной рекламный ролик не забивал вам голову идиотскими слоганами, несуществующими проблемами, безвкусными картинками и навязанными представлениями о жизни, следуйте нескольким простым советам:

Совет первый: БУДЬТЕ ПРЕДВЗЯТЫМИ.

Всегда помните о том, что единственная цель любой рекламы – заставить вас купить что-либо. Соответственно воспринимайте все “креативные” потуги, даже если они нарочито некоммерческие, поскольку в таком виде они могут быть особенно опасными. Если следовать даже только этому совету, то уже половина телерекламы не вызовет у вас ничего, кроме недоумения.

Совет второй: НЕ ВЕРЬТЕ РЕКЛАМЕ НА СЛОВО.

Каждый раз, когда услышите или увидите что-нибудь вроде "лучшие цены", "самый вкусный", "лучше не бывает", "лучший выбор ваш" и так далее, спрашивайте: почему? Разве какая-нибудь жвачка станет лучшей из возможных только от того, что у ее производителя есть деньги на постоянную прокрутку рекламы на ТВ (тем более, что, в конечном итоге, ее оплачивают именно покупатели)? Вообще все прилагательные в превосходной форме наводят на мысль, что конкретно хорошего о рекламируемом товаре сказать нечего.

Совет третий: ОСОБО ПРИДИРАЙТЕСЬ к рекламе, использующей "глас народа". Такой, кстати, довольно много, особенно у Procter & Gamble и Wrigley’s. Сюжет, как правило, одинаковый – где-нибудь на улице якобы отлавливаются "молодые люди, жующие..." или какая-нибудь придурковатая мамаша, несущая неизвестно куда и неизвестно зачем две грязные футболки сынишки. Молодые люди на псевдомолодежном жаргоне расхваливают вкус и удобство фасовки жвачки, а мамаша тем временем караулит стиральные машины, расположенные в кузове фургона (работают они, похоже, от аккумулятора), чтобы впоследствии сравнить качество стирки. Варианты могут быть разными, но подтекст всегда один и тот же: "Мы такие же, как вы, честное слово!" Помните, что все эти "прохожие" на самом деле или актеры или специально приглашены для съемки, а внешность обычно подбирают попроще, чтобы никто из зрителей не решил, что он для таких товаров "рылом не вышел".

Совет четвертый: НЕ ОБРАЩАЙТЕ ВНИМАНИЕ на интонацию, с которой говорят актеры или голос за кадром, а также на их мимику. Актеры и дикторы – люди профессиональные, и им изобразить восторг при известии о новых прокладках или йогурте проще, чем вам в нем усомниться. Полезно помнить, что счастливый обладатель нового порошка смотрит с экрана не на вас, а в объектив камеры, за которым виднеется мрачный оператор и режиссер, размахивающий утвержденным заказчиком сценарием и раскадровкой.

Совет пятый: ПОМНИТЕ О ТОМ, ЧТО ВЫ СМОТ­РИТЕ.

Старайтесь максимально абстрагироваться от видеоряда, не теряйте осознания того, что вы сидите перед прямоугольным ящиком и смотрите на мелькающие на его лицевой поверхности картинки. В принципе, это должно относиться к просмотру ТВ вообще, но действительно хорошие фильмы (реже — передачи) иногда заслуживают того, чтобы в них "погрузиться". Телевизионная реклама — это далеко не шедевры мирового кино и явно на такое отношение не тянет.

Совет последний (и самый важный): ДУМАЙТЕ.

Большинство рекламных роликов не выдерживает проверку простейшей логикой. Сразу становится понятно, что в реальной жизни люди так не поступают и не говорят такими кривыми и неестественными фразами. К примеру, в рекламе одного отбеливающего средства с "классическим" сюжетом о двух домохозяйках (одна – дура, другая – умная) первая в ответ на реплику вроде "...он и для цветных тканей подходит!" неожиданно отвечает проникновенным тоном: "для бережной и повседневной стирки!" Проглотить такое можно только при полном стопоре мозговой деятельности. Со слоганами еще проще. Достаточно один раз повторить любой из них, вдумываясь в его буквальный смысл, как выясняется, что вдумываться не во что. Потому что совместить в одной фразе (причем желательно в рифму) название продукта, описание его положительных качеств и призыв к его приобретению можно только такой ценой. Думайте, и никакие "не тормози – сникерсни!" и "только Тампакс" не застрянут у вас в голове тупой речевкой.

Вот вроде и все. Думайте, сомневайтесь, придирайтесь и будьте предвзятыми. Ничего лучшего этот привесок к бесплатному телевидению не заслуживает. И еще. Самый последний совет: поменьше смотрите телевизор».[18]

Наркомания —

родное дитя гедонизма

 Взрослые очень любят цифры. Когда рассказываешь им, что у тебя появился новый друг, они никогда не спросят о самом главном. Никогда они не скажут: “А какой у него голос? В какие игры он любит играть? Ловит ли он бабочек?” Они спрашивают: “Сколько ему лет? Сколько у него братьев? Сколько он весит? Сколько зарабатывает его отец?”

И после этого воображают, что они узнали человека. Когда говоришь взрослым: “Я видел красивый дом из розового кирпича, в окнах у него герань, а на крыше голуби”, — они никак не могут представить себе этот дом. Им надо сказать: “Я видел дом, он стоит сто тысяч франков”, — и тогда они восклицают: “Какая красота!”

Антуан де Сент-Экзюпери

“Маленький Принц”

Наркомания — явление, которое уродливым наростом возникло на теле современной безбожной цивилизации, цивилизации, которая отреклась от Христа и поставила высшей целью наслаждение, стремление к достижению психологического и телесного комфорта как высших ценностей человеческого существования.

Наркомания — родное дитя гедонизма, философии современной цивилизации, основывающейся на принципе “Надо брать от жизни все”, брать без разбора средств, без смысла, без поиска высших ценностей.

Психологи отмечают, что процент наркозависимых среди подростков значительно больше в более обеспеченных слоях общества, чем в менее обеспеченных. Подобная статистика говорит о том, что накопительство, стяжательство, престижность — родительские ценности, из которых логически вытекает наркомания их детей. О чем говорят в современных семьях? “Выбиться в люди”, “иметь диплом”, “приличную работу”, “поехать за границу”, “четырехкомнатная в центре, со всеми удобствами” — в конечном итоге это ценности, ведущие к “кайфу”. Дети же просто и прямо, посредством наркотика, берут от жизни тот жизненный кайф, которого родители в силу консервативности своего мышления пытаются достичь полумерами, какими-то окольными и длинными путями. Вот что пишет по этому поводу священник Михаил (Махов), профессор РМАТ, генеральный директор Дирекции восстановительных программ РОО “Гематологи мира — детям”:

“Начинать надо с семьи. Если в ней тоже царствует “доза”, пусть она в виде денег или должности, которые достигаются безсовестными методами, то нечего ждать совести от ребенка. Среди восстанавливающих процессов выздоравливающих наркоманов на это нужно обратить особое внимание, поскольку совесть, как контролер самосознания человека, поможет ему в трудные минуты выбора, подскажет выход из тяжелого положения, если... если будет восстановлена в рамках настоящих общечеловеческих ценностей. Ценностей, опирающихся на духовную природу человека”.[19]

По мнению современного журналиста Александра Мелихова, которого трудно заподозрить в симпатиях к Церкви и исповедуемых ею ценностям, накатившая на мир наркотическая чума является закономерным итогом гедонистических, ориентированных лишь на получение удовольствия, тенденций современной культуры. Во все времена человек служил чему-то во внешнем мире — семье, своему народу, государству, Богу... Сегодня же он служит самоуслаждению, ибо именно самоуслаждение уже давно признано верховной целью социального бытия. С той минуты всякая деятельность, направленная не на получение удовольствия, превратилась в мучение. Для эгоистически ориентированной личности никакие цели во внешнем мире не стоят ее трудов и забот, ибо в них более ценное (она сама) вынуждено служить менее ценному. Таким образом, ценности деяния оказались вытесненными ценностями переживания. Прежде путь к радости лежал через какие-то свершения во внешнем мире — для эгоиста никакие перемены во внешнем мире ничего не значат для его мира внутреннего. Поэтому путь к радости для него остается один — инъекция, доставляющая вожделенные переживания без этих несносных усилий. Победа над наркоманией, по его мнению, невозможна без возрождения ценностей деяния и служения. Тогда исчезнет и некий мрачный ореол, окружающий мир наркотиков.

Один из принципов философии гедонизма: “В жизни все надо попробовать”. Вот как прокомментировал эти слова один наркоман с большим стажем:

— Самые подлые слова, которые только я слышал. После пробы наркотиков вряд ли вы захотите (и сможете) попробовать что-то другое. Те, кто торгует наркотой, обычно и свистят: "В жизни все (т.е. наркотики) надо попробовать!.. Испытать!.." А ведь некоторые из тех, кто купился на это, уже ничего в жизни не увидят, кроме наркоты...

Практика многих миллионов людей на протяжении долгих лет позволяет сделать однозначный вывод: только ценой деградации личности, густо замешанной на ее страдании и страданиях близких, расплачивается человек за свое самоценное стремление к удовольствиям как таковым. Стремление к удовольствиям, гедонизм, декларируемый современной безбожной цивилизацией, — это ловушка, превращающая жизнь в безумную и трагическую погоню за удовольствием, подхлестываемую ужасом страданий. И если наркоману удастся остановиться в этой погоне и оглянуться на пройденный путь, выясняется, что за время, пока он “торчал”, он не приобрел ничего, кроме духовного опустошения, психического надлома и телесного обветшания.

Потребность в употреблении наркотика настолько сильна и всеохватна, что подчиняет себе эмоциональную, волевую и нравственную сферы души человека, наполняя соответствующим содержанием мысли, представления, убеждения, чувства, отношения. Все потребностные стороны личностного проявления сводятся к одному: добыть и принять наркотическое вещество. По сути дела, все прежние ценности человека в окружающем мире или утрачиваются или трансформируются под влиянием этой потребности. Вероятность удовлетворения потребности в наркотике и мера стоимости этого удовлетворения становятся для человека главным критерием, определяющим его поведение.

“Наркотическое общество формирует свои правила, где совесть не нужна. Украсть, отнять, убить за наркотик не является в среде наркопотребителей преступлениями. Там царствует понятие “доза”. Достать дозу для себя и компании возводится в ранг подвига, а как совершен этот “подвиг”, мало кого волнует. Именно это искажение формирует условия жизни, приводящие к потере совести”,

— пишет священник Михаил (Махов).

Особенно хорошо прослеживается перестройка системы нравственных ориентиров. “Друг — это тот, кто последнее продаст и угостит”. Даже если последнее — это личные вещи членов семьи. “Честный — тот, кто раздает по справедливости” и т.д.[20] Только наркоман со сформировавшимися нравственными ценностями может сохранять критичное отношение к своему положению, а таких среди современных наркоманов немного. Но в таком случае возникает душевный конфликт, порождающий или стремление к лечению, или мысли об уходе из жизни, что и происходит, если новая потребность полностью подчиняет себе психику.

Какова цена навара

с детских слез?

Подобно тому, как во время ядерной катастрофы процессы становятся неуправляемыми, вся человеческая жизнь катится под откос, уничтожается все, что ценно для человека, так и сегодня во время наркотической эпидемии границы добра и зла становятся слишком прозрачными. И уже не поймешь, где заканчивается добро и начинается зло, и наоборот.

В этой главе мы поведаем вам тайны довольно тонкого вопроса: зачем лечат наркоманов и что с этого имеют те, кто оказывает “услуги по реабилитации и детоксикации”. Мы воспользовались материалами и статистикой, взятыми из Интернета, верить которым нет никаких оснований... и все же давайте вместе порассуждаем.

Наркобароны

Торговать наркотиками выгоднее, чем любым другим товаром. Но ведь и “антинаркотиками” торговать сегодня не менее выгодно. Ведь самая прибыльная отрасль современной медицины — лечение наркоманов. Согласно обнаро­дованным недавно данным Международной ассоциации по борьбе с наркоманией и наркобизнесом, общий оборот наркотических веществ в России уже достиг 7 млрд. долларов в год. А ежегодный оборот рынка антинаркотических услуг приближается к 100 млн. долларов. Но настоящий бум еще впереди.

Наркотик умеет ждать

Грандиозные перспективы этого рынка объяснить несложно. Согласно подсчетам руководителя отдела внебольничной помощи и реабилитации НИИ наркологии Тараса Дудко, ежегодно лечение в России проходят не менее 500 тыс. наркоманов, из них примерно 150 тыс. лечатся на коммерческой основе. Российскому наркоману лечение обходится как минимум в 500 долларов (хотя в Москве это стоит порядка 2-4 тысяч долларов). Получаем ежегодный оборот не менее 75 млн. долларов. И все это — по минимальным подсчетам.

Окончательно вылечить опиатного наркомана практически невозможно. Можно лишь добиться длительной ремиссии (после лучших мировых клиник год живут без наркотиков не больше 40% пациентов). Наркотик, как гласит поговорка, умеет ждать.

Как это ни печально, с каждым годом цифра наркозависимых жителей России будет лишь расти, причем темпы роста будут намного превышать темпы роста в любой из развитых стран. В США только на антинаркотическую пропаганду в СМИ в 1999 году правительство выделило 1 млрд. долларов, а общие расходы на борьбу с наркоманией превышают 20 млрд. долларов в год. В России тоже существует антинаркотическая госпрограмма. Но она не финансируется. И это также обеспечит взрывообразный рост рынка “антинар­котических услуг” в ближайшем будущем.

Уже сегодня в одной Москве существует около 70 клиник и реабилитационных центров. Однако почему-то самые дорогостоящие и престижные из них, рекламы которых развешаны по всему городу и в вагонах метрополитена, искусственно занижают официальные цифры денежного оборота, получаемого с предоставляемых ими услуг.

Единственное, что волнует подобные клиники, нередко являющиеся филиалами одной компании, выступающей под другими именами, так это “низкая платежеспособность населения, которая оставляет желать лучшего”. Однако крупный руководитель одного реабилитационного центра считает: “В том, что каждый десятый наркоман или его семья уже сегодня способны заплатить за лечение, я уверен. Как раз и получается примерно 300 тыс. платных пациентов в год, а это не менее 90 млн. долларов”. Однако по подсчетам Николая Григорьева, ведущего специалиста бюро медико-юридического аудита при Совете предпринимателей мэрии Москвы, уже сегодня ежегодный оборот этого рынка составляет более 200 млн. долларов.

Врачебные тайны

Объективные данные о рынке антинаркотических услуг отсутствуют просто потому, что огромная его часть (по некоторым оценкам, до 40%) существует подпольно. Согласно закону "О наркотических средствах и психотропных веществах", медикаментозным лечением наркоманов имеют право заниматься исключительно госучреждения. Частные центры могут лишь оказывать реабилитационные услуги — психотерапию и общее укрепление организма. Некоторые центры выходят из этого положения с помощью законных оснований. Так, одна компания, активно рекламирующая услуги по быстрой детоксикации, сама не лечит, направляя пациентов в ЦКБ, в специальное отделение, которое она уже два года использует в своих целях, оснастив оборудованием, обучив персонал и поставляя необходимые медикаменты. Однако многие действуют незаконно — газеты бесплатных объявлений пестрят объявлениями частных наркологов и клиник, предлагающих "быструю (иногда — моментальную!) помощь наркозависимым".

Ни для кого не секрет, что и в государственных клиниках, которые должны помогать наркоманам бесплатно, за лечение берут деньги. Евгений Брюн, директор Московского научно-практического центра профилактики наркомании, заместитель главного психиатра Москвы по наркологии говорит: “Я веду передачу о наркомании на кабельном телевидении Восточного округа Москвы. Зрители регулярно сообщают о том, что за лечение в той или иной больнице с них требовали мзду. Суммы называют разные —  от 500 до 100 долларов. Больного, обратившегося в больницу, направляют в коммерческую фирму, где с него изымают плату за некие "консультации"”.

Огромные деньги крутятся на рынке "тури­сти­­ческих" услуг для наркоманов. Мнение Валерия Никольского, руководителя информационно-правозащитной организации "Глас народа": “В Германии, Польше, Испании, Италии и многих других странах су­щест­вуют коммуны для наркоманов. Пребывание там ничего не стоит, а бесплатный труд наркоманов используют в строительстве и сельском хозяйстве. Но для того, чтобы отправить наркомана в такую коммуну, приходится заплатить 3-5 тысяч долларов российскому посреднику. Ежегодно таким образом в коммуны попадают сотни наркозависимых россиян, а чистый доход посредников составляет не менее 3 млн. долларов в год”.

Он также считает, что официально декларируемые суммы оборотов частных реабилитационных центров и клиник, действующих легально, значительно занижены.

Никольскому, конечно, можно не верить. Как и тому, что говорят друг о друге конкуренты. Уже сегодня доподлинно известно, что некоторые ведущие антинаркотические фирмы имеют прямое отношение к отмыванию денег. Известно также, что усиленно популяризируемая программа детоксикации “Нарконон” является филиалом сайентологической секты, представители которой пытаются добиться от Минздрава одобрения использования их программы комплексной детоксикации в системе государственного здравоохранения.[21]

Задавшись целью, можно найти компромат на каждого крупного оператора этого рынка. Например, один реабилитационный центр в Казахстане, который, по некоторым оценкам, ежегодно оттягивает на себя более 500 тыс. долларов с российского рынка, обвиняют в использовании методик, ведущих к органическому поражению головного мозга. Но это лишь свидетельствует о том, что рынок антинаркотических услуг сейчас находится в зачаточном состоянии, а основная конкурентная борьба еще впереди.

Инвесторы на старте

В России начинается передел сфер влияния не только на рынке наркотических, но и на рынке антинаркотических услуг. Желание иностранных инвесторов развивать этот бизнес в России хорошо известно. Например, такую возможность рассматривает крупнейшая американская химическая компания DuPont (производитель налтрексона, который используется при детоксикации), в стадии подготовки находятся проекты двух российских компаний, пожелавших (почему-то, дело ведь благое!) сохранить инкогнито.

Большинство специалистов уверено в перспективности подобных проектов. Евгений Брюн считает: “Руковод­ители российских компаний часто обращаются ко мне с вопросом: стоит ли вкладывать в это деньги? Я отвечаю: "Да, конечно, если у вас есть примерно 1 млн. долларов". Именно столько стоит создание реабилитационного центра — в основном деньги придется потратить на покупку и реставрацию помещения, подойдет дом отдыха или пансионат. Этот 1 млн. долларов они смогут вернуть максимум через два года. Если же речь идет о создании на базе государственного медицинского учреждения центра по детоксикации, то все затраты на необходимое оборудование составят примерно 100 тыс. долларов. Это без учета обучения целого штата специалистов и рекламы”.

Впрочем, все компании, вложившие такие суммы не менее двух лет назад, уже давно окупили их.

Возникает вопрос

Не является ли создание столь мощных структур по “детоксикации” и “реабилитации” самым выгодным на сегодняшний день видом медицинского бизнеса, в котором важно не столько выздоровление, сколько наличие клиентов и их “подлечивание” (или его видимость)?

Для того, чтобы не вдаваться в бесплодную полемику, я специально уклонился от того, чтобы даже намекнуть на конкретные центры и организации.

А теперь представим себе,..

...что проходит еще полтора десятка лет. И если ситуация с употреблением наркотиков не изменится в лучшую сторону, то через эти полтора десятка лет люди, пристрастившиеся к наркотикам, заполнят правительство, парламент, воинские части, атомные реакторы, медицинские учреждения, школы... Представьте себе: люди, охваченные наркотическим безумием, находятся на этих местах.

Сейчас нам известно, что в армии происходит огромное количество немотивированных убийств друг друга военнослужащими, допущенными к оружию.

Священник Михаил (Махов) считает, что

“наркоман — не любопытный, глупый подросток, сам влезший в сети наркомафии, он — жертва. Он — такая же жертва войны, как и любые жертвы. Это общество виновато в том, что не защитило его от наркотика. Это страна виновата в том, что впустила в дом врага. Это те, кто должен был умело держать оборону и эффективно оказывать сопротивление вползающему в наш общий дом злодейству, делают это неэффективно.

Поэтому, прежде всего, надо изменить отношение к наркоману. Во-первых, мы все, глядя на него, должны чувствовать свою вину, а во-вторых, знать, что завтра враг придет и к нам в дом. И чем больше наркобольных в стране, тем больший у нас шанс потерять завтра своих детей. Однако изменение сознания общества происходит медленно, а беда идет быстро”.[22]

Наркотики — это стратегическое оружие для уничтожения целой страны без единого выстрела. Россия из транзитной страны превращается в крупнейшего потребителя наркотиков. По своим последствиям наркомания уже сегодня эквивалентна ядерной катастрофе. Но именно от Церкви общество ждет деятельной помощи в решении вопроса реабилитации наркозависимых, взирая с надеждой на ее служителей. Эту мысль в своем недавнем интервью интервью РТР подчеркнул министр Здравоохранения Российской Федерации Юрий Шевченко.

Наркоманская среда

Каждый человек, появляющийся в твоей жизни, все события, которые с тобой происходят, — все это случается потому, что ты притянул их сюда.

И то, что сделаешь со всем этим дальше, ты выбираешь сам.

Ричард Бах

Условия, в которых живут современные наркоманы (особенно молодежь), практически невозможно изменить таким образом, чтобы они оказались полностью свободны от соблазна еще раз употребить наркотик. Наркоманов на сегодняшний день очень много. Они знакомы друг с другом, знают, кто употребляет наркотики в их доме, на их улице, в их районе. Чтобы изменить условия, наркоману нужен другой город,[23] другая страна[24] или же другая планета. Практически наркоман обречен безысходно вариться в котле старых знакомств. Поэтому даже после выхода из зависимости он будет иметь перед глазами соблазн падения, соблазн возвращения к этой страсти в лице друзей и знакомых по “кайфу”.

"Становится страшно,

Год от года сильней,

Если входит в привычку

Смерть старых друзей.

И хочется не плакать,

Даже не плакать, а выть,

Ты понимаешь, что не в силах

Ничего изменить.

Тебя не трогают  уже

Чужие слезы и боль

Тебе не надо ничего

Ты занят только собой

Твоя задача необычна,

Но до боли проста

В максимально сжатый срок

Уничтожить себя...

Не осталось никого —

И ни друзей, и ни врагов,

Когда ты смотришь на мир

В объеме суженных зрачков...

Вы вроде бы вместе

И вы вроде бы друзья,

Ты делишься с ним всем,

Что есть у тебя,

Ты сейчас ему отсыпешь,

И он это возьмет,

А через месяц или год

Твой лучший друг умрет.

Ты будешь убиваться:

"Почему случилось так?"

Среди вас двоих

Был еще третий — враг.

Тебе надо решать,

Что ты будешь делать с ним.

Или ты или он,

Один на один".[25]

Особо подвержены влиянию наркоманских тусовок подростки с повышенной возбудимостью, с частыми перепадами настроений от “дикого” уныния до крайней степени восторженности. Эти молодые люди, ищущие приключений и не умеющие ничего довести до конца, не способные решать и брать ответственность, не наученные планировать свою жизнь. Отсутствие реальных достижений в жизни подменяется у них демонстрацией независимости, хамством, игнорированием существующих в обществе норм поведения.

Конфликтность и непринятость в человеческом обществе побуждает их искать среду, где они могли бы найти поддержку и ощущение собственной значимости. Обретенная “значимость” умножается на мощный наркотический опыт, после чего сама среда становится для них запускающим механизмом потребности в наркотике.

Нередко наркотик употребляется как сопутствующий какому-либо иному действию процесс. Например, в наркоманской среде бытует миф о том, что для творческого подъема необходимо немножко уколоться. Но никто из тех, кто предлагает наркотик, не предупреждает: чем больше употребляешь наркотик, тем в большей дозе будешь нуждаться.

Доктор Алла Каменская рассказывает об этом так:

— Мои пациенты поведали мне о том, что когда они бросают наркотики, то первые месяцы к ним постоянно звонят, приходят в дом их друзья, продавцы наркотиков, предлагают употребить. Все это в дружелюбной форме. Наркоману нужно в этих случаях научиться категорично отказываться и говорить “НЕТ!!!”, потому что бессилие перед наркотиками чаще всего и проявляется тогда, когда человек хочет отказаться от употребления наркотиков, но при встрече с ними, он не может говорить “нет”.

Тусовка дает наркоману то, чего не смогли дать ни семья, ни школа: душевную поддержку, одобрение, ощущение безопасности, сплоченность и взаимопонимание. Теперь давайте вплотную приблизимся к знакомству с самими наркоманами.

Откровения

наркоманов

Кто попробует слезу мака, тот будет плакать всю жизнь...

Современная пословица

Наркомания опасна тем, что до конца непонятна и непостижима. Ни медики, ни исследователи наркомании как явления на вопрос “Что же в действительности происходит в психике человека, начавшего употреблять наркотики?” исчерпывающий ответ дать не могут. Существуют различные описания, но уровень и особенности деформации личности наркомана до конца непонятны никому из смертных. Описания, подобные тем, которое приводятся ниже, благочестивому читателю (если он все еще читает эту книгу) могут показаться "неполезными". Но я все же посчитал необходимым процитировать эти свидетельства полностью, разумеется, не в целях рекламы наркотика, а для того, чтобы человек, который занимается этой проблемой, имел хотя бы приблизительное представление о проблеме изнутри самого наркотического опыта.

Без этой главы, которую некоторые рецензенты настойчиво предлагали мне убрать, книга не может претендовать на правдивость.

Язык главы — это сленг наркокультуры... Иногда вообще с трудом понимаешь, о чем они говорят... Этому иностранному языку не учат в отечественных университетах, до сих пор не выпущены словари и разговорники. Но сегодня мы стоим перед фактом: по всей видимости, если не произойдет какого-то чуда, этот язык может стать главным миссионерским языком в России в XXI веке.

Наберись терпения, дорогой читатель, коль хочешь понять этих несчастных людей и, может быть, полюбить их, помочь им. Не бойся “осквернить” свой благочестивый слух. Читай дальше! Это рассказы наших детей, тех, кого мы видим на улице, в метро... Это фрагменты мира, в котором живут дети наших соседей и приятелей, наших сотрудников и знакомых, богатых и бедных родителей, дети верующих и неверующих родителей.

Некоторых авторов этих свидетельств уже нет в живых. Нет среди живых тех, у кого не хватило духу покончить с наркотиком. Для некоторых из них срыв стал последним днем в их жизни. Многие из них любили своих родителей, подруг, друзей, жизнь. Любили, как могли... Они хотели найти любовь, искали ее среди наркотических грез, но так и ушли, не обретя ее, такую желанную, не поняв, зачем они родились на этой земле.

Жаль ребят, ушедших, недолюбленных, недопонятых, потерявших свое детство в суете повседневных родительских забот, отцовских телевизоров и маминых кухонь. Жаль ребят, с виду таких дерзких и “крутых”, иронизирующих и заявляющих во всеуслышание, что им “все по фигу!”.

Сквозь эти слова, как сквозь разудалый, развеселый, безутешный хохот, проступают старательно скрываемые боль и слезы.

Итак, давайте знакомиться с самими наркоманами. Для читателя эта глава, надеюсь, будет хорошим тестом личностного христианского роста. Насколько хватит любви и терпения принимать этих людей такими, какие они есть. Насколько милосердие и сострадание к этим несчастным людям может оказаться сильнее вполне понятного негодования и праведного гнева.

Прежде всего я хотел бы предложить вашему вниманию конспект небольшого наркоманского ликбеза. Это описание действий наркотиков, как говорится, из первых уст. Написано с чувством юмора, но не без горькой иронии. Вкратце — о приводимых ниже терминах.

“Расклад” — т.е. то, что представляет собой описываемый наркотик.

“Кайф” — здесь описано собственно его действие.

“Фэйс” — от англ. “face” лицо, внешний вид.

“Кумар” — состояние после выхода наркотика из организма.

“Бодяга” — то, чем перекупщики разбавляют наркотик для увеличения его объема. В каждом последующем случае перекупки — объем “бодяги” увеличивается”, ведь каждый перекупщик живет за счет этого. В конечном итоге, бодяга — это то, что пойдет по венам.

Во всех остальных случаях — разбирайтесь сами, как говорится, “по контексту”.

ГЕРОИН

Расклад — Лучшее средство от всех проблем (в том числе и от жизни). Зимой — согревает, летом — охлаждает. Подсев однажды, не слезешь никогда. Употребляют по ноздре, каналу.

Кайф — Сначала убабахивает так, что рвать начинаешь дальше, чем видишь. Затем отвисаешь там, где приход застанет. Все до фени: девчонки, еда, мысли. Одна проблема — на кумарах мощнейший запор с дикими позывами.

Фэйс — Глаза "в кучу", зрачков нет. Действия обмороженного с опаршивленной харей в прыщах и опухшими кистями рук (если еще не ампутировали).

Кумар — Мочишься через все свои поры. Запах пота как недельная моча. Из-за сильной боли хочется оторвать все свои конечности и выбросить. Тебя нет, один ужас. Не спишь по несколько дней, пока не проглотишь полтонны “сонников”, сопли, слезы, слюни.

Бодяга — В основе - цемент (лучше марки 450), в который добавляется процентов 25 героина. На любителя цемент можно заменить крысином,[26] стиральным порошком, мукой и т.п.

ХАНКА

Расклад — Грязный наркотик с сильной зависимостью. Употребляется внутривенно. Если нет кислого, можно попробовать в чай, намазать на хлеб или гильзануться (курить с коноплей), но эффект уже не тот.

Кайф — Имеет место быть приход. Если сварить химией, то приход мягче, эффект дольше. Испытывается полный кайф: "ничего не надо, кроме сигарет и лимонада". В случае желания суицида можно передозироваться. Употребление безопасно в огнестойкой и противорвотной одежде.

Фэйс — Зрачок "в точку", взгляд пустой, глаза полуприкрыты. Фейс худой и бледный с шелушавой кожей, с распухшим и расчуханным носом. Прыщи и угри завершают весь облик.

Кумар — Ломает так, как будто в позвоночник забили кол. Ноги и руки отказывают. Можно обмочиться и обгадиться и только по запаху определить это.

Бодяга — Берется красный кирпич, мелко перемалывается, по вкусу добавляется опий. При отсутствии кирпича за основу можно брать муку, кофе, какао и т.п. Не рекомендуется брать сырую землю — сильно трясет.

КОКАИН

Расклад — Стимулянт в виде перетертой пыли с сильнейшей психической и физической зависимостью. Употребляя по ноздре, — замораживаешь нос, добавляя в пищу, — получаешь жидкий стул.

Кайф — Бодрость, энергия, острота мысли (одной), словесный понос и понос в движениях. Тела нет, одна оболочка.

Фэйс — Глаза колючие, блестящие, зрачки расширенные. На лице полуулыбка.

Кумар — Эмоции и силы на нуле. Сплошной депресняк. Себя жалко до слез, соплей и слюней.

Бодяга — В кофемолку засыпается мука, стиральный порошок и немного сушеных листьев коки. Все тщательно перемалывается. Седативы добавляются по настроению.

ЛСД

Расклад — Галюциноген с сильнейшей психической зависимостью. Выглядит как обычная марка размером с тетрадную клетку, только башню срывает. Можно жрать, колоть, наклеивать на лоб (в этом случае эффект не тот).

Кайф — Все чувства как струны. Ты супермен и живешь в своем мире. Твое сознание начинает жить своей жизнью с несуществующими в природе образами, звуками и запахами. Если посмотреть в зеркало или выйти в люди — инфаркт неизбежен (зрелище не для слабонервных).

Фэйс — Глаза на два метра вперед, зрачок широкий, взгляд бешеного таракана. На лице пятна. Заметная дрожь по телу, речь нечленораздельна.

Кумар — В голове каша. Физическая и психическая пустота. Все вызывает омерзение. Огромное желание уйти из этой жизни.

Бодяга — Берется обычная почтовая марка подходящего размера, на несколько минут замачивается в лизириновой кислоте, для запаха обрызгивается кошачьей мочой.

ЭКСТАЗИ

Расклад — Стимулянт. Таблетка со значком (зайчик, бакс, якорь и т.п.). Чисто клубный наркотик. Сожрал колесо и вперед на танцы.

Кайф — Внутри тебя ядерный реактор. Боли нет, усталости нет, чувств нет. Вместо тела — змея. И только менты напомнят, что ты хоть и обчуханный, но человек.

Фэйс — Фейс красный, в трансе, глаза конвульсируют в испуге.

Кумар — Силы на нуле, чан, как колокол, сна нет. Руки, ноги лежат рядом. Состояние прокисшего студня.

Бодяга — Берется обычная таблетка (лучше аспирин или пурген), наносится любой знак или рисунок. Опыляется раствором экстази (или ЛСД) и: все.

“Меня подсадила девушка, в которую я безумно влюбился. Говорят, что подсадил тот, кто первый раз дал попробовать. Возможно... Я пришел к ней в гости, я знал, что она колется, мне было интересно. Она просто что-то сварила, молча взяла меня за руку, поцеловала и сказала: “Сейчас я тебя тресну”. Я покорно протянул ей руку, и она меня уколола. Очень понравилось, влюбился в нее еще сильнее. Стали жить вместе, вместе колоться, вместе переламываться. Она стала втихаря от меня подкалываться в ванной. Потом приходила и с довольными глазами изображала ломки. Потом мы расстались, я продолжал подкалываться. Она, где-то там, тоже. Сейчас я три месяца не употребляю постоянно, но срываюсь, когда слышу по телефону ее голос. Героиновая любовь, героиновое обаяние, героиновая нежность – это правда. Где-то я слышал, что героиновая зависимость передается половым путем... Возможно. Правда, так я еще никого не любил”.

Сергей, 24 года, не работает,

(стаж – семь месяцев)

“Я торгую не только из-за денег, хотя если бы не торговал, то денег взять негде было бы. Да, в принципе, когда кайф бонусом перепадает, деньги не нужны. Сам процесс меня радует — расфасовать большое количество и продать это говно. Я постоянно имею с ним дело, говорю о нем, думаю о нем, запускаю себе в жилы, торгую. Даже сейчас, в общем-то...”

Алексей, героиновый дилер, 20 лет,

(стаж — 4 года)

«Я тот, к кому ты заходишь часто,

Я тот, чей телефон ты знаешь,

Я тот, кто не ждет напрасно,

Если ты вдруг опоздаешь.

Ты от меня зависишь полностью.

У меня есть то, что тебе надо,

И ты мне деньги отдашь с готовностью

И будешь смотреть на меня, как на гада.

О, да! Я мерзкий тип,

Но я могу себе это позволить

И если мы видимся, значит, ты влип,

Но об остальном говорить не стоит...

Сюда приходят ко мне люди разные,

Бледные, прям на пороге могут скончаться.

И всякие другие разнообразные,

Просто еще не успели сторчаться.

И каждому надо одно и то же,

И каждый знает, зачем пришел.

Интересно, на кого бы он был похожим,

Если бы то, что искал, не нашел.

И некоторые исчезают,

Некоторые соскочить пытаются,

Потом они заново начинают,

И уже до конца расслабляются

И каждый считает, что ему можно

В любых количествах, каких хочется,

Представить совсем несложно

Чем это может для них закончится

Что ты готов упасть на колени,

Когда это будет необходимо,

Когда под глазами большие тени,

Когда руки исколоты наполовину.

Ты от меня зависишь полностью.

У меня есть то, что тебе надо,

И ты мне деньги отдашь с готовностью

И будешь смотреть на меня, как на гада».[27]

“Я толком ничего не помню. Помню, что треснулась в своей комнате и как-то мимо – ни прихода, ни вообще... Решила добавить, сделала еще и села за компьютер. Дальше не помню ничего, кроме какого-то фона, в котором однозначно ничего плохого не было. Потом, говорят, папа чего-то ко мне в комнату зашел и увидел, что я, посиневшая, лежу на клавиатуре. Он закричал маме и положил меня на пол. Стал откачивать. Потом мама тоже. Потом прошло минут двадцать, я посинела вся, даже ногти... Папа меня откачивал, а мама сказала, что все, “перестань, мы дочь потеряли”. Но он не верил, все равно продолжал, и я как-то ожила. Очухалась на диване, думаю, что-то со мной было...”

Катя, работала бухгалтером,

23 года, (стаж — 3 года)

“Подсел я банально – барыга жил прямо в подъезде, поэтому и деньги-то не всегда с меня брал... А самый прикол в том, что перец (товар) ему продавал его родной дядя – со скидкой, как родственнику. Картина маслом – Кирюха выносит мамино золото в ломбард, а ловэ (деньги) потом отдает маминому брату за герыч. Ну и я тоже не сидел без дела – закладывали на мой паспорт, за что Кирилл меня неплохо взгревал… Приняли его прям у нас в подъезде – в тапочках и майке, в декабре, да так и повезли в мусарню… Как подумаю, что с ним вместе мог попасть – становится дурно. Пришлось бросать, и пока успешно. Трудно сказать, навсегда ли?”

Толя, 23 года, начинающий журналист,

(стаж – 2 года)

“Я все знаю про гердоз (передозировку). Все минусы. У меня четыре близких друга накрылись. Я знаю, что я просто наркоман, что я медленно умираю. Но я не собираюсь, НЕ ХОЧУ бросать! Мне по фигу...”

Дима, 20 лет, наркоман,

(стаж – 6 лет)

Существует миф о том, что наркотики стимулируют воображение и творческие способности. На самом деле, стимулируя, возбуждая те или иные участки коры головного мозга, активизируя их деятельность, причем одновременно в нескольких участках, наркотик истощает и истощает деятельность головного мозга, приводя человека к полнейшему творческому кризису и отупению. Печальна судьба тех, кто попытался работу души стимулировать употреблением наркотиков. Из известных кумиров человечества это: Элвис Пресли, Мерилин Монро, певец и гитарист Джимми Хендрикс, исполнительница блюзов Дженис Джоплин, Брайан Джонс (“Rolling Stones”), Эрик Клептон и Джимми Пейдж (“Led Zeppelin”), барабанщик Кейт Мун (“The Who”), популярный молодой певец Робби Вильямс, Микки Рурк, Джим Кэрри, кинозвезда Эролл Флинн, Уитни Хьюстон, Дженни Депп, топ-модель Кейт Мосс. Этот список имен можно продолжать долго-долго.

Джим Морисон — автор песен и солист знаменитой американской группы “The DOORS” употреблял ЛСД и погиб в расцвете сил в 27 лет. К сожалению, приходится слышать поощрительные высказывания известных ведущих о наркотических опытах знаменитого “рокэнрольщика”, который, по их утверждению, употреблял наркотики исключительно лишь затем, чтобы “расширить горизонты своего бессознательного”. О том, что эти опыты привели к гибели человеческой жизни, даже не упоминается.

Довольно неутешительным фактом, причем давно известным, является и то, что многие известные спортсмены ставят свои рекорды за счет допингов. Чего только стоят эти бесконечные разборки с различными олимпийскими и другими чемпионами, устанавливающими мировые рекорды. Многим известна печальная судьба звезды бразильского футбола Диего Марадонны, который не раз лечился в личной лечебнице кубинского главы Фиделя Кастро, поскольку Марадонна — его близкий друг. Совсем недавно Марадонна вернулся после очередного длительного лечения от наркомании...

Как видим, наркотики мешают творческому процессу, не давая сосредоточиться. А уж идеи и гениальные произведения вовсе формируются отнюдь не наркотиками. Для творчества необходимо научиться самому обретать состояние творчества, вдохновения, внутренней цельности, гармонии. Если же творчество рассматривать как процесс со-творения, реализации в человеке высшей способности, данной ему Творцом вселенной, то подлинное творчество невозможно без благодатной искры Божией, которая не может проникнуть в душу, запутавшуюся в наркотических сетях.

В результате регулярного употребления наркотиков прежде активная, живая личность уплощается, теряет энергию. Творческий интерес заменяется заботами о финансовых возможностях, воображение рисует только очередную дозу кайфа.

Наркомания сегодня стала болезнью тех, кто является кумиром молодого поколения, влияет на формирования вкуса и стиля жизни. Список знаменитых опиатчиков потрясающе разнообразен.

Можно упомянуть еще об одном кумире современной молодежи:, известном рок-музыканте сатанисте Брайане О'Орнере, который выступает под псевдонимом Мерилин Менсон. Стоит упомянуть о нем в связи с тем, что этот певец также пропагандирует свободу творчества в наркотике. В интервью газете “Аргументы и факты” он говорит в частности:

— Мне симпатичен Люцифер тем, что он бунтарь. Он захотел стать таким, как Бог, я не вижу причины, почему бы нет. С другой стороны, тема рая и ада тесно соприкасается с таким приземленным понятием, как деньги. Отчисли десятину Церкви, греши, но исповедуйся и попадешь в рай, — все просто. Но в большинстве религиозных культах та же ситуация: от тебя чего-то ждут. Так что, я пытаюсь найти свой собственный путь.

На вопрос, “Возможно ли творчество без стимуляторов?” Мерилин Менсон отвечает:

— Обычно люди обращаются к наркотикам, сексу, алкоголю и религиям для того, чтобы укрыться от нахлынувших на них проблем. В процессе творчества стимуляторы иногда усиливают некоторые грани сознания в постижении реальностей. Или нереальностей. Я этим пользовался, но больше не употребляю наркотики для творчества. У меня уже и так полно демонов в голове. Я не протестую ни против кого-то, ни против чего-то, я просто стремлюсь разрушить этот мир своей музыкой.

Наркотики, в частности кокаин, принимали наши русские звезды Владимир Высоцкий, Александр Вертинский, Олег Даль. Есть имена и посовременнее: Валерий Леонтьев, Александр Розенбаум, Анатолий Крупнов. И это далеко не полный список творческой элиты России. Огромнейшей неожиданностью для нас было известие, что кокаин употребляли Денис Давыдов, Сергей Есенин.

Наш список знаменитостей может продолжить еще одно имя. Солист знаменитой и любимой миллионами подростков и людей среднего возраста рок-группы “Нирвана” — Курт Кобейн много лет “сидел” на героине. Курт был значительной фигурой в музыкальном мире, перевернувший все представления 80-х годов о рок-музыке. Несмотря на миловидное белокурое лицо, у него был странный взгляд, своей отчужденностью как бы говоривший, что никто из людей никогда не узнает, что делается у него внутри. Один из музыкальных критиков так сказал о нем: “Это был ангел с душой демона”. Когда Курт бил по струнам своей гитары, он тем самым бил по нервам миллионов своих слушателей.

У Курта было все: миллионы поклонников, богатство, семья... Но его не спасли ни любовь и преданность жены (тоже известной певицы), ни рождение дочери. Его жена делала все, чтобы спасти своего любимого супруга: неоднократно отправляла его на лечение, выбрасывала пистолеты, которые тот с болезненной настойчивостью все покупал и покупал; она окружила его заботой, теплотой, вниманием. Но, увы, героин оказался сильнее и любви к супруге, и любви к дочери, и любви к творчеству. Он заслонил все. Он сломил волю человека, который из безызвестного, никому не нужного мальчишки из подворотни превратился в любимого многими миллионами певца и музыканта. Воля, можно предполагать, была недюжинной... Но героин сломил эту недюжинную волю. Он наполнил безысходностью и депрессией песни знаменитого музыканта, он наполнил безысходностью его жизнь, он вложил, в конце концов, в его руки оружие. Кумир миллионов Курт Кобейн в 94 году застрелился... Еще один миф о героиновом вдохновении разрушился, канул в Лету... Еще одна Богом данная душа растоптана, уничтожена наркотиком.

Уильям Берроуз “сидел на игле” двадцать лет. Уже сам по себе стаж невероятный, но он умудрился бросить, да еще после этого стал писателем.

Вылечился (или, как он сам выражается, “излечился”) Берроуз благодаря апоморфину – некоему чудодейственному препарату, после введения которого автор “Голого завтрака” ни разу не укололся. Этому лекарству он пел оды все последующие годы жизни, настоятельно рекомендуя всем наркоманам “требовать его у своего нарколога”. Требовать, на самом деле, бесполезно. Апоморфин не используется нигде: государствам, теневой экономикой которых управляют дельцы наркобизнеса, это совсем не выгодно.

Наркотики употребляли жесткие тевтонцы Шопенгауэр и Ницше. Насчет наркоманского стажа Зигмунда Фрейда достоверно известно, что скончался он, уговорив врача ввести ему смертельную дозу морфия (кстати, открытие психоанализа произошло благодаря длительным экспериментам Фрейда с кокаином).

Наркоманом сегодня нередко является хотя бы один участник любой знаменитой зарубежной рок-группы. Ян Кертис, который повесился перед аккуратно фиксирующей события видеокамерой, Лу Рид, который под свой, написанный для огромного хора гимн “Heroin”, кололся прямо на сцене, Георг Тракль, который, будучи одновременно величайшим поэтом и военным врачом, умер прямо на поле боя от сознательной передозировки (есть такое понятие “золотой укол” — самоубийство в состоянии переизбытка эйфории).

Педагоги знают, что в процессе формирования личности ребенок ищет образ, образец “с кого строить жизнь”. Вот они — образы, которые избрали в качестве образца наши дети. Дорогие родители, не погнушайтесь, полистайте молодежные журналы, газеты, послушайте те песни, которые день и ночь слушают и напевают наши дети.[28]

Наши дети носят футболки с портретами своих кумиров, их комнаты украшают плакаты любимейших певцов и кинодив, порой таких кричаще и вульгарно разрисованных, едва одетых и позирующих в неестественно-неприличных позах... Наши дети хотят быть похожими на них, а не на нас: интеллигентных, образованных, воспитанных, одетых со вкусом и наделенных безупречными манерами. Давайте вместе поразмышляем на досуге, почему?

Возвращаемся к нашим “страшилкам”.

То, что с помощью наркотиков люди входят в контакт с демоническими силами, известно не только из православных источников. Об этом свидетельствуют сами сатанисты. Вот что пишет о наркотиках сам Алистер Кроули (1875-1947), сатанист, маг, который на протяжении всей своей жизни сознательно их употреблял, а остаток своих дней провел в муках героиновой чесотки:

“Наркотики – элементы магии, всегда в ней использовались. Ведическая Сома, лотос Гомера, не говоря уже о дурмане, белене, беладонне, мандрагоре... Доказательств вполне достаточно. Уверен, для нормального человека, которого я, к счастью, могу назвать примитивным, они исключительно вредны. Но никоим образом не причисляю себя к обыкновенным людям. Для меня наркотики – лакмусовая бумажка, тест умственных способностей, проверка воли, страстей и намерений. Я думаю, что холодный призрачный эффект кокаина и есть тот самый длинный коридор, полный теней, где теряется и оскверняется душа. Или героин — теплое мягкое вкрадчивое оцепенение расслабленной ночи, серые клочья облаков и мертвенная бледность умирающей луны. И только потому, что я много вкусил как радости, так и печали, считаю себя большим, чем просто человек.

Прием наркотика должен быть тщательно осмысленным и священным актом. Опыт в одиночестве может научить правильным состояниям, в которых этот акт узаконен самой жизнью. Тогда он поможет тебе осуществить твои желания. За это нет кары и нет возмездия”.

Своих учеников Кроули подсаживал на героин, а потом с ними, одурманенными, в состоянии, когда сняты защитные барьеры психики, практиковал оккультные ритуалы. Тот, кто не выдерживал первых испытаний и позволял себе “безволие”, переставал быть его учеником.

Следующее описание мы взяли в Интернете:

"В 1992 году я попал в неврологическое отделение одной из Архангельских больниц, мне тогда было 15-ть лет и тогда я ещё ни разу не пробовал каких-либо одурманивающих веществ, кроме алкоголя. В этой больнице я впервые попробовал марихуану и некоторые вещества из группы бензодиазепинов, мне их предложил сосед по палате. Честно говоря, тогда я не смог оценить то наслаждение, которое испытал. Но позднее в этом же отделение появился паренёк, с которым мы периодически баловались циклодолом и марихуаной, тогда я ещё не понимал, к чему это может привести, и на славу отрывался, в моей голове не возникало и мысли о том, что сегодняшний кайф через некоторое время обернётся мукой, безысходностью, депрессией и позднее ломками.

После того, как я выписался из стационара, контакт с тем человеком, что был так щедр со мной, был потерян, и я лишь изредка вспоминал о кайфе, но не упускал любой возможности вновь что-нибудь употребить, будь то радедорм, или релашка или барбитураты; я обманывал врачей, приходя к ним и рассказывая всякие байки. Так продолжалось до 1995 года, именно тогда я впервые испытал действие винта [29] — этот наркотик поработил меня полностью, уже в первый раз я испытал страх перед тем, что меня может отпустить это необычайное наслаждение, я лежал на кровати и боялся пошевелиться, думал: "Вот сейчас я пошевелюсь, и на этом всё удовольствие будет исчерпано…" — При мысли об этом я начинал беспокоиться, в моей душе поселялась суета.

И так продолжалось изо дня в день. А когда действие проходило, у меня начинались галлюцинации, но не какие-нибудь "страшилки", а абсолютно реальные сцены, которые могут произойти в жизни. Мне слышалось, как на кухне отец обсуждает меня со своей женой и обсуждает как раз то, что сейчас со мной происходит, я подходил к кухне, и оказывалось, что она пуста.

Я кололся "винтом" 3-4 дня в неделю и за эти дни терял по нескольку килограммов веса - с меня падали штаны. После нескольких суток без сна я ложился спать и отсыпался — спал примерно сутки, потом пару дней отъедался, после чего всё начиналось по новой. А какие мысли крутились тогда в моей голове, это не передать словами, именно впервые употребив "винт", я понял: "Я в полном дерьме, и теперь я уже бессилен…".

В 1996 году я впервые попал на лечение в один Московский центр, но и после этого всё продолжалось. И уже к концу года я дошёл до такого состояния, что боялся выйти из дома: меня преследовал страх, — дикий страх. И я не знал, чего я боюсь, просто когда нужно было выйти из комнаты, я не мог этого сделать, будто кто-то невидимый держал меня за ноги, у меня неоднократно возникали суицидальные мысли, и спасибо моим друзьям за то, что они уберегли меня от этого шага. Когда страх был особенно силён, я прибегал к помощи алкоголя и снотворных средств — иногда это помогало. Я не раз клялся родителям и друзьям в том, что вот вчера это было в последний раз, но всё начиналось вновь, и когда я давал клятвы, обязующие меня отказаться от наркотиков, то я говорил правду и действительно был полон решимости и желания завязать, но болезнь брала верх. И вот уже летом 97 года, после продолжительной детоксикации, я поехал проходить реабилитацию в Норвегию, где провёл чуть больше месяца и вернулся в Россию. После возвращения из Норвегии я оставался трезвым более 3-х месяцев, а потом опять срыв и опять детоксикация, и опять срыв. Именно этот срыв вывернул меня наизнанку, именно тогда я увидел и почувствовал самого себя и разглядел лицо своей болезни, я почувствовал дно...

С этого момента началась новая эпоха моей жизни и, хоть я и продолжал употреблять наркотики и даже подсел на героин, причём очень плотно, это было уже карабканье вверх. И в январе 1998 года я попал с тяжёлым абстинентным синдромом в реанимационное отделение - это была уже настоящая героиновая ломка, и, наверное, после этого я полностью созрел, кроме того, у меня обнаружили гепатит. Что-то на 180 градусов перевернулось в моей душе, мне просо захотелось жить. Кроме того, меня окружали люди, которые сочувствовали мне, выслушивали меня и поддерживали, с их помощью мне удалось выкарабкаться. И теперь я благодарен этим людям за их доброту и терпение.

У меня нет готового рецепта исцеления от наркомании, но я точно знаю, что если люди не будут оставаться безучастными к больным этим недугом, то у наркоманов будет гораздо больше шансов выжить, именно выжить, ибо наркотики рано или поздно убивают!!! Надеюсь, что моя история, хоть немного, да прольёт свет на эту болезнь и на чувства тех людей, которые страдают этим заболеванием!

И мне хотелось бы призвать каждого, кто посетит эту страничку: " Не стойте в стороне и объединяйтесь!!! Всё вместе мы сможем противостоять этой беде и сможем победить!!! Не бывает чужих детей, братьев, сестёр!!!”

Артем

“В этом состоянии я мог сутками, месяцами сидеть на стуле и смотреть на кончик собственного башмака. Если бы рядом со мной подыхал какой-нибудь знакомец, я бы и пальцем не пошевелил, чтобы ему как-то помочь. Единственное, что могло поднять меня с места, это отсутствие джанка".

Без подписи

“Первый раз я нюхал: мой друг, с которым мы дули постоянно и таблетки с марками хавали, принес на две дороги. Его какой-то институтский приятель подогрел, который уже тогда постоянно юзал. Понюхали у меня дома, и минут через десять стало горьковато во рту, но зато почувствовал я себя...

Легкость такая, эйфория, самодостаточность... Тело себя чувствует мягко. И, в отличие от таблеток и стимуляторов, не обламывало, когда отпускало. Потом еще несколько раз нюхал, очень порадовало. Потом с другим чуваком первый раз вмазался, почувствовал разницу. Он сказал, что может доставать без проблем. Стал вмазываться два-три раза в день.

Потом решил бросить, но на третий день опять начал. Так пока и продолжается...”

Федя, 20 лет, студент,

(стаж — 2 года)

“Вы никогда не обращали внимания, что и как люди обычно пишут о наркотиках? Ну, говорят иногда: я вот травку курил, потом бросил. Или там, марочками я увлекался как-то, потом перестал. И как говорят о героине: “Я сначала кололся, а потом понял, что надо слезать...” С гера надо слезать. Его нельзя просто там бросить или прекратить принимать. (Если, конечно, не просто пробовал раз-два). Причем слезть — это самое мягкое описание процесса. На самом деле это кровь, это вырывание с мясом своей печени, это слышимый невооруженным ухом хруст костей, с которых сняли жилы и водят по ним напильником, это спрут, белый спрут, который сросся с тобой, проник в каждую твою клеточку и который медленно тащат из тебя раскаленными ржавыми крючьями, а он упирается, он не хочет уходить,, он хочет остаться с тобой навсегда... А если ты выживешь (выживешь, куда ты денешься, ну пару-тройку дней ты будешь орать, что хочешь сдохнуть, именно не умереть, а сдохнуть, но потом спрут уйдет, хотя боль еще не утихнет, тебя просто перестанет выворачивать наизнанку, будет просто очень сильно больно, но терпимо), начнется такой страшный депрессняк, что тебе ломка покажется раем небесным.

Ничего не будет волновать тебя месяца два. Цвет этих месяцев — серый. Остальные цвета перестанут существовать, запах перестанет существовать. Вкуса у еды не будет вообще. Ты будешь чувствовать себя никем. Хуже, чем никем, просто тряпкой, которой вымыли пол в вонючей казарме, выжали и бросили в угол. И вот с утра до вечера ты, свернувшись в комок, лежишь и ничего не чувствуешь. Ни боли, ни радости, ни солнца, ни жизни. А вокруг только серость. Серость и ничего более. Отвратительную картину я тут описал, не правда ли? Так вот, я вас расстрою. Если вы принимали героин, то вы уже заработали такое будущее. Вы уже будете чувствовать это. Так что, подумайте...

Слазить все равно придется. Рано или поздно. И это самое “поздно” очень скоро может наступить. Подумайте еще раз хорошенько. А если подумали, то решать вам.

Каждый идет в ад своей дорогой. И мешать вам я не собираюсь. Просто хочу предостеречь. А решать вам и только вам”.

Игорь, 27 лет

“В последний раз после приема наркотиков я оказалась в реанимации. Врач сказал родным, что жизнь моя на волоске. Трое суток я не приходила в сознание, а он трое суток не отходил от дверей палаты. Когда на пятый день его ко мне пустили, он принес обручальное кольцо, надел на палец и тихо сказал: “Я очень люблю тебя, я хочу, чтобы ты была счастлива”. Я видела его глаза, полные слез, красные и воспаленные от бессонных ночей. Господи, как же он устал! Он молча смотрел на меня, и у меня внутри что-то переворачивалось. И я дала себе клятву: что бы ни случилось, как бы тяжело ни было, — к наркотикам не вернусь.

Только он знает, как мучила меня ночами бессонница, как болело все тело, как выкручивало суставы. Я прямо выла от боли, свет был немил. Но он был рядом, — и я выстояла, я поверила в себя.

...Теперь у нас все хорошо, мы любим друг друга, я счастлива. Спасибо тебе, мой любимый, что у тебя хватило сил спасти меня!”

Ирина, 25 лет

(стаж — 4 года)

“Мама! Ты напрасно паникуешь: ведь если бы я тебе сам не рассказал, ты до сих пор и не заметила бы ничего. А мы курим “травку” с первого курса. Вот и посчитай — выходит, шесть лет. Что, я за это время изменился? Про таблетки можешь мне ничего не говорить. Единственное, что мы себе позволяем — раз в месяц на дискотеке, а без этого там не выдержишь. На твоих глазах я психанул всего один раз, из-за финансовых проблем давно ничего не было, но лимон в месяц на травку — не те деньги, о которых стоит жалеть. Так что, не рисуй мрачные картины, становиться настоящим наркоманом я не собираюсь”.

Дмитрий.

“Становиться настоящей наркоманкой я не собиралась! Но стала... Видит Бог, мне долго казалось, что я употребляю наркотики с пользой для себя. Меня очень раздражали попытки других людей убедить меня в том, что мое поведение неприемлемо. Я употребляла наркотики 6 лет. Сначала это была анаша, я гордилась тем, что я употребляю ее, и жизнь казалась раем. Правда, вместе с тем в моей жизни происходили различные неприятности: скандалы дома, многочисленные увольнения с работы и т.п. Это продолжалось довольно долго. Самое страшное было в том, что мне казалось, что я преуспеваю в жизни.

А потом начались более тяжелые наркотики. Это было очень приятным открытием для меня. Мне было приятно думать, что я отличаюсь от других людей, какие бы наркотики я ни принимала, в какие передряги я ни попадала, у меня всегда было оправдание. Я всегда могла сказать себе: “Все нормально”. Сейчас я понимаю, что я могла обманывать себя и других бесконечно. И это было симптомом моего заболевания “наркомания”. Оправдание своих проблем — самое большое препятствие для излечения.

Сейчас я имею 2 года чистоты от наркотиков благодаря тому, что я не обманываю себя больше.

Употребление наркотиков — это процесс. Я полагаю, что в перспективе существуют два варианта. Первый — со временем ты перестанешь употреблять совсем, второй — ты будешь употреблять все больше и больше. Я не советчик. Надеюсь, что я свой выбор сделала.

Катя

Покупка разных наркотиков — это все равно что разных программ для компьютера... У тебя нет души — она абсолютно пуста. Колешься наркотиком, как будто на несколько мгновений покупаешь себе программу — иллюзию того, что у тебя тоже есть живая душа.

Дима М., 29 лет.

Последние несколько лет это непрекращающийся ад — система, кумара, депресняк, несколько месяцев чистоты, когда не знаешь, кто ты и зачем, потом снова система и снова черно-белые мультфильмы. Время перестает существовать. И страшно выходить из всего этого, встреча с бессмысленностью и одиночеством внутри себя. Без героина живу уже полгода. Единственное, что держит, это друзья. У меня самого сил давно нет.

 Сергей Г. 21 год.

Нередко наркоманы составляют сообщество. Вместе живут, вместе добывают наркотики, делятся пищей, обычно скромной, но всегда на нечестно приобретенные деньги. Такие сообщества чаще всего занимают пустые бараки, развалины домов или здания, предназначенные для сноса. Там они устраивают свои притоны. Условия жизни противоречат всем здравым представлениям о жилище человека. Общее у них - одиночество.

Вот отрывок из рассказа молодого человека, который пристрастился к наркотикам и которого привели в первый раз в такой притон.

“Это помещение было совершенно жутким по восприятию. Здесь жило восемь наркоманов. Жуткий запах чуть не сбил меня с ног с самого порога. Повсюду валялись пустые бутылки, консервные банки, окурки. На столе стояла банка из рыбных консервов, соус вылился на ковер, и от него шел отвратительный запах.

Когда Сергей вмазался, я понял причину вони. Вытащив из вены иголку со шприцом, в котором были остатки крови, он наполнил его водой и эту розовую жидкость вылил на ковер. Так он чистил шприц. Каждый раз на протертый ковер капало какое-то количество разбавленной водой крови. Вместе с запахом рыбного соуса, окурков и мочи это все создавало сладковато-гнилостное зловоние.

Занавески на окнах пропитались смрадом и водными подтеками. Жуткая духота, спертый воздух, запах разлагающейся крови, табачного пепла заставили бы каждого нормального человека отшатнутся и отступить на порог”.

Алексей, 24 года

Знаете, когда я читаю некоторые лубочные рассказы о жизни и покаянии наркоманов, опубликованные из лучших побуждений “в качестве примера” в некоторых книжках, изданных за последние два-три года, становится очень грустно.

Во-первых, любой наркоман в два счета поймет, что написанное — неправда, и больше никогда не будет брать в руки книги о Боге, Церкви, Православии, — ведь о нем и его проблеме эти книги пишут ложь. Во-вторых, совершенно очевидно, что некоторые из них написаны не выходя из дому. Слишком явно там все подогнано под правильный ответ. В жизни чаще всего бывает не так.

То же самое чувство возникает на православных антинаркотичесих конференциях после заявлений, типа: “В нашем реабилитационном центре за последний год самый высокий результат — 800 человек бросили наркотик, воцерковились!”

Последний рассказ. Это личное письмо. Настоящее.

Здравствуй, мама!

Пишу тебе я, твой сын Вовка. Мамочка, как ты там без меня? Я очень скучаю и хотел бы встретиться с тобой! Но ведь я — наркоман, и ты не желаешь меня знать! Ты часто спрашивала: "Как же так, Вова, где я ошиблась в твоем воспитании? Что сделала не так?". Я думал об этом очень много, но так и не решил, что же тебе ответить. Но я решил написать тебе, как это зло пришло в мою беспечную жизнь, как захватило меня. Сейчас, пожалуй, первый раз за много лет я напишу честно и открыто! Быть может, это поможет и мне, хотя нет, мне уже ничего не поможет, дьявол уже завладел мною.

Сейчас я понимаю, что в моей жизни, нет, в моем существовании, уже нет ничего кроме наркотика. А как бы мне хотелось снова, как в детстве, ты ведь помнишь, мам, кружиться с другими детьми на карусели, играть в прятки, а главное — видеть тебя счастливой. А ведь все могло быть по-другому!? Не возьми я в первый раз в руки сигарету, и возможно, не писал бы сейчас, а сидел с тобой на нашей уютной кухоньке и пил чай с моим любимыми булочками, которые ты так умело стряпала. Ты, скорее всего, помнишь тот день. Я закончил 9-й класс и впервые пошел на дискотеку. Там было весело: все пили, курили, танцевали и целовались. Помнишь Лену? Она мне тогда очень нравилась, но подойти я не решился. Я стоял в уголке и просто смотрел на неё. И вдруг мне в голову пришла мысль: "Надо выкурить сигарету, и я смогу, как другие парни, быть веселым и раскованным". Только сейчас я понял, что эта была первая мысль от дьявола. Он умело играл на моих чувствах и был уверен в победе. Я подошёл к однокласснику, которого все время уважал, и сказал: "Давай покурим?". Он улыбнулся и согласился. С первой затяжкой в голову ударил дурман, а после целой сигареты я еле стоял на ногах. А он сказал: "Выпей пива - станет клево!" Сам не свой, я взял в руки бокал и сделал большой глоток. Дальше помню лишь туман, Ленкины поцелуи и кайф, кайф, кайф!

Проснувшись утром, я сказал себе: "Ты взрослый и крутой, ты уже пьешь и куришь". Я вышел на улицу, посмотрел на своих друзей из двора, играющих в шахматы, и сказал: "Парни, вы не знаете, что такое жизнь". После этого случая я стал чаще и чаще выпивать. Хмель давал мне уверенность в себе, я мог всё! С Ленкой мы подружились и стали пить вместе. Так прошел год: пьянка, гулянки, и, вроде, любовь. С тобой мне было тяжело и неинтересно, я избегал тебя т.к. боялся вопроса: ""Ты пьёшь?" Но уже тогда я готов был соврать, ведь мой внутренний наркоман шептал: "Она тебя не поймет". Круг друзей резко изменился: я стал общаться с пацанами, которых ты называла хулиганами. Я был на равных с ними. Мне было легко, алкоголь давал силы и уверенность!

Это был сон, сон сумасшедшего. Ведь уже тогда внутри меня всё рушилось, но я этого видеть не хотел.

Однажды  к нам в беседку зашёл старшак и так просто сказал: "Курнете травки?" Мы все глядели ему в рот, как мы могли сказать нет? И вот я уже сижу и испытываю совсем новый кайф, его не опишешь словами! Все вокруг окрасилось вдруг в яркие цвета. Я смог так просто говорить с ним, со старшиком.

Через некоторое время я уже курил анашу вовсю. Алкоголь отошел на задний план. Курнув, я мог делать мир таким, каким хотел. Но прошло 9-10 месяцев, и анаши стало мало для того, чтобы накормить зверя во мне. Мы попробовали план, но его скоро стало мало. В то время старшики уже ширялись. Они предложили нам раствор, и мы, конечно, согласились. Взяв в руки шприц, я немного дрожал, было страшновато. Но когда ханка пошла по вене, я задрожал уже от экстаза, это было круче, чем секс!

Я мог бы много писать о том времени. Но меня уже подкумаривает, поэтому буду краток. С того дня жизнь быстро пошла под откос, рушилась вся дружба, любовь, понимание, доверие к людям. Мне уже никто не был нужен вообще, только ханка. Постоянные скандалы с тобой, с друзьями — это было лишь начало моего конца. Я кололся и кололся.

В тот день, когда ты сказала: "Уходи", я лишь усмехнулся. Я шел колоться и жить своей жизнью, вернее жизнью дьявола. Я начал воровать, грабить, я даже УБИЛ человека. И все это за дозу, за очередной шаг к смерти!

(В этом месте письмо чем-то заляпано, разобрать что-либо невозможно).

...и вот я в этом грязном и сыром подвале, мои ноги и руки гниют. Мне уже трудно ходить за очередной дозой. Туберкулез уже перешел в ту стадию, когда харкаешь кровью. Я уже 20 дней не видел людей т.к. в последний раз я смог добыть много героина и мог не выходить из своего укрытия. Менты ищут меня с особой усердностью, они готовы порвать меня! Мамочка, я уже не могу писать, кумар уже очень силен. Не знаю, смогу ли я добыть сегодня наркотик?

За эти 5 лет я превратился из мальчика-отличника в бомжа и наркомана. Все человеческое мне уже чуждо, я уже не верю в выздоровление. Я умру от этого. Лишь иногда, в минуты просветления, подобные этой, я вспоминаю о тебе, и мне, хоть немного, но легче.

Мама, прости меня и попробуй понять: я попал в сети дьявола, умело расставленные в нужном месте и в нужное время. Больше сил писать нет, я иду за наркотиком.

P.S. Если ты читаешь это письмо, то, видимо, я ещё жив.

Наркотик

и его действие

Что такое наркотик?

Несмотря на быстрое распространение наркомании, большинство людей имеет довольно смутное представление о ней. Исследования, проведенные в России, показали, что не только подростки, но и многие взрослые (родители и даже педагоги), до сих пор не имеют достаточного представления об опасности наркотиков, о разрушительных последствиях их употребления. Родители, не обладая достаточной информацией, часто спохватываются только тогда, когда пагубные изменения в их ребенке стали уже слишком очевидны. Как правило, первое действие легких наркотиков они принимают за подростковые изменения.

Итак, что же такое наркотик?

Наркотик — это химическое вещество, ко­торое при введении в организм человека вызывает эйфорию, а при систематическом употреблении — привыкание и жесткую зависимость.

Употребление наркотиков:

— затрагивает самые разные социальные слои населения;

— один из способов получения удовольствия;

— вызывает зависимость;

— смертельно для жизни.

Среди наркотиков, потребляемых в России, в настоящее время наиболее популярны следующие:

Героин

               

Чистый героин белого цвета и горький на вкус. Для получения наркотического кайфа иногда его надо вдыхать через нос. Максимальный же эффект достигается при вкалывании в вену. После принятия наступает чувство эйфории, которое сменяется непреодолимой боязнью исчезнуть, раствориться навсегда. Очень быстрое привыкание. Жаргонные названия: “белый”, “гера”, “гирик”, “гербалайф”.

Опий

               

Представляет собой свернувшийся сок, выделившийся из надрезов незрелых коробочек различных сортов снотворного мака и подвергшийся сушке. По внешнему виду это либо смолообразная масса, либо твердые комочки, иногда — порошок. В основном употребляется внутривенно. Жаргонные названия: “черняшка”, “ханка”.

Марихуана

               

Смесь высушенных или невысушенных верхушек с листьями и остатками любых сортов конопли без центрального стебля. Цвет — от светло-зеленого до коричневого. Жаргонные названия: “план”, “травка”, “шмаль”, “ганджубас”.

Гашиш

               

Смесь смолы, пыльцы, приготовленная путем измельчения, прессования верхушек растения конопли. Встречается в виде брикетов, таблеток, пасты. Цвет — зеленовато-коричневый. Жаргонные названия: “анаша”, “пластилин”, “пыль”. Основной способ употребления — курение, зачастую в смеси с табаком.

Первинтин

               

Один из самых страшных наркотиков на сегодняшний день. Наиболее распространенное жаргонное название — “винт”. Внутривенное употребление первинтина способно всего за несколько лет превратить талантливого молодого человека в слабоумное ничтожество. Человек, употребляющий первинтин, через некоторое время становится абсолютно внушаемым, абсолютно покорным. С ним, как с вещью, можно делать что угодно. В Москве и области около шести-восьми тысяч притонов, в которых варят “винт”. Первинтин тем опасен, что он самый дешевый из наркотиков, который можно произвести кустарным способом. В 70-е годы в Советском Союзе продавалось лекарство, самые обычные капли в нос, которое называлось “эфедрин”. Вот из этого эфедрина научились делать первинтин. Производимый и распространяемый в небольших бутылочках первинтин или “винт”, или “эфедрон”, — по сути дела, разновидность одного и того же наркотика, изготовляется кустарным способом и неизвестно (на упаковке не написано) какое процентное соотношение и каковы его санитарные нормы, были ли они соблюдены при изготовлении раствора. Поэтому каждый человек, который, так или иначе, пробует такой наркотик как винт, рискует просто не очнуться. Каждая доза может быть последней.

УПОТРЕБЛЕНИЕ ЛЮБОГО

ИЗ ЭТИХ НАРКОТИКОВ

МОЖЕТ ИСКАЛЕЧИТЬ

ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ ЖИЗНЬ

И ДАЖЕ УНИЧТОЖИТЬ ЕЕ.

Предрасположенность к наркотикам формируют более слабые вещества, официально не считающиеся наркотиками.

Это и многие лекарственные препараты, употребляемые “для улучшения сна”, “для успокоения нервов”, которые весьма популярны среди населения и подростков в частности. И любое из этих наркогенных веществ, продемонстрировав более легкий путь решения духовных, психологических, экзистенциальных проблем, прокладывает гладкую дорогу к зависимости от более сильных наркотиков.

Священник Михаил (Махов) также считает, что есть множество способов, с помощью которых можно медленно и уверенно “приучить” человека к наркотику:

“Сейчас на рынке пищевых и лекарственных товаров более 8 тысяч видов продукции (из них более 6 тысяч лекарств и 2 тысячи пищевых продуктов), содержащей эфедрин, амфитамины, анаболики и другие средства разрушения организма, приведение его к легкой наркотизации. Это почти все виды напитков с тонизирующим эффектом, это жвачки и конфетки, иностранный шоколад, всякие импортные пищевые добавки, практически все средства для похудания и большинство “травяных” лекарств. Все не перечислишь. Цель одна — достичь 100% принятия наркотика потребителем. Дело в том, что при первом приеме “тяжелого” наркотика почти половина людей имеет отрицательную реакцию в виде тошноты, сильного головокружения и т.д. А если организм подготовить “легкими” наркотизаторами, то обеспечен положительный эффект у ста процентов потребителей. Вот и идет подготовка. Более 90 % наркоманов “проходили” подготовку “легкими” наркотиками. Сегодня это “легкие” наркотики, а завтра детям предложат “тяжелые” и они не смогут отказаться”.[30]

Принятие внутрь наркогенного вещества вызывает состояние, которое называется “приход”...

Психология “первого раза”

Так зачем же подростки употребляют алкоголь, наркотики и многие другие изменяющие состояние сознания вещества, несмотря на то, что большинству из них известно, что после употребления у многих людей возникают определенные осложнения? Что толкает их на этот путь, несмотря на наличие множества ужасающих примеров вокруг? Вот некоторые наиболее распространенные ответы на этот вопрос:

— чтобы было хорошо;

— для кайфа;

— так легче общаться;

— от горя;

— чтобы было весело;

— чтобы танцевать;

— чтобы быть взрослее и “круче”;

— просто, чтобы испытать, что это такое;

— чтобы уйти от боли;

— за компанию;

— чтобы расслабиться;

— для смелости;

— для энергии;

— чтобы уйти в другие миры...

Другой вопрос, задаваемый психологами подросткам, звучит примерно так: "Что вас останавливает от пробы наркотика"? Ответы были такими:

— боюсь за свою жизнь, здоровье;

— боюсь проблем, которые возникнут с родителями и милицией;

— у меня на это свои принципы и убеждения;

— не хочу пробовать, у меня на это нет денег...

Оказывается, мы с вами живем в таком мире, где причин для того, чтобы употреблять наркотики, гораздо больше, чем причин, чтобы их не употреблять.

Ни один наркоман, погибающий в притоне, подвале, на чердаке или в общественном туалете от передозировки, не предполагал такого конца, когда вводил себе первую дозу или затягивался первым “косяком”.

Вначале он, как и большинство современных молодых людей, думал так:

— в жизни надо все попробовать;

— один раз не страшно;

— я всегда буду контролировать себя;

— я сильный, буду держать себя в руках;

— те, кто стали наркоманами — слабые и безвольные люди, я не такой;

— а мне на все наплевать;

— ведь друг сказал, что он колется, и все о'кей;

— чем я хуже других;

— а гори оно все огнем;

— когда почувствую, что начинается зависимость, сразу же брошу;

— от этого вещества зависимости не бывает...

А возможно, он в этот момент вообще ни о чем не думал...

Чем могут быть вызваны

первые опыты в подростковой среде?

Психологи считают, что основными факторами, вызывающими устойчивую наркотическую зависимость, чаще всего являются два следующих: специфические черты психики подростка и внешняя среда. Под первой составляющей мы имеем в виду эмоциональную несбалансированность, вызванную или чрезмерно опекающим или чрезмерно суровым отношением родителей. В первом случае подросток (и это вполне естественно!) старается побыстрее вырваться из тисков родительской опеки и начать проявлять себя в самостоятельных действиях и поступках, во втором — семья сама выталкивает его на улицу, где он (тут вступает в силу второй фактор) получает поддержку, понимание, одобрение, то, чего ему не хватало в семье. Чаще всего совокупность этих двух составляющих толкает человека на первое употребление.

Кроме того, перечислим еще целый ряд факторов, которые являются следствием первых двух. Можно предположить, что нижеприведенные причины являются теми педагогическими задачками, которые мир взрослых не научил (и, чаще всего, не учит) решать подрастающее поколение. Итак, на первое употребление наркотиков человека может толкнуть:

— естественное любопытство, желание “просто попробовать”;

— активный поиск новых видов “кайфа”;

— неумение сказать “нет”;

— трудности с пониманием собственных границ;

— попадание под влияние различных мифов о химических веществах;

— страх прослыть “белой вороной” или “маменькиным сынком”;

— неосознанное (или осознанное) желание убежать от сложностей жизни;

— наплевательское отношение к себе и своей жизни, “пофигизм” как мировоззрение;

— желание сделать свою жизнь интересной и наполненной;

— незнание того, как на самом деле действуют наркотики на психику и организм человека, каковы страшные последствия употребления.

Первые дозы наркотиков вызывают резкий сбой нейрохимического баланса головного мозга. Очень важно знать, что действие наркотиков обусловлено не столько тем, что они сами непосредственно вызывают удовольствие, сколько тем, что заставляют организм активизировать собственные ресурсы, истощая их бешеными темпами. Об этом будет подробнее сказано далее.

А если человек все же попробовал...

Что дальше? Дальше он оказывается на развилке. Перед ним два пути:

1. Полностью прекратить употребление.

2. Продолжать употребление, что неминуемо ведет ко все большей зависимости от наркотиков и, в конечном итоге, к смерти.

Считается, что наркоманы и алкоголики — люди слабые и безвольные. На самом деле они проявляют незаурядную целеустремленность и силу воли в вопросах приобретения наркотиков или же денег для этих целей. Воля есть, но ее усилия направляются только на одну-единственную цель: где взять средства, чтобы купить очередную дозу кайфа.

Для следующего этапа развития зависимости характерно:

— осознанное желание получать “кайф” при помощи наркотических веществ;

— планирование (на первых порах) употребления;

— поиск разумных оправданий для употребления,

— оправдание поступков, спровоцированных употреблением;

— поиск “подходящей” компании;

— наркотики становятся необходимым атрибутом веселья и отдыха;

— наркотики начинают использоваться как средство против “комплексов”, лекарство от стресса, способ общения, спутник сексуальных отношений,

— рост требуемой для получения нужных ощущений дозы;

— формирование особой “тусовки” — свои наркотические вещества, своя музыка, особый стиль одежды, юмор, сленг.

А если захотел “завязать”...

А сейчас мы предложим вам рассмотреть причины отказа от наркотиков, установленные психологами в ходе опроса наркозависимых:

1. Первая группа, самая многочисленная в процентном отношении (28%), в которой наркоманы выразили неудовлетворенность образом жизни, ощущением жизненного кризиса:

— устал от наркоманской жизни...

— устал от наркотиков...

— отвратительный образ жизни...

— хочу нормально жить...

— вижу жизненный тупик...

— ощущаю границу, которую нельзя переступить...

— чувствую несвободу...

— надоела такая жизнь...

— дальше некуда, дошел до точки...

— вокруг опустошение, тупик — хочу искать другую дорогу, я никому не нужен...

— хочу жить по-другому, хочу испытывать радость от жизни...

— хочу жить, в конце концов, а не умирать!

2. Вторая группа — 20 процентов больных объяснили это беспокойством о своем физическом и психическом здоровье:

— возникли проблемы со здоровьем — сердце, печень...

— чувствую снижение психологических способностей...

— боюсь физической зависимости...

— часто пребываю в депрессии, исчезли вены...

— чувствую признаки психических изменений: слышу “голоса”, мало эмоций...

— просто довожу себя до депрессии, на другое уже не способен...

— боюсь за свое здоровье...

— наблюдаю в себе негативные изменения личности...

— раздражает зависимость, замкнутость...

— часто возникают суицидные мысли, депрессия...

— боюсь за рассудок, боюсь сойти с ума...

— понимаю, что меня оставили все чувства...

3. Третья группа опрошенных (19%) отметила, что у нее возникли проблемы взаимоотношений с близкими и ограниченность общения вообще:

— нет нормальных друзей...

— наркотики мешают общению с девушками...

— родные требуют моего лечения...

— плохие отношения в семье, очень жалко маму...

— чувствую свою ответственность за отношения с близкими людьми...

— не нравится принадлежать к наркоманам...

— невозможны нормальные отношения с людьми...

— определенное мнение со стороны окружающих...

— недостаток близких отношений...

— жалко родителей...

— чувствую ответственность за дочку, хочу уделять ей больше времени...

— боюсь, что узнают...

— да просто надоело общаться с “опиушниками”...

4. Четвертая группа, тоже довольно немалая — 16%, почувствовала дефицит или утрату прежних ценностей, социального положения, которые для них были значимыми. Кроме того, они увидели отсутствие перспективы реализовать свои ранее намеченные планы в будущем:

— все потерял: деньги, отношения с людьми, работу...

— вижу неосуществимость стремлений...

— гнетет социальная неустроенность...

— хочу жизнь налаживать, завести семью, найти работу...

— хочу стать полноценным человеком...

— хочется взяться за ум...

— хочу иметь детей...

— чувствую панику от безысходности...

— хочу сохранить семью...

— мне нужна работа...

— нет возможности завести семью, родить ребенка, нормально работать...

5. Пятая группа. Девять процентов опрошенных указали на внешние обстоятельства, вынуждающие прекратить употребление наркотиков:

— много денег уходит, уже не то удовольствие...

— осложнение жизненной ситуации...

— проблемы с милицией...

— проблемы с “барыгами”...

— дорого, тяжело доставать наркотик...

— денег нет: нечем кормить ребенка....

— наркотик — это тюрьма, а садиться нельзя, потому что больна мать...

— тяжело содержать свою возросшую дозу...

6. В этой, шестой группе (6%), больные осознали риск ухудшения ситуации в будущем:

— сесть неохота...

— все только ухудшается... Какое мое будущее? Тюрьма? Смерть?..

— надоело жить на грани...

— думала, умру...

— наркоманы составляют группу риска: тюрьма, спид, передозировка...

— могу потерять оставшееся, не хочется опускаться дальше...

7. Эта группа в процентном отношении самая малочисленная: (всего три процента), но причины прекращения употребления наркотических средств она приводит довольно основательные. Посудите сами:

— чувствую страх за свою жизнь...

— хочу проверить свою силу воли: смогу или не смогу жить без наркотиков...

— неприятно чувствовать, что мое сознание меняется на другое...

— чувствую пресыщение от наркотиков, мерзость...

“Приход”...

Приход у наркоманов — это вовсе не форма устроения церковной жизни. У них свои “приходы”.

То, что наркоманы называют “приходом” — это непосредственное воздействие наркотика на “мю”-рецепторы, предназначенные для восприятия эндорфинов — так называемых “гормонов удовольствия”, — которые естественно в необходимом количестве вырабатываются человеческим организмом. Эндорфины отвечают за то, чтобы поддерживать тонус человека в его повседневном существовании, выбрасываясь в кровь, когда человек получает естественные радости жизни: творческое удовлетворение от выполненной работы, удовольствие от принятия душа, общения с друзьями, увлекательного чтения, прогулок в парке после дождя или вкушения вкусно приготовленной пищи.

В избытке забивая клеточные рецепторы, наркотик сигнализирует мозгу о том, что всеми возможными удовольствиями человек надолго обеспечен. С этого момента выработка эндорфинов прекращается до тех пор, пока наркотик полностью не выйдет из организма человека.

Например, за три года “кайфа” наркоман около трех лет со времени окончания употребления будет расплачиваться психической депрессией, "сухими ломками" и прочими “прелестями” постнаркотического синдрома. Именно полным отсутствием эндорфинов объясняются депрессии в период абстиненции, депрессии, занимающие первое место в мире по суицидальному исходу.

...и его последствия

Через некоторое время регулярного употребления наркотиков эйфория сменяется жесткой физической зависимостью — человек употребляет наркотики не столько ради получения кайфа, сколько из страха подвергнуться ломке — крайне тяжелому и болезненному состоянию, сопутствующему возврату организма к нормальной деятельности. При внезапном отрыве от приема наркотика возникают беспокойство, бессонница, депрессия, ломота и давление в суставах, очень неприятные, тягостные ощущения в мышцах, могут быть судороги в конечностях, озноб, сердцебиение.[31] В подобном состоянии человек готов на любой поступок, лишь бы добыть денег на новую дозу наркотического вещества. Не каждый способен выдержать ломку, и поэтому многие предпочитают продолжать прием наркотика как единственное средство разрешения проблемы.

Если пройтись, как говорят врачи, “объективно по органам и системам”, то в тот момент, когда наркоман втыкает в вену шприц, находясь на прекрасной и недалекой грани между сном и реальностью, с ним начинают происходить ужасные вещи. В большинстве случаев происходит заражение гепатитом С, что со временем приводит к поражению печени и циррозу. Разрушается поджелудочная железа, в результате чего нарушается обмен веществ. Атрофируются мышцы тела. Наркотик наносит безжалостный удар по всем гормоновырабатывающим железам, страдает психосексуальная сфера. В легких стопорится дренажная функция бронхов. Разваливается зрение, вкус, слух и обоняние — угасает функция рецепторов. Обезвоживается кожа. Все процессы анаболизма замедляются, наркотиком пропитывается каждая клетка тела.

Употребление наркотиков пагубно сказывается на жизнедеятельности абсолютно всех органов и систем человека. В первую очередь страдают сердечно-сосудистая система, почки, легкие, желудок. Развивается импотенция, разрушаются генетические основы существования как самого человека, так и его потомства, которое обречено на неполноценность. В итоге человек, как правило, становится инвалидом, и значительно сокращается срок его жизни. Начавшему употребление наркотиков остается жить максимум семь-десять лет.

В личности наркомана, в его психическом устроении появляются устойчивые черты: человек становится нелюдимым, мрачным, злобным, раздражительным, подозрительным, черствым, неспособным сочувствовать и сопереживать. Наркомана может преследовать беспричинный страх. В дальнейшем употребление наркотиков приводит к серьезным психическим заболеваниям. Наркоман деградирует как личность, стремительно падает интеллект, интересы наркомана становятся примитивными, слабеет память, он утрачивает интерес к жизни, к окружающим, теряет контакт с друзьями и близкими. Дети наркоманов, как правило, рождаются уродами, слабоумными. Медики говорят, что последствия “баловства” наркотиками в значительной мере скажутся не столько в первом, сколько во втором и третьем поколениях, поскольку употребление наркотика разрушает генетическую структуру человека.

Понятно, что в значительной мере разрушаются моральные и этические ценности человека. Наркоманы, особенно в состоянии опьянения, могут совершать совершенно безрассудные, опасные для себя и для окружающих поступки. О том, что при употреблении наркотиков существует огромный риск самоубийства, нет смысла говорить отдельно.

Недавно один знакомый наркоман сказал мне, что к мысли о том, что пора бросать, его привел следующий случай. В состоянии ломки он пришел на квартиру своего друга, где попросил сделать укол героина. Проснувшись утром около пяти часов, он увидел своего друга, который сидел на кухне в неподвижной позе и был уже мертв. Он умер от передозировки. В холодном поту выбежав на улицу, мой знакомый понял, что это сигнал о том, что пора “завязывать”.

В заключительной фазе наркотического безумия у наркомана пропадают не только элементарные социальные навыки, но и такие естественные для каждого человека бытовые потребности, как потребность в чистоте, естественная брезгливость и даже инстинкт самосохранения. Появляется полное безразличие к другим людям и окружению, умственное отупение. Человек становится примитивно-эгоистичным. Единственный стимул к деятельности, к сожалению, все менее координируемый — стремление к одурманиванию и страх перед ломкой. Наркоман теряет остатки человеческого достоинства и, как безвольная кукла, соглашается на любое унижение, на любую мерзость, лишь бы добыть желаемый товар.

Героин и девушки

Внешность девушки, употребляющей наркотик, очень скоро и очень стремительно деградирует, сколько бы ни писали “модные” журналы о “модной” героиновой изможденности. Наркотик искажает генетическую природу человека. Вот что пишет врач-гинеколог М. Иванов:

“У героиновых наркоманок уже после полутора лет употребления шансы родить убывают с каждым уколом в геометрической прогрессии. Необратимо подавляется гормональный фон, мало того, эстрогены мутируют, становясь канцерогенами. Вместе со всей поперечно-полосатой и гладкой мускулатурой атрофируются мышцы матки. У 100% — грубые нарушения самого разного характера. После трех лет стажа такие женщины лежат только в гинекологии, тратя бешеные деньги на лечение и с нескрываемой завистью поглядывая на “пузатиков” из родильных отделений. Да, инстинкт остается долго, даже после того, когда не остается никаких сомнений в бесплодии. От этого жуткие депрессии, вплоть до случаев самоубийств. На Западе есть несколько программ, в которых лечение от наркомании основано на страхе перед бесплодием. У мужчин, кстати, это импотенция... Если кто-то думает, что я просто запугиваю, пусть познакомит меня со счастливой матерью-героинщицей”.

В Санкт-Петербурге открылся единственный (пока!) родильный дом для женщин-наркоманок. Представьте себе, 6% новорожденных младенцев уже в материнской утробе, а затем и сразу после рождения уже испытывают героиновые ломки!

Существуют ли мягкие,

"безопасные" наркотики?

Существуют наркотики, от которых жесткая зависимость возникает сразу после первого приема. Наряду с ними, существуют и такие, которые не вызывают сильного физического влечения сразу после первого приема. Их принято называть “мягкими”. Зачастую наркоманы начинают именно с них.

Последствия употребления “мягких” наркотиков на первый взгляд незначительны: легкие расстройства сна, повышенная возбудимость, неприятные ощущения в области сердца, отсутствие аппетита, сонливость. Однако с первого раза возникает сильное психологическое влечение, психологическая зависимость в виде трудно преодолимого желания жить в иллюзорном мире. В опьянении человек ощущает свое могущество, якобы обострение интеллектуальных возможностей, может "по заказу" вызывать яркие иллюзии, галлюцинации с чувством блаженства.

"Мягкие" наркотики не менее опасны — речь идет лишь об относительно более длительных сроках возникновения и меньшей интенсивности физической зависимости, а потребность в уходе в нереальный мир, желание эйфории, т.е. психическая зависимость с охлаждением к реальной жизни — такие же.

Насколько далеко зашло дело?

Как можно определить, насколько далеко зашло употребление наркотиков?

Вот те признаки, которые должны насторожить увлекшегося их употреблением:

*если человек замечает, что употребление наркотиков ему нравится,

* если все чаще он теряет контроль над собой,

* если наблюдаются провалы памяти,

* если человек пытается прекратить употребление, но все равно возвращается к наркотику,

Если такие признаки есть, значит, человек оказался пойманным в силки наркотической зависимости.

Здесь самое время задуматься:

*  Какие все-таки у меня планы на эту жизнь?

* Продолжать ли мне бесшабашно проживать ее, теряя здоровье, теряя драгоценные дни и годы, данные мне свыше, или искать силы, чтобы бросить все это?

* Просить ли помощи у родителей, врачей, у Бога для того, чтобы вернуться к полноценной жизни или погибать, как погибают сотни, тысячи моих сверстников, так и не узнавших, какая прекрасная штука эта жизнь и для чего она дана человеку?

“Каждый новый твой день

Оставляет на венах ссадины.

И нет света белого, только лишь одна тень.

Солнце твое тобою же украдено.

Запах цветов... Да, вещь банальная,

Но ты не сможешь уже его чувствовать.

Плохо закончится история твоя печальная

И ты начнешь навсегда отсутствовать”[32]

Стоит отметить, что часто подросткам или детям первые опыты кажутся безобидными. В подростковой среде, к сожалению, существуют разные мифы: типа того, что если наркотик не колоть в вену, зависимость не возникнет.

Это миф, это неправда.

Любой способ употребления наркотиков

неизбежно приводит к зависимости.

Что такое наркотический кайф?

Описания, собранные нами из разных источников, довольно специфичны, неполезны для перечитывания тем, кто совсем недавно освободился от зависимости, но, думается, крайне необходимы тем, кому по долгу службы необходимо понимание внутреннего мира зависимого человека, понимание всей пагубности греховных переживаний, стимулируемых наркотиком.

В состоянии наркотического опьянения человек перестает испытывать душевную и физическую боль, появляется ощущение легкости, комфорта. Ощущение легкости приводит к потере контроля над собой и утрате чувства реальности. Бывают случаи, когда человеку начинает казаться, что он может выпрыгнуть из окна и полететь по воздуху и т. д. Состояние наркотического опьянения продолжается только в то время, когда наркотическое вещество содержится в крови.

Переживание наркотического опыта настолько ярко запоминается, настолько глубоко фиксируется каждой клеточкой тела, настолько пронизывает физическую, психическую и духовную природу человека, что, запечатлеваясь в основании центральной нервной системы, в душевных глубинах структуры человеческой личности, формирует в ней новую доминанту, определяющую отныне ход желаний, мыслей, поступков. Потребностный цикл всего человеческого существа становится ориентированным на достижение эйфории.

Что же такое “эйфорическое состояние” наркомана, состояние “кайфа”? Оно включает в себя ощущение "прият­ности" как таковой и восприятие человеком окружающей обстановки и собственного тела совершенно особенным образом. При этом возникает чувство невесомости тела, легкости, парения. Возникает ощущение силы, свободы и уверенности в себе.

“Через несколько секунд после введения наркотика возникло ощущение настолько приятное, что оно превосходило все, испытанное раньше. Я погрузился в мечты... не хотелось ни двигаться, ни думать. По рукам и ногам полилось чувство теплого блаженства. Образы и звуки, которые приходили в это время, были настолько необычными и в то же время близкими и знакомыми, что не поддавались никакому описанию...

Все было как в приятном сне, который вспоминается очень долго. Окружающего как будто не существовало, но я знал, что мои друзья испытывают то же, что и я. И от этого они казались мне ближе, чем раньше. Все их поступки и мысли стали мне близки. В них осталось только хорошее. Думал я о них, как об очень милых и сердечных людях. Такое состояние длилось (как потом я узнал, посмотрев на часы), около трех часов. Затем ощущение стало снижаться, и было очень жаль расставаться с мечтами, не хотелось, чтобы их сменила грубая реальная жизнь.

После всего этого желание испытывать действие наркотика стало постоянным и больше никогда не исчезало. Я начал запасать его впрок, чтобы, ввести в удобное время, когда никто не смог бы помешать мне доставить себе удовольствие. Всегда заранее ожидал тех ощущений, которые появятся после укола.

Через полгода регулярного употребления я заметил, что прежняя доза уже не дает желанного эффекта. И к концу года я увеличил ее в четыре раза”.

Илья, 22 года

(стаж 3,5 года)

Наркотический опыт значительным образом влияет на характер отношений человека к окружающим людям. В состоянии "кайфа" возникает ложное переживание особого отношения к людям, чувства симпатии, открытости, легкости общения, чувства взаимопонимания и полноты отношений.

Наркотический кайф изменяет (иногда пожизненно) характер мышления человека. В первую очередь — это изменение соотношения логического и наглядно-образного мышления, характер оценки объектов мышления. Для людей, имевших наркотический опыт, характерны потрясающие проявления подстройки под собеседника, о чем бы он ни говорил, кем бы он ни был. Эта личностная особенность определяется не столько эмпатическим складом характера, сколько тенденцией к размыванию личностных границ. Наркоман — человек с размытыми личностными границами. Для него характерна потеря грани между “я” и “не я”.

Под воздействием наркотика особым образом деформируется греховная природа человека, поскольку происходит торможение более естественных его греховной природе страстей и влечений в пользу доминирующей страсти — потребности в наркотике. У наркоманов со стажем наступает некое утишение других страстей, поскольку страсть к наркотику наиболее сильно и властно овладевает человеком.

Отношения наркомана к наркотикам очень похожи на чувство влюбленности. Он все время думает о предмете своей страсти, постоянно ожидает встречи с ним и стремится к нему. Предвкушает радость, если эта встреча состоится, тоскует и нервничает, если она откладывается, готов на что угодно, только бы быть рядом с наркотиками.

Острота, глубина и характер свойственных состоянию наркотического "кайфа" ощущений и переживаний запоминаются надолго, если не на всю жизнь, и, при отсутствии критического отношения, начинают служить ориентиром в поведении человека, испытавшего это. Во-первых, это эйфория, потом ощущение прилива энергии, повышение умственной активности. Наркотик заставляет работать очень значительное число клеток головного мозга на работу в экстренном режиме, что дает избыточную самоуверенность, усиленное чувство восприятия, снижение потребности во сне, повышенное беспокойство и постоянное желание повторить первый опыт наркотического опьянения. У всех кокаиновых и первинтиновых наркоманов быстрыми темпами развивается бредовый психоз, т.е. сумасшествие.

Память ставится в услужение наркотической потребности. Своеобразной разновидностью поврежденной наркотиком памяти являются устойчивые изменения внутренних процессов, изменения обмена веществ в нервных клетках, вызываемые наркотиком. Чем они устойчивее, тем память о воздействии наркотиков прочнее, тем вероятнее, что укоренившаяся в человеке страсть спровоцирует повторный прием наркотического вещества.

Информацию, полученную в процессе употребления наркотика, можно вспомнить в полном объеме только после приема того же наркотика. Такая особенность памяти — одна из ловушек для любого наркомана. Вместо одной личности, одной памяти образуются как бы две личности и две памяти. Одна из них — личность, для которой самое главное — наркотик, другая, бешенными темпами уничтожаемая первой, — прежняя, ненаркотическая.

Восстановить жизненный опыт и информацию, полученные в состоянии опьянения, в трезвом виде бывает практически невозможно. Это одна из тех причин, по которой врачи не любят общаться с наркоманами, находящимися в состоянии опьянения, — это бессмысленно.

Что такое побочки?

Тех молодых людей, которые находятся на грани решений употреблять или не употреблять наркотик, пастырь может предупредить, рассказывая о серьезных побочных действиях, которые производит наркотик в организме человека. Эти самые побочные действия на наркоманском жаргоне называются “побочками”. В описании “побочек” мы опираемся на материалы книги “Кокаин, первинтин и другие психостимуляторы” замечательного врача-нарколога, автора нескольких книг по вопросу наркомании Александра Николаевича Данилина.

Сначала еще один штрих к общему наркотической портрету зависимости.

“Довольно быстро начинаешь понимать: повторить кайф первой дозы не удастся никогда. Из удовольствия остается только коротенький приход... Но колоться продолжаешь, потому что без “винта” кошмар... Я могла только на диване лежать — неделями, делать не можешь ничего, желаний нет никаких, нет сил даже встать и хлеба купить. Колешься как-то по инерции, чтобы чувствовать себя нормальной, нужно же как-то взбодриться”.

Жанна, 17 лет.

За короткий период удовольствия от “прихода” и за ощущение возврата бодрости наркоману приходится очень дорого платить. Не только деньгами, не только сексуальными услугами, но и постоянно возникающими за счет действия грубого психостимулятора разрушительными изменениями, происходящими в нервной системе. Наркоман, кроме непосредственной угрозы развития сумасшествия, в результате прямого химического действия наркотика на мозг постоянно находится под угрозой психоза и даже смерти в результате ошибок и даже преступных действий изготовителей наркотиков, ведь на “разбодяжку” чеков с героином идет все, что попадется под руку: от известки в подъезде до сахара и парфюмерной пудры. Действия изготовителей наркотиков, при которых происходят различные ошибки или в концентрации или в стерильности, вызывают “побочки”. Каждое побочное действие — новое, необычное, а поэтому интересное впечатление для наркомана, связанное с отеком тех или иных участков головного мозга под действием наркотиков. Науке же известно, что головной мозг может пережить подобные перегрузки всего лишь несколько раз: не более пяти-шести, а потом он отказывается работать в полную силу. На сленге наркоманов психотические состояния описываются звучными словечками. Мы описываем их по той классификации, которой пользуются пациенты различных наркологических клиник, опираясь на замечательную книгу А.Г. Данилина “Кокаин, первинтин и другие психостимуляторы”.

 1. “Непонятки”. На наш взгляд, это очень образное название. Самое легкое и частое нарушение психической деятельности, вызываемое перевозбуждением нервных клеток мозга. Нервная система перевозбуждена настолько, что сигналы как из внешней среды, так из своего собственного психического мира ею перестают восприниматься полностью. Человек, по образному выражению одного пациента, превращается в овощ. Он не может ориентироваться, говорить, не может вспомнить собственного имени, не понимает, что с ним делают окружающие. Он, как автомат, легко подчиняется командам, произнесенным тихим, но приказным голосом. Человек как бы “потерялся”. Во время подобной передозировки он теряет ощущение собственного “я”, это состояние может продолжаться около восьми часов. Человеческая личность как индивидуальность отсутствует, остается лишь пустота, послушная, полностью подчиненная внешнему влиянию оболочка.

2. “Заморочки”. Когда человек находится в состоянии “заморочек”, это проявляется в импульсивном стереотипном поведении. Наркоман как бы застревает на каком-то одном примитивном жесте, действии или мысли. Девушка-наркоманка, находящаяся в таком состоянии, может по нескольку часов сидеть у зеркала и одними и теми же движениями накрашивать губы. При этом если ее позвать или спросить, когда она перестанет краситься, она скажет: “Сейчас, сейчас” и будет делать то же самое. В состоянии “заморочек” люди могут сутками выдавливать прыщи на лице, вертеть в руках какую-нибудь вещь, вырывать на себе волосы или курить подряд по 8-10 часов, одним словом “заморачиваться”. На период “заморочек” наркоман теряет ощущение времени. Когда ему скажут, что прошло уже несколько часов, он может не согласиться и сказать: “Прошла одна минуточка”. В этом состоянии человек повторяет бесчисленное количество раз одну и ту же фразу, значение которой в нормальном состоянии, после того как заморочка проходит, ему самому становится совершенно непонятной. Человек может механически раздеваться или просто-напросто, сидя в кресле, трястись, и это состояние будет продолжаться очень долго.

3. И еще одно состояние — “вынесло на базар”. Это такое состояние, при котором человек, приняв избыточную дозу, начинает чувствовать себя оратором или проповедником. Однообразно и бесконечно он повторяет одну и ту же фразу по кругу, излагает одни и те же примитивные мысли. Его невозможно остановить, пока такое состояние не окончится само. Надо сказать, что продолжаться такая “проповедь” может дольше, чем предыдущие описанные побочки. “На базаре” человек может находиться более суток. И все это время он не спит и не ест. Он начинает навязчиво приставать со своими речами, становиться агрессивным и для доказательства своей правоты он может пойти на любое действие, включая убийство и самоубийство.

4. “Навязки”. У наркомана возникает ощущение, что окружающие строят против него заговор, угрожающий жизни и здоровью. Девушкам кажется, что за ними часами ходит насильник, появляются галлюцинации, они слышат за спиной голос, угрожающий изнасиловать и убить, видят человеческую фигуру, внезапно появляющуюся из-за угла. В таком состоянии человек может кинуться на прохожего или на человека, который, как ему кажется, попытался его убить или вынашивает замысел о его убийстве, даже если это близкий родственник. Изначальным и главным проявлением такого состояния является страх. После радостного настроения, которое дает наркотик, внутри появляется некий “червячок” страха. Сначала человек боится не чего-то конкретного, — страх возникает сам по себе. Но потом страх растет, и человеку начинает казаться, что его приятель или знакомый пытается его убить. Каким-то краешком ума может прийти понимание, что этого быть не может, что нет никакого смысла и причин тебя убивать. Но страх овладевает человеком и заполняет его сознание. Такой человек начинает прятаться в шкаф, заклеивает окна или плотно закрывает их шторами, может часами не выходить из дому, а если выходит, то закрывается воротником и сильно надвигает кепку на собственное лицо. В таком состоянии выносливость человека гораздо лучше, он может не чувствовать боли. Очень трудно остановить его агрессию, если он начинает ее проявлять. И человек становится социально опасным.

5. “Тараканы”. Наркоману в таком состоянии кажется, что какие-то существа (у подростков чаще всего это тараканы или клопы) ползают под кожей, разъедают мышцы, делают дыры в теле. Тараканов может быть очень много, больному кажется, что они кишат у него под кожей и вот-вот сожрут его тело. В таком состоянии человек чувствует запах собственного разлагающегося тела и слышит звук, с которым тараканы грызут его. Отвратительные запахи могут исходить от людей и предметов, окружающих наркомана. Как правило, это запахи кала и гниения. Наркоманы пытаются заткнуть нос ватой, для того чтобы не чувствовать этой вони.

6. “Попасть под измену” или “сесть на измену”. Этим выражением описывается предельное состояние психического разрушения наркомана. Иначе говоря, именно таким психозом оно и заканчивается. “Измена” — это хронически протекающий бредовый психоз, паранойя. “Измена” — это навязки, которые не кончаются никогда. После “измены” следует либо смерть наркомана, либо попадание в психиатрическую больницу.

В состоянии “измены” на человека нападает ощущение, что все ему изменяют: изменяет любимая женщина, друзья что-то замышляют против него, всюду враги, убийцы, насильники, включая собственных близких родственников, которые хотят сдать наркомана в милицию или кому-то еще. В этом состоянии психоз достигает такой степени, что наркоман чаще всего начинает прятаться без еды и питья в жилых или заброшенных домах, на чердаках или в подвалах. Они прячутся от преследующих врагов, убийц, “ментов”. Они на долгие месяцы запираются дома, выключают звонок, телефон, не реагируют на стук в дверь. Плотно завешивают окна, некоторые еще, сохраняя остатки благоразумия, предупреждают близких людей и окружающих: “Не подходите ко мне близко, я под “изменой”.

7. “Трехалово”. Что это означает? Изготовление самодельного наркотика не исключает попадания внутрь раствора частиц пыли, грязи, посторонних химических веществ. При внутривенном введении раствора человек испытывает ощущение, которое в медицине называют пирогенным шоком. Наркоманы называют “трясками” или “трехаловом”. Просто, другими словами, это химическое внутривенное отравление. Температура тела за считанные минуты поднимается выше сорока градусов. По телу проходит волна мелких судорог, и человек начинает трястись.

В этой главе мы рассказали о тех побочных действиях наркотика, о которых наркоман, возможно, не знает и не предполагает, когда начинает принимать наркотик, но которые становятся неотъемлемой частью его наркоманской жизни.

Болезнь или грех?

Наркомания —

предапокалиптическая тайна

Священник должен в особенности соблюдать при оценке человека его свободу, его личность, его нравственное достоинство.

Архимандрит Киприан (Керн)

Наркомания... На протяжении последних десятилетий медики всего мира пытаются вскрыть ее тайну, найти методы и теории выхода из зависимости, но исчерпывающей разгадки пока что нет...

Священник Евгений Генинг, пастырь, долгое время осуществляющий практическую помощь зависимым людям, констатирует:

“На первый взгляд кажется, что это проблема медицинская, и Церковь здесь ничем, кроме молитвы, помочь не в состоянии. Но, если вспомнить, что причиной любого телесного недуга является грех, то становится понятно — корни наркотической зависимости надо искать в сфере духовной жизни человека. Конечно, существуют физиологические предпосылки к наркомании, однако опыт показывает, что даже если наркоману снять “ломки”, он через некоторое время возвращается к употреблению наркотиков. Это также наводит на мысль о том, что есть какие-то более глубокие, нежели просто физиологические, причины, обуславливающие пристрастие к наркотикам...”

Сегодня тысячи наркоманов обращаются за помощью к Церкви в надежде, что им помогут справиться с недугом. Многие из них обретают там помощь. Однако большинство становятся жертвами “мифа о быстром исцелении”, рождающегося благодаря тому, что некоторые верующие люди убеждают их в том, что если они только начнут произносить определенные молитвы, ездить к старцам, посещать “отчитки”, “бес наркомании” выйдет сам по себе.

Безусловно, Господь может явить Свое чудо и в самых невероятных ситуациях. Но, к сожалению, так мало людей сегодня способны хоть сколько-нибудь веровать, для того чтобы удостоиться этого чуда. Еще меньше тех, кто готов измениться, изменить образ мысли, а значит, покаяться.

Исцеление ЛИЧНОСТИ, составляющие которой: ум, чувства и воля — порабощены наркотиком; восстановление разрушенных социальных связей, обретение глубинных отношений с Тем, Кто незримо присутствует над нами, ожидая нашего возвращения к нашей собственной глубине, осознание того, зачем мы родились в этот мир, что мы должны успеть сделать, — процесс очень медленный, болезненный.

Наркомания, как раковая клетка, все больше и больше поражает молодой организм нашей страны, ее будущее, ее генофонд. Для ее преодоления требуется объединение невероятных усилий медиков, психологов, священнослужителей, государственных структур.

Наркоман:

больной или преступник?

Как общее правило в сложных случаях, могущих смутить совесть пастыря, он должен всегда помнить, что соучастие и доброе отношение всегда лучше, чем излишняя строгость, так как перед священником находится или больная воля, или больной рассудок.

Архимандрит Киприан (Керн)

Сложность пастырского окормления наркоманов заключается в том, что этому явлению до сих пор не дана полная, исчерпывающая оценка с точки зрения православного душепопечения. Его духовное содержание не раскрыто. Приемы и методы пастырского душепопечения наркоманов пока нигде не описаны, поскольку опыта их окормления в церковной среде еще недостаточно.

Для того чтобы разобраться в этом вопросе, нужно попытаться взглянуть на наркоманию и наркоманов с той же позиции, с которой пастырь призван Богом смотреть на любого грешника. Необходимо, прежде всего, решить, кем же для нас является конкретный человек, пришедший с проблемой зависимости.

По всей видимости, нравственное преступление совершается тогда, когда человек впервые соглашается употребить наркотик. Принятие греховного желания совершается в сердце человека. А больным, зависимым он становится уже после, со всеми вытекающими из этого первого приема последствиями. При этом, как уже было упомянуто, большое значение имеет группа наркотика, возраст, время и условия употребления. Оказание реальной помощи такому человеку, поиск и возможности исцеления, возвращения к полноценной жизни можно считать завершенным, если на глубине человеческого сердца произойдет осознание наркомании как нравственного преступления перед Богом.

Исходя из этого рассуждения, давайте рассмотрим следующую главу и попробуем дать ответ на этот животрепещущий вопрос:

Насколько приблизит к исцелению

нравственная оценка зависимости?

— Тогда суди себя сам, — сказал король. — Это самое трудное. Себя судить куда труднее, чем других. Если ты сумеешь правильно судить себя, значит, ты поистине мудр.

— Сам себя могу судить где угодно,— сказал Маленький Принц. — Для этого мне незачем жить здесь у вас.

Антуан де Сент-Экзюпери.

Маленький Принц

Действительно, наркоман согрешил, сознательно согласившись стать наркоманом, употребив первую дозу. После этого он реально оказался больным человеком, не способным контролировать употребление наркотика.

Болезнь не может быть оценена с морально-этической точки зрения. Бессмысленно и глупо обвинять человека с переломанными ногами или с диабетом в том, что их организм не может функционировать так же, как функционирует организм здорового человека.

Пастырь мало чего достигнет, если будет осуждать, упрекать больных зависимостью людей, свысока смот­реть на них как на слабаков, которые не могут держать себя в руках, не отвечают за свои слова, если будет обвинять их в “потворстве греху”.

Если мы, подобно милосердному самарянину, оказываем помощь “человеку, впавшему в разбойники” (Лк. 10, 30), вряд ли эта помощь будет эффективна, если она не будет наполнена любовью и принятием.

Каждый священник по опыту своему знает, что пришедший к нему человек улавливает осуждающее настроение пастыря. Если у священника нет понимания и принятия наркомании как болезненного состояния, он будет исходить из совершенно других внутренних предпосылок. Человек или не раскроется ему, или будет подавлен его сильной пастырской позицией и “смирится” перед волевым батюшкой, но такое смирение сделает его зависимым теперь уже от сильной воли священника и вряд ли пойдет ему на пользу.

Разрушение этого внутреннего барьера в значительной мере поможет обретению взаимопонимания и доверия между священником и наркоманом, обратившимся к нему за помощью.

[1] Посчитайте, насколько выросла наркомания еще за два года (с момента выхода доклада), если исходить из предположения, что росла теми же темпами.

[2] Сейчас таким же образом сажают на иглу областные города и районные центры. Следующий этап — сельская местность. Вероятнее всего, в ближайшее время в сельской местности наркотик можно будет приобрести так же легко, как, например, бутылку самогона.

[3] Теперь, представьте, уважаемые читатели, сколько людей кормится от этого бизнеса! Сколько явного и скрытого противостояния будет оказано любым попыткам хотя бы воспрепятствовать дальнейшему росту нарковлияния. Другими словами, наркомафия даже на официальное разрешение работать только со старыми, уже сидящими на наркотиках, клиентами, не согласится НИ ЗА ЧТО.

[4] Мне рассказывали, что в одной телепередаче показали взятых с поличным старушек, торгующих у метро наряду с сигаретами и наркотиками. На совестливые призывы молодой журналистки: “Как вы могли!..” они отвечали спокойно, обдуманно: “Выживать-то как-то нужно”.

[5] Здесь и в дальнейшем название болезни “СПИД” мы будем писать строчными буквами, чтобы уменьшить силу этого слова, понизить его значимость. Тем самым психологически уменьшить силу обозначенной им болезни. Предлагаем и в дальнейшем всем, пишущим на темы спида, присоединиться к нашей инициативе.

[6] Сегодня эти цифры уже в три раза выше. Стоит отметить, что в прошлом, 2000 году употребление и распространение наркотиков было замечено не только среди солдат, но и среди командного состава, в частности, в Калининграде. А на Самарском оборонном предприятии в прошлом году умудрились вырастить целую плантацию марихуаны, было обнаружено бережно выращенных 1000 кустов...

[7] М. Булгаков, “Записки юного врача”, “Морфий”, М., 1990 г.

[8] Там же

[9] Сокурсник доктора Полякова, коллега, который и рассказывает нам эту трагедию.

[10] Из эпизода, где доктор Поляков силой заставил фельдшера Анну Кирилловну сделать ему укол морфия.

[11] Выделено мною — и. Е.

[12] Доктора Полякова настойчиво уговаривали лечиться у профессора N.

[13] Чего стоит только песня “Лошадка” Найка Борзова, так называемого культового певца, поведавшего нам задушевным голосом о таинственном и “новом” мире, который привезла бедная лошадка пони. А что она привезла? Да вам любой подросток напоет: “Я привезла новый мир, я привезла кокаин”. Песня написана довольно лиричным языком. О! Под ноги лошадке бросают розы, ее встречают (заметьте!) и взрослые, и дети... Борзов, правда, обещает, что “все мы в адском пламени сгорим, но пока... кокаин”. И если Борзов оставляет только музыку вместо слова “кокаин” (вероятно, для того, чтобы разбушевавшаяся и разгоряченная юная публика сама выкрикивала это слово), то Татьяна Анциферова, перепевая эту песню, не стесняясь, прямо поет: “Я привезла кокаин”. Нам достоверно не известно, есть ли дети у Анциферовой, сколько их и какого возраста, но сама она уже далеко не юная исполнительница, чтобы слепо подражать моде и бездумно кокетничать с такими страшными песенками перед миллионами мальчиков и девочек. Интересно, поет ли она эту песенку дома, своим деткам или деткам родственников?! А еще интересно, спела ли бы она эту песенку дуэтом с Борзовым, если пригласить их в какую-нибудь клинику, где страдают, корчась от ломок, их вчерашние поклонники?!

Кроме того, “лошадка” в переводе с жаргонного языка означает еще и “метадон”, более легкий, легализованный в некоторых странах наркотик. Вот такая многоуровневая игра смыслов...

Страшная, скажем прямо, песенка. А сколько их, таких песенок, под которые “отрываются” на вечеринках наши детки?!

[14] 1Кор.  9, 20.

[15] http://kontrreklama.go.ru/

[16] Аддиктивное поведение — зависимое поведение.

[17] В.Ю. Завьялов, «Необъявленная психотерапия», изд. «Академический проект», М., 1999 г. стр. 137-141, 144.

[18] http://kontrreklama.go.ru/

[19] Иерей Михаил (Махов). Возвращение к жизни. М., 1999 г.

[20] Комментарий Владика: “В среде наркоманов нет таких понятий, как “друг”, “честный”. Вместо этого существуют иные понятия, такие, как ”партнер”, когда люди скидываются на наркотик. Наркоман никогда не бывает честен, он всегда старается обмануть, даже самого близкого друга. Если он раздает все по справедливости, то это значит, что у него просто не было возможности обмануть”.

[21] Хаббардистская детоксикационная программа лишилась соответствующих рекомендаций Минздрава еще в 1996 году — специалисты посчитали, что с помощью этой программы сайентологи завлекают больных в свою секту.

[22] Иерей Михаил (Махов). Возвращение к жизни. М., 1999 г.

[23] Где тут же его вычислят, найдут друзья-наркоманы.

[24] Но где найти сегодня страну, свободную от наркотиков?

[25] Дельфин, "Один на один" из альбома "Не в фокусе".

[26] Крысин — крысиный яд.

[27] Дельфин, "Дилер" из альбома "Не в фокусе".

[28] Вот чей-то юный голосочек мурлычет, готовя домашнее задание: “Твой приятель покупает возле школы героин” (группа “Русский размер”), а чья-то девчушка, закатывая глазки, не задумываясь над содержанием, распевает так называемый новый супер-хит: “Я сошла с ума, мне нужна она” (группа “Тату”), а вон там группа пятнадцатилетних девчонок, не стесняясь прохожих, во весь голос орет: “Увози меня скорей” (“Руки вверх!”)... А как же не петь? Ведь в основном исполнители — почти их ровесники: 15-16-17 летние юные дарования, которые вовсю распевают наркотические песенки, а продюсеры не жалеют ни денег, ни времени, ни сил, чтобы раскрутить очередную “звездочку” на мрачном небосклоне сегодняшней поп-культуры. И кто знает, не из щедрого ли кармана дельцов наркобизнеса сыпется золотым потоком денежка на эту самую раскрутку, на эту безумную популяризацию этих безумных песен?

[29] “Винт” — сильнейший наркотик, приводящий к быстрой умственной деградации. Знакомые “героинщики” называли тех, кто “сидит на винте”, "кончеными".

[30] Иерей Михаил (Махов). Возвращение к жизни. М., 1999 г.

[31] Уточнение Сергея: В основном из-за страха.

[32] Дельфин, "Ботинки" из альбома "Не в фокусе".

Жизнь

наркомана...

Ты топчешь мир своими ботинками,

Не замечая, куда наступаешь,

А время от тебя уходит цветными картинками,

Но ты даже этого не понимаешь. [1]

Жизнь человека, употребляющего наркотики, является кошмаром, причем кошмаром, который нарастает с течением времени. Говорить с наркоманом о каких-то ценностях высшего порядка несложно. Он может поддержать любую беседу на любом уровне. Но при этом у него притуплено ощущение глубины жизни, ее смысла, попраны духовные стороны личности.

“Практикующий” наркоман живет одним импульсом: найти наркотическое вещество, употребить его, прочувствовать "кайф", потом снова найти, снова прочувствовать... Но многие из них периодически осознают пустоту своей жизни, по крайней мере, остро переживают ограниченность такого проживания. Они, как правило, не дорожат жизнью, т.е. не боятся смерти. Они добровольно переселились в мир абсурда. И эта пустота жизни, этот хаос их прозябания без цели и смысла вновь и вновь подталкивают их возвратиться в привычный и спокойный мир наркотических грез.

Наркотический опыт настолько необычен, он настолько глубоко отпечатывается на душе человека, что даже вышедший из химической зависимости от наркотика человек становится перед проблемой: как жить трезвым? Реальность воспринимается им как скучнейшая скука. Хочется побыстрей вернуться в прежние удивительные переживания.

Практика показывает, что в большинстве случаев люди, избавившись в клинике от химической зависимости, начинают заново принимать наркотик тотчас же после выписки.

Личностная предрасположенность

к наркомании

Твоя совесть есть мера искренности твоего желания быть самим собой.

Прислушайся к ней внимательно.

Ричард Бах

У каждого случая наркозависимости свои сроки развития. Для деформации цельной личности в личность наркотическую необходимо наличие трех предпосылок. Первая — душевная неуравновешенность, т.е. человек эмоционально разбалансирован. Вторая — ослабленная воля. И третья — предрасположенность к тому или другому виду наркотика, что уже зависит от конституции организма.

Врач-рефлексотерапевт Юрий Александрович Захаров в своей книге “Наркотики: от отчаяния к надежде” утверждает, что в характере человека, в характере тех или иных личностей можно усмотреть черты, ставящие конкретного человека в группу риска:

“В основном речь идет о таких свойствах: эмоциональная незрелость, отсутствие контроля за своим поведением, неумение ставить цели и добиваться их, ложная система ценностей.

Молодые люди, у которых под влиянием семьи, школы или ровесников сформировался подобный тип личности, обычно выдвигают завышенные требования к жизни, к окружающим, ожидая немедленного их удовлетворения, они стремятся к максимализации условий своей жизни и успехов. Их отличает расхождение между целями, амбициями и желаниями с одной стороны, и возможностями их достижения и удовлетворения с другой.

Кроме этого, молодым людям не достает умения сосуществовать с другими. Они болезненно впечатлительны, как правило, боязливы и уступчивы, их отличает неустойчивость психических процессов. Эти свои качества они считают слабостью и стыдятся их, а потому стараются казаться сильными, навязывая другим свою волю, сами же проявляют недостаточную стойкость перед различными неудачами, хотя тщательно скрывают это. Они не умеют смиряться с поражениями, легко раздражаются, и в случае неудач быстро впадают в уныние.

Эти черты мешают молодым людям в осуществлении их стремлений, они очень болезненно переживают постоянную неудовлетворенность в своих потребностях и недостаток в достижении успехов. Чтобы как-то заглушить эти неприятные ощущения, они занимают вызывающую, бунтарскую, строптивую позицию или же вместо того, чтобы преодолевать трудности, отступают, избегая их. Особо благоприятствует возникновению наркотического влечения развившаяся у молодого человека привычка уклоняться от жизненных трудностей, уходя в свой внутренний мир, который легко может стать миром наркотических видений”.

Вдумчивому пастырю нередко приходится сталкиваться с молодыми людьми, которые слишком аутичны, слишком погружены в себя. Возвращение таких людей к более полной включенности в жизнь является очень непростой задачей для священника. Такие “провалившиеся в себя” люди, проживая на приходе или в монастыре, производят вполне благоприятное впечатление. Но что происходит внутри такого человека: какие идеи, мысли, мечты там возникают, — почти никому неизвестно. Такой замкнутый в себе человек может проявится совершенно неожиданным образом. И именно таких людей психологи считают наиболее находящимися в группе риска. Поскольку у них отсутствует полнота включенности в реальную жизнь, они рано или поздно приходят к идее встряхнуть свой внутренний мир и хоть как-то ощутить что-то более острое, яркое и пронзительное, чем то “ватное” состояние, в котором они постоянно находятся. В попытках возвратить такого человека в реальную жизнь священнику придется потратить не час и не два. Ежедневно священник должен стараться найти время для того, чтобы побеседовать с человеком, спросить о его состоянии, о его чувствах, спросить о его интересах, попросить рассказать о его прошлом, внимательно расспросить и построить с ним желаемое будущее, т.е. вывести его из состояния внутренней самозамкнутости в реальный мир человеческих взаимоотношений.

“Откуда берутся такие черты? Ведь ясно, что никто из родителей сознательно не станет развивать их в детях. Однако чрезмерная заботливость матери о ребенке, особенно о единственном, предоставление ему безграничной свободы, освобождение его от всяких обязанностей и безоговорочное выполнение всех его прихотей является одним из основных источников формирования таких черт личности, которые впоследствии могут стать причиной возникновения наркотического пристрастия у подростков. К такому же результату может привести слишком суровое отношение к ребенку, нетерпимость, эмоциональная холодность родителей. В первом случае у ребенка не вырабатывается стремление преодолевать трудности, которые нередко встречаются в повседневной жизни, формируется недостаточно зрелой и лишь инертной уступчивой психикой, она закрепляется и переносится на более поздний возраст сложившееся в раннем детстве представление о собственном всесилии, что в столкновении с жизненными обстоятельствами приносит сплошные разочарования. Подросток начинает избегать сложных ситуаций, опасаясь поражений и невыносимой правды разоблачения, понимая, что он — не такая уж исключительная личность, какой считают его родители. Поскольку в жизни невозможно постоянно уклоняться от трудностей, молодой человек старается убежать в беспроблемный, как ему кажется, а вместе с тем неизведанный мир наркотического дурмана.

Во втором случае ребенок жаждет любви, ласки, которых не получает от суровых, отталкивающих родителей. И он восстает против их требования, возлагаемых на него обязанностей, против них самих и всего мира взрослых. С одной стороны подросток ощущает дефицит материнской любви, с другой — злость. Он агрессивен по отношению к родителям из-за их эмоциональной черствости. Наркотик же, искажая действительность, создает иллюзию любви. Именно так образуется психическая склонность у некоторых подростков к наркотическому пороку. Склонность эта не врожденная, хотя нередко ее корни обнаруживаются уже в раннем дошкольном возрасте. У преобладающего большинства молодых наркоманов ее истоки кроются в неправильном поведении родителей по отношению к ребенку. Последствия же появляются несколько позже. Если принять во внимание, что свое отношение к ребенку родители не считали неправильным, а напротив, оценивали как наиболее верное, то неудивительно, что спустя десяток лет обращающиеся к наркотикам сына или дочь вызывает у них изумление.

Особенно восприимчива к развитию пагубного пристрастия психика подростка примерно на 12-15 году жизни. В этом переломном возрасте, независимо от предыдущего поведения родителей, молодой человек стремится ослабить связи с ними и замыкается в себе, время от времени проявляя агрессивность, становится резким в отношении со взрослыми, противится их воле. Подростки тщательно скрывают их переживания, вызванные первыми эротическими побуждениями, понижается их способность к установлению внесемейных контактов, хотя потребность в них возрастает. Этому возрасту свойственна мечтательность, а также склонность к верованию крайних мнений, к незрелым эмоциональным поступкам. Все эти проявления, естественные для психического развития подростка, представляют для него серьезный фактор напряженности. Его не оставляет чувство вины и недовольства собой, что он скрывает чаще всего под маской равнодушия, иронии, пренебрежения к взрослым. Особенности психики в подростковом возрасте представляют благодатную почву для развития наркомании, если молодой человек откроет для себя, что наркотик смягчает все неприятные ощущения.

Склонность к наркотическому одурманиванию может быть также результатом различных психических травм, вызванных домашней обстановкой, неудачами в обучении или, например, физическими недостатками, порождающими комплекс неполноценности.

Психические травмы и обида — это одна из причин специфического состояния невроза, в котором доминирует чувство страха, напряженности, душевного страдания, а также представления безнадежности своего положения. Все это приводит к депрессии, потере чувства собственной значимости, самоуважения. Усугубление этого состояния, даже единичное, иногда случайное употребление одурманивающего препарата может привести к пагубному пристрастию” [2] .

Нерешенные подростковые задачи

как причины возникновения

зависимости

Как мы увидели, наркоман — это человек, застрявший в своем развитии на подростковом этапе, человек, который не решил тех специфических вопросов, которые обычно решают в этом возрасте.

Какие это вопросы? Умение занимать определенное положение в своей группе, умение общаться, раскованно и естественно делиться своими впечатлениями и чувствами, умение сохранять баланс между собственными интересами и интересами своей группы, умение строить значимые отношения с представителями противоположного пола, способность управлять своими эмоциональными состояниями.

Наркотик выступает как облегчитель решения этих задач, обслуживая способы взаимоотношений, которые для подростка сложны своей напряженностью, энергичностью, рискованностью.

Кроме того, в подростковом возрасте, когда, как правило, и происходит формирование основной структуры зависимости, возникает множество внутренних дискомфортов, одним из которых является недостаточное самопринятие, даже в какой-то мере самоотчуждение, связанное с низкой самооценкой, низкой самоценностью.

Когда в православной аудитории произносится слово “самооценка...”, многих сам этот термин приводит в негодование и шок. Понижением самооценки подростка (под видом воспитания смирения) озабочены в некоторых православных семьях, понижением самооценки наркоманов занимаются некоторые реабилитационные центры и программы. Мне пришлось познакомиться с ребятами, вчерашними наркоманами, которые собираются строить реабилитационный центр для наркоманов, в основании которого лежит армейская традиция унижения новопришедших старослужащими.

— Из наркоманов нужно выбивать волю, выбивать самость, воспитывать смирение, — рассуждали юные наркологи.

— Но ведь Христос не таким образом воспитывал людей, исцеляя их от греха, — робко возражал я. — Давайте посмотрим, каким образом действовал Он.

Действительно, если мы считаем себя учениками Христа, то прежде всего давайте обратим внимание на то, каким образом обращался с самооценкой людей наш Божественный Учитель? Повышал Он ее или понижал? Давал разрешение действовать: “дерзай!” или превращал людей в беспомощные и жалкие существа? Помогал людям обрести веру в собственные силы, в способность каждого человека стать чудотворцем: “Истин­но говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: "перейди от­сюда туда", и она пе­рей­дет; и ничего не будет невоз­можного для вас” (Матф, 17, 20), в безмерную любовь Бога Отца “Сам Отец любит вас, потому что вы возлюбили Меня и уверовали, что Я исшел от Бога” (Иоан. 16, 27), в важность и значимость их земного предназначения или же утверждал, что Его слушатели — ничтожества? [3] Разве не говорил Он простолюдинам, слушавшим Его: “Вы — свет мира” (Мф., 5, 14), “Вы — соль земли” (Мф., 5, 13)? Разве не переименовал Своих учеников из рабов в друзей (Ин. 5, 14)? И как изменилась самооценка простого галилейского рыбака после того, как он был наименован “камнем, на котором будет воздвигнута Церковь, которую не одолеют врата ада” (Мф. 16, 18)?

Безусловно, Господь помогал каждому человеку почувствовать собственную ценность, осознать в себе печать Божественного образа, ощутить, что каждый человек бесконечно дорог и любим Богом. Архимандрит Софроний (Сахаров) в своей книге “Рождение в Царство непоколебимое” пишет об этом так: “Если принимать себя лишь за жалкое существо, то тогда легко позволить и простить себе множество всякого рода беззаконий; и в действительности, считая себя низшими существами по отношению ко Христу, люди (да не покажется сие неким преувеличением) отказываются следовать за Ним на Голгофу. Умалять в нашем сознании предвечный замысел Творца о человеке не есть показатель смирения, но заблуждение и более того — великий грех... Если в плане аскетическом смирение состоит в том, чтобы считать себя хуже всех, то в плане богословском божественное смирение есть любовь, отдающая себя без остатка, целиком и до конца”.

Если человек уверен в собственной ценности, если человек знает, что у него есть определенная цель, задача, для осуществления которой он родился на этой земле, то, отталкиваясь от этого, он может двигаться в любом направлении.

Если же на глубине сердца человек осознает себя ничтожеством, никчемностью, ничего не значащим и ничего не могущим существом, он ни на что не способен, он чувствует себя в этом мире лишним и для того, чтобы хоть как-то уйти от чувства тревоги, дискомфорта по этому поводу, он ищет сильного лидера, который будет помыкать им и распоряжаться им, как собственностью. Люди без чувства собственной ценности склонны оказываться в сетях или химической, или религиозной зависимости. [4]

Осознание собственной ценности (или собственного ничтожества) формируется в детстве и подростковом возрасте, во многом благодаря родителям. Необходимость адаптироваться в этом мире и строить значимые взаимоотношения с другими людьми подталкивает подростка к определенной внутренней работе. Алкоголь или наркотик, которые встретятся в это время на его жизненном пути, могут стать средством, позволяющим снять самоконтроль и снизить внутреннюю напряженность. К концу подросткового периода у очень многих юношей и девушек можно наблюдать состояние, при котором все большее число неудовлетворенных внутренних потребностей начинает находить свою псевдоразрядку и удовлетворение через прием химического вещества, давая временное облегчение напряженности и чувство самодостаточности, самопринятия, самоценности, позволяя, например, на время забыть о напряженности и конфликтах внутреннего мира и своих взаимоотношениях с людьми.

На этапе экспериментальных проб вырабатывается определенный набор убеждений относительно того, каких состояний позволяет достичь прием наркотического вещества. Во внутреннем мире подростка наркотику придается множество позитивных значений.

Вырабатывается свой личный способ и стиль зависимого поведения. Когда же человек переходит на этап систематического потребления вещества, эта система убеждений и система узловых моментов принятия решений уже практически сформирована.

И за помощью он начинает обращаться только тогда, когда к этой цепочке убеждений вдруг начинают пристраиваться умозаключения о разрушительных для души и тела действиях наркотика, которые не могут уложиться в привычные для него схемы, что приводит к нарастанию дискомфорта.

Наркоман обращается за помощью в кризисе, тогда, когда его система убеждений ставится под сомнение, когда одна из его привычных, приятных форм деятельности и один из способов облегчения своего состояния начинают приносить не облегчение, а дискомфорт. Чем хуже он себя чувствует, чем больше он навредил своему здоровью и наполучал шишек от жизни, тем скорее он обращается за помощью.

Что дает наркотик?

Наркотик искусственным, химическим путем создает иллюзию получения различных позитивных душевных состояний, иллюзию обретения способностей, над достижением которых необходимо (иногда годами) трудиться самому.

Посредством наркотического действия унылый человек становится веселым, жизнерадостным, молчаливый — оживленным, словоохотливым, робкий — смелым, слабый — чувствует прилив энергии, застенчивый — дерзновение. Причем ощущение прилива душевных сил и способностей возрастает в очень значительной степени. Подъем душевного самочувствия, ощущение прилива сил приобретают над человеком при повторном употреблении такую демоническую власть, что он страстно стремится постоянно возобновлять подобные состояния вновь и вновь. От попадания под власть наркотиков человека не могут защитить, предохранить никакие логические аргументы. От его пленяющей власти не может защитить ни убежденность в собственной силе воли, ни уверенность в том, что, попробовав один раз, можно больше этого не делать...

Наркотик, если его попробовать хотя бы один раз, будет очень настойчиво требовать повторения этого опыта.

Наркомания — это крах

Неужели ты действительно

Доволен собой?

Когда рвотная масса

Из горла хлещет рекой?

Когда на следующий день

Ломит каждый сустав?

Когда желание кайфа

Душит, словно удав? [5]

Наркомания — это состояние хронического отравления организма, при котором человек испытывает непреодолимое влечение к наркотику. Токсикомания — разновидность наркомании, при которой в качестве наркотика используют яды, воздействующие на нервную систему, мозг. Обычно это органические растворители: клеи, лаки, бензин. Токсикомания встречается даже у детей раннего возраста, отличается злокачественным течением и быстрым развитием слабоумия.

Наркомания — био-социо-духовное заболевание, заболевание тела, психики и духа человека, проявляющееся в нарушении взаимоотношений с людьми, разрыве необходимых человеку социальных связей, физическом разрушении тела и психики. Но главное — это сильнейшая греховная страсть, отлучающая человека от Бога, лишающая вечной жизни, спасения, ввергающая человека в виртуальный мир, в котором нет Христа, ввергающая в мир, из которого вернуться на Свет Божий очень непросто.

Наркотическая ломка — это ад. ЛЮБОЙ наркоман подпишется под этими словами.

Болезни химической зависимости затрагивают все сферы проявлений человеческой личности. При этом происходят изменения на биологическом уровне, убедительно доказывающие, что наркомания — это, прежде всего, болезнь, которая не может быть излечена с помощью лекарственных препаратов или хирургического вмешательства.

Говоря о химической зависимости, следует понимать, что это процесс, который имеет свою психологическую, биологическую и социальную структуру. Это, как уже было сказано, био-психо-социальное расстройство. Причем удельный вес генетического фактора в этом расстройстве, по подсчетам специалистов, — около 60-70%. Исследователи выделили гены, передающие по наследству предрасположенность к химическим зависимостям, в частности, к наркомании опиатного ряда и алкогольной зависимости. Эти гены передают по наследству слабость эндогенных опиатных систем, их повышенную ранимость. Они находятся в одной хромосоме по соседству с геном, передающим по наследству диабет и очень тесно биохимически переплетены с нарушениями углеводного обмена.

Очень часто в семье химически зависимых людей имеются нарушения углеводного обмена в виде явных или скрытых форм диабета. Это достаточно тесно связанно с уровнем инсулина в крови. Поэтому часто состояния патологического влечения к алкоголю напоминают состояния голода с раздражительностью или угнетенностью. Проводились исследования, когда у людей в этот момент измеряли уровень сахара в крови, там действительно была гипогликемия.

Одна из рекомендаций Анонимных Алкоголиков для людей на первом году ремиссии: в случае возникновения тяги немедленно съесть что-то сладкое. Но это заместительный путь, и они рекомендуют, чтобы человек, освободившийся от чувства биологической тяги, немедленно прекратил игры со сладким. Потому что это тоже очень небезопасно.

Нарушения в психической сфере приводят к тому, что человек не признаёт своей болезни или, соглашаясь с тем, что он нездоров, продолжает употреблять вещества, изменяющие сознание. Поэтому наркомания, как и алкоголизм, называется "болезнью отрицания".

Изменения в социальной сфере — наиболее очевидная сторона болезни — это изоляция, потеря друзей, работы, ухудшение взаимоотношений в семье, осуждение со стороны общества.

Нарушения в духовной сфере проявляются в виде негативного мышления (“все — плохо”), потери радости, интереса к жизни при отсутствии наркотиков, потери смысла жизни,  в отчаянии, безнадежности, попытках к самоубийству, поскольку дальнейшее существование представлялось для человека бессмысленным и нецелесообразным.

"И хочется плакать,

Даже не плакать, а выть,

Ты понимаешь, что не в силах

Ничего изменить.

Тебя не трогают уже

Чужие слезы и боль.

Тебе не надо ничего.

Ты занят только собой,

Твоя задача необычна,

Но до боли проста —

В максимально сжатый срок

Уничтожить себя!

Не остается любви,

Проходят страхи и боль,

Когда подержанной иглой

Ты выбираешь контроль.

Ты забываешь, кем был

Всего лишь пять минут назад.

Твою память разлагает

Тобой любимый яд". [6]

Соответственно, и помощь наркоману должна осуществляться на всех уровнях, не игнорируя значимости ни одного из них. Телом занимаются медики, они снимают абстинентный синдром, т.е. могут произвести очистку организма от любого вида наркотиков. К сожалению, многие пациенты и значительная часть медиков считают, что этого достаточно для выздоровления. Но это не так. Необходима серьезная работа на остальных уровнях.

На психологическом уровне необходимо научить попавшего в зависимость умению принимать жизнь с ее опасностями, трудностями, потерями, научиться осознавать собственные глубинные потребности, реализовывать в жизни вложенные Богом потребности в любви, дружбе, взаимопонимании, искренности, чувствах открытости и переживаниях близости с другими людьми. Однако самым главным на этом уровне видится помощь в осознании смысла жизни и своего предназначения, своей жизненной миссии.

Наркоман с удивлением может отметить, что после того, как он все-таки бросил употреблять наркотик, никто ему вовсе не благодарен за это. Он понимает, что жизнь за это время ушла далеко вперед, и люди, с которыми он общался до того, как начал употреблять наркотик, стали ему неинтересны, а новых друзей и знакомых искать негде. Поэтому необходимо прежде всего начать учиться такому важному навыку, как умение быть интересным другим людям. А это трудно. Наркоману, бросившему употреблять наркотик, необходимо восстанавливаться на работе или на учебе. И при этом вряд ли кто-то предложит ему интересную высокооплачиваемую работу или учебу в престижном вузе. Все это больно ударит по самолюбию и рано или поздно приведет к осознанию того, что человек не имеет права изменять самому себе.

Вот как рассказывает об этом переломном моменте один вырвавшийся из наркотического ада наркоман:

“В этот период очень сильно хочется вернуться обратно, туда, где нет проблем, кроме одной, туда, откуда смотришь на всех с высоты собственного одиночества и плюешь на все и на всех с их дерьмовым миром, где чувствуешь силы, чтобы перевернуть мир, но тебе ничуть не хочется этого делать. Ты понимаешь, что ты один, и никого — с тобой рядом, даже самые близкие люди кажутся чужими и не понимают тебя, это период саможаления, уныния и отчаяния, когда ты чужой среди чужих”.

Сергей, 22 года

На какое-то время человеку “перестанет везти”, наступит период неудач. Нужно набраться терпения и пережить этот период. Беды, неудачи и шишки нужны человеку для того, чтобы расти и учиться. Только проходя с достоинством через неприятности, человек может осознать свои ошибки и начать изменяться.

В мире наркотиков результат достигается немедленно. В реальном мире нужный результат достигается определенным трудом. Важным моментом в жизненном кризисе наркомана будет трудность преодоления самоуверенности. На словах, конечно, любой наркоман будет соглашаться с теми или иными аргументами относительно своей болезни, но внутри у него еще долгое время будет переживаться такая вещь, как чрезмерная самоуверенность и понимание всего происходящего с ним лучше всех.

Для полного психологического выхода из виртуального мира при напряженной и целеустремленной работе и помощи любящих людей (родителей, священника, психолога, доктора-нарколога) наркоману могут потребоваться годы.

Что такое

зависимость?

Источники зависимого поведения

Все. Не во что больше верить.

Все. Некому доверять.

Чем каждый третий жизнь свою будет мерить,

Если каждый второй готов убивать,

Если слезы весят меньше, чем пламень?

Если кровь у каждого кипит препаратами,

Если вместо Бога какая-то гадина,

А любовь к Нему меряют только каратами. [7]

Зависимостям, как и другим греховным привычкам, нередко сопутствует молчание и стыд. Мы с вами живем в зависимом обществе, в котором различные греховные зависимости для многих являются нормой. Человечество плывет в одной лодке. Многие люди сражаются в одиночку со своими грехами и привычками.

Для такого человека видится немаловажным обретение навыка делиться с кем-нибудь из близких по поводу своей проблемы. Освобождение от нее происходит намного легче, если человек делает это не в одиночку, если есть рядом ближний, который также борется, пытаясь освободиться от зависимости. В этом смысле довольно интересным нам видится опыт сообществ Анонимных Алкоголиков и Анонимных Наркоманов, которым мы посвятим главу в одной из следующих книг.

Пастырский опыт показывает, что источником зависимого поведения чаще всего являются сложные личностные нарушения. Иногда на предрасположенность к зависимости может повлиять негативный опыт разных периодов жизни, приводящий к внутреннему дискомфорту, неспособности противостоять неудачам и трудностям, отсутствие четких нравственных ориентиров в жизни, неумение почувствовать себя взрослым, принимать ответственность за все обстоятельства собственной жизни. Таким образом, неразрешенные внутренние проблемы могут привести к использованию “заместителей” неудовлетворенных потреб­ностей. Вот почему у разных форм зависимостей, таких, как зависимость от никотина, алкоголя, избыточного употребления пищи, азартных игр, наркомании лежит один и тот же механизм образования. Зависимость можно также назвать компенсирующим поведением, или особой формой личностной защиты от внутреннего саморазрушения. Что означают последние слова? Для того чтобы убежать от дискомфортных чувств, человек прибегает к тем или иным химическим заменителям положительных реакций. И если несколько раз подряд удалось таким образом избежать негативных переживаний, потребность в заменителе положительных чувств и эмоциональных состояний вырабатывается довольно устойчиво.

Поэтому без глубокой работы над разрешением личностных конфликтов, без обретения способности получать радость от Богом ниспосланного дара жизни, любые методы и подходы, обещающие быстрое избавление от зависимости, приводят лишь к краткосрочным приостановкам проявления зависимого поведения, но не к исцелению. Пока человек сам не научится создавать положительный баланс внутренних состояний, вряд ли те или иные формы медикаментозной, даже психологической помощи, способны привести к каким-то серьезным результатам.

Зависимость

как подмена жизни

Пастырь должен хотя бы несколько знаком с психологическими наблюдениями, должен прочитать хотя бы одну-две книги по пастырской психологии, вникнуть поглубже в то, что является нравственной психологией, чтобы огулом не осудить в человеке, как грех, то, что само по себе есть только трагические искривления душевной жизни, загадка, а не грех, таинственная глубина души, а не нравственная испорченность.

Архимандрит Киприан (Керн)

Дать однозначное определение того, что такое зависимость, довольно непросто. Мы попытаемся дать несколько описаний, которые, на наш взгляд, осветят различные грани этого явления.

Итак, зависимость — это прежде всего подмена жизни, подмена, мешающая человеку расти и развиваться.

Человек — это существо, которое любит жизнь и стремится к подлинной глубине жизни. И если он не обретает в своей повседневной жизни гармонии, смысла, ощущения своего сыновства Богу Отцу, если никто из окружающих молодого человека людей не сумел грамотно, глубоко и вовремя поставить перед ним эти вопросы, то, имея внутреннее искреннее желание жить, он, сломя голову, бросается туда, где, по его мнению, жизнь представляет собой большую глубину и многообразие, чем серая будничность скучного взрослого мира. Именно в силу того, что будущий наркоман не видит вокруг себя людей, проживающих эту жизнь с подлинной полнотой и глубиной, импульс потребности в жизни толкает его в ту область манящего необычного опыта, который дает ему наркотик.

Первый опыт соприкосновения с наркотиком создает иллюзию удовлетворения всех жизненных потребностей человека. С этого момента наркотический кайф начинает восприниматься как видение и переживание “настоящей жизни”.

Вот что говорит по этому поводу священник Евгений Генинг:

“Наркотики — это вещества, определенным образом искусственно изменяющие сознание. Человек под воздействием наркотических веществ перестает ощущать реальный мир, он в некотором смысле “выпадает” из реальности. Что же является причиной, толкающей людей менять состояние своего сознания?

Причин существует очень много, но если их обобщить, то все они могут сведены к одной. Суть в том, что, встретившись с реальной жизнью, наркоман стремится убежать, укрыться от реальности, столкнувшись с какими-то внешними или внутренними проблемами. Вместо того чтобы решать эти проблемы, человек, чувствуя страх и бессилие, прячется от обстоятельств, людей или от самого себя, убегая в искусственный нереальный мир собственных иллюзий, где только и чувствует себя в безопасности.

Наркотики и создают эту возможность — бегства от реальной жизни... до определенной поры. В какой-то момент любой наркоман понимает, что он разрушает самого себя, продолжая употреблять наркотики. Выйти из этого состояния может только тот человек, который будет иметь непреодолимое желание полностью, коренным образом изменить свою жизнь и самого себя.

Из сказанного ясно, что основной причиной наркомании является ощущение своего онтологического одиночества, брошенности перед лицом непонятного и зачастую враждебного мира и, как следствие, непонимания себя и своего места в этом мире, что и приводит к желанию убежать в какой-то свой мирок, не имеющий ничего общего с реальностью. Освобождение от этого рабства невозможно без обретения реально существующей духовной основы, способной заполнить духовный и душевный вакуум”.

Зависимость

как свойство характера и поведения

Для того, чтобы жить свободно и счастливо, вы должны пожертвовать скукой.

Это не всегда легкая жертва.

Ричард Бах

Зависимость — это свойство характера и поведения человека, которое можно описать так.

Человек не контролирует страсть. Скорее, страсть контролирует его. Он чувствует, что не имеет иного выбора, кроме как делать то, что повелевает страсть, поступать так, как требует страсть. Стоит только страсти возникнуть в глубине души человека, как он сразу же подпадает под ее власть.

Зависимость — это привычка, которая настолько укореняется в жизни человека, что становится незаметной для него. Окружающие люди воспринимают его поведение как раздражительность, замкнутость. Но на самом деле это проявление его собственной зависимости. Он исполняет веление страсти все чаще и чаще, стараясь вызвать более сильное воздействие. Он начинает регулярно возвращаться к страсти, когда предчувствует неприятное ощущение, скуку, одиночество, физическую боль, раздражение, невозможность остановиться. Он чувствует, что уже не может справиться со своими жизненными проблемами без помощи страсти. Он может потратить значительную часть жизни, сражаясь со страстью, даже если это касалось его поначалу несерьезно. Человек может потратить драгоценную энергию души, страдая от собственной страсти, безуспешно пытаясь разделаться с нею. На это уходит часть его денег, его времени, его энергии в ущерб чему-то более для него полезному. В результате он еще больше разочаровывается, он ненавидит себя за эти бессмысленные траты. Он теряет самоуважение и душевные силы, возникает угроза жизненному укладу, семье, работе, отношениям с друзьями, физическому и душевному здоровью.

Некоторых это, в конце концов, пробивает, и они выкарабкиваются. Все вышеизложенное — проявление зависимости как свойства характера и поведения.

Какие бывают зависимости?

Зависимость подобна дракону, который впился в человеческую душу и сосет кровь, лишая ее последних сил. Как только человека захватывает очередной приступ страсти, начинается смертельная схватка. Она может закончиться либо избавлением от зависимости, либо (в конечном итоге) гибелью человека. У наркоманов точно так, как у курильщиков, алкоголиков, всегда остро стоит вопрос:

— Бросать, постепенно снижая дозу или сразу?

На это врачи-наркологи отвечают мудрой восточной пословицей:

— Если ты хочешь отрубить собаке хвост, лучше сделай это сразу.

Зависимости подразделяются на химические и эмоциональные. Многие люди считают, что самое сложное — преодолеть химическую зависимость. Химические зависимости крепко держат человека на крючке, поскольку они делают организм зависимыми от вводимых извне химических веществ. У многих людей существует иллюзия, что они могут легко освободиться от этого. Однако, когда человек начинает пытаться бросить, сделать это довольно непросто. К химически зависимым относятся люди, которые не могут обойтись без алкоголя, крепкого чая, кофе, шоколада, курения, наркотиков, антидепрессантов, транквилизаторов, снотворных таблеток и анальгетиков.

Эмоциональная зависимость отличается от химической тем, что человек не может раз и навсегда установить для себя рамки своего поведения. Здоровая часть личности противится, человек не хочет этого, но как будто по какому-то шаблону, как ослик на поводке, он попадает в очередной срыв эмоциональной зависимости.

К эмоциональной зависимости психологи традиционно относят такие проявления черт характера и такие сферы человеческого бытия, как трудоголизм, неразборчивость в еде, чрезмерное увлечение спортом, увлеченность оздоровительными системами, потребность в просмотре порнографии, периодически возникающие влюбленности к разным людям часто без взаимности, романы с негодяями, мастурбацию, чрезмерную заботу о ком-нибудь, самоистязание, стремление к сверхопрятности, одержимость чистотой и порядком в доме, накопительство, желание постоянно тратить деньги, желание постоянно играть, стремление к риску, азарт, ложь, притворство, склонность к фантазии, стремление получать сексуальное удовольствие, не связывая себя брачными узами, страсть к телесериалам, периодически повторяющийся упадок сил, ощущение себя мучеником, жертвой, желание звонить кому-то по телефону, чтобы поболтать, устроение жизни в постоянной спешке и занятости, желание жить под постоянно включенный телевизор, лихачество, страсть к езде с повышенной скоростью, откладывание все на потом, отгороженность от людей, ощущение своей несчастности, постоянные жалобы. [8]

 Чаще всего большинство зависимостей живет на стыке перекрытия эмоциональной и химической зависимостей. Эмоциональная зависимость может быть запускающим механизмом химической. Например, человек чувствует себя одиноким, несчастным. Он берет бутылочку и успокаивается. Или: человек ввержен в ритм трудоголизма и чтобы как-то притормознуть и остановиться, берет сигаретку и успокаивается.

Может показаться, что список эмоциональных зависимостей нами чрезмерно усилен, расширен. Но мы ведь основывались не на списке грехов, которые перечисляют священники перед Таинством Исповеди, а на данных, полученных из источников мирской психологии.

С помощью эмоциональной зависимости люди бегут от неприятной реальности. После удовлетворения страсти эмоциональная зависимость вызывает чувство вины, бессилия, чувство презрения к себе и ощущение, что невозможно ничего с этим поделать. Например, люди типа “постоянно занятых” все время проявляют бешеную активность, чтобы заглушить болезненное чувство собственной ненужности, неуверенности, тревоги. Ими, как правило, движет страх смерти, страх болезни, страх неудачи, которая заставляет их быть сверхактивными, чтобы избежать слишком глубоких отношений с другими людьми. Аналогично люди, которые постоянно демонстрируют свою несчастность, не понимают, что это всего лишь способ привлечь чужое внимание к перенесенной когда-то боли. Такой способ эмоционально восполнить утрату не помогает перенести ее. Для этого необходимо раз и навсегда примириться с тем, что потеряно.

Преподобный Иоанн Лествичник свидетельствует о взаимовходности и взаимосвязи страстей друг с другом. Говоря об этом,  можно утверждать, что одна зависимость может включать в себя другую, перетекать из одного состояния в другое. Например, алкогольная зависимость может привлечь блудную страсть, зависимость внутреннего состояния человека — отношения с другими людьми. Можно с уверенностью сказать, что корень любой зависимости — это сластолюбие. Выражаясь святоотеческой терминологией, сластолюбие — желание постоянно доставлять себе удовольствие.

При анализе собственных зависимостей необходимо быть предельно честным перед самим собой. Хотя может пройти немало времени, прежде чем человек узнает о себе правду. К тому же, многие люди боятся и избегают понимания природы собственных поступков и тех болезненных переживаний, которые лежат в основе зависимости. Необходимо отметить, что человеческая психика защищается от сложных неразрешимых ситуаций с помощью своеобразных провалов в памяти, вытеснения неприятных воспоминаний. Это может относиться и к душевным травмам, перенесенным в детстве, когда жизнь полностью зависела от других людей.

Ниже мы будем говорить о защитных механизмах зависимости подробнее и посвятим этому целую главу.

Итак, обобщая вышесказанное, следует отметить, что, во-первых, зависимость — это подмена отношений, подмена раскрытия людей навстречу друг другу, подмена любви, искренности, глубины общения.

Во-вторых, зависимость — это подмена сенсорных ощущений. Это способ замкнуться, диссоциироваться от реальных сенсорных ощущений и обрести особые иллюзорные состояния. Вдумайтесь в ассоциации, возникающие при слове “зависимость”: “зависать”, висеть. Зависимость — это подвешенность за что-то извне.

В-третьих, зависимость блокирует процесс самоосознания. Люди, вместо развития осознания того, кто же “я” такой, каково мое жизненное предназначение, каков мой жизненный смысл, зачем я родился на этот свет, развивают свою зависимость. Такое “развитие” закрывает доступ к соединению с Тем, Кто Выше и больше, чем я сам. Зависимость блокирует осознание себя и своей связи с целостностью жизни, осознание связи человека с возможностью его индивидуального развития, осознания его связи с Богом, движение навстречу своим духовным целям и ценностям.

По определению одного наркомана, наркотик — способ встряхнуть свою жизненную решетку. Наркоманами становятся люди, которые или не сумели творчески, глубоко и интересно организовать собственную жизнь, или люди, пришедшие к творческому кризису, к тупику, из которого не захотели искать более достойный выход, чем зависимость.

Нередко за зависимым поведением может скрываться боязнь открыто проявить свои чувства. Зависимое поведение может также формировать устойчивый внутренний дискомфорт, человеку как бы неуютно жить внутри себя, он не чувствует себя человеком счастливым, обретшим себя в этой жизни.

Наркоман как бы пытается "дозвониться до жизни по телефону". Сначала возникает иллюзия: “дозвонился”. А потом — стыдно за свою слабость и безволие. Но от слабости нельзя убежать. Рано или поздно ее нужно победить или от нее же погибнуть. Если же человек выбирает победу, это может означать одно: бросать прямо сейчас.

Биохимическая

модель

За время работы над этой книгой мне пришлось перелистать немало литературы, ознакомиться с самыми различными описаниями наркотической зависимости. Меня интересовала не только природа наркотической зависимости. Хотелось понять механизм действия любой греховной привычки, связанной с потребностью принимать внутрь те или иные химические вещества. Я понял, что при изучении природы зависимости нужно рассматривать не только нравственный уровень. Стоит изучить, что же происходит на нейрологическом и биохимическом уровне.

Самое исчерпывающее и доступное описание я встретил у знаменитого американского психотерапевта, доктора медицины Эрнста Росси. Вот краткое изложение предлагаемой им модели понимания химической зависимости, взятое мною с видеокассеты его семинара и переложенное для неискушенного в наркологии читателя.

Вещество, которое вызывает состояние зависимости, имитирует химические вещества, исполняющие роль переносчиков информации в организме. Существуют два типа веществ, от которых развиваются зависимости. Есть вещества, которые нас стимулируют, и есть вещества, которые, наоборот, успокаивают. Стимулянты: кофе, сигареты, кокаин, наркотики — помогают человеку не обращать внимания на периоды спада, естественно происходящие в организме человека каждые полтора часа, и помогают человеку продолжать активное функционирование.

В Южной Америке очень часто люди жуют листья, содержащие кокаин, который помогает им сохранять состояние активного труда. Фактически кокаин является для них тем же самым веществом, заменителем которого в нашей культуре является никотин или кофеин. Что происходит, если человек перебрал дозу с кокаином или с героином? Допустим, человек принял большую дозу вышеназванного наркотика. Внезапно его мозг захлестывает сильная волна стимулирующего вещества. В первый раз обычно кажется, что это очень здорово. Естественно, человек чувствует себя на подъеме, потому что все рецепторы в клетках очень активизируются. Человек ощущает некое расширение, особую легкость в теле и в мозге. Это происходит, когда химические “посланцы” доходят до уровня клетки. Но им требуется некоторое время, чтобы как-то “достучаться”, пройти внутрь. Клеточные рецепторы являются регулирующими инстанциями, которые контролируют количество проходящего внутрь клетки химического вещества. Клетка, получающая огромное количество стимулирующих сигналов при принятии кокаина, оказывается как бы в состоянии обороны. Если она не отреагирует на пришедший сигнал опасности, ее просто захлестнет волна химических “посланцев”.

Организм делает очень и очень умную вещь: если в какой-то момент оказывается избыточное число стимулирующих химических веществ, клетка как бы втягивает в себя свои рецепторы и уничтожает их. Здесь уместно такое сравнение: когда на улице происходят какие-то беспорядки, то человек просто захлопывает окна и двери и остается внутри. Но клетка делает большее: она не просто закрывает дверь, она словно замуровывает ее. На следующий день эти клетки встречают новую атаку, уже не имея этих рецепторов. Поскольку количество рецепторов в клетках резко поуменьшилось, наркоман не может полностью проснуться, почувствовать состояние активности, потому что обычные производимые организмом гормоны не могут попасть внутрь клеток. Тело по-прежнему продолжает производить обычное количество гормонов и химических веществ — переносчиков энергии, но в клетках теперь не хватает рецепторов для того, чтобы их воспринять. Поэтому на следующий день после приема наркотиков, наркоман чувствует себя сонным, уставшим, разбитым. Естественно, наркоман думает: “Чего-то мне вчера так было здорово, а сегодня так противно, надо, наверное, еще раз попробовать”.

Таким образом, начинается формирование процесса зависимости. Человек вновь принимает наркотики, и его состояние действительно улучшается, но оно не становится настолько хорошим, как первый раз, потому что у него уже нет такого количества рецепторов на клетках. В Америке бытует выражение: “Наркоманы всегда стремятся повторить первый кайф”, первое ощущение легкости и полета, которое они ощутили, приняв наркотик впервые. Но сколько бы раз наркоман ни принимал наркотики, так же хорошо себя он чувствовать не будет, потому что в клетках просто отсутствуют воспринимающие рецепторы. И чем больше и чаще наркотик принимается, тем больше рецепторов втягивается в клетки и уничтожается. В конце концов, наркоман доходит до состояния полного разрушения, то есть лежит и не может двигаться и что-либо делать. В клетках остается так мало рецепторов, что даже очень крупная доза наркотика не производит желаемого эффекта. В этот момент наркоман либо умирает, либо его пытаются вылечить.

Что происходит в случае лечения? Первые несколько недель — это просто ад наяву без наркотика. У наркомана возникает масса различных симптомов: боли в теле, головные боли, приступы кошмаров — все что угодно. Вообще тело и мозг — буквально все — находится в состоянии умопомешательства. Почему? Мозг продолжает производить такое же количество обычных химических веществ — переносчиков информации, но клетки не могут их воспринимать, потому тело и мозг находятся в состоянии небывалого разбалансирования.

Через некоторое время, через несколько недель лечения и приема других лекарств, человек действительно начинает чувствовать себя все лучше и лучше. А почему? Каким образом человек излечивается от зависимости? Это можно представить так: клетки в период, когда человек перестал принимать наркотики, начинают возмущаться: “Что же там случилось с системой центрального планирования, почему не происходит нормальное функционирование организма?” И они начинают осознавать необходимость появления новых рецепторов и начинают сами воспроизводить эти рецепторы, снова выпускать их, чтобы воспринимать информацию, идущую от мозга. Через некоторое время количество рецепторов восстанавливается почти до нормального уровня, с тем чтобы человек ощущал себя практически нормально. И теперь от этого периода простого воздержания от наркотиков наркоман переходит в период групповой терапии и обучения навыкам социального общения, с тем чтобы, вернувшись на улицу, не вернуться к своей зависимости.

Сказанное характерно, прежде всего, для кокаиновой зависимости, поскольку кокаин является стимулирующим наркотиком. То же самое происходит в случае с барбитуратами, с опием и другими депрессантами, которые усиливают период спада, отдыха.

Итак, как же можно ответить на вопрос: “Что такое зависимости”? Зависимость — заболевание социальной коммуникации, проецирующееся на взаимоотношения между телом и мозгом.

Поскольку в своей социальной жизни человек испытывает стресс, он принимает наркотик, чтобы помочь преодолеть его последствия.

Тело и разум предполагают наличие 20-минутного перерыва между полуторачасовыми периодами активной деятельности, с тем чтобы человек восстановил нормальное функционирование организма, а клетки приготовились к восприятию новой порции гормонов. Но если общество не позволяет человеку отдохнуть, если постоянно выдвигает ему свои новые запросы и требования, то ему необходима дополнительная стимуляция. На основании вышеизложенного можно утверждать, что стрессы происходят, когда мы не прислушиваемся к нашим естественным циклам тела и мозга и когда толкаем себя за предел выносливости. Именно тогда возникает желание стимулировать себя с помощью химических веществ.

Есть ряд источников подобных стрессов. С точки зрения доктора Росси, самым распространенным источником стресса является общество, которое не понимает естественных циклов, происходящих в организме, и выдвигает требования, заставляющие нас постоянно функционировать, не допуская периода хотя бы кратковременного отдыха. На такое избыточное требование организм реагирует тремя различными способами. Некоторые люди возмущаются существующими в обществе ритмами и порядками и становятся преступниками. Некоторые, наоборот, глубоко уходят в себя.

Однако значительная часть людей полностью соглашается с этим постоянным запросом к активности и привыкают к постоянному потоку адреналина в своей биологической системе. Например, так называемые гении от компьютеров настолько возбуждены своей работой, что привыкают к постоянному течению адреналина, который постоянно держит их в состоянии возбуждения. Другие люди привыкают к воздействию сексуальных гормонов, которые постоянно держат их в напряжении, в желании сексуального удовлетворения.

Это совершенно естественные реакции организма на стимулирующие вещества. Одновременно мы можем привыкнуть и стать зависимыми от других веществ, которые заставляют нашу систему расслабиться, когда в системе присутствует уже не столько адреналин, столько гормон дейдоморфин, успокаивающие гормоны с избыточным количеством сахаров и углеводорода. Поэтому различные расстройства питания, наращивание веса — это тоже некая реакция организма, стремящегося защитить себя, стремящегося продлить себе период отдыха. Переедание, например, создает человеку ощущение сонливости, создает для него “защитную оболочку” в виде избыточного количества пищи, что дает ему возможность отходить от требований постоянной активности.

Зависимости могут возникать как по отношению к собственным веществам, уже имеющимся в нашем организме, так и к веществам, которые принимаются извне и имитируют естественные для организма биохимические процессы. Несколько похожим, хотя и другим по смыслу, является принятие транквилизаторов, психотропных лекарств, которые влияют на наше настроение. Эти процессы одновременно и похожи и не похожи на вышеописанное, поскольку задействованы в этом несколько другие механизмы.

Возвращаясь к общему определению зависимости, согласно определению доктора Эрнста Росси, можно сказать, что это химическая зависимость — это заболевание социальных коммуникаций, которое организм отражает в себе как кризис передачи информации в организме.

Химическая зависимость развивается в результате того, что организм, получив несколько раз наркотическое вещество, настраивается на прием наркотиков, включив их в свой биохимический процесс. Главный принцип того, что происходит, очень простой. Наркотики (каждый препарат по-своему) начинают выполнять с избытком те функции, которые раньше обеспечивались веществами, производимыми в самом организме, т.е. гормонами. Тело больного, чтобы сэкономить внутренние резервы, прекращает или сокращает синтез этих веществ. Кроме того, при введении наркотиков изменяется баланс веществ, которые являются кирпичиками для ДНК, изменяется проницаемость клеточных стенок.

Наркотики становятся частью организма человека, а необходимые компоненты организма требуют своего пополнения, так как наркотики постоянно выводятся из организма через почки, кишечник и легкие. Организм через состояние абстиненции, т.е. ломки, подает сигналы о том, что ему необходимо пополнение. И человек включается в такое беличье колесо: он убегает от этого негативного состояния, потому что, пропустив время приема очередной дозы, обрекает себя на мучительные страдания. Это не только боль, но и невыносимые ознобы, “ледяной внутренний холод” безо всякой надежды на возможность согреться, холодный пот, боли в животе, понос, тошнота, рвота, непрекращающиеся насморк, слабость, ломота в суставах. В общем, это похоже на тяжелый грипп умноженный на пищевое отравление, и это — только десятая часть того, что испытывает наркоман в состоянии ломки.

В психическом состоянии ломки наркомана сопровождаются жуткой депрессией, подавленностью и тревогой. При том возникает страх преследования, ему начинает казаться, что за ним охотятся. Очень страшным и сопутствующим состоянием при этом является опасение того, что тебя пытаются убить, что ты недостоин жизни, что ты неполноценный и конченый человек. Здесь очень важно обратить внимание: у наркомана очень занижена оценка собственной личности в своих глазах.

Хочется еще раз обратить внимание: если пастырь наступит на эту больную точку, то это отнюдь не поспособствует выздоровлению наркозависимого, а еще дальше загонит его в тупик самообвинения.

Три стадии

развития наркозависимости

В развитии страсти к употреблению наркотиков можно выделить три стадии.

Первая стадия — это стадия подражания. Первое употребление любого наркотика, даже самого “безобидного”, всегда сопровождается ожиданием приятного ощущения. Первые попытки курения у многих подростков вызваны желанием подражать. Им сопутствуют головокружение, головная боль, которая преодолевается для того, чтобы доказать себе, что ты достаточно сильный, чтобы побороть недомогание. Затем человек впервые испытывает удовлетворение, удовольствие, связанное с употреблением алкоголя, никотина или же наркотика, и начинает употреблять это вещество уже не для того, чтобы “побороть слабость”, не отстать от товарищей, а ради возникающего при этом эффекта, так называемого "кайфа". Сначала такая потребность несколько неустойчива, а потом она формируется уже окончательно как страсть.

 Вторая стадия — это укрепление страсти. Страстное возбуждение возникает все более самостоятельно и независимо от внешних факторов и обстоятельств. При этом у человека остаются в этом мире еще какие-то интересы, кроме наркотиков. На этой стадии человек иногда может даже забывать об их существовании.

Третья стадия наступает тогда, когда весомость страсти возрастает настолько, что в жизни она постепенно выходит на первый план. Страсть становится важной и неотложной составляющей, которая властно подчиняет себе всего человека. Человек начинает испытывать постоянное влечение к наркотическому веществу. Его общение с окружающими в значительной мере сводится или к добыванию наркотика, или к умышленному или неумышленному втягиванию других людей в его употребление.

"Тебе нужны твои руки,

Чтобы только звонить,

И голос нужен для того,

Чтобы об этом говорить.

И ноги нужны,

Чтобы за этим бежать.

Есть деньги,

Чтобы только за это отдать.

Ты говоришь, что свободен,

Ты об этом кричишь,

Но ты зависишь от того,

На чем ты торчишь"... [9]

Наркоман может стать истовым миссионером, проповедником и пропагандистом "кайфа". [10]

Познавательные способности наркомана направляются на поиск информации о новых, более эффективных наркотических веществах, способах их приготовления и введения в организм. Новая страсть не просто надстраивается над прежними страстями, над прежней деятельностью и мотивами жизни, она преобразует под себя и самые мотивы, и остальные страсти, страстные проявления личности.

Итак, если в результате употребления наркотических веществ у человека появляются проблемы в любой из сфер жизни (тело, разум, эмоции, душа, отношения с людьми) и если человек не может прекратить употребление, или прекращает, но снова “срывается”, — это зависимость.

На этой стадии происходят физиологические изменения. Употребление веществ совершается лишь для того, чтобы прожить этот день. Мозг разучивается самостоятельно регулировать нейрохимический баланс и не может воспринимать окружающий мир без очередной дозы. Именно здесь возникает состояние апатии, нежелание жить, утрата смысла существования, попытки самоубийства. Абсолютное большинство наркоманов, дошедших до этой стадии развития зависимости, погибают от передозировки. Количество вещества, требуемое для возвращения мозга к нормальному функционированию, становится критическим для жизнедеятельности организма в целом.

“Каждый считает, что ему можно

в любых количествах, каких хочется.

Представить совсем не сложно,

как это может для них закончиться...” [11]

Опиаты угнетающе действуют на центр дыхания, в результате неаккуратного употребления можно просто забыть, как дышать, и умереть. Мало кто из наркоманов знает, что погубить может даже привычное количество. Героин особым образом может неожиданно заблокировать работу сердца.

Каждый день наркоману будет казаться, что “завтра” все его желания исполнятся, а сегодня настала очередь расслабиться и никто не сможет ему помешать. Это “завтра” никогда не наступит, потому что “завтра” — условно придуманная “отмаз­ка”.

Если человек не прекращает употребление наркотиков — он погибает.

Страсть к наркотику настолько сильна, что она как бы придавливает остальные страсти, вытесняя все, что требует более сложной организованной деятельности, оставляя лишь несложные и примитивные потребности. Она прививает всем видам деятельности наркомана, даже тем, которые не имеют отношения к наркотику, особый характер. Идея “кайфа” проникает во все сферы жизни человека.

Ловушка наркотика, вся дьявольская хитрость, заложенная в уловлении человека во власть наркомании, состоит в том, что на подсознательном уровне ему предлагается выход из “скучного” трехмерного мира в необыкновенный опыт познания того, что находится за пределами обыденной реальности. Происходит определенное обогащение личностного опыта человека. И действительно, посредством наркотика человеку открываются такие состояния, такие ощущения, которые он никогда не переживал, не испытывал, и которые невозможно описать человеческим языком тем, кто с этим опытом не знаком. Но самое страшное в том, что это “обогащение”, радость и ощущение “полноты” и яркости раскрывшихся “новых горизонтов сознания” со временем угасает и почти сходит на нет. Однако желание повторить этот первый опыт остается. И многие годы человек стереотипно и безуспешно пытается воспроизвести его, свой первый кайф, который больше никогда не вернуть.

Со временем наступает фаза психической деградации и полного физического истощения. Если человеку вовремя не остановиться, то происходит полное вырождение личности.

Один доктор с болью рассказывала:

“Вся их удаль после прекращения приема проходит. Они становятся беспомощными детьми с исковерканным внутренним миром. Безвольными, депрессивными детьми. Часами висят на телефоне, плачутся в трубку всем и вся о том, что “все плохо”.

Выздоровление – долгий и мучительный процесс. Я видела множество наркоманов, которым уже не было хорошо от наркотика. Героин им был нужен для того, чтобы просто чувствовать себя НОРМАЛЬНО. А вообще, и это, к сожалению, правда: окончательного выздоровления не бывает. Бывают лишь ремиссии. В этом мире есть пословица: “Героин умеет ждать”.

Цикл зависимости

— Что это ты делаешь?— спросил Маленький Принц.

— Пью, — мрачно ответил пьяница.

— Зачем?

— Чтобы забыть.

— О чем забыть? — спросил Маленький Принц; ему стало жаль пьяницу.

— Хочу забыть, что мне совестно,— признался пьяница и повесил голову.

— Отчего же тебе совестно? — спросил Маленький Принц; ему очень хотелось помочь бедняге.

— Совестно пить! — объяснил пьяница, и больше от него нельзя было добиться ни слова.

Антуан де Сент-Экзюпери,

“Маленький Принц”

Цикл зависимости начинается с депрессии и страха. Уныние и страх ведут к нежеланию принимать себя. Затем это неприятие ведет к подмене жизни: к наркотику, к алкоголю — к чему угодно. Как только зависимый человек, испытавший облегчение от наркотика или алкоголя, начинает повторять попытку еще раз таким же образом разрешить свои внутренние нестроения, он начинает проявлять агрессию по отношению к тем, кто находится вокруг него. Почему? Близкие люди связывают какие-то ожидания с зависимым человеком, и этим они начинают его раздражать, мешая ему “наслаждаться жизнью”. В ответ на это человек начинает защищать свою зависимость. Путь к иллюзии внутреннего комфорта для него становится более значимым, нежели отношения с другими людьми. Вместо того чтобы включаться в жизнь, откликаясь на нужду окружающих его людей, он начинает всю свою жизнь выстраивать под главную потребность — наркотик, навязывая другим новые правила отношений. Агрессия растет. Круг становится все более и более порочным. И это опять ведет его к унынию и страху, от которого он избавляется с помощью наркотика.

Каким же образом действует цикл зависимости? Сначала человек плохо чувствует себя: он “сыт по горло”, тоскует, он не признан, ему скучно, одиноко, тревожно. Потом ощущает напряжение и необходимость расслабиться. Для того чтобы избавиться от этих неприятных эмоций, он обращается к зависимости, которая у каждого своя: у кого — алкоголь, у кого — наркотик. После того, как человек “вмазался”, действительно наступает некоторое облегчение. На минуты, часы, даже дни его состояние вроде бы улучшается, ему кажется, что не стоит особого труда справиться с чем-либо или расслабиться, потому что зависимость вывела его из оцепенения и приглушила беспокойство, неуверенность, неудовлетворенность. Поддавшись дурной привычке, можно позволить себе рисковать, действовать иррационально, принимать ошибочные решения, соображать быстро или медленно. В любом случае человек прекрасно себя чувствует.

Затем наступает следующий этап. Падать с такой высоты самочувствию обычно очень больно. Все трудности и проблемы, от которых человек пытался избавиться, до сих пор при нем. Опять одолевает печаль и горе, скука, раздражительность, презрение к себе и разочарование в жизни. Человек неизбежно становится жертвой омерзения, душевного расстройства или гнева на себя за то, что очередной раз уступил зависимости. Вероятно, поддавшись соблазну, он потратил слишком много времени и денег, окончательно запутался в отношениях с людьми, говорил и вел себя так, что теперь раскаивается в этом и, может быть, бросил работу. Может быть, разрушена его семья. На этом этапе человек чувствует себя особенно несчастным и желает найти кого-то, кто в этом виноват. Он страшно напуган и никогда не признается себе в этом. Обозленному на весь мир и в первую очередь на себя, разочарованному и одинокому человеку может прийти в голову мысль о самоубийстве. Человек ненавидит все эти ощущения, ему снова хочется чувствовать себя хорошо. Он знает, как добиться этого за короткое время, он опять ищет наркотик. Зависимость опять вступает в действие, только теперь ему необходимо получить большую дозу, перекрыть первоначальное чувство, плюс негативное ощущение после предыдущей уступки наркотику, плюс знание, что действие зависимости приведет к ее усилению. И таким образом он, как цирковая лошадка или как белка в колесе, бегает по кругу, при этом успевая получать мазохистское удовольствие от того, что он — никто. [12]

Это — цикл зависимости. Постоянный страх удерживает цикл в плотном кольце. Структура зависимости как наркотической, так и алкогольной, несмотря на особенности составляющих, одна и та же. Желание отрешенности, степень неприятия себя и окружающей действительности в каждом отдельном случае также будут различными.

"Ты убиваешь в себе все самое лучшее

Все то, что мог бы отдать другим,

Напоказ выставляя одно только худшее,

Ненавидя себя таким". [13]

От зависимости тяжело освободиться прежде всего потому, что чувства, бурлящие в глубине души, очень страшно раскрыть. Человек, возможно, предпочел бы скорее умереть, чем посмотреть правде в глаза. Для того чтобы суметь волевыми усилиями вырваться из круга зависимости, нужно, прежде всего, разобраться в своих чувствах. Это необходимо для того, чтобы понять их и научиться управлять, вместо того чтобы безуспешно пытаться спрятать.

Самое опасное в зависимостях — то, что на некоторое время они могут действительно вызвать чувство расслабленности, беззаботности, счастья и силы. Это так называемый “синдром хорошего самочувствия”. Некоторые наркоманы даже считают: “Если под действием наркотика мне становится хорошо, почему я должен от этого отказываться?”

Предположим, что наркотик в действительности в данный момент улучшает самочувствие. Но это не значит, что человеку на самом деле стало лучше. Наркотик доставляет удовольствие прямо сейчас, а что происходит потом — через два, три, пять лет?

Семейные и иные

факторы риска срыва

Замечено, что существуют определенные факторы риска, по которым можно узнать человека, предрасположенного к наркотическому срыву. Необходимо остановиться на этом подробнее.

Прежде всего, к наркотическому срыву предрасположены люди с тенденцией к переживанию сильного стресса и общению с такими же людьми. Сильные стрессы требуют сильного уровня компенсации. Вообще переживание стресса как такового связано с изменением определенного кровяного баланса и с определенными химическими процессами. Современный кинематограф, во многом формирующий вкусы и ценностные ориентиры молодежи, преподает в качестве идеала так называемого стрессозависимого человека супермена, который испытывает постоянное неконтролируемое желание рисковать и попадать в какие-то сложные ситуации, выбираясь из которых, он чувствует огромный прилив удовлетворения.

Итак, люди, склонные к особо рискованному образу жизни, — потенциальные наркоманы.

Кроме того, к наркомании предрасположены люди:

— имеющие конфликты в социальных связях;

— не умеющие обретать доверительных, теплых отношений с другими людьми, с собственной семьей;

— аутичные, замкнутые;

— пренебрегающие собственным здоровьем;

— со слабой иммунной системой;

— с иррациональным мышлением, т.е. те, которые не способны заранее взвесить все “за” и “против” употребления наркотика;

— склонные к болезненным воспоминаниям, возврату болезненных эмоций, связанных с прошлым. Если таким людям в период наиболее остро проживаемой болезненной эмоции прошлого попадает наркотик, они получают сильный и глубокий опыт компенсации этой эмоции и становятся зависимыми;

— и, безусловно, люди, не имеющие определенной жизненной ценности. Таких людей на современном языке принято называть “безбашенными”.

Безусловен также и тот факт, что наркомания — это семейное заболевание, и в случае если наркоман выздоравливает, нарушается особый, уже сложившийся баланс в семье. Этот семейный баланс, так или иначе, выгоден, конечно же, на неосознаваемом уровне всем членам семьи. Вся семья со временем привыкает к тому, что один из ее членов — наркоман, который сосредоточен на наркотике. Наркоман в этой системе играет роль жертвы.

В семье существует также главный потакатель. Потакатель — это чаще всего мать (иногда — жена), сосредоточенная на том члене семьи, который употребляет наркотик. Она постоянно контролирует, подсматривает, подглядывает: употреблял — не употреблял, следит за венами, что-то держит в секрете и таким образом входит в отношения, коммуникацию со своим сыном, покровительствуя ему, при этом не предполагая, что она тоже здесь играет определенную роль и создает баланс в общей системе.

И, наконец, в семье существует обвинитель, допустим, отец наркомана, который постоянно обвиняет, пилит, скандалит, кричит, угрожает вызвать милицию и периодически получает от потакателя (матери) упреки в отсутствии “понимания ребенка”, в черствости, обвинения типа: “раньше надо было пороть”...

Также нередко при этом существует и семейный “герой”. Это может быть младший или старший брат, который социально успешен. Семья гордится им и ставит его в пример другому, употребляющему наркотики. Этот семейный герой тоже создает определенный баланс в семье, и ему очень приятно казаться хорошим на фоне такого плохого и никуда негодного брата или сестры...

А теперь подумайте, что может произойти в семье, если один из ее членов перестанет выполнять отведенную ему роль. Нарушится баланс. Семья вновь, совершенно не осознавая того, спровоцирует срыв у вырвавшегося из сетей зависимости наркомана. Одна из запускающих срыв родительских фраз звучит примерно так:

— Не может быть, чтобы ты не кололся. А ну-ка покажи вены...

Поскольку наркомания — болезнь семейная, имеет смысл (если есть возможность) определенный пастырский акцент сделать на работе с родителями, как правило, с мамой наркомана, которая искренне удивится, если ей будет сказано, что она играет определенную, отнюдь не позитивную, роль в сложившейся ситуации. Я думаю, что не стоит обвинять ее. Но имеет смысл просто поговорить об общей динамике семейной жизни в случае, если один из членов употребляет наркотик, рассказать о том, что представляет собой явление, которое в психологии принято называть “созависимостью”.

Созависимость

как предтеча химической зависимости

Говоря о химической зависимости, мы уже упоминали, что с нею в паре всегда шествует та или иная эмоциональная зависимость, напрямую связанная с явлением, которое в психологической литературе принято называть “созависимостью”.

Созависимость

               

— это устойчивое личностное нарушение, связанное с отсутствием или несфор­миро­ван­ностью четких границ своего “я”, с отчуж­дени­ем, неприятием своих собственных потреб­но­стей, чувств, мыслей, желаний, с устойчивой по­требностью восполнения своей личности лич­ностью другого человека, с полной зависи­мо­стью своего настроения и душевного состоя­ния от настроения и душевного состояния другого.

Корни созависимости уходят в раннее детство. Чрезмерная эмоциональная забота и привязанность со стороны матери или же, наоборот, отсутствие любви и душевного тепла со стороны родителей могут впоследствии привести человека к устойчивой потребности химически “восполнить” недостающее чувство любви и комфорта нахождения в этом мире.

Созависимый человек не в состоянии различить, где “мое”, а где “чужое”. Для созависимости характерно смешение чувств, смешение социальных и жизненных ролей, невозможность построить четкую внутреннюю картину себя, невозможность дать самому себе четкий ответ на фундаментальные вопросы, присущие, кстати, подростковому возрасту: “Кто я?”, “Каково мое место в этом мире?”, “Каков смысл моей жизни?” [14]

Говоря экзистенциальным языком, это отсутствие четкой границы между “я” и “не я”. Проявляется созависимость в неустойчивости эмоциональных взаимоотношений со значимыми другими, неумении их строить, в неразберихе в собственных чувствах, невозможности осознать свои собственные переживания, в отсутствии четкого понимания, где мои мысли, а где мысли другого человека, где мои потребности, а где потребности других людей, навязанные мне как ценность, в страхе проявления сильных чувств и переживаний, отсутствии умения балансировать между излишней доверчивостью и благоразумной осмотрительностью.

Созависимые жены пьющих мужей гораздо более верят откровенной глупости, нежели здравому смыслу. У них очень мало веры во вполне благоразумные вещи, как, например, в уместность выполнения совета об изменении своего отношения к выпивкам мужа: (“Попробуй реагировать на них как угодно по-другому, но не так, как ты реагировала до этого!” — “Ой, что вы, это невозможно, он тогда совсем сядет на голову!”), но очень много доверчивости, тенденция принимать за чистую монету совершеннейшую ложь, наподобие подливания или подсыпания в пищу мужу “заговоренных трав” или “заряженной водицы”. Созависимости свойственна суеверность, ей трудно прийти к глубокой и осознанной вере в Бога. В православном обиходе они склонны искать “чудотворцев” и “прозорливцев”, которые “отчитают по фотографии”. Эти “чудеса” им воспринять гораздо проще, чем трезво и разумно уяснить свою меру ответственности за созависимого близкого родственника и, осознав, что же необходимо делать в этой ситуации лично им, приложив все усилия к выполнению этого, спокойно вручить судьбу человека в волю Божию.

Созависимых людей характеризует очень низкая стрессоустойчивость, легкость возникновения чувства тревоги и страх близкого контакта с другими людьми.

Созависимость формируется средой, в которой растет ребенок. Это семейная патология. Поэтому химическая зависимость переходит из поколения в поколение. В семейном алкоголизме виновны не только гены, но еще и стиль взаимоотношений, порождающий такую личностную структуру.

Созависимость — это эмоциональное состояние, характеризующееся заморозкой многих личностных проявлений в детском или подростковом возрасте. Созависимые люди “замерзают”, так и не решив некоторые специфические подростковые задачи. Большая часть личности созависимого человека застряла в подростковом периоде.

О решении каких “подростковых задач” идет речь? Об осознании своего места в этом мире, об обретении чувства своей целостности, об осознании своей уникальности, неповторимости и ценности — с одной стороны, а с другой — о приобретении чувства общности, принадлежности к какой-нибудь социальной группе.

Пытаясь одновременно усидеть на двух стульях, подросток, воспитывающийся в среде, формирующей созависимость, нередко остается или с чувством незавершенности, размытости личностных границ и глубокого внутреннего одиночества, или с чувством отчуждения и непринадлежности. Именно поэтому химически зависимые люди обнаруживают повышенную склонность к группированию.

 Итак, созависимость представляет собой зависимость от “значимого другого” на психосоциальном уровне.

Созависимыми становятся дети тех родителей, которые своим постоянным контролем, недоверием и унижением блокируют в них процесс психологического взросления и формирования ответственности за себя и за собственную жизнь.

Человек с созависимой личностной структурой испытывает целое море трудностей, личностного и межличностного характера. Но самое важное: созависимость является состоянием, предшествующим возникновению химической зависимости.

 Употребление психоактивного вещества становится опосредованным способом решить нерешенные личностные задачи, удовлетворить свои неудовлетворенные личностные потребности. Постепенно наркотик становится универсальным “костылем” на все случаи жизни. Но ведь это средство искусственное, суррогатное и токсичное.

Наркоману нужно сначала избавиться от химической зависимости, потом уже, в личностно ориентированной работе, разбираться с его созависимостью. Если мы не научим его говорить “нет” в своей социальной группе, не научим по-взрослому выстраивать свои отношения с родителями, по-взрослому корректно и спокойно высказывать родителям недоумения и обиды с искренним желанием примириться и обрести взаимопонимание, он неизбежно начнет восполнять свои эмоциональные дефициты привычным способом.

Непроработанность именно этой области, непроясненность своих взаимоотношений с другими значащими для наркомана людьми, обусловливает высокую частоту рецидива после освобождения от химической зависимости.

О защитных механизмах

Где твои мысли — там твой опыт. Как человек мыслит — таков он сам. То, чего я боюсь — приходит ко мне.

Ричард Бах

В природу души и иммунную систему человека Богом заложены те механизмы, которые психически и физиологически защищают его от вредного воздействия окружающей среды. Каждый человек взаимодействует с миром, общается с другими людьми, испытывает массу различных воздействий извне. Эти воздействия на человека бывают двух планов: одни — положительные, другие — деструктивные, которые могут повредить личности и поэтому негативно воспринимаются ею.

Психика любого человека устроена так, что для нее естественно стремление избавиться от воздействий отрицательного характера. Для того чтобы уберечься от воздействий, воспринимаемых как деструктивные, глубинный разум человека использует своеобразные способы реагирования, получившие название “защит”. Применяя эти методы защиты, человек старается избежать болезненных воздействий. Используя защитные механизмы, здоровый человек стремится к одному — уберечь свою личность, свое “я” от разрушающего (с точки зрения личности) воздействия.

Механизмы защит обрабатывают и преобразовывают реальность в сознании таким образом, что человеку становится позитивно и легко воспринять то, что происходит с ним и вокруг него. Они являются фильтрами восприятия, помогающими адаптироваться в этом мире. Большинство людей даже не подозревает о существующих у них защитных механизмов.

И поэтому, если вначале наркотик у человека психически и физиологически вызывает тревогу, опасность, боязнь попасть в зависимость, то со временем все, что связано с потреблением наркотика, становится нормальным, здравым, именно таковым воспринимается организмом, а все, что мешает употреблению наркотика, осознается несущим разрушение, вредным, всем тем, что приходится преодолевать.

В человеческой психике образуется как бы еще один личностный центр, возникает наряду с “трезвой” личностью еще одна, “пьяная”, личность. Безусловно, предыдущая мысль — лишь модель, с помощью которой будет лучше понять еще одну грань природы зависимости. С этой точки зрения можно объяснить различие в поведении некоторых людей в трезвом состоянии и в состоянии опьянения (алкогольного или наркотического). В таком случае говорят: “Как будто человека подменили”.

Система приоритетов и ценностей у наркомана меняется. Способы его адаптации к внешней среде преобразуются. Отсюда и столь типичны для наркоманов нарушения как нравственных законов и, нередко, элементарных правил приличия, так и законов юридических. И лишь в среде себе подобных они могут адаптироваться и отчасти чувствовать себя в безопасности. Наркоман становится психологически изолированным от мира нормальных, здоровых людей.

При наркомании реализуется уникальный вид отчуждения, не наблюдаемый в других заболеваниях — отчуждение психики от тела. Действительно, если психика жадно стремится ко все новым и новым приемам наркотического вещества, то тело всячески этому противится, тщетно пытаясь перестроиться на здоровый режим жизнедеятельности. Выражением этого служит быстрое развитие явлений абстиненции, т.е. “ломки”, которая связана с переходными процессами существования без наркотического вещества. Других примеров подобного предельного по глубине отчуждения ни в природе, ни в обществе найти невозможно. [15]

Наркомания — заболевание, несомненно, заразное. Люди заражают друга психологически, путем эмоционального приятия особой наркотической информации, что, собственно говоря, ведет, при некритическом к ней отношении, к первой пробе наркотиков. А дальше все развивается описанным выше путем.

С инфекционным началом организм борется до полной победы или до полного истощения защитных сил организма. При наркомании и токсикомании все происходит наоборот: организм и психика действуют порознь. Тело, как уже говорилось выше, сопротивляется до последней возможности, душа, пораженная страстью, этой борьбе препятствует, прочно став на сторону врага. Действие наркотика — это, в конечном итоге, действие силы, противной человеку, его ценностям, смыслам, самой жизни, в конечном итоге это действие демонических сил.

Поведение человека, страдающего пристрастием к наркотическим веществам, направляется отнюдь не интеллектуальной установкой, а желанием, происходящим из глубин эмоциональной памяти человека, в которой запечатлелся первый “приход”, первый опыт. Мысли и сознание безоговорочно подчиняются этой страсти. Именно желание, а не разум определяет поведение человека, конкурируя лишь с другими, гаснущими на контрасте с наркотиком, желаниями. Разум используется лишь в той мере, в которой он обслуживает это страстное желание. [16]

Природные механизмы психической защиты у наркомана ставятся в услужение наркотика и наркомании. Происходит это следующим образом.

Человек, страдающий алкоголизмом или наркоманией, как правило, не может трезво оценить себя, он не может отличить проявления своей личности от проявлений своей болезни. Само ядро его личности поражено болезнью. И тогда получается, что химически зависимый человек становится на позиции защиты не своей здоровой личности, а своей болезни.

Итак, механизмы психологической защиты, устроенные Богом для того, чтобы человек более эффективно сопротивлялся негативному воздействию психотравмирующих факторов, у химически зависимого человека защищают не здоровое ядро личности, а саму страсть, мешают его выздоровлению.

Именно действие этих психологических защит препятствует процессу выздоровления. Например, сознательно наркоман хотел бы остановиться, остаться трезвым. Он действительно хочет остаться трезвым! Но когда возникает желание доставить себе кайф, когда возникают сопутствующие этому желанию обстоятельства, бессознательное действие механизмов психологических защит начинает обеспечивать охрану этого желания, а не здоровой части личности.

В связи с этим очень важна работа по осознанию и обретению навыка распознавания действия психологических защит. У любого химически зависимого человека эти механизмы будут работать по одной простой причине: ядро личности поражено болезнью достаточно сильно, и болезнь, как таковая, будет защищаться от всяких попыток личности избавиться, выздороветь. Соответственно, желание справиться с механизмами защит должно идти от сознательных усилий наркомана, которого небесполезно познакомить с тем, как “работает” его болезнь.

Само осознание того, что я и моя болезнь — не одно и то же — прорыв глухой обороны противника!

Но вернемся к защитам. Стоит упомянуть о самых распространенных из них. [17]

Самой распространенной и всем известной формой психологической защиты является отрицание. Человек просто отрицает наличие у него проблемы алкоголизма или проблемы, связанной с употреблением наркотика. Человек говорит: “У меня с этим нет проблем. У меня все нормально, я здоровый человек, я вполне себя контролирую”.

Отрицание наличия проблемы дает человеку возможность ничего с этим не делать. Проблемы нет, и, соответственно, решать нечего. Как правило, если человек попадает в больницу в состоянии абстиненции, он в некоторых случаях может рассказать, что пил, что принимал, что нюхал. Потом, когда абстиненция заканчивается, человек потихоньку крепнет, попадает в кабинет доктора или на Исповедь и начинает давать другие сведения, совсем не те, о которых упоминал вначале, начинает врать, выкручиваться. Разница между этими рассказами говорит о том, что начинает действовать механизм защиты, механизм отрицания.

Следующий часто наблюдаемый механизм защиты — это рационализация. Механизм этой защиты выражается в том, что химически зависимый человек вроде бы осознает наличие проблемы, соглашается, что проблема есть, но приводит массу доводов, которыми защищается факт его употребления, даже необходимость этого: “Человек не может долго находиться в таком напряжении”, “С такой жизнью...”, “Друзья угостили, обидеть человека — большой грех”, “Надо же иногда как-то расслабиться...” и т.п. Подобные аргументы наркоману кажутся в достаточной мере логически убедительными. [18] При помощи рационализации наркоман создает себе иллюзию, что причина его наркомании заключается не в нем самом, а во внешних обстоятельствах. Это позволяет ему, все свалив на пресловутых ближних и обстоятельства, ничего не менять в своей жизни, в своем внутреннем мире.

Следующий механизм защиты — это интеллектуализация. Очень похож на рационализацию с той разницей, что ссылки, как правило, происходят не на внешние события, а на данные статистики, цитаты из научной литературы, высказывания авторитетных ученых, политиков и артистов, которые “употребляют — и ничего”. Таким образом, наркоман подкрепляет свою защиту авторитетным заявлением каких-то других лиц, тем самым давая себе возможность ничего не менять в своей жизни, подводя под свои действия теоретическую базу.

Следующий механизм защиты — это минимализация. Наркоман приуменьшает серьезность проблемы, которая у него есть, количество употребляемого, время. Использование этого защитного механизма позволяет убедить себя и окружающих, что все не так серьезно, тем самым отодвинуть грань “пора бросать” подальше.

Следующий механизм — отождествление, сравнение. Химически зависимый человек сопоставляет себя с другими людьми с целью сделать это сравнение в свою пользу. Как правило, для сравнения берутся люди, у которых нет проблем с алкоголем или наркотиком, либо такие люди, у которых более сильная выраженность болезни. Соответственно, это также утешает. Сравнение помогает наркоману сделать вывод в свою пользу, позволить разрешить себе, не слишком расстраиваясь по поводу затягивающейся петли зависимости, продолжать употреблять наркотик.

Следующий механизм — это соглашательство. Он очень распространен и наиболее сложен по диагностике. Соглашательство — это своего рода декларация. Человек, попадая на лечение, принимает условия игры. Допустим, положено соглашаться, что “Да, я наркоман, мне надо лечиться”, человек кивает головой для того, чтобы отстали и не мешали.

Очень часто, например, алкоголик-соглашатель с похмелья говорит: “Неси бутылку”. Жена говорит ему: “Лечиться пойдешь?” — “Пойду, только принеси бутылку”. На самом деле, у человека в голове совсем другое: “Говорите, говорите, я значительно лучше знаю, что мне надо”.

Часто это своего рода надувательство можно наблюдать и в наркологических больницах, когда пациент убеждает специалистов в том, что хочет лечиться. На самом деле его мысли совсем другие: “Я это делаю для вас, чтобы отстали”. Это позволяет человеку, перенеся акцент с себя на специалистов, ничего не менять в своей жизни.

Подобное происходит и в том случае, когда любящие православные родители отправляют свое чадо “на деревню к батюшке” или в монастырь, внушая ему, что главное — удержаться и пожить там хотя бы полгода, а там... (далее следуют разные варианты: то ли “батюшка помолится”, то ли “Бог все управит”, то ли “все зависит от количества причащений”).

— Если ты пробудешь в монастыре полгода, я тебе куплю мотоцикл! — пообещала своему сыночку одна любящая мама. Ради мотоцикла он, может быть, и пробудет. Но наркомания сына в этом случае — не его проблема, а проблема мамы. Он соглашается потому, что это ему выгодно.

Следующий — бегство, или уход от осознания и решения проблемы. Для людей химически зависимых это наиболее распространенный способ реагирования на жизненные трудности. Когда человек сталкивается с серьезной ситуацией, он уходит в запой, чтобы избежать ее. Это можно часто наблюдать в стационарах, где дело доходит до физического бегства. Так происходит и тогда, когда человек находится в психотерапевтической группе. К примеру, в ситуации группового общения разговор идет о разных второстепенных проблемах. Но когда поднимаются вопросы, связанные с зависимостью, человек ерзает на стуле, выходит из комнаты, начинает кашлять, громко сморкаться, шутить, “соскакивает с темы”, поскольку он не может долго находиться в ситуации, в которой происходит очень сильное, с его точки зрения, негативное, воздействие на него, поскольку он еще не научился разделять собственную личность и свою болезнь. Он не различает, в каком случае те или иные слова относятся к проблеме зависимости, а в каком — непосредственно к нему. Все слова, сказанные о его проблеме, он воспринимает как личное оскорбление, попытку причинить боль, доставить неприятность.

Нужно отметить, что уход в болезнь — это тоже один из механизмов защиты. Психолог Наталья Негереш рассказывает, что половина пациентов, попадая на занятия в психотерапевтические группах, через некоторое время не появляется. Они начинают “болеть”. Это тоже связано с включившимся действием защитных механизмов.

Итак, перечислены самые основные, часто встречающиеся механизмы защит, которые мешают человеку оставаться трезвым. Все они работают на неосознаваемом уровне, поэтому вскрывать их бывает очень трудно.

Пастырю нужно помнить, что в работе с химически зависимыми людьми механизмы защиты будут проявляться всегда. Важно только вовремя распознать их. Не стоит сразу пресекать их действия по одной простой причине: очень часто защитные механизмы, помимо того, что они защищают от воздействия на зависимости, играют для человека роль буфера. Осознай наркоман всю серьезность своей зависимости от наркотика сразу, психический баланс личности серьезно нарушится. Психологические защиты дают возможность подготовиться к осознанию. Поэтому надо дать человеку позащищаться. Нельзя ставить целью пастырского душепопечения работу с защитой, прежде чем человек не обретет кое-какие навыки самопринятия и борьбы с болезнью.

Очень действенно в работе с защитными механизмами доведение их до абсурда. В работу с защитными механизмами можно внести юмористическую нотку. Это дает человеку возможность посмеяться самому над собой, поможет справиться с собой. Но надо тонко чувствовать ситуацию, чтобы неуместной иронией не ранить человека.

Методы душепопечения наркоманов должным быть гибкими, вариативными. В силу “пластилиновости” психики наркомана, он может легко подстроиться под стиль пастыря, начнет выдавать ожидаемые реакции. Самая большая ошибка, которую допускают те, кто занимается окормлением наркоманов в тех или иных церковных структурах: добиться поведенческих изменений, внешне напоминающих “воцерковление”, без затрагивания внутренних глубинных изменений личностного порядка. А над этим надо трудиться годы и пастырю, и окормляемому им наркоману. [19]

Поскольку у многих наркоманов вследствие употребления наркотиков формируются личностные особенности, в значительной мере напоминающие характер с истерической акцентуацией, уместно будет вспомнить цитату из книги профессора архимандрита Киприана (Керна), дающего пастырю рекомендацию о том, как грамотно оказать помощь больным с такими личностными особенностями:

“Что может сделать пастырь? Далеко не все, но, во всяком случае, многое. Он может и должен усвоить ряд манер для лиц, подверженных истерии:

1) Меньше всего говорить об его болезни и не обращать внимания на мнение больного;

2) Так как многое зависит от доброй воли самого больного, то пастырь, как и врач, должны добиться желания вылечиться и доверия к ним самим;

3) Избегать каких бы то ни было религиозных излишеств, особых “подвигов”;

4) Твердость и постоянство в духовном руководстве такими людьми, которые, видя, что их ухищрения не помогают у данного духовника, легко меняют своих духовных руководителей;

5) Перемена обстановки (домашней или школьной) в случае, если таковая вредна для жертвы и мешает пастырю или врачу проводить в жизнь то, что они находят необходимым;

6) Борьба с капризными настроениями и с плаксивостью детей;

7) Особо бдительное отношение к больному, находящемуся в периоде созревания”. [20]

О ЧЕМ ЕЩЕ

ДОЛЖЕН ЗНАТЬ

пастырь

Сколь счастлив тот, кому выпало испытать и самое лучшее, и самое плохое, что может дать судьба. Тот, кто невозмутимо вынес такие превратности, лишил несчастье власти над собой.

Сенека

Без этой главы, наверное, книга наша оказалась бы неполной. Наверное, у всех на слуху названия страшных заболеваний: спид, вич-инфекция, гепатит... Их называли “чумой XX века”, а теперь можно с полной уверенностью назвать их “чумой XXI века”, потому что они уверенно перешагнули вместе с нами в двадцать первый век. Надо сказать, что гепатиты В и С заняли прочную позицию среди других болезней, которым подвержены наркозависимые. Они появляются (по данным исследований) у 90% ребят, сидящих “на системе”. [21]

Гепатит В

Что представляет собой это заболевание?

Гепатит В — это серьезное инфекционное заболевание, которое может привести к инвалидности, а со временем и к смерти человека. Смерть от осложнений, вызванных гепатитом В, занимает 9-е место по частоте среди всех известных заболеваний в мире.

Какие органы страдают от гепатита В? В первую очередь поражается печень. Этот жизненно важный орган отвечает за вывод из организма токсинов, а также за синтез белков и компонентов, необходимых для пищеварения. Тяжелым осложнением гепатита В является цирроз — необратимые изменения в тканях печени.

Развитие гепатита В вызывает вирус гепатита В. Данный вирус внедряется в клетки печени и использует их для своего размножения. Кроме клеток печени, вирусный гепатит может поражать и другие клетки: клетки кровеносных сосудов, почек, поджелудочной железы и даже нервные клетки.

Когда существует риск заражения

вирусом гепатита В?

Пастырю, занимающемуся окормлением наркозависимых, необходимо знать, в каких случаях существует риск заражения вирусом, а в каких нет основания для беспокойства для того, чтобы грамотно и компетентно объяснить живущей рядом братии и прихожанам, которые, может быть, будут относиться к больному гепатитом с излишней боязнью, настороженностью и даже брезгливостью.

Вирус гепатита В может перейти через определенные жидкости нашего организма. Это возможно:

— при инъекционном употреблении наркотиков;

— при переливании крови и ее компонентов;

— от инфицированной матери к новорожденному (во время вынашивания или родов);

— при нанесении татуировок и других немедицинских процедурах, когда повреждается кожа и слизистая оболочка;

— при использовании чужих лезвий для бритья и зубных щеток.

Учитывая вышеназванные факторы, можно не опасаться опасности заражения вирусом гепатита при нахождении с инфицированным в одном помещении, рукопожатии и других ситуациях, когда нет обмена жидкостями организма.

Каким образом можно определить,

что человек инфицирован

вирусом гепатита В?

Для обнаружения вируса в организме существуют различные тесты. Найти вирус можно, либо исследуя взятую из вены кровь, либо исследуя кусочек ткани печени (биопсия печени, когда через зонд берут мизерный кусочек печени и исследуют его под микроскопом).

Каковы проявления гепатита?

Проявления данного заболевания очень разнообразны: от полного отсутствия симптомов до тяжелой болезни с желтухой и выраженной слабостью. В первые недели после заражения возможно развитие острого гепатита В, который проявляется такими симптомами, как:

— лихорадка и озноб;

— сильная слабость;

— боли в животе;

— понос;

— высыпания на коже.

Через 1-2 недели после начала описанных выше симптомов кожа и белки глаз окрашиваются в желтоватый цвет, в тот же цвет может окраситься и язык.

У большинства людей острый гепатит В проходит через несколько недель самостоятельно, после чего появляется стойкий иммунитет (защита) к вирусу. Но у другой части заразившихся не развивается иммунитет к этому вирусу, и инфекция переходит в хроническую стадию и продолжается в течение нескольких лет.

Что такое хронический гепатит В?

Хронической называется инфекция, которая находится в организме, но не приносит ощутимого вреда. Хотя через некоторое время она все же может вызвать серьезные проблемы со здоровьем. У многих людей с хроническим гепатитом возможно отсутствие каких-либо симптомов в течение длительного периода времени. Однако через несколько лет возможно развитие тяжелых проявлений гепатита, а некоторые умирают в результате нарушения жизненно важных функций печени. Поэтому все больные хроническим гепатитом должны регулярно наблюдаться у врача-инфекциониста.

Гепатит С

Гепатит С — самый серьезный из всех трех видов гепатита. Вирус, вызывающий его, медицинской наукой полностью не изучен, но известно, что он очень часто переходит в хроническую форму. Существует несколько видов гепатита С, поэтому заболеть можно неоднократно. Вакцина против гепатита С еще не найдена.

Пути заражения вирусом гепатита С:

— при инъекционном употреблении наркотиков;

— при переливании крови и ее компонентов, при внутривенных или внутримышечных инъекциях;

— от инфицированной матери к новорожденному (во время вынашивания или родов);

— при нанесении татуировок и других немедицинских процедурах, когда повреждается кожа и слизистая оболочка;

— в кабинете зубного врача;

— при использовании чужих лезвий для бритья и зубных щеток;

— при половом контакте.

Гепатит С очень распространен среди потребителей наркотиков во всем мире.

Симптомы гепатита С не отличаются от симптомов при гепатитах А и Б, но гепатит С гораздо чаще протекает без симптомов.

Несмотря на то, что гепатит С на определенных стадиях может не вызывать неприятных ощущений, он очень опасен, потому что незаметно разрушает печень. Поэтому для имеющего подозрение на заболевание лучше как можно раньше обратиться к врачу. Не стоит пытаться лечить гепатит самостоятельно, употребляя таблетки — они могут нанести дополнительный вред.

У 50% больных развивается хронический гепатит, но они могут значительно улучшить свое состояние, если будут соблюдать режим и диету.

При гепатитах категорически запрещается употреб­ление алкоголя.

Хронический гепатит С

Хронический гепатит может развиться после острого гепатита В и С или в результате долгого употребления алкоголя.

У хронического гепатита С может не быть симптомов, он может продолжаться много лет, и нередко переходит в цирроз печени.

Хронический гепатит С возникает потому, что вирус острого гепатита С остается в организме и постепенно разрушает печень. К этому добавляется несоблюдение норм питания, употребление алкоголя и напряженный образ жизни. Чтобы вылечится от хронического гепатита С, необходимо придерживаться рекомендаций врача-инфекциониста.

ПРИ ЛЮБОЙ ФОРМЕ ГЕПАТИТА ВАЖНО:

1.   Начать процесс изменений в собственной жизни.

2.   Осво­бодиться от страха, гнева, ненависти. Выйти через покаяние из прошлого негативного опыта.

3. Соблюдать диету (не есть жирную, жаренную, острую пи­щу).

4. Пить побольше (не менее 1,5 литров воды, желательно минеральной).

5. Соблюдать покой (не переутомляться и не поднимать тя­жести).

6. Категорически отказаться от употребления алкоголя и нарко­ти­ков.

Спид, вич-инфекция

Немного истории, цифр и фактов

В начале вкратце стоит упомянуть о том, когда впервые узнали о спиде, сколько людей страдает от этого страшнейшего заболевания. За 20 лет с начала эпидемии спида в мире заразилось вирусом иммунодефицита человека более 50 миллионов человек. Вич-инфекция уже унесла жизни более 16 миллионов взрослых и детей. Цифры эти постоянно растут, поскольку каждый день в мире около 16 тысяч человек инфицируется смертельным вирусом.

Первый случай синдрома приобретенного иммунодефицита (спида) был зарегистрирован в США в 1981 году. “Синдром иммунодефицита” — это набор симптомов (физи­чес­ких проявлений организма), говорящих о наличии иммунодефицита — поражении иммунной системы. А слово “приобретенный” говорит о том, что данное состояние не является врожденным.

На сегодня случаи спида зарегистрированы во всех странах мира, а сложившаяся ситуация оценивается специалистами как пандемия — эпидемия, поразившая всю планету.

В Российской Федерации все вопросы, связанные с вич-инфекцией и спидом, регулируются Федеральным законом “О предотвращении распространения на территории Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (вич)”. В 1999 году самый значительный рост темпов распространения вич-инфекции на планете был зарегистрирован в странах бывшего СССР, где количество новых случаев инфицирования в течение года возросло больше чем на треть. В России около 90 % всех заражений приходится на молодых людей в возрасте 18-25 лет, основная часть которых — потребители инъекционных наркотиков.

Печальные прогнозы, высказанные зарубежными медиками в конце прошлого года относительно начала эпидемии спида в России, похоже, начинают сбываться. Только в одной Москве за 7 месяцев 1999 года вич-инфекцию подхватили 3247 граждан, в то время как за аналогичный период предыдущего года, смертельный вирус в столице поразил 1664 человека.

Об угрожающе стремительных темпах распространения спида в Первопрестольной говорит то, что к концу прошлого года число вич-инфицированных в Москве составляло около 10000 человек.

Девять из десяти вич-инфицированных, по словам медиков, это наркоманы 15-29 лет. Согласно статистике, сейчас из каждых 100 тысяч москвичей около 160 — наркоманы. Число несовершеннолетних, употребляющих наркотики, растет с геометрической прогрессией. Подростки, как правило, пробуют наркотики в дворовой компании, поэтому участились случаи, когда вич-инфекцию подхватывают буквально домами.

К сожалению, в нашем обществе нередки примеры настоящей “спидофобии”, когда здоровые люди отторгают инфицированных, боясь заразиться, не подают им руки, выгоняют с работы, из семьи (что нередко случается с инфицированными потребителями наркотиков), отказывают в медицинской помощи. Умершего от спида перед захоронением засыпают хлорной известью, а пришедшим проститься с ним родственникам предлагают... противогазы (вполне реальная история, рассказанная журналистам в одном из крупных сибирских городов).

Сегодня мы имеем горький “подарок” первой эпидемии — громадные потоки наркоманов, не осознающих своей зависимости от наркотика и, естественно, не мотивированных на лечение. К специалистам они попадают случайно — по причине сопутствующих наркомании заболеваний — передозировок наркотических веществ, гепатитов, сифилиса, абсцессов. Пока среди них много неинфицированных. Если медики будут понимать, что основная проблема этих больных — наркомания и что их визит к врачу или попадание в стационар — возможно, уже последний шанс попытаться воздействовать на них, то они постараются предотвратить их заражение смертельной инфекцией, т.е. осуществить в отношении их первичную профилактику.

Вич инфекция

Вич инфицированный и больной спидом — не одно и то же. Спид — это последняя стадия заболевания, которое называется вич-инфекция и вызвано вирусом иммуно­дефицита человека (вич). Проникнув в организм, он разрушает важные клетки нашей иммунной системы — Т4-клетки или, по-другому CD4. Обычно этих клеток у человека должно быть от 800 до 1200 в кубическом миллиметре крови. Об иммунодефиците говорят тогда, когда эта цифра снижается до 500 и ниже. Это происходит медленно, но в итоге приводит к иммунодефициту, при котором иммунная система не может уже эффективно бороться с любыми заболеваниями и инфекциями. Когда иммунитет ослаблен, у человека могут развиваться заболевания, необычные для людей с неповрежденным иммунитетом — так называемые оппортунистические заболевания. Это может быть саркома Капоши, пневмоцистная пневмония и др. Диагноз “спид” ставится, если у инфицированного вич есть одно или несколько оппорту­нис­ти­ческих заболеваний.

Существующие сегодня лекарства могут только остановить развитие вич-инфекции в стадию спида, но не вылечить заболевшего. Нет еще вакцины против вич. Но достигнуты значительные успехи в лечении оппортунистических и других заболеваний, связанных с поражением иммунитета.

Симптомы

Проникновение вич в организм происходит совершенно незаметно. Ни тот, кто получает вирус, ни тот, кто уже заражен, не могут почувствовать, как вирус переходит из тела в тело.

Врачи не выделили каких-либо симптомов, проявляющихся только при вич-инфекции. Симптомы, которые могут быть, известны нам по другим болезням. Так, почти у 30% инфицированных вич через 24 недели после заражения могут возникнуть симптомы, которые бывают при гриппе и простуде: поднимается температура, болят голова и горло, чувствуется слабость во всем теле. Такое состояние может длиться до 10-14 дней, после чего проходит, независимо от лечения.

У большинства людей заражение вич очень долгое время не приводит к каким-либо болезненным проявлениям. Вирус медленно разрушает иммунную систему. С момента заражения до появления симптомов иммунодефицита может пройти от 3 до 12 лет. Все это время вич-инфицированный человек чувствует себя хорошо и может даже не подозревать, что заражен. То, как быстро будет протекать болезнь, зависит от многих факторов.

Вот основные из них, которые ускоряют переход вич-инфекции в начальную стадию спида:

— изначально слабое здоровье;

— употребление наркотиков, в т. ч. алкоголя и табака;

— детский возраст (у новорожденных и детей вич-инфекция протекает быстрее);

— плохое питание;

— большое количество стрессов.

Передача вич-инфекции

Вирус может находиться во многих тканях организма человека. Он обнаружен в крови, грудном молоке и т.д. Для того чтобы перейти от одного человека к другому, вирусу нужно находиться в жидкостях, которыми люди обмениваются, и именно там его содержится больше всего.

Заражение вич-инфекцией может произойти тогда, когда в организм попадают жидкости другого человека, инфицированного вич. Это возможно при следующих ситуациях:

— при переливании крови, ее частей или пересадке органов;

— при прямом попадании крови в организм человека через ранки, язвочки, слизистые оболочки;

— при использовании для инъекций наркотиков нестерильных шприцев и игл;

— при использовании для инвазивных процедур [22] нестерильного медицинского оборудования, сохранившего следы жидкостей предыдущего пациента (иглы и шприцы, стоматологическое оборудование и т.п.);

— от матери ребенку во время беременности, родов или кормления грудью.

В каких случаях отсутствует

риск заражения вич-инфекцией

Нет риска заражения через воздух, при контакте со слезами, потом, слюной вич-инфицированного, и если человек избегает вышеперечисленными нами ситуаций. Также нет риска при бытовых контактах с инфицированным вич человеком:

— дружеских поцелуях (рукопожатиях, объятиях);

— использовании общей посуды, постельного белья;

— пребывании в одном бассейне;

— пользовании одним туалетом;

— через кровососущих насекомых.

Как можно узнать,

заражен человек или нет?

Наш организм для каждой инфекции вырабатывает специальные антитела — белки, разыскивающие и уничтожающие вирусы и другие инфекции. Поэтому для определения, инфицирован человек или нет, используют тесты для поиска антител к вич. Положительный результат теста означает, что антитела обнаружены, отрицательный — не обнаружены. Так как антитела появляются не сразу, а спустя некоторое время, то невозможно сразу после заражения получить точный результат. Кроме того, чтобы тест работал, в крови должно быть много антител к вич. Обычно для получения достоверного результата необходимо пройти тест через три-шесть месяцев после рискованного контакта. Именно столько времени требуется организму для производств нужного количества антител. Этот отрезок времени, когда вич уже есть в организме и может перейти к другому человеку, но тест еще не показывает наличие антител, называется периодом “окна”.

Чем раньше человек узнает о том, что инфицирован, тем больше у него будет времени, чтобы помочь своему организму бороться с инфекцией.

Спид является последней стадией вич-инфекции. Диагноз “спид” неравнозначен диагнозу “вич-инфекция”. О спиде можно говорить, когда у вич-инфицированного наблюдаются следующие симптомы: есть оппортунистические инфекции и количество клеток Т4-клеток снижается до 200 в кубическом миллиметре крови. Когда у человека развивается спид, он начинает постоянно плохо себя чувствовать.

Спид — болезнь

дефицита любви

“Любовь все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит”

1Кор. 13, 7

Многие наркоманы знают, что некоторым из них нужно полностью почувствовать свое бессилие, прежде чем прозреть, взыскать помощи Бога и начать изменяться. В XX веке человечеству ниспослана такая возможность потери уверенности в собственных силах ради обретения Высшего смысла жизни, как спид и вич — начальная форма спида. Как правило, это заболевание люди подхватывают, когда ведут беспорядочные половые связи, т.е. практикуют секс без любви или же вследствие использования одних и тех же шприцов при вводе наркотических инъекций. Психологи, опрашивая людей, больных вич и спидом: “Что положительного появилось в вашей жизни после того, как вы узнали, что заболели спидом?” получали очень неожиданные и интересные ответы:

— Сейчас я знаю, что меня любят другие люди.

— Я нашел свой путь к Богу.

— Я понял, что мне необходимо кардинально изменить свою жизнь.

— Я должен был узнать, что я людям небезразличен.

— Когда я был здоров, я был по-настоящему болен. Сейчас, когда я заболел, я впервые в жизни чувствую себя человеком душевно выздоравливающим.

Многих людей, изучавших это заболевание, потрясло письмо, которое человек написал своему спиду. Оно было широко опубликовано и стало довольно известным. Это письмо короткое, но оно помогло многим людям пересмотреть свой взгляд на это заболевание. Из него каждый из нас может поучиться тому, как можно с благодарностью принимать любую болезнь и к каким поразительным результатам приводит такое принятие.

22 июля 1987 года

Дорогой спид!

Я очень долго был зол на тебя, что ты стал частью моей жизни. Мне казалось, что ты испортил мою жизнь, и самой сильной эмоцией в наших отношениях был гнев. Но сейчас я решил посмотреть на тебя с другой стороны. Я больше не злюсь на тебя. Сейчас я наконец-то понял, что ты стал позитивной силой в моей жизни. Ты — посланец, который принес мне новое понимание смысла жизни, моей души и моих отношений с Богом. За это я благодарю тебя, прощаю тебя и отпускаю с миром. Никогда раньше никто не давал мне такой возможности. Ты даже не представляешь, как много ты мне дал. Ты подарил мне жизненный импульс, в котором я нуждался. Я понял, что я должен еще многое успеть.

Сейчас я осознал все те возможности, которые у меня есть. С твоей помощью я научился по-настоящему любить себя и понимать себя. И как следствие — я начал учиться любить других, понимать других и стал любим ими. Сейчас я вижу такие грани своей личности, о каких и не подозревал.

С того времени, как ты появился, я вырос и духовно и интеллектуально. Я стал любящим, честным, неравнодушным человеком. Поэтому еще раз спасибо за предоставленную возможность поглубже заглянуть в свою жизнь, для того, чтобы пересмотреть ее.

Как я могу обижаться на тебя, когда твое появление в моей жизни вызвало так много положительных изменений? Благодаря тебе я понял, что ты не властен надо мною. Я сам хозяин своего собственного внутреннего мира. Но надо мной есть еще и Бог. Поэтому, простив тебя, я отпускаю тебя из своей жизни. Я исцеляюсь и обретаю душевное здоровье. Я снова благодарю тебя, прощаю тебя и отпускаю с миром, с любовью.

(Подпись)

Ученые, исследовавшие душевную и эмоциональную стороны больных спидом, свидетельствуют, что именно отсутствие любви, любви к себе самим, к другим людям и любви других людей сыграло огромную роль в том, что они заболели.

Мы полностью поддерживаем эту мысль и подтверждаем, что спид — это заболевание дефицита любви. Спид показывает, какими невероятно черствыми могут быть люди. Посмотрите, как общество относится к больным иммунодефицитом. Их часто отвергают, больных пытаются изолировать, бросают, отказывают им в помощи.

Автору этой книги стал известен один глубоко поразивший его случай. Священник взял на свой приход двух молодых людей больных спидом. Видя такое принятие, такую любовь со стороны пастыря, они, совершенно не предполагая никакой опасности, начали рассказывать всем людям, которые так или иначе окружали их, о том, что они инфицированы вирусом спида, и о своем благодетеле-пастыре, разделившим с ними стол и кров. Когда прихожане узнали об этом, они поспешили к архиерею с настоятельной просьбой о переводе священника в другой приход. Затем они потребовали также произвести полную дезинфекцию храма, дружно отказавшись до окончания этой процедуры входить в него. Кроме того, они настояли, чтобы священник немедленно выгнал своих подопечных, и, если он этого не сделает в течение суток, то они пообещали выгнать его вместе с ними.

В Америке в начале восьмидесятых, когда это заболевание было совершенно неизвестно, никто не знал, как оно передается и насколько опасно, буквально сжигали дома семей, в которых был хотя бы один вич-инфицирован.

Как уже упоминалось выше, одна из причин, по которой люди принимают наркотики, — это страх перед одиночеством. Перспектива в одиночестве справляться со своими чувствами пугает многих. Современные люди научились глушить свои эмоции, глотая горсти таблеток, избавляющих от душевной боли, хвататься за еду, сигареты и наркотики, чтобы избавиться от болезненных чувств. Любая из вышеперечисленных причин, тем более, их сочетание, может ослабить тело и иммунную систему. А тело с ослабленной иммунной системой легко подхватит самое распространенное на данный момент заболевание. Поэтому забота, внимание к собственным чувствам и нахождение друг в друге понимающего и любящего участия во многом создают в теле человека тот самый баланс иммунной системы и ту саму иммунную защищенность, которая сохраняет людей от всякого рода заболеваний, включая спид.

Такое испытание, как спид, является определенным уроком любви, данной Богом современному человечеству. Любовь — это целительная сила, единственный путь любви, это прощение и принятие людей. Плодородная почва для спида — сниженная жизненная энергия ослабленной иммунной системы, и, естественно, негативный депрессивный взгляд на жизнь, который берет начало в отсутствии правильного самоотношения, т.е. любви к себе, той любви, которая заповедана в Евангелии. [23]

Психологами замечено, что больные иммунодефицитом — это люди, у которых, скопилось много ненависти и злобы в отношении самого себя. Подобный недостаток правильного самоотношения создает атмосферу, в которой люди могут оскорблять себя так же, как оскорбляют друг друга. Если человек верит, что он — плохой, если он уничтожает себя чувством вины и стыда, значит он (осознанно или неосознанно) должен найти способ наказать себя. А что может быть лучше наказания, чем насилие над собственным телом?

Что очень важно для пастыря? Помочь человеку, больному иммунодефицитом, объяснить, что не стоит полностью доверять газетам, телевидению и всякого рода популярным брошюрам и буклетам по поводу спида. Никакая информация не властна над нами, если только мы не позволяем ей над нами властвовать! Если человек верит, что от спида умирают, он действительно начинает чахнуть и умирать. Если человек вверяет свою жизнь Богу, верит в любовь и исцеление, то он становится верующим, любящим и исцеляющимся.

Поскольку спид многие психологи считают заболеванием дефицита любви, то единственное, чем можно и чем нужно помочь больному человеку, во-первых, во-вторых и в-третьих, это выразить ему свою безусловную любовь и сострадательное участие, найти возможность общаться с ним каждый день, писать письма, если человек далеко, звонить по телефону, нравственно помогать человеку, просто заботиться о нем и создать атмосферу заботы вокруг него. Любовь и поддержка помогут больше, чем любое лекарство.

Дорогие батюшки, людей, которые больны спидом, в нашем мире становится все больше. Если эти люди находятся радом с вами, будьте с ними искренни. В случае если спид проявляется на раннем этапе заболевания, если человек хочет всего себя отдать процессу исцеления, добрая и теплая атмосфера вокруг больного дает удивительные результаты. Пока функции иммунной системы не опустились ниже определенного уровня, который у разных людей различен, возвращение и исцеление возможно.

Если человек узнает о том, что его заболевание спидом зашло слишком далеко, очень важно помочь ему принять факт собственной смерти и правильно, а значит, православно, подготовиться к ней. Раскаяние о прожитой греховной жизни, упование на встречу с Любящим Господом является очень хорошим фоном, благостной атмосферой, в которой могут пройти последние дни жизни больного человека.

Как пастырь может поддержать человека,

больного гепатитом, вич или спидом?

Что может сделать пастырь, если к нему пришел человек узнавший, что он — вич-инфицированный или болен гепатитом. Прежде всего, уделить такому человеку столько внимания, столько понадобится для того, чтобы утешить его в таком внезапно свалившемся на голову известии.

Страх и ужас овладевает человеком: “Как жить дальше?” Он начинает трезветь, спрашивает: “Что делать?”, “Сколько мне осталось жить?”. Он впервые задумывается о том, что у него не будет теперь ни семьи, ни детей. Короче говоря, он весь в отчаяньи, в ужасе. И вот тут-то пастырю представляется уникальная возможность проявить всю свою любовь к человеку. Возможно, с этого разговора человек начнет совсем другую, осмысленную жизнь, жизнь ради Христа, ради окружающих людей, ниспосланных ему Богом. Возможно болезнь станет первой ступенькой на пути к Нему, который, как мы все знаем, начинается с покаяния.

Пастырь может:

Посоветовать

               

— Давай подумаем, кому можно говорить о твоем диагнозе, а кому нет. Ты должен быть готов к тому, что некоторые люди откажутся от общения с тобой, когда узнают о нем. Не стоит озлобляться на них. Прими их такими, как они есть, приготовься простить их.

Предложить

               

— Прими и спокойно осознай то, что произошло. Стоит подумать о том, как провести оставшиеся годы в мире с Богом, с другими, с самим собой. У тебя есть возможность переосмыслить свою жизнь, избрать стратегию и тактику на дальнейшие годы жизни.

Предупредить

               

— Я думаю, что не стоит искать виновных в заражении. Помни, что даже если и найдешь виновника, ничего от этого не изменится. Побереги свои силы для чего-то хорошего и полезного.

Помочь

поставить цель

               

— Нужно помнить, что ровно через год твое здоровье будет таким же, как и сейчас. А что будет через несколько лет — зависит только от Бога и от тебя самого. Если ты осознаешь, что болезнь ниспослана тебе Богом, значит, в Его власти отменить или изменить ее последствия, в случае, если ты поймешь смысл ниспосланного тебе в виде этой болезни сообщения.

В заключение этой главы хочется еще раз упомянуть о том, что освобождение от наркозависимости — нелегкий путь, требующий от человека огромных волевых усилий и сильного желания жить. Однако в тысячу раз труднее совершить подобный физический и духовный подвиг человеку, узнавшему, что он заражен еще и смертельным вирусом иммунодефицита. И задача пастыря состоит в том, чтобы помочь человеку совершить этот подвиг.

Прощение

Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших.

Матф. 6; 14-15

О чувстве вины

Как было сказано выше, в любой зависимости есть общие структурные элементы. Всегда обязательно присутствует отрешенность, нежелание принимать себя и действительность. И всегда происходит реакция на последствия этой отрешенности — чувство вины.

Чувство вины — это всегда душевное страдание. Чем больше чувство вины, тем больше страдания, тем сильнее стремление выйти, выжить, вернуться к себе. И так по кругу — действие наркотика, реакция на него и страдание, чувство вины.

Чувство вины, не находящее выхода в покаянии и прощении, рождает комплекс неполноценности. Многие родители управляют своими детьми с помощью чувства вины, потому что именно так в детстве воспитывали их. Они внушают детям осознание собственной никчемности, неуверенности, неспособности принимать самостоятельные решения. Прежде всего, это происходит потому, что они не уважают самих себя, иначе они не стали бы передавать такую “ценность” своим детям.  Некоторые люди и, повзрослев, позволяют манипулировать собой своим родственникам и друзьям.

Многие из наших с вами современников живут, окутанные чувством вины, как облаком. Они постоянно считают, что в чем-то не правы, что делают все не так, как нужно, и вечно перед всеми извиняются. Такие люди никогда не прощают себе ошибок прошлого, постоянно обвиняют себя, очень зависимы от оценок окружающих их людей.

Чувство вины лишает человека силы, в отличие от ответственности, которая дает возможность измениться. Если человек по жизни играет роль жертвы обстоятельств, значит, он утратил силу духа. Если он решается принять ответственность за свою жизнь, за свои поступки, то он уже не теряет времени на самообвинения. Он кается и начинает новую жизнь!

Чтобы обрести свободу, человеку надо выбраться из ловушки гнева, бессилия и жалости к себе. Надо изменить образ мыслей, научиться прощать и принимать подаваемое от Бога прощение.

Нередко вместо того чтобы, покаявшись, дальше с чувством обретенного прощения идти по жизни, наркоман начинает бередить старые раны, занимается бесполезным, ненужным душевным самоистязанием. Безусловно, иногда бывает полезно вспомнить столь неприятное прошлое и посмотреть ему в лицо. Такие воспоминания позволяют нам смотреть на прошедшие события нашей жизни более трезво. Но это имеет смысл делать для того, чтобы, переосмыслив, отпустить свое прошлое.

На определенном этапе чувство вины — это наш союзник. Оно предлагает, выражаясь компьютерной терминологией, “перезагрузиться”, сфокусироваться на том, чего же мы действительно хотим. Чувство вины может подвигнуть человека к внутренней работе, к поиску баланса, попытке обрести гармонию с самим собой, к целостности.

Однако усиление чувства вины в некоторых случаях может стать ловушкой. У зависимых людей чувство вины, самообвинение имеет тенденцию разъедать изнутри, нарастать, становиться все сильнее и сильнее. Для пастыря важно вовремя остановить человека, подвести его к покаянию и осознанию себя принятым и прощенным Богом — ведь без этого невозможно дальнейшее движение вперед.

Имеющий дар сострадательной любви пастырь умеет замечать и одобрять те или иные положительные действия, незначительные, на первый взгляд, поступки окормляемого человека, подчеркивает важность того, что уже достигнуто, позитивно отзывается о том, каким образом человек уже умеет справляться с ранее неконтролируемыми эмоциональными импульсами. Слова любви и одобрения поддержат человека, научат его опираться на положительные проявления своей личности, помогут увидеть те стороны души, которые он сам долгое время предпочитал игнорировать.

Нередко приходилось встречаться и с другим способом душепопечения, при котором пастырь ввергал окормляемого человека в глубокое чувство вины, предлагая постоянно припоминать собственные грехи и греховные поступки, предполагая: “чем больше чувство вины, — тем сильнее покаяние”. Такое окормление ассоциировало кающегося с его негативным прошлым, погружало в состояние отчаяния и безнадежности, мешало двигаться к осознанию Божией милости и Божьего прощения и, в конечном итоге, становилось препятствием на пути к выздоровлению.

Приходилось слышать рассказ одного бывшего наркомана о пастыре, который дал ему совет не прощать себя за свои наркоманские грехи даже после того, как тот получил на исповеди разрешение грехов, до смерти чувствовать себя виноватым...

Пастырю необходимо отдавать себе отчет: ведет ли подобное усиление чувства вины к примирению с Богом и к выходу из зависимости? — Вряд ли. Нередко наркоман просто завязает в своей вине и опускает руки. Чаще всего оно ведет к отчаянию, унынию, депрессии, желанию все бросить и опять уколоться. Кроме того, ненависть к себе, чувство вины и излишняя самокритичность вызывают внутренние стрессы и ослабление иммунной системы, что отнюдь не ведет человека к выздоровлению.

Важность осознания

себя прощенным

Каждый священник обладает колоссальным по своей силе оружием — даром преподания прощения от Имени Бога Творца вселенной. Ко всем христианам, а наипаче к пастырям, обращено слово Апостола Павла: “Прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас” (Еф. 4, 32). Прощение же преподается по вере: “Всякий верующий в Него получит прощение грехов именем Его” (Деян. 10, 43), даром, по милости Божией: “Где прощение грехов, там не нужно приношение за них” (Евр.10, 18).

Именно в прощении раскрывается дар Божественной Любви, оперевшись на который и перестав чувствовать себя жертвой обстоятельств, человек сможет осознать ответ­ственность за собственную жизнь и сказать четкое и внятное “нет” наркотику или знакомому, предлагающему его употребить.

Покаяние и прощение для наркомана является мощным целительным средством. Покаяние — это процесс отказа от ложного ради истинного. Прощение — оставление старого груза ради движения вперед, ко Христу.

Грешному человеку очень трудно принять незаслуженную милость Божию, подаваемую в прощении. Хочется “заслужить” прощение, оказаться “достойным”. Поэтому одним из важнейших моментов в пастырской помощи наркоману будет совет принять это прощение, осознать себя прощенным Господом и с этим чувством решиться двигаться дальше по дороге собственной жизни.

О любви к себе

Никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее, как и Господь Церковь.

Ефес., 5, 29.

Наркомания — болезнь, грех, трагедия, которая, по моему убеждению, вызвана отсутствием у наркомана подлинной любви к себе. Мне еще не приходилось встречать человека, по-настоящему любящего себя, который бы пристрастился к наркотикам. Разве может подлинно любящий себя человек вводить в свой организм вещества, которые являются очевидными ядами?

В человеческом обществе распространено мнение, что любить других — добродетель, а любить себя — грешно. Предполагается, что в такой мере, в какой человек любит себя, он не любит других. Для большинства людей любовь к себе — синоним эгоизма. Придерживающимся такой точки зрения вполне уместно задать следующие вопросы:

— Действительно ли любовь к себе является эгоизмом?

— Не эгоизм ли — следствие отсутствия подлинно Евангельской любви к себе?

Одна из основных Евангельских заповедей звучит так: “Возлюби ближнего, как самого себя” (Мф. 19, 19; Мк. 12, 31; Лк. 10, 27). И действительно, мы не можем полюбить кого-то вне нас, если любовь не зародилась внутри нас. Хотя всем нам из поколения в поколение передается другое: невозможно проявлять заботливость по отношению к другим, не забывая при этом о себе.

Поистине, чтобы любить других, нужно обрести потенциал любви в себе самом. Блаженный Августин сказал: “Любовь к ближнему имеет свои границы в любви каждого человека к себе самому”. Если мы, в Евангельском смысле любим себя, мы не сможем причинить боли ни себе, ни другим, поскольку страдание других болью отзовется в нас. В то же время наша радость, наша любовь умножится на количество людей, объединившихся с нами в радости и любви.

Наряду с другими людьми человек и сам является объектом, на который направлены собственные чувства, ценности и критерии. По отношению к другим они таковы же, каковы и по отношению к самому себе. Понаблюдайте: критичный по отношению к себе человек в той же мере критичен и в отношении других; радующийся собственным достижениям, радуется и тому, чего достигают другие; до конца честный с самим собою может быть честен и с другими; доверяющий себе самому доверяет и другим людям; осознающий себя несчастным, не может никого сделать счастливым, даже если всего себя принесет в жертву.

То же самое можно сказать и в отношении любви. В глубине души человека, который способен любить других, можно обнаружить правильное Евангельское понимание любви к самому себе. Тот, кому удается внимательно, с любовью заглянуть в собственные глаза, сможет разделить этот любящий взгляд с другими людьми. Если же человек беспощаден к себе, если он постоянно обвиняет себя или же считает себя жертвой обстоятельств, он, сам того не осознавая, будет привлекать в свою жизнь людей, отношения с которыми укрепят эти убеждения.

Хотелось бы указать на логическую ошибку тех, кто утверждает, что любовь к себе и любовь к другим — полярны относительно друг друга. Если любить своего ближнего как другое человеческое существо добродетельно, то не грехом, а добродетелью является любовь к себе. Ведь и я принадлежу к человеческим существам. Понятие “человек” включает и меня. Ведь самый ближний по отношению к себе самому человек — это я сам!

Опираясь на эту Евангельскую заповедь, можно вполне обоснованно утверждать, что человек, не имеющий заповеданного Богом отношения к себе — любви к себе, подлинно не может любить и других людей. Откуда ненавидящий себя возьмет образ для любви другого человека? Приходилось видеть людей, которые, “жертвенно” любя своих ближних, становились для них мучителями и тиранами. От их, так называемых, “любящих объятий”, любимый ими человек просто задыхался.

Евангельское высказывание “Возлюби ближнего как самого себя” предполагает уважение к собственной ценности и уникальности, любовь к тому, что является самой глубиной человеческой личности, осознающей, что она любима Богом и бесконечно дорога в Его очах. [24]

Между эгоизмом и любовью к себе нельзя поставить знак равенства. Эгоизм и любовь к себе не только не совпадают по своей сути, а, наоборот, являются полярными. Эгоист занят только собой, он желает добра только себе, ощущает удовлетворение только, когда получает, а не когда отдает. На окружающих людей эгоист смотрит только с одной позиции: что эти люди могут дать лично ему. Эгоист не уважает потребности, ценности, достоинство других людей. Такой человек неспособен любить. Его потребность “добирать” внимание и любовь от других происходит от чувства глубокой неудовлетворенности собой. Проблема эгоиста не в том, что он любит себя слишком, а, наоборот, в отсутствии такой любви. За кажущимся самодовольством можно увидеть глубокую рану, которую нанесли такому человеку в детстве. По сути, эгоист ненавидит себя. Не обладая способностью к созиданию, он чувствует себя опустошенным. Желая постоянно восполнять себя другими из-за невозможности ощутить себя счастливым, он судорожно пытается урвать для себя удовольствие от общения с другими, и, в то же время, не оставляя себе возможности вкусить подлинную радость взаимоотношений.

Со стороны кажется, что эгоист слишком носится с собственной персоной. На самом же деле, он лишь проявляет неудачные попытки компенсировать отсутствие собственной заботы о своем самом глубоком, духовном уровне. Настолько, насколько эгоисты неспособны любить других, настолько они неспособны любить и себя.

Чтобы легче понять природу эгоизма и его отличие от любви к себе, можно понаблюдать за чрезмерно заботливой матерью. Несмотря на то, что такая мать не сомневается в своем нежном, по ее убеждению, подлинно-материнском отношении к своему ребенку, она пытается избыточной заботой компенсировать неспособность любить свое дитя любовью истинной, которая заинтересована в росте любимого и развитии его самостоятельности, а не в хронической пожизненной зависимости от любящего человека. Чрезмерно заботливая мать любит ребенка “для себя”, пытаясь восполнить через его любовь к ней собственный недостаток в любви. Но ведь ребенок, отдавая матери свою безусловную любовь, у нее же, с первых дней своей жизни, учится отношению к самому себе. И если мать, в заботе о дитяти, не следит за своим внешним видом, перестает расти, не оставляет себе права на отдых, а затем кричит, обвиняя всех в собственной усталости и раздражительности, упрекая всех в том, что ее никто не любит и не жалеет, ребенок  будет расти со сценарием “загнанной лошадки”, “выкладываясь” для других и искренне не понимая, почему люди вокруг него от этого не становятся счастливее.

Нередко за излишним самобичеванием под видом “смирения” и “самоукорения” можно увидеть тонкую форму эгоизма. Как отличить подлинное смирение от его подмены? Очень просто: насколько легче от твоего смирения людям вокруг тебя. Что исходит от твоего смирения на окружающих — любовь и радость или мрак занятости только собой, своим состоянием, при котором ближние оказываются только помехой на пути стяжения этого состояния.

Истинная любовь предполагает заботу, уважение, ответственность и понимание. Она созидательна. Любовь к ближнему — это не эмоциональная вспышка. Это спокойное и активное действие, направленное на достижение счастья любимого человека, проявляемое не в том, что любящему хочется его “осчаст­ливить”, а в том, чего ищет любимый человек. Поэтому в некоторых случаях проявить любовь — это просто оставить человека в покое.

Проявление нашей любви к ближнему является фундаментальным свойством человеческой личности. Если кому-то открылась тайна любви к одному конкретному человеку, то в нем раскроется потенциал любви к каждому, кто встретится на его жизненном пути.

Когда человек в подлинно Евангельском смысле любит себя, то он любит каждого человека наравне с собой. Если же он любит другого меньше себя, он еще не освободился от греховного эгоизма. Если же человек любит всех в равной мере, включая и себя, то он будет любить всех людей как одну личность, подобно великим святым, возлюбившим “всеродного Адама”, оплакивавшим его падение и оказывающим попечительную помощь каждому обращавшемуся к ним человеку.

Любовь духовно очищает нас, и мы обретаем способность любить себя настолько, чтобы любить других.

Любовь к себе — это глубокая признательность Богу за то, что мы есть, с нашими странностями, особенностями, сомнениями, колебаниями. Это любовь к самому главному, самому глубокому уровню того, что мы собой представляем.

Обретение правильного самоотношения является важным моментом на пути к выздоровлению от любого заболевания, включая такие непростые болезни как спид и наркомания.

Нередко человек прибегает к наркотикам или алкоголю для того, чтобы заглушить чувство собственной неполноценности, осознание своей никчемности, внушенное ему в детстве. Один знакомый наркоман на вопрос о том, что дает ему употребление наркотика, ответил: “Понимаете, этого не передать словами... Ощущение, будто я безусловно любим...”

Человеку, страдающему какой-либо зависимостью и постоянно испытывающему чувство стыда, вины, на самом деле трудно по-настоящему полюбить себя. Он думает, что сможет полюбить себя только тогда, когда вновь станет “хорошим”. Но время любви может так и не наступить.

Если человек не хочет полюбить себя сегодня, он не сделает этого и завтра, поскольку все, что мешает ему сегодня, сохранится и завтра. Возможно, и через 5, 10, 20 лет у него будут те же причины для неприятия себя, и он будет за них цепляться до конца жизни, так и не изменившись.

Надо начинать любить себя таким, каким ты есть на сегодняшний день, благодаря Бога за настоящий момент своего существования, за то что ты есть сегодня, сейчас. Сегодня — это тот день, когда человек может принять и полюбить себя во всей целостности и без всяких условий.

Любовь — самая могущественная исцеляющая сила. Научившись любить себя и доверять Богу, мы начинаем делать общее дело. Любовь превращает нас из жертв обстоятельств в победителей. Любовь дает человеку совершенно уникальный и удивительный жизненный опыт.

Каждый человек — это образ Бога, образ Его Божественной славы. А это означает, что в каждом из нас живет мудрость и способность к пониманию смысла того пути, которым нам надлежит двигаться. Подобно звездам и планетам, движущимся по своим идеальным орбитам, любящий человек живет в рамках Богом установленной гармонии, понимая, что каждый человек на земле находится там, где ему предназначено быть, и делает то, что ему в этот момент следует делать. И если он сегодня понял, что ему предназначен другой путь — значит, сегодня день радости, день понимания, день изменения, день, когда открылось новое расширение любви.

Что такое любовь в самом глубинном смысле? Мне кажется, что это спокойный источник радости, который ровно струится из самой глубины человеческого сердца, подобно тихому вечернему свету, равномерно рассеивая свои спокойные лучи на всех, кто оказывается рядом. В каждом человеке сокрыт потенциал любви. И задача пастыря, учителя, наставника — раскрыть и показать эту возможность своему ученику.

Каждый человек представляет собой нечто большее, чем совокупность характера, проблем, страхов и болезней. Мы гораздо больше того, что заключено в наших телах. Каждый из нас связан со множеством других людей. Каждый из нас — это бессмертная, бесконечно любимая Богом душа. И поэтому в каждом — весь потенциал для того, чтобы прожить эту жизнь осмысленно, с высокой целью.

Мне кажется, что подлинно христианская атмосфера, атмосфера любви — это то место на земле, где мы можем без опаски выразить себя, где окружающие люди принимают и любят нам такими, какие мы есть, не осуждая и не критикуя нас. Многие, читающие эти строки, возможно скажут: “Ну, над этим надо трудиться годами, это так просто не дается...” Однако, в нашей власти просто выбрать любовь сегодня, сейчас, поскольку любовь — могучая, исцеляющая сила, способная преобразить этот мир светом Евангелия.

Эту главу хочется закончить прекрасными, глубокими словами Федора Михайловича Достоевского:

“Любите всю Божью тварь, весь мир и каждую песчинку в нем. Любите каждый листок, каждый луч Божьего света. Любите зверей, растения — любите все. Если вы все любите, вы увидите тайну, которая кроется везде. Заметив ее, вы с каждым днем будете понимать ее все лучше. И, в конце концов, вы полюбите весь мир всеобъемлющей любовью”.

МИССИЯ ПАСТЫРЯ

Духовный аспект

зависимости

Человек, в обществе которого призван пастырствовать пастырь, был, есть и будет, несмотря на все эти грехи и падения, — любимое создание Божие. Православному пастырю поэтому должна быть внушена вера в человека, в его предопределение в предвечном Совете к причастию Богочеловека, его сродника по плоти, по слову преподобного Симеона Нового Богослова.

Архимандрит Киприан (Керн)

Рассматривая проблему любой зависимости, необходимо более подробно остановиться на духовной стороне вопроса, поскольку в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, когда личность наиболее беззащитна, она подвержена воздействию сил демонических, внушения которых полностью отождествляются с волей личности. Личность человека, имеющего наркотическую зависимость, оказывается связанной страшными демоническими силами, желающими погибели человеческой душе. Грех берет человека в плен, порабощает его, лишает сил, и, самое страшное, лишает вечности.

Наркомания, как и алкоголизм, начинается с невинного желания расслабиться, снять напряжение. Хочется уйти от неприятностей, отстраниться от ситуации, сохранить внутреннее равновесие. Если человека с детства не научили тому, как решать свои проблемы без наркотика, не научили мужественно и открыто принимать все, что приносит грядущий день и час, то существует риск того, что, не устояв перед трудностями жизни, человек окажется в сетях наркотической зависимости.

О духовном аспекте зависимости не принято говорить в психологической литературе. Однако для нас важно отметить: большую часть своего времени наркоман находится в особом духовном пространстве. Опыт многих наркоманов также свидетельствует о том, что состояние наркотического кайфа является прямым входом в виртуальный мир демонов.

Как уже упоминалось выше, главные идеологи мирового сатанизма считали, что наркотики – это составляющие элементы магии... Лишь позитивное намерение (не навредить!) удерживает нас от публикации в этой работе прочих, довольно многочисленных свидетельств о связи магии и наркотического кайфа. [25]

О “прозорливости” некоторых наркоманов и о случаях, когда в состоянии наркотического опьянения или ломки им открывается невидимый демонический мир, ходят легенды. Вот что рассказала нам по этому поводу психолог Елена Рыдалевская:

«Наркоманы обладают удивительной прозорливостью, но эта прозорливость особого порядка. Они очень легко видят, вычисляют, замечают в человеке его слабые, греховные струны и очень легко их задевают. У них порой открывается чувственное видение демонического мира.

Приведу для примера такие воспоминания очевидцев. Одна девочка рассказывала о том, что после употребления наркотических веществ она внезапно увидела, что окружена бесами в самом традиционном их описании: с рогами, хвостами, копытами... Они прыгали вокруг нее и радовались. А один вскочил ей на колени и укусил за руку. После наркотическое опьянение постепенно прошло и зрение бесов. Но след на руке остался...

Другой рассказывал, что после употребления наркотических веществ он видел демона в виде человека, который продал ему этот наркотик. Демон радовался и всячески одобрял действия обоих.

Еще один человек рассказывал, что, когда в момент наркотического опьянения он лежал на диване, он увидел духов злобы, которые с невероятной скоростью носились над ним, но нечто мешало им напасть на него и уничтожить. Со временем он рассказывал, что он понял, что им мешал Ангел-Хранитель, потому что к тому моменту он был крещеный.

Были и массовые зрения демонов. Одна девочка говорила о том, что они употребляли опийные наркотики в компании. Сидели вчетвером за столом и вдруг одновременно увидели пятого человека — мужчину со страшной наружностью. И когда она наклонилась под стол и посмотрела вниз, увидела, что из-под брюк торчат копыта. По мере того как рассеялось наркотическое опьянение, все четверо присутствующих увидели этого пятого незнакомца».

В докладе протоиерея Сергия Гончарова “Грех наркомании — пастырско-богословские пути осмысления” также отмечается, что зависимость является теснейшей связью души с демонами. Глубоко проанализировав учение епископа Игнатия Брянчанинова, отец Сергий пишет:

«Первозданный человек в райском состоянии имел тело, в котором кровь выполняла только животно-растительную функцию и не оказывала никакого влияния на его духовную деятельность как образа и подобия Божия на земле.

Грехопадение нарушило и изменило соотношение духовных и телесных сил в человеке, при котором телесно-кровяные состояния стали господствующими над духовными, а последние, в свою очередь, стали раболепствовать первым, как потерявшие свое первозданное, царственное достоинство.

Кровь в человеческом теле сама по себе не является злом, не есть изобретение диавольское. Она — творение Божие. Но в ситуации падения кровь находится под различным воздействием противоестественных страстей.

В свете вышеизложенных выводов о значении крови в мистико-аскетической жизни нетрудно догадаться, какой страшный вид самовозбуждения изобрел себе человек на пути открытия новых чувственных удовольствий.

Обыкновенное протекание духовно-телесной жизни  без наркотиков само по себе в ситуации падения в этой юдоли плачевной, по слову Святого Писания, есть уже поле сражения, тотальная и позиционная война всех духовных сил. Как говорит Апостол Павел: “...плоть желает противное духу, а дух — противное плоти: они друг другу противятся”» (Гал. 5, 17).

Если прибегнуть к военной терминологии и сравнить все противоестественные страсти, которыми воюет диавол на человеческое естество, с обыкновенным родом вооружений, а наркотическую страсть причислить к особо мощному ядерному оружию, то наркотическая инъекция в единственном и множественном числе будут нами приравнены к одной или многим атомным бомбам, вхождение которых на сцену театра военных действий обессмысливает и нейтрализует сам ход обыкновенной позиционной войны. После нанесения ядерного удара на поле боя наступает зловещая тишина, которая возвещает о том, что все живое вокруг убито. Жизнь отдает свои права господству смерти и небытия. Надвигается все поглощающая ядерная зима, где человеческое сердце, человеческий ум, человеческая воля образуют в себе могильники былой жизни и былых сражений.

Сопоставление действия наркотической страсти с другими страстями, восстающими на душу и тело, в виде изложенных выше военных метафор, может быть, кому-то поможет более убедительно представить ту степень опасности, которая ведет к быстрой гибели жертву этого губительного яда. Человек превращается в некую тень жизни, выпадает из объективной действительности, парализован своим состоянием».

Подводя итоги в своем докладе, отец Сергий предложил следующее определение греха наркомании:

«1. Грех наркомании есть сравнительно замедленный, а иногда и внезапный вид самоубийства, стоящий в самом непосредственном родстве с обычно понимаемым самоубийством в виде такой его разновидности, как добровольное самоубийство через отравление.

2. Грех наркомании есть духовный блуд с бесами, который установлен в человеческой душе и теле через их зависимость от особого греховного возбуждения крови, происходящего от попадания в организм наркотического вещества».

Итак, сегодня взоры больных наркотической зависимостью людей обращены к Церкви. Для многих это — последняя надежда. Но и здесь, к сожалению, все не так просто. Многие современные пастыри или вовсе не имеют, или имеют довольно упрощенное представление о грехе наркомании, ввиду чего шаблонные советы: “поисповедуйся, причастись, пособо­руй­ся и съезди на отчитку” не помогают, не разрешают проблемы, а даже наоборот. Добросовестно выполнив четыре выше­пере­чис­ленные рекомендации, наркоман понимает, что и это не спасает его от зависимости.

Важно помнить, что на пути к Богу, Подающему цельность-исцеление, мы сами прежде всего должны видеть не набор ритуалов, религиозных предписаний и правил, а личную встречу со Христом. С одной стороны мы встречаем Личность Иисуса Христа на нашей жизненной дороге, а с другой — мы сами, подобно цветку под лучами летнего солнца, раскрываемся навстречу Ему во всей красоте личностной глубины. И именно тогда появится устойчивость.

Почему же так часто приходится сталкиваться со случаями, когда советы пастыря пришедшему к нему наркоману носили довольно формальный характер? Возможно, в силу отсутствия времени, возможно, по причине отсутствия навыка работы с глубинными уровнями человеческой души — ведь этому не научишься в духовной семинарии. Такой навык дает только практический жизненный опыт, в основе которого лежит сострадательная деятельная любовь и отеческая забота о всяком, встретившемся на жизненном пути человеке, отношение к пришедшему как к личному поручению Господа нашего Иисуса Христом.

Чтобы понять

психологию наркомана...

Первый недоуменный вопрос, который нередко возникает у священника, впервые серьезно пообщавшегося с наркоманом, звучит приблизительно так: "Почему такие умные, добрые, любящие люди продолжают совершать глупые, злые и бессердечные поступки?" Мы пытаемся ответить на него.

Наркоман — человек с совершенно отличным от других людей душевным устроением. Он живет иным восприятием мира, значительную часть времени находится в измененном состоянии сознания. Он значительно острее обычных людей чувствует эмоциональное состояние своего собеседника. Находясь в состоянии внутреннего раскола, при котором одна часть личности постоянно лжет другой, он очень остро ощущает ложь в других людях. И точно так же, имея в себе острый дефицит, нехватку душевных отношений, любви, понимания, сострадания или просто добрых чувств, он очень остро и живо воспринимает наличие этих качеств в других. Поэтому длительный личный контакт позволяет лучше понять наркомана, глубже войти в его ценностный мир, научиться просто быть с ним, ничего не пытаясь делать, ничего не пытаясь менять. Просто принять человека и быть с человеком.

Однако тесный эмоциональный контакт с наркоманом может оказаться небезвредным для неопытного пастыря. Многие наркоманы, несмотря на желание получить помощь, сами того не осознавая, могут манипулировать пастырем, разбалансировать его душевное устроение. По поводу меры близости, меры эмоциональной включенности пастыря в столь непростой душепопечительный труд лучшими советниками пусть будут опыт, пастырская интуиция и ежедневная молитва за окормляемого.

Священник, решившийся помогать наркоману, должен знать, что за его потребностью в “общении”, душевном внимании и “сердечном участии” собеседника нередко стоит желание “добрать” (хотя бы через чувства и эмоции) то, чего в настоящее время нет ввиду отсутствия наркотика. Наркоман может долго, проникновенно и трогательно рассказывать о “поганых ментах”, друге, скончавшемся от передоза, любимой девушке, попавшей в прошлом году под машину... Участливо выслушав, задайте ему прямой вопрос:

— Ну хорошо, я тебя внимательно выслушал. А теперь хочу спросить тебя: собираешься ли ты что-то менять в своей жизни, что конкретно, когда и каким образом?..

Для того чтобы понять психологию наркомана, нужно знать следующие особенности этого страшного заболевания. И, возможно, по отношению к тем людям и к той части молодежи, которая еще не заражена этим недугом, умело предотвращать зависимость от наркотиков, опираясь на следующие предпосылки психологического устроения личности наркомана.

До начала приема наркотиков человек испытывал чувство бессмысленности и серости собственного существования. Его не удовлетворяла окружающая реальность, он не смог найти смысл, реализоваться, реализовать себя в окружающей жизни. Именно чувство неудовлетворенности и бессмысленности мешает наркоману бросить наркотик. Было бы ради чего, можно было бы поискать способы для того, чтобы остановиться.

Побег от смерти — не самая лучшая мотивация для того, чтобы жить. Если нет смысла в жизни, то не все ли равно, как и когда она закончится?

Сильное желание бросить наркотик возникает

только у тех, кто в реальном мире обрел

значимые цели и ценности,

только те, на жизненном горизонте которых

забрезжил свет смысла.

Среди представителей современного нам старшего поколения найдется немного людей, которые были бы способны помочь молодежи обрести чувство собственного жизненного смысла, собственной жизненной миссии. В основном люди старшего поколения разговаривают с молодежью с позиций своих представлений, своих внутренних убеждений, нередко не учитывая того, что люди вообще-то бывают разные.

Начав применение наркотиков, наркоман изменил самому себе. Возможно, он надеялся с их помощью стать оригинальным и необычным человеком, усилить свои творческие таланты и способности. Все случилось наоборот: произошла подмена индивидуальности наркомана на зависимость от наркотика. Наркотик подменил собой все интересы и жизненные ценности человека.

Прием наркотика для многих из них был неосознанной попыткой остаться маленьким ребенком: ни за что не отвечать и не отвечая, переживать яркость, свежесть и новизну ощущений детства. Ребенку хочется, чтобы его желания удовлетворялись немедленно, чтобы сохранилось детское ощущение собственного всемогущества, когда кажется, что мир подчиняется единому крику или единому движению младенческого пальчика. Отсюда же проистекает его нежелание ждать, нежелание собственными усилиями добиваться чего бы то ни было в жизни. Наркоман хочет, чтобы деньги, любовь, слава появлялись у него немедленно, сию минуту. Иначе и жить не хочется.

Наркоман — это человек, который обманывал самого себя. Он хотел скрыть от самого себя и от окружающих чувство стыда и вины за выбранный им способ жизни. В процессе приема наркотиков он потерял самого себя, он уже не в состоянии отличить, где воля его подлинного “я”, а где — воля его зависимости.

Из времен, когда на Руси еще не знали такого страшного недуга, как наркомания, к пастырям, которым волею судеб Божиих выпало пастырствовать в XXI веке, обращены простые и проникновенные слова:

Иерей Божий! Бог долготерпелив и многомилостив, благ ко всем, и щедроты Его на всех делах Его.

Он пришел не погубить, но спасти души и для спасения употреблял не меч, но любовь.

Узы Его были узы любви: иго Его благо и бремя легко. (Матф. 11, 30).

Хочешь ли, иерей Божий, хочешь ли привлечь души, хочешь ли их приобресть Ему? Показывай во всем благость, обнаруживай любовь.

Крепка, как смерть, любовь. Все побеждает, смиряет грубых и упорных.

Пусть видят овцы, что все относительно их ты делаешь по чистому желанию спасения их, по отеческой любви твоей к ним, — и они совершенно будут преданы тебе”. [26]

Потухшие краски

могут ожить

Пастырь, призванный не судить, а спасать мир, преображать его лучами фаворского света, способствовать созиданию “новой твари” о Христе, должен уметь вдумчиво, трезво и сострадательно отнестись ко всем этим феноменам и каждому давать свой совет. В случае телесной немощи пастырь может помочь своими молитвами и ободрением; в случае греха он должен вразумить, обличить, укорить, и может быть наказать; в случае психопатологическом он сам должен, прежде всего, понять, с чем имеет дело, мудро поступать с таким человеком и помочь ему.

Архимандрит Киприан (Керн)

Рецидивы, срывы в состоянии алкоголизма, наркомании, курения с течением времени могут иметь буквально механический характер. Ослабление самоконтроля личности над греховными желаниями может привести к тому, что человек не успевает затормозить чисто механическую реакцию. Так бывает, например, при возобновлении курения. Человек, совершенно не осознавая своих действий, в соответствующей обстановке может взять сигарету, зажечь спичку, сделать затяжку и лишь затем вспомнить, что, оказывается, он позавчера бросил курить.

Обычно греховное желание нередко всплывает в сознании не как таковое, а как мысль о действии, ведущем к его удовлетворению. Человек совершает его как бы по механизму короткого замыкания, так что, попросту говоря, не успевает включиться в ситуацию. Характерно, что после весьма длительного воздержания прием прежнего наркотического вещества ведет к возобновлению влечения с ошеломляющей интенсивностью и силой.

Наркотическое вещество, воздействуя на греховную страсть, ведет к возобновлению активности греховного начала в человеке. После выхода из состоянии ломки, абстиненции, желание еще раз испытать кайф остается и, подобно рыси, ждет, пока зазевается жертва.

Греховные переживание человека, который когда-то употреблял наркотики, настолько сильны, что отказ от употребления воспринимается как оскудение красок жизни, утрата прежних интересов, угасание прежних видов деятельности. Наркоман, оставивший употребление наркотика, первое время даже не знает, куда себя деть, чем заняться, испытывает мучительную скуку. Он даже не знает, как убить время.

Наркотическое отчуждение проявляется не только от реальности, но и от времени. Будущее и прошлое теряют свое значение. Наркоман живет не то что одним днем, а одним моментом, моментом активного проявления эйфории, "кайфа". Только это сохраняет в жизни для него значимость, все остальное незначимо, блекло, серо и очень буднично. От реальности действительности он старается побыстрее уйти, чтобы вновь вернуться в это состояние. Вследствие нарушения обмена веществ в организме наркомана, естественно вырабатываемые тонизирующие вещества перестают в должной мере выбрасываться в кровь. Но постольку, поскольку наркоман не получает от наркотика подкрепления веществами, ответственными за эмоциональный жизненный тонус, он испытывает состояние депрессии, эмоциональной опустошенности и снижения радости восприятия окружающего мира. Богозданный мир как бы захлопывается, не видно ни горизонта, ни перспектив. Вот как это состояние описывают сами наркоманы:

 «Мир умирает, люди похожи на тлю.

Пыль на телеэкране важней того, что я смотрю.

Любовь — прокисшие щи,

Мечта — помойное ведро,

И ожидание чуда тянет меня на дно.

Здесь, в общем-то, нечего делать,

Кроме того, чтобы жрать.

Здесь страшно быть убитым,

Но страшней убивать.

И очень хочется руки

На себя наложить.

Но,— я буду жить!

Кто любит пить вино,

Первым тот раздает

И что слепой не увидит,

Зрячий тут же возьмет

Того, кто ждет состраданья,

В горле костью станет зло,

Великого желанья

Делать людям добро» [27]

Обычно человек испытывает удовлетворение и радость в результате успешной деятельности, реализации своих способностей, возможностей, приложения своих нравственных сил в реальной жизни. Но как раз на эту деятельность находящийся в неактивной стадии абстиненции наркоман неспособен. Поэтому, пока он не встанет на ноги, пастырю необходимо найти занятие, доступное по силам, ведущее к достижению четкого, определенного, интенсивного положительного подкрепляемого результата.

Этот результат может быть достигнут в творчестве, в практической помощи другим людям, в движении к Богу, короче говоря, в том, чем человека удастся заинтересовать. В этом смысле задача священника состоит в том, чтобы включить человека в жизнь, дать импульс, зажечь интерес к этой Богозданной жизни, а не к той иллюзорной, виртуальной реальности, которую дарует наркотик.

Итак,

наркоман переступил порог храма...

Наркоман, в сердце которого зажглась надежда на помощь Бога и Его Церкви, входит в храм...

Он видит людей, у которых свои дела, свои “темы”, свои разговоры.

Слишком неканоничен его вид.

И слишком плотным кольцом обступили священника более знакомые ему люди.

— Подойти или не подойти? — думает наркоман, — Ну и че я скажу ему? Ща подойду, спрошу — грузить начнет, типа: молись, сын мой... Во, прошел, даже не посмотрел. Да ему по фигу мои проблемы. Им всем на меня плевать!...

Героин, друг Гера (так его любовно называют наркоманы) уже спешит на помощь. Он и не уходил. Он держал паренька  на поводке и посмеивался еще до того, как тот вошел в храм. Он просто так не отпустит. Он вообще не допускает мысли, что кто-то из его клиентов сможет что-то с этим поделать...

Жизнь наркомана перевернута не только на уровне системы ценностей и убеждений. Глубоко поражены гневательная, вожделевательная части его души, его волевая сфера. Поэтому надеяться, что наркоману во всей полноте откроется глубинное видение Богозданного мира, не говоря уже о духовном, о благодатном видении, можно только тогда, когда он проживет достаточно долгое время без наркотика.

Причем должны быть созданы определенные условия пребывания, которые позволили бы наркозависимому встать на путь возрождения, восстановления личностной целостности — на путь исцеления.

“Вследствие первородного греха с самого зачатия человеческое существо несет в себе некую пустоту, не заполненную Духом, как бы некий "объем бездуховности". Взрослея, ребенок начинает осознавать себя отдельной личностью и неосознанно ощущать свою духовную неполноту. Это рождает сильную потребность, тоже неосознанную, чем-то заполнить пустоту. Но недостаток Духа можно заполнить только Духом, и сделать это может только Тот, от Кого исходит этот Дух, т.е. Бог.

Человек может захотеть или не захотеть следовать воле Бога. Если этого желания не возникает, духовная пустота заполняется разными "замени­телями", среди которых алкоголь и наркотики, которые на какое-то время дают иллюзию духовной полноты и гармонии. По мере все большего и большего потребления этих веществ человек с генетической [28] предрасположенностью к алкоголизму/нар­ко­мании может попасть в болезненную зависимость от них”. [29]

В процессе написания этой работы кардинально менялись мои взгляды на наркоманов и наркоманию. Первоначально мне казалось, что стоит наркомана добросовестно “воцерковить”, — и все сразу станет на свои места. При более углубленном, некабинетном изучении проблемы я сделал три важных для себя вывода, которыми хочу поделиться с читателями.

1

Многие наркоманы в своем восприятии мира уже имеют определенные представления о Боге, причем, для них довольно значимые, личностно-глубокие. Они постоянно что-то обещают Богу, о чем-то просят Его. Только не все любят об этом говорить. Итак, если отношения с Богом у человека уже есть, когда кто-то третий пытается “влезть” в эти отношения в качестве посредника, подкорректировать их, это вызывает только потребность защититься (“Хоть Бога-то оставьте в покое!”).

Если обратившийся за помощью наркоман не спрашивает вас о Боге и вере — не спешите с ним об этом говорить. Пока он не вручил вам полномочий быть его наставником — не торопитесь наставлять. Достаточно того, что он обратился к вам. Достаточно того, что Бог поручил его вам.

Христос не предлагал пришедшей к Нему блуднице сходить «на отчитку», Он просто простил ее. Он не настаивал на необходимости крещения Закхея, Симона, самарянки в первые минуты встречи с ними. Иисус не заставлял “вычитывать” кафизмы и правила перед тем, как начать общение с человеком. Он просто принимал каждого пришедшего таким, каков он есть, откликаясь на его нужду. И если, кроме воскрешения дочери или исцеления сына, человек ничего больше не искал, — Учитель уходил дальше. Но сама встреча оказывалась настолько неизгладимой, что человек потом, возможно, через несколько лет, становился Его верным учеником.

2

“Воцерковление” — одно из наиболее сложных и неопределенных слов, описывающих процесс, смысл которого произносящие понимают по-разному. Современные церковные люди говорят о необходимости воцерковления, будучи убеждены, что они сами уже воцерковлены.

Уместно каждому из нас, занимающихся «воцерков­ле­нием» людей, считающих своим долгом во что бы то ни стало воцерковить всех и вся, задать вопрос:

— Уверены ли вы в том, что “воцерковление” (как мы понимаем это слово) в действительности необходимо тем, кого вы пытаетесь воцерковить? А что если этот человек, имеющий, по-вашему, «неправильную», но каким-то образом живую веру в Бога, человек, который хоть как-то с Ним общается, что-то Ему обещает, за что-то просит прощения, пройдя предлагаемый вами процесс «воцерковления», вообще утратит всякую веру, станет таким же теплохладным верующим, как вы? [30]

Перед тем как заняться воцерковлением или (что для меня звучит менее благозвучно) катехизацией, нам стоит вспомнить предупреждение Спасителя, обращенное, как думается, не только к ветхозаветным фарисеям: “Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что обходите море и сушу, дабы обратить хотя одного; и когда это случится, делаете его сыном геенны, вдвое худшим вас” (Матф. 23; 15). [31]

Мое глубокое убеждение: в личных отношениях человека с Богом никто не должен претендовать на роль посредника. Даже духовник, — он лишь спутник на этом пути, проводник, знающий дорогу, молитвенник, но не “посредник”.

3

Излишняя строгость пастыря, взявшего на свое попечение человека с наркотическим опытом: “употребляешь — уходи, разговора с тобой не будет до тех пор, пока не перестанешь”, может окончательно оттолкнуть человека, убить надежду. Истинный пастырь имеет от Христа дар ЛЮБИТЬ ЛЮБОГО ЧЕЛОВЕКА В ЛЮБОМ ЕГО СОСТОЯНИИ. Ведь только любовь является подлинно врачующей силой. Подтверждение этих слов мы нашли в книге по пастырскому Богословию, изданной в конце XIX века:

“Иерей Божий! Будь милосерд, как Отец твой Небесный милосерд есть...

Иной, может быть, приходит из страны далекой, т.е. может быть, в продолжении многих месяцев и лет забывал о Боге Творце своем и не помнил о спасении души своей: но наконец сказал в себе: восстав иду к Отцу моему и — приходит.

Прими его с радостию, прими с кротостию: ты должен бы заботливо отыскивать заблудшаго; не отгоняй же его, когда он сам возвращается;

Иной приходит отягченный преступлениями, как бы погрязший в бездну пороков, смердящий ранами, оскверненный нечистотами.

Иерей Божий! По ложной ревности в начале не устрашай его, не поноси, не брани. Напротив, с любовию скажи ему, как и Христос: приди ко мне труждающийся и обремененный: с доверенностию приди, и я успокою тебя о Господе.

Иерей! Поступай ты по примеру отца блуднаго сына, показанному в Евангелии. (Лук. Гл. 15, 11-22).

Смотри, приходит сын, которого отец весьма много любил, и который убежал от него преступно.

Он прежде наслаждался в дому отеческом в обилии многими благами, но, живя блудно, расточил все имение свое. Некогда он одевался в драгоценные одежды, а теперь только покрывается раздранными рубищами: он сделался неблагодарным, несчастным, преступником. Однако приходит: отец видит, бросается на шею его, целует его, обливает слезами, поднимает рукою, милостиво ведет, одевает в первую одежду, надевает перстень, угощает упитанным тельцом, празднует возвращение его пиршеством. (Лук. 15).

Смотри, иерей,— оскорбленный отец не бранит, не укоряет, не показывает вида гнева, даже скорби. Что означает сия притча? чрез это Господь внушает грешникам, чтобы они приходили к пастырю своему, как к отцу без страха: а пастырям, — чтобы они принимали их без суровости”. [32]

 Возможно, психологическая и физиологическая зависимости человека настолько велики, что у человека поначалу может действительно не быть никаких сил бросить, как это ни странно звучит на первый взгляд. Но если при этом есть понимание: “Да, я употребляю наркотики, но этим я согрешаю, этим я обижаю Бога. Я не хочу это делать, каюсь в этом, но не могу это оставить...”, сохраняется самое главное: человек уже стоит перед Богом. Несмотря ни на что — он осознает себя пред лицом Христа, он — Его создание, он нашел в себе силы правильно осмыслить свою жизнь. Пусть она искажена, пусть она ложна, но, тем не менее, человек решился стать перед Богом. Никто не может знать, как сложится его жизнь. Поэтому пастырю ни в коем случае не должно отвергать человека, если тот споткнулся и первый, и второй, и третий, и десятый раз.

Пастырь, собравшийся помогать зависимым людям, желающий всю свою жизнь посвятить борьбе с этой страшной человеческой трагедией, должен обрести навыки не только пастырского, но и педагогического, и психологического попечения о своей пастве. Ведь, как мы уже говорили, наркоманы — это недолюбленные и недовоспитанные дети, застрявшие на подростковом возрасте, дети с серьезными психологическими проблемами.

Важным пастырским навыком будет умение не только забота о своих подопечных, но и обучение их навыку работы над собой. Наша задача — мобилизовать волю человека, дорастить его до самостоятельной и зрелой личности.

Бог дает каждому человеку такую возможность. Христос каждому протягивает руку. Задача пастыря — зажечь в обратившемся к нему за помощью человеке желание сделать ответное движение.

Одолеем вместе

Психология нисколько принципиально не противоречит пастырству, не должна ему мешать или каким бы то ни было образом умалять значение пастырского душепопечения. В пастырствовании могут и должны быть применяемы все средства, чтобы помочь душам в их затруднениях на пути спасения.

Архимандрит Киприан (Керн)

Сотрудничество медиков, психологов, педагогов и священников могло бы более эффективно решать проблему наркомании.

Вряд ли принципиальное доминирование какого-нибудь одного подхода пойдет на пользу больным этой непростой болезнью. Желательно, чтобы и психолог, и медик-нарколог, и священник, выполняя свою специфическую функцию в этой работе, были осведомлены о специфике работы друг друга.

При этом сотрудничестве объединяющим фактором, полем работы в контексте нашей культурной традиции может стать христианское миропонимание, осознание жизненного смысла человека в его духовной, душевной и телесной составляющих.

Наркологи-медики умеют достигать определенных результатов в устранении явления абстиненции, восстановлении соматических функций организма. Здесь для современной науки все более-менее просто.

Сейчас существует класс химических веществ, которые называются блокираторами. При введении в организм они блокируют рецепторы, воспринимающие героин. Т.е., если у больного блокада, то, принимая героин, он не чувствует его воздействия. Конечно, этот блок можно пробить, приняв большую дозу героина, но доза должна быть настолько велика, что практически поставит под угрозу саму жизнь. В Москве производят подшивку блокираторов под кожу, но это безумно дорогая процедура. Конечно, всю жизнь ими пользоваться нельзя, тем более, что они дорогостоящие.

Если говорить об этапах лечения, то они таковы. Сначала героиновый наркоман должен пройти очистку организма от опиатов. На следующем этапе крайне важно, чтобы он прошел реабилитационную, психокоррекционную программу. Эта программа должна быть достаточно длительной. Самый короткий вариант, который известен и который дает положительные результаты — это около шестидесяти часов групповой работы под руководством опытного психолога. Известны другие, более объемные программы.

Этап, на котором происходит работа по устранению влечения к наркогенным веществам, восстановление психической целостности, для медиков, работающих исключительно на соматическом уровне, представляет определенную трудность. Ради чего бросать колоться, курить, глотать? Медики и светские психологи в полной мере справедливо считают, что влечение к наркотику может быть ограничено только чем-то противоположным и более сильным, чем наркотическое пристрастие.

Поскольку болезненная страсть к наркотику подчиняет себе психику больного, в ней не остается основы для критического отношения к болезненному пристрастию. Необходимо найти нечто, что сохраняет для больного свое значение, пусть оно и подавлено.

У человека с нормально выстроенной иерархией ценностей это, прежде всего, отношения с Богом, потом забота о близких, потребность в общении с ними, разумное опасение за свое здоровье, потребность в самосохранении, интерес к какому-либо новому делу, новой жизненной доминанте. Известно также, что пробудившееся интенсивное чувство и жажда нового могут подавить, по крайней мере, на время, влечение к наркотическому веществу.

Священник Михаил (Махов) пишет по этому поводу:

“Страх смерти и желание жить... При разрушении личности эти чувства, генетически заложенные в человеке, могут стать опорой для формирования условий для излечения и восстановления. Желание жить, как правило, появляется при восстановлении страха смерти. Это желание и есть спасительная соломинка, за которую может ухватиться больной. Не менее эффективным сами наркоманы иногда называют страх быть отверженным. Не раз они рассказывали, как мать, пригрозившая ребенку тем, что оставит его, смогла таким образом заставить его лечиться. Но при подробном рассмотрении ситуации оказывается, что наркоман в этом случае пугался не того, что его оставит мать, а того, что после этого он погибнет. Желание жить и заставило его пойти на лечение. Поэтому постарайтесь, но только с любовью, пробиться в его душе к страху смерти и попытайтесь доказать, что жизнь лучше смерти. Но прежде докажите это себе. Все выводы он сделает из вашего убеждения. Статистика упрямо показывает, что наркоман появляется чаще в семье, где нет радости жизни, где родители ради своих целей подавляют его личность, загоняют его в психозы требованием к учебе и невероятными нагрузками. Свой страх потерпеть в жизни крах они пытаются искупить жизнью ребенка и делают из него загнанную лошадь. Здесь и есть почва для наркодельца. Он будет ласков и учтив, он вовремя предложит способ успокоения и радости. Вы должны опередить его”. [33]

Некоторые из предлагаемых сегодня методик психологической помощи наркоманам ориентированы на “здоровый образ жизни”. Но эта слишком блеклая, слишком будничная, с точки зрения наркомана, перспектива психологически не может стать альтернативой пережитому опыту выхода в виртуальный мир, имеющий минус бесконечное измерение.

Иеромонах Анатолий (Берестов), несколько лет занимающийся помощью наркоманам, утверждает, что

“даже перестав быть наркоманом в смысле избавления от химической зависимости, человек не перестает быть наркоманом в смысле психологическом. По-настоящему желают избавиться от зависимости те наркоманы, которые в силу определенных причин перестают получать "кайф" от их применения. Приняв психоактивное вещество и оказавшись в мире, который можно назвать наркотической реальностью, в реальной жизни наркоман перестает получать какие-либо приятные ощущения или переживания. И поэтому он начинает воспринимать мир как тяжелый, сложный и безрадостный, от которого хочется убежать в мир наркотика”.

Психотерапевтический подход в работе с наркотической зависимостью достаточно важен, однако он не предусматривает восстановление благодатью Божией греховной природы человека. Духовные, нравственные и смысловые вопросы в значительной части психотерапевтичесих подходов или вовсе не учитываются, или рассматриваются в очень незначительном объеме. В лучшем случае, больной каким-то образом стабилизируется в своих отклонениях, приводится в достаточно спокойное состояние, но его духовное, личностное начало, духовные корни недуга при этом не затрагиваются. И по-другому быть не может, потому что психотерапевт работает с душевной сферой, а не с духовной. Поскольку наркомания — по своей сути явление духовное, человек, употребляющий наркотики, входит в духовный мир, но в духовный с отрицательным модулем, в мир демонический. И выход из этого мира своими силами, без помощи Церкви и ее Таинств, невозможен.

Иеромонах Анатолий (Берестов) далее отмечает:

— С духовной точки зрения наркомания является болезнью духа, страстью души. Мы знаем, что грех имеет несколько степеней развития, от первой, самой легкой — помысла или прилога, до превращения страсти именно в греховный навык, когда человек становится рабом греха, в данном случае греха потребления наркотиков. Те силы, с которыми человек встречается в наркотическом опыте, силы, которые потом влияют на него, превосходят всякую человеческую способность противостоять им. Это одна из многих причин, по которой требуется, прежде всего, помощь духовная, помощь священника, помощь Церкви, помощь Божия.

Помочь дойти до Христа

Вот тест, чтобы узнать, закончена ли твоя миссия на Земле: ЕСЛИ ТЫ ЖИВ — ТО НЕТ.

Ричард Бах

Православие раскрывает для человека огромнейший, необъятнейший мир новых, неизвестных не только наркоману, но и любому, далекому от Бога человеку, душевных, духовных и интеллектуальных переживаний. Более того, оно отверзает на очень глубоком уровне осознание люб­ви Бога к каждому из нас, вне зависимости от наших грехов, от нашей веры или неверия, от того, хотим мы двигаться ко Христу или нас устраивает жизнь вдали от Него. Господь для всех нас, для всего “всеродного Адама” — любящий Отец. Осознание любви Божией, осознание прощения для многих становится той жизненной ценностью, ради которой можно преодолеть и оставить все. Очень важно, если рядом с наркоманом еще до встречи со священником окажется церковный человек, который имеет дар бескорыстной, чистой, искренней, полной любви и готов ему оказать помощь добрым словом поддержки и любви.

Сокровенный процесс обращения человека ко Христу Святые отцы уподобляют восстанию от сна. Когда мы хотим пробудить человека, находящегося в состоянии зависимости, помочь ему выйти на свет Божий, прежде всего, необходимо иметь в виду существующую опасность подмены, наиболее типичной для нашего времени. Многие православные люди предполагают, что внешняя церковность, причастность православной обрядности и является той самой “помощью наркоману”, которая должна сработать как бы автоматически, без внутренней работы над собой, без живого человеческого соприкосновения с Богом или с любящей душой другого человека.

Нередко подобный подход, обещание, что внешние формы церковной жизни помогут исцелиться от недуга, практикуется и со стороны священнослужителей. Пособоровать, причастить, отслужить молебен “на изгнание духа наркомании” гораздо легче, чем лично поучаствовать в человеке, взять его “на буксир”, помочь развязать туго завязанные жизненные узлы.

Подлинная пастырская помощь наркоману состоит в том, чтобы помочь ему дойти до Христа и обрести с Ним живые личные отношения. Если это произойдет, совершится самое главное. Но до этого нужно пройти нелегкий путь обретения отношений доверия и принятия. Пока человек не принят, пока он не возлюблен, пока он не стал как родной, близкий, никакие, даже самые правильные слова не могут быть восприняты глубже, чем отвлеченное морализаторство и мертвая теория.

Но, к сожалению, именно такая позиция доминирует в “бытовом благочестии” рядовых прихожан наших храмов. Подобную, в корне неверную установку, можно сегодня встретить на страницах православных изданий. Например, один православный психиатр пишет: "Господь пришествием Своим не уничтожил власть дьявола, но только ослабил его влияние на людей и дал нам средства отражать дьявольские козни. [34] Этими средствами является вера, святые таинства покаяния и причащения. Надо убеждать больного алкоголизмом носить нательный крест, читать молитвы, пить натощак крещенскую воду. Один хорошо знакомый мне человек злоупотреблял спиртным. Он слезно помолился Пресвятой Богородице и с того дня больше не притрагивался к водке". Здесь автор проговаривается, что вера является средством, иначе инструментом для чего-то, с точки зрения больного, большего, в данном случае — для выздоровления.

Бог не может быть средством от наркомании!

Причастие — это не лекарство от наркотика!

Бог и дарованные Им святые таинства не могут быть средствами, не могут служить целям менее значительного порядка, таким, как например, освобождение из зависимости от алкоголя или наркотика.

Главная задача батюшки не “заставить (или помочь) бросить колоться” — так формулируют задачу родственники наркомана, а помочь ему встретиться со Христом, или хотя бы пройти несколько шагов земной жизни вместе с порученным ему Богом человеком на пути к Спасителю, что возможно в случае, если именно это является подлинным смыслом жизни прежде всего для самого священника.

В заключение хочется привести слова замечательного богослова ХХ столетия, оставившего Русской Церкви удивительно проникновенный, основанный на личном опыте труд по пастырскому богословию, митрополита Антония Храповицкого. Говоря о уникальности пастырского служения, владыка Антоний обращает внимание на то, что

“столь многочисленные и разнообразные в Православной Церкви священнодействия, священник должен сопровождать соответственным им настроением, — плакать с плачущим, каяться с кающимся, одним словом, поступать согласно словам Апостола Павла: “кто изнемогает, и не изнемогаю; кто соблазняется, и аз не разжизаюся?” (2Кор. 11, 29). Он должен, таким образом, сраспинаться всем со своим ближним, что совершенно невозможно без особенного дара, без нарочитого внутреннего обновления. Если же пастырь не имеет этого свойства духовного отождествления с тем, за кого он молится, то все его служение не есть ли постоянная ложь: ложь на исповеди, при крестинах, при погребении, при венчании браков? Ведь во всех этих событиях жизни пасомых он свидетельствует пред Богом свое отеческое участие к разнообразным нравственным состояниям верующих и следовательно настолько сострадает им, что для нелицемерного обладания таким свойством нужно быть или святым от природы, или иметь эти свойства в качестве особенного благодатного дара от Бога.

Отсюда раскрываются отличительные черты дара священства: пастырю дается благодатная, сострадательная любовь к пастве, обусловливающая собой способность переживать в себе скорбь борьбы и радость о нравственном совершенствовании своих пасомых, способность чревоболеть о них, как апостолы Павел или Иоанн. Такое свойство пастырского духа и выражает самую сущность пастырского служения. [35]

Итак, мы остановились на том, что для выздоровления наркоман с пастырской помощью должен обрести смыслы и ценности настолько значимые и важные для него, что ради них он мог бы отказаться от употребления наркотиков. И эти ценности должны быть достоянием не столько сознания, сколько проникнуть в самые глубины его души.

О том, как практически (пошагово) осуществить эту работу — наша следующая книга.

Сказка

О САДОВНИКЕ

И ЕГО МЕЧТЕ

История, которую мы хотим рассказать вам на прощание, посвящена одному немолодому садовнику, самоотверженному и целеустремленному мастеру своего дела.

Всю свою жизнь садовник посвятил выращиванию цветов. Он жил в великолепной местности, где воздух, вода и солнце были настолько благодатны, что земля сама, без особых усилий рождала великолепные по своей красоте редчайшие растения.

Слава о садовнике пошла далеко за пределы его государства. Все знали, что в этой стране живет очень великий и мудрый садовник. Дом садовника был окружен огромным-огромным садом. В этом саду у него произрастало великое множество диковинных растений, сюда могли придти все желающие и полюбоваться этой удивительной красотой.

Одни растения садовник привез с разных концов света, другие — заботливо вырастил сам, путем селекции. Его сад представлял собой удивительное чудо, казалось, восьмое чудо света. У садовника были ученики, которые учились у него мастерству, бережности, любви к цветам.

Садовник этот очень любил цветы, и у него, как у всякого мастера своего дела, была мечта, было нечто более значимое, чем весь его сад. У него была мечта вырастить розу, но непростую. Роз у него было великое количество, и все они были разные. Он хотел вырастить особую розу...

Без этого цветка вся его жизнь казалась бессмысленной. Когда он закрывал глаза, то представлял себе розу своей мечты. Он видел эту великолепную игру красок, особый перелив оттенков на лепестках в лучах вечернего солнца, трепетные колебания цветка под дуновением легкого ветерка... Он мог мысленно потрогать эти лепестки, ощутить их бархатистость. Закрыв глаза, он втягивал воздух, чувствовал аромат этой розы, такой аромат, который не имел ни один цветок в его удивительном саду, аромат необыкновенно тонкий, непередаваемо прекрасный.

Садовник совершенно точно знал, что рано или поздно его мечта должна осуществиться, потому что это была его мечта, и он верил в ее осуществление, а сбываются только те мечты, в которые человек верит больше всего на свете.

И он жил этим, но, к сожалению, его труды по селекции не давали результатов. Он не мог вырастить ту розу, о которой мечтал. Получались прекрасные цветы, распускались великолепные розы, но все они были очень далеки от розы его мечты.

Каждый раз, когда он закрывал глаза, его роза вновь грезилась ему. И стоило только открыть глаза... она оставалась перед его мысленным взором. Со временем его мечта достигла такой силы, что он не мог даже заснуть. Он уже не знал, что с этим делать.

Однажды проезжал мимо его дома путешественник, который попросился к нему на ночлег. Садовник, конечно, пустил путника, его дом был всегда открытым для странников. Гость ознакомился со всем садом, а когда вечером они сели пить чай, садовник не удержался и рассказал путнику о своей мечте, так же, как неоднократно рассказывал всем, кто проезжал мимо его дома. И тогда на удивление садовника, путешественник сказал ему:

— Знаешь, на окраине одного горного селения в саду растет множество прекрасных цветов, и среди них я видел точно такую розу или может быть очень-очень похожую на твою.

Путник не помнил названия того селения, потому что с того дня, как он покинул ту местность, прошло много-много времени.

Наутро гость, поблагодарив хозяина, отправился дальше.

А садовник буквально заболел.

— Как? — думал он. — Где-то растет роза моей мечты, а я до сих пор сижу здесь?

И садовник решился. Он передал сад своим ученикам, наказав им, чтобы они очень внимательно следили за цветами до его возвращения, а сам собрался в путь, взял котомку, положил в нее специальную тряпицу, в которую предполагал завернуть свой розовый куст, и, несмотря на то, что день клонился к закату, не стал дожидаться утра и отправился в дорогу.

Его путь был нелегким. Вы можете себе представить, сколько трудностей встретилось на его пути, как тяжело было ему путешествовать, особенно когда идешь туда, не зная куда. Но зато он очень хорошо знал